Глава 35

Мы скакали всю ночь, меняя тропы, петляя по оврагам и старательно заметая следы. Дамиан ехал через такие дебри, где, казалось, не ступала нога не то что человека, но и самого дьявола.

К рассвету, когда мышцы ныли так, будто я без подготовки пробежала марафон, мы выбрались к подножию скального выступа.

Дамиан спешился и помог мне слезть. Его руки задержались на моей талии чуть дольше, чем было нужно.

— Здесь, — выдохнул он, оглядываясь. — Старый охотничий домик моего отца. Место знают только свои. Егеря сюда не заглядывают, а браконьеры боятся этих топей.

Домик оказался крошечным, полуразвалившимся строением, густо поросшим мхом. Внутри пахло сырой землей и дымом, но главное — здесь было безопасно.

Дамиан быстро развел огонь. Смолистая древесница затрещала, заполняя комнату терпким, сладковатым дымом. Я жадно пила теплую воду из фляги, чувствуя, как ужасная усталость медленно отступает.

— Я отобрала у тебя всё, — тихо сказала я, глядя на пляшущие языки пламени. — Твой дом. Твой статус. Твой заповедник.

Дамиан пересек комнату за два шага, опустился на корточки передо мной и взял мои руки в свои. Его пальцы были шершавыми и обжигающе горячими.

— Ты не «отобрала», — он посмотрел мне прямо в глаза, и в его взгляде не было ни капли сомнения. — Ты дала мне причину этот дом защищать. Заповедник, титул, усадьба — это просто декорации, Алина. Ты — моя жизнь.

Я медленно подняла голову и посмотрела ему в глаза.

— Но твоя работа... люди...

— Люди знают своё дело. Томас в конце концов научится не взрывать лаборатории, — он провел большим пальцем по моей щеке, стирая след от копоти. — Я лучше буду изгнанником с тобой, чем лордом без тебя. Я попробовал быть счастливым в одиночестве. Мне не понравилось.

Я почувствовала, как к горлу подступает ком.

— Я не знаю, что сказать, — прошептала я.

— Скажи, что ты со мной и мы со всем справимся, — попросил он.

Я посмотрела на него. Этот человек мог в одиночку противостоять стае аллозавров и спорить с Инквизицией, но сейчас боялся моего ответа больше, чем смерти.

— Я ни на секунду в этому не сомневаюсь, Дамиан. Я с тобой, — выдохнула я, смахивая предательскую слезу тыльной стороной ладони.

Он притянул меня к себе и крепко обнял. Ткань его рубашки пахла дымом и потом, но под ней чувствовалось живое, надежное тепло.

— Тогда всё остальное — ерунда, — прошептал он мне в макушку.

***

Утром мы проснулись от чьего-то истошного крика.

Дамиан мгновенно оказался на ногах, схватил ружье, стоявшее у стены и рывком распахнул дверь. На порог буквально ввалился Томас. Он был потный, взъерошенный, а на плече сидел небольшой птерозавр, который подозрительно косился на меня и издавал тихое утробное урчание.

— Я нашел вас! — выпалил Томас, игнорируя дуло ружья, направленное ему в грудь. — Я просто вспомнил, что ваш отец всегда прятался в этом месте, когда хотел сбежать от тетушки Агаты! Логика проста и безотказна. А «Птичку» я накормил ферментированной рыбой, и она теперь летает как сумасшедшая!

Дамиан медленно опустил ружье, протирая рукой лицо.

— Церковники уехали?

— Уехали, — кивнул Томас, вытирая пот со лба. — Они прочесали усадьбу, поняли, что вы не дураки и не вернётесь, и уехали в столицу докладывать о вашем вопиющем неповиновении. Но есть и хорошая новость! Я, пока вы бегали по лесу, порылся в закрытых архивах и нашёл упоминание о Яйцах Перехода.

Я встрепенулась, отставляя кружку с водой. Сердце пропустило удар.

— Что за упоминание?

— В старых текстах, которые хранятся в секретном отделе, куда, к слову говоря доступа никому нет, кроме одного моего школьного товарища, но это не важно…говорится, что Яйца могут не только переносить, но и возвращать, — объяснил Томас, доставая из кармана халата мятый пергамент и разворачивая его дрожащими руками. — Если найти второе яйцо, парное тому, через которое вы попали к нам, можно открыть обратный портал.

— И вернуться в мой мир? — переспросила я, чувствуя, как земля снова начинает уходить из-под ног.

— Именно. В Москву.

Я посмотрела на Дамиана. Он стоял чуть в стороне, опираясь на стол и сжимая край деревянной столешницы так, что побелели костяшки. Его лицо было непроницаемым, но я видела, как напряжена его челюсть.

— Дамиан, — тихо позвала я.

— Я знаю, — сказал он, и его голос звучал глухо. Он отвёл взгляд на секунду раньше, чем закончил фразу, не в силах смотреть мне в глаза. — Я знаю, что ты должна выбрать. Теперь у тебя есть настоящая возможность. Подумай. Я не буду тебя держать.

Я закрыла глаза. Москва, где в почтовом ящике только счета за коммунальные услуги и тысячи не отвеченных электронных писем. Или этот безумный мир, где рев тираннозавра на рассвете будит тебя лучше любого кофе, где жар джунглей обжигает кожу, а его глаза говорят мне, что я — его жизнь.

— В Москве сейчас ноябрь, — сказала я, открывая глаза и глядя прямо на него. — Слякоть, мрак, пробки. А здесь у меня есть личный лорд, летающий динозавр и Томас.

Дамиан замер. Томас перестал дышать, а птерозавр на его плече издал вопросительный писк.

— Ты... ты остаешься? — голос Дамиана дрогнул.

— Дамиан, если ты еще раз спросишь, я улечу на этой летающей курице Томаса в Москву только из вредности, — я подошла к нему и ткнула пальцем ему в грудь. — Мой проект теперь здесь.

Дамиан выдохнул, шагнул ко мне, обнял, пряча лицо в моих волосах, и я почувствовала, как его плечи дрожат.

— Ну, тогда... — пробормотал Томас, пятясь к двери и старательно изучая носки своих сапог. — Тогда ищите второе яйцо. Я, пожалуй, пойду. Мне ещё нужно кое-что проверить...

— Подожди, — остановил его Дамиан, не отпуская меня, но протягивая руку через мое плечо. — Спасибо, Томас. Ты настоящий друг. Если бы не ты, мы бы уже гнили в подвалах Инквизиции.

Томас просиял, его уши покраснели.

— Я знаю. И ещё, Церковь ищет вас по всем трактам. Так что лучше пока не высовываться и не светиться. Я принес вам немного еды, надеюсь, на какое-то время этого хватит. Сейчас принесу.

— Мы справимся, — ответила я, глядя на его удаляющуюся спину и на нелепо машущего крыльями птерозавра.

Я обняла Дамиана и поцеловала. Впереди нас ждали нелёгкие времена. Нам нужно было придумать план, как победить Инквизицию и как восстановить доброе имя лорда Фаррера. Да уже, Елисеева. Столько всего произошло за последние месяцы… Больше, чем за всю твою жизнь. Но, кажется, всё самое интересное только начиналось…

Конец первой книги