Глава 23

Когда магистр Келлан увидел нас троих вместе — меня, Дейрона и Эйлин — его лицо сделало то самое выражение, которое в офисе означает: "так, дети, сейчас будет расстрел без суда и следствия".

— Почему вы втроём? — спросил он опасно спокойно.

Я открыла рот, но мозг выдал только белый шум.

Сказать "мы плакали" — странно.

Сказать "мы мирились" — ещё страннее.

Сказать "мы были в запретной зоне" — это вообще подписать себе приговор.

Барсик сидел на подоконнике рядом и смотрел на нас с видом человека, который уже заказал попкорн.

— Ну что, — сказал кот вполголоса. — Отчитайся, Марина. Какую версию выберешь: "случайно" или "так и было задумано"?

Эйлин шагнула вперёд. Спокойная, собранная. Словно слёзы и раскаяние остались в другой вкладке.

— Магистр, — сказала она ровно. — Мы обсуждали последствия. И я хочу… дать показания.

— Показания? — магистр прищурился. — По какому делу?

Эйлин не моргнула.

— По делу о краже артефактов служанки Марины Соколовой, — сказала она. — Виновна я.

Тишина упала, как отчётность на голову в последний день месяца.

Я моргнула.

Дейрон моргнул.

Магистр Келлан тоже моргнул, но с выражением "мне сейчас придётся работать".

— Что? — выдохнул он.

Барсик хмыкнул.

— О, — протянул кот. — Я люблю, когда люди внезапно становятся взрослыми.

Эйлин продолжила:

— Я украла тапки и огурец и спрятала их. Марина вернула их. Сэр Дейрон не участвовал в краже.

— Но участвовал в проникновении в запретную зону, — сухо сказал магистр.

Дейрон даже не попытался отпираться.

— Да, — сказал он. — И это моя ответственность.

Я резко шагнула вперёд.

— Нет! — вырвалось у меня. — Это моя. Мне надо было идти одной.

Дейрон посмотрел на меня так, будто я сказала глупость уровня "давайте не будем платить налоги".

— Нет, — отрезал он.

Магистр Келлан поднял руку, и мы все замолчали.

— Достаточно, — сказал он. — Леди Эйлин, вы — в кабинет Совета. Сэр Дейрон — тоже. Марина Соколова… — он окинул меня взглядом, — вы идёте с котом.

— С котом? — я растерялась.

Барсик спрыгнул с подоконника и важно пошёл вперёд, словно это его назначили руководителем комиссии.

— Конечно, со мной, — заявил он. — Я тут главный по древним законам. И по твоим провалам.

— Куда мы идём? — прошептала я, догоняя его.

Барсик посмотрел на меня снисходительно.

— Исполнять контракт, — сказал он. — Ты думаешь, после такой ночи вселенная даст тебе отдохнуть? Нет. Вселенная скажет: "молодец, теперь следующий этап".

— Какой следующий? — горло сжалось.

Барсик остановился у лестницы и повернулся ко мне.

— Третий артефакт, Марина, — произнёс он торжественно. — Носок.

Я моргнула.

— Носок… всегда был со мной.

— Вот именно, — кивнул кот. — И ты всё время недооценивала его как ключевой актив. Типичная ошибка: игнорировать мелочь, а потом страдать.

Мы дошли до башни Барсика, и там было неожиданно тихо. Даже слишком. Словно замок выдохся после бодрящего кофе и теперь лежал с моральным похмельем.

Барсик запрыгнул на стол, где стояли песочные часы.

— Таймер, — сказал он.

Я автоматически взглянула.

Осталось 8 дней до Мальдив.

— Восемь, — прошептала я. — Господи.

— Не надо Господа, — отрезал Барсик. — У нас контракт. У нас регламент. У нас ритуал.

— Какой ритуал? — спросила я, уже заранее ненавидя ответ.

Барсик встал, будто собирался читать лекцию для стажёров.

— Ритуал "активации портала", — сказал он. — Слушай внимательно и не перебивай, иначе я тебя уволю. Ещё раз: я тебя уволю.

— Я поняла.

— Для открытия пути тебе нужно вложить три артефакта вместе и сказать, чего ты хочешь, — произнёс кот.

Я замерла.

— Подожди. "Сказать, чего я хочу"… это как желание?

— Нет, — Барсик прищурился. — Это как заявка. Формулировка должна быть точной. Контракт не любит "примерно". Он любит конкретику. Как налоговая.

Горло сжалось.

— Где это делать?

Барсик кивнул в сторону окна, за которым виднелась дальняя арка портала на скалах.

— Там, — сказал он. — И лучше сегодня. Пока Совет занят вашим бардаком.

— А Дейрон? — вырвалось у меня.

Барсик посмотрел на меня так, будто я спросила, как зовут его бывшую.

— Дейрон занят тем, что принимает последствия своей романтики, — отрезал кот. — А ты занята тем, что хочешь домой. Не путай приоритеты.

Мне стало неприятно.

— Я не… — начала я.

— Ты да, — перебил Барсик. — Ты хочешь домой. И это нормально. А теперь вставай и иди. Я пойду с тобой, потому что без меня ты скажешь что-нибудь вроде "хочу, чтобы всё было хорошо", и тебя отправит в хлев с козами.

— Почему в хлев?

— Потому что контракт любит юмор, — сухо сказал Барсик. — И коз.

Я фыркнула, хотя внутри всё было комком.

Мы вышли из башни и пошли к порталу.

По дороге я чувствовала себя так, будто меня тащат на подпись увольнительных документов. Только тут увольнение — в другой мир.

С одной стороны: Москва, Настя, Мальдивы, нормальный кофе.

С другой: Дейрон, который сказал "влюблён", и Эйлин, которая вдруг стала живой, и кот-тиран, который, кажется, всё равно за меня переживает, просто не признаётся.

Марина, соберись. Ты не героиня эпоса. Ты бухгалтер. Ты должна решить конкретную задачу: вернуться домой. Остальное — потом.

— Барсик, — тихо спросила я, когда мы вышли к скалам. — А если я… скажу желание неправильно?

Барсик посмотрел на меня, и на секунду в его взгляде мелькнуло что-то… человеческое. Но он тут же спрятал.

— Тогда будет побочный эффект, — сказал он сухо. — Как всегда. И я буду орать.

— Понятно.

Портал стоял мёртвый, каменный, равнодушный. Тот самый, который "работает неделю в месяц", и который до сих пор не собирался открываться, потому что у него, видимо, свой календарь отпусков.

Барсик встал перед аркой, как ведущий церемонии.

— Доставай, — приказал он.

Я достала тапки, огурец и носок.

Тапки, как обычно, дрогнули, словно были рады снова участвовать в хаосе.

Огурец слегка светился.

Носок… просто был носком. Одиноким, печальным и каким-то слишком важным для такой роли.

— Кладёшь всё вместе, — сказал Барсик. — Прямо на землю у арки. И говоришь.

— Что говорить? — прошептала я.

— Чего хочешь, — повторил кот. — Только конкретно.

Я опустилась на корточки и положила артефакты рядом.

И тут почувствовала: сердце бьётся так, будто хочет выскочить и само уйти через портал без меня.

— Марина, — тихо сказал Барсик. — Ближе к делу. Ты готова?

Я вдохнула.

Я хочу домой.

Я хочу на Мальдивы.

Я хочу, чтобы Настя не осталась одна.

Я хочу… чтобы Дейрон…

Я резко оборвала мысль.

Нет. Не сейчас.

Я подняла голову и увидела, что к нам идёт Дейрон.

Он шёл быстро, словно ему не дали выбора. Лицо каменное, но в глазах — тревога.

Барсик закатил глаза.

— Ну конечно, — пробормотал он. — А я думал, хоть один ритуал пройдёт без мужчины, который всё усложнит.

Дейрон остановился рядом со мной.

— Ты здесь, — сказал он.

— Да, — выдохнула я. — Барсик сказал… это ритуал.

Он посмотрел на артефакты на земле.

— Это опасно, — сказал он.

— В этом замке всё опасно, — буркнула я. — Даже кофе.

Дейрон сжал челюсть. Потом тихо спросил:

— Ты уходишь?

Вопрос был простой. Но в нём было всё. И "влюблён". И "не отпущу одну". И "печать запрета". И "я боюсь, что разрушу".

Я замерла.

Барсик шумно вдохнул и тут же выдал:

— Марина, отвечай чётко. Без этих ваших "ну я не знаю". Это решение уровня "жизнь".

Дейрон смотрел на меня так, будто я сейчас держу в руках не тапки, а его судьбу.

Я открыла рот… и не смогла сказать "да".

Потому что, блин, я хотела уйти. Правда.

Но теперь "уйти" означало оставить здесь человека, который ради меня снял перстень и пошёл туда, куда нельзя.

И ещё это означало признать, что поцелуй и "влюблён" были просто… эпизодом.

А я не хотела, чтобы это было эпизодом.

Дыхание перехватило.

— Я… — начала я.

И тут арка портала вдруг вспыхнула слабым светом.

Словно услышала мой голос.

Словно сказала: "О, наконец-то, заявка поступила".

Барсик резко встал.

— Так, — сказал он. — Внимание. Портал реагирует. Марина, говори сейчас. Одну фразу. Конкретно.

Дейрон шагнул ближе. Очень близко. И тихо сказал:

— Что бы ты ни сказала… я приму.

От этого "приму" у меня внутри всё дрогнуло.

Я посмотрела на арку.

На тапки.

На огурец.

На носок.

И подумала: восемь дней. Настя. Мальдивы.

А потом — совсем тихо, почти беззвучно —: Дейрон.

Я глубоко вдохнула.

— Я хочу… — сказала я вслух.

И замолчала.

Потому что вдруг поняла: если я сейчас скажу "хочу домой", портал может открыть путь — но закроет всё остальное.

А если скажу что-то другое… я могу потерять шанс на Мальдивы. И подругу. И всё, ради чего держалась.

Барсик прошипел:

— Марина! Не зависай!

Я открыла рот, чтобы произнести желание — и в этот момент арка вспыхнула ярче, а по камню пошли трещины света, будто портал торопил меня.

И где-то в глубине арки раздался странный звук… словно кто-то с той стороны постучал.