Глава 16

Я поднялась, чтобы вернуться к делам. Но не знала, с чего начать. Все мысли Глеба в его блокноте. План расследования – в его голове. Сам он неизвестно где и, кажется, пока не готов вернуться к совместной работе.

– Чем я могу помочь ему сейчас? – обратилась к Вершинину.

Тот так и не сводил с меня задумчивого взгляда. И прежде чем ответить спросил:

– А чем ты занималась всё это время?

– Носила его блокнот, иногда изображала ревизора, – ответила я, как есть.

– Он доверил тебе свой блокнот? – улыбнулся Алексей. – Я проработал с ним два года прежде, чем он разрешил мне заглянуть в него.

Отчего-то это невинное замечание заставило биться сердце быстрее.

– Ты помощница Глеба, – продолжил он. – Участок в твоём распоряжении. В архив как раз по запросу Глеба привезли какие-то материалы из центрального отдела. Можешь пока перебрать их. Поверь, за сортировку бумажек он будет обязан тебе жизнью.

Я улыбнулась, поблагодарила за поддержку и вышла из кабинета.

Разговор с Вершининым ничего не решил, но позволил мне нащупать почву под ногами. Даже вдали от Глеба я не чувствовала себя потерянной попаданкой. Мне есть, за что бороться. И есть люди, которые протянут руку помощи. Остаётся мне самой стать той, кто зарядит преступнику искровиком, если Глеб отвлечётся на гениальную идею.

Хотя прежде я считала себя чужачкой, в участке, как сказал Вершинин, все считали меня помощницей Глеба. Стоило мне спросить о местонахождении архива, как мне указали путь и выдали несколько стопок бумаг.

Тут было всё: какие-то служебные записки, вырезки из газет, документы, которым я не нашла определения. Записи касались подделки магбатарей и связанных с этим людей. Я внимательно читала каждое слово, боясь пропустить что-то важное.

Факты о неизвестном мне мире, непонятные термины техномагов, чужие названия – всё сливалось в однообразный поток текста. Глаза слипались от монотонной работы. Но взгляд выцепил знакомое имя.

В углу под статьёй об одном из взрывов было начало колонки о каком-то изобретении. Маггравитационный преобразователь – чтобы это ни значило – изобрёл Анатолий Буров. Тот самый инженер, что пропал после убийства Лебедева.

“Экспериментальный механизм был показан на техномагической ярмарке. Коллеги скептически комментируют необычный подход А.Бурова. Гильдия техномагов от комментариев воздержалась…”

На этом заметка обрывалась. Наверное, не только техномаги способны разрабатывать новые механизмы, – подумала я. Имеет ли это значение для тех, кто занимается внедрением новых технологий на фабриках? Или их имена становятся безвестными и остаются только на выцветших бумажках, забытых в архиве?

Сунула вырезку в карман. Скорее всего она окажется бесполезной – судя по желтизне бумаги она хранилась в архиве не один год. Но может, я узнаю, как и что работает в этом мире? Поэтому Глеб так вцепился в новые сведения о любовнике? Инженеры не просто работают с технологиями Гильдии?

Я быстро пролистала остальные записи, схватила выбранные листы и поспешила вернуться к Глебу. По пути меня перехватил полицейский.

– Лев Марков здесь, – сообщил он. – Вершинин сказал, что вы хотели быть на допросе.

Я кивнула и пошла за полицейским. Конечно, Глеб тоже будет там. И я смогу вернуться к прежнему распорядку жизни.

В отличие от Лебедевой, с Марковым церемониться не стали. Вместо переговорной, где мы встречались с вдовой, её любовника привели в полупустую комнату без окон. Вся мебель – пара жестких стульев и стол. Из удобств – мигающая лампочка на потолке.

Лев Марков был уже внутри и нервно перебирал пальцами. Я остановилась у входа рядом с охраняющим дверь полицейским. Хотелось о чем-нибудь спросить, но тут появился Глеб.

Он смерил меня таким взглядом, будто надеялся, что Алексей и правда отправит меня в соседний город. Или хотя бы на другой этаж. Потом молча сунул мне свой блокнот и первым вошел в комнату. Я растерялась лишь на миг и поспешила за ним.

Глеб сел напротив Маркова и открыл папку с его делом. Ни одного лишнего движения – всё точно, как в операционной.

Я устроилась в стороне и приготовилась записывать. Едва сдержала улыбку, когда пролистала блокнот в поисках пустой страницы и увидела, что Глеб не зачеркнул мою шуточную надпись. И сосредоточила внимание на допросе.

– Как давно вы знакомы с Натальей Лебедевой? – спокойно начал Глеб.

– Кто вам сказал, что мы знакомы? – поморщился Марков.

– Нам известно о том, в каких вы отношениях, – холодно ответил Глеб. – Срок давности – лишь формальный вопрос.

– Вы думаете, я убил её муженька? – вспылил Марков и едва не вскочил со стула. – Да я пальцем его не трогал! Меня устраивало, что она приходит в назначенный день, а потом исчезает на время.

– Прошу вас отвечать на вопросы, если хотите доказать свою невиновность, – Глеб оставался спокойным. По голосу не понять, о чём он думал.

Лев откинулся на стул, свесив одну руку через спинку. Он держался уверенно. Но я видела, как подрагивали его пальцы. Может, он умел врать Наталье, но Глеба ему не обыграть. И всё-таки от ответов он больше не увиливал.

Как мы уже знали, Лев встречался с Натальей последние два года. И если в начале его несколько пугала связь с женой одного из крупнейших фабрикантов, то потом он как-то привык.

– Вы же видели её. Какой мужчина не захочет получить такую женщину? – усмехнулся Марков. – К тому же она иногда помогала мне решать финансовые проблемы…

Да, Марков бесстыдно пользовался вниманием Натальи, её телом и деньгами, которыми она сорила с осторожностью, но не жалея доступных средств. Пару раз за это время он пытался запустить своё дело. Наталья поддерживала его, но оба проекта оказались провальными. Он находил утешение в объятиях Лебедевой и забывал о неудачах.

– На крупные фабрики пробиться сложно, – как бы извиняясь, говорил он. – Да и рынок давно поделен. С другой стороны, это, кажется, был её способ держать меня рядом. Мы оба получали то, что хотели.

– А где вы брали детали для своих проектов? – неожиданно сменил тему Глеб.

– Что? – не понял Лев.

– Вы же говорили, пытались открыть своё дело. Станки для магбатарей – не дешёвая штука.

– Ну… я… – Марков замялся. – Инженерия крутится не только вокруг магбатарей. Это вообще не мой профиль. Я пытался работать с механизмами. Кажется, комплектующие достать не так сложно. Что в этом такого?

– Ничего. А после смерти Лебедева? – Глеб вернулся к прежнему разговору и поднял взгляд на Маркова. – Ваши отношения с Натальей изменились?

– Ну-у… – он задумался ненадолго и поёрзал на стуле. – Я думал, что она немного поскорбит, и я смогу выйти открыто как её спутник. Познакомлюсь с кем надо. А может, стану помогать ей с фабрикой.

– Но? – поторопил его Глеб.

– Знаете, она была какой-то напряженной последние дни, – Марков положил обе руки на стол и чуть склонился к Глебу. – Я думал, её муж что-то знает о нас. А потом его нашли мёртвым. Наташа стала совсем дёрганной. Я ничего не подозревал. Смерть мужа, похороны, дележ наследства. Понятное дело, я пытался её поддержать, как мог. Она попросила подождать немного, и пока не появляться вместе. Сами понимаете – все эти светские приличия. Но я приезжал к ней. Сочувствующих было много, никто ничего не понял.

– Вы её поддерживали после смерти мужа. Но станете поддерживать её алиби? – казалось, острый взгляд Глеба проникает в мысли собеседника.

Марков вздрогнул и стушевался:

– Я всегда был законопослушным. Если бы я знал, что так всё закончится…

– Однако вы так легко рассказываете о связи с вдовой убитого, – ухмыльнулся Глеб. – Не боитесь, что вас сочтут подозреваемым? Ваши мотивы более чем очевидны.

– Мне нечего скрывать, – тут же ответил Лев и скрестил руки на груди. – А вот к Наташе у меня есть пара вопросов.

– И каких же?

– В последний раз, когда я приходил к ней без приглашения, услышал её разговор с гостем. Это был какой-то мужчина, точно не из её круга, – он перешёл на шёпот, будто его мог услышать кто-то кроме нас. – Я слышал немного, но понял, что она сама грохнула своего муженька. Не своими руками, конечно. Но без неё не обошлось.

Он замолчал. Глеб пристально смотрел на него.

– Когда это было?

– С неделю назад, – задумчиво протянул Марков. – Я сразу решил порвать с ней. Если она заказала собственного мужа, то чего ждать мне? Ни одна баба, даже с деньгами, не стоит собственной жизни.

– А потом она приходила за вами в “Четыре луны”, – холодно добавил Глеб, даже не глядя в бумаги.

А Марков вздрогнул и испуганно посмотрел на Глеба. Его лицо чуть побледнело, а дыхание сбилось. В посещении клуба не было ничего того, за что могли бы его посадить. Но, кажется, Маркова напугала осведомленность Глеба.

– Так и было, – сглотнув, кивнул он. – Я так понимаю, вы в курсе, что она устроила там сцену? А потом заявилась ко мне домой.

– Чтобы вернуть? – хмыкнул Глеб.

Марков вздохнул и сказал:

– Честно… Я не понял. То ли угрожала, то ли предлагала взять вину на себя. Я не стал разбираться. Попросил больше не приходить.

– Почему не заявили в полицию, если считаете Наталью виновной в смерти мужа? – последовал следующий вопрос.

– Без доказательств? – усмехнулся Марков. – Стали бы вы слушать мои подозрения? По мне так лучше бы затеряться, чем связываться с такой, как она. Вы наверное, не знаете, как в высших кругах водится.

– А что насчёт её угроз? – Глеб тут же хватился на несостыковку.

– Да просто не успел, – махнул рукой Марков. – За пару лет скопил кое-чего, хотел уехать. А тут ваши ребята явились. Думаю, уж лучше так, чем получить удар ножом от наёмника.

– Это пока всё, – сухо закончил Глеб. – В ближайшее время прошу воздержаться от дальних поездок. Вы всё ещё в списке подозреваемых. И если что-то вспомните, дайте знать.

Марков торопливо покинул комнату. Глеб, не оборачиваясь, обратился ко мне:

– Запиши, что он не врал. Он спал с вдовой, и ничего больше.

Мы вышли из допросной вслед за любовником Натальи. Глеб был задумчив и, кажется, недоволен результатом допроса. Я и сама понимала, что мы ничего не выяснили. Ну может только отсекли аргумент, который считали логичным и верным.

Не успела дверь за нами закрыться, как к нам подскочил один из младших полицейских.

– Представитель Гильдии уже здесь, – торопливо сообщил он. – Ждёт в переговорной. И, кажется, очень раздражён.

– Не нравится ждать, – усмехнулся Глеб. – Тогда не стоит и дальше его нервировать.

Он тут же направился к переговорной, я поспешила за ним. В голове крутились слова Маркова и его заявление о том, что вдова сама заказала своего мужа. Учитывая личность Григория, который теперь рядом с Натальей, не думаю, что это могло быть ложью.

– Думаешь, Марков действительно не причём? – спросила я, пытаясь снова понять ход мыслей Глеба.

– Думаю, что он идиот, – отозвался Глеб, не оборачиваясь. – Спал с женой фабриканта столько времени, ничего не добился, а теперь сдаёт её, чтобы спасти свою шкуру.

– Но… выходит, что и батарея – не его рук дело.

– Выходит, что так, – согласился Глеб. – Значит, будем искать того, кто мог это сделать.

Мы повернули в сторону переговорной. Глеб чуть впереди, как всегда. Я с его блокнотом и отобранными в архиве заметками пыталась успеть за ним.

Но вдруг Глеб остановился. Оглянулся ко мне и аккуратно поправил ворот моего платья. Его пальцы едва коснулись кожи. И внутри меня вспыхнуло короткое замыкание.

Я не успела хоть как-то отреагировать, а он отвернулся и толкнул дверь в переговорную.

– Прошу прощения, что заставил вас ждать, – громко сказал Глеб, протянул мне папку с досье Маркова и жестом указал на стул рядом с собой. – Как вы понимаете, дело сложное, и я должен был лично поговорить и с подозреваемым, и с вами.

Ожидавший нас техномаг стоял у окна. Он медленно повернулся, будто в отместку заставляя дождаться его внимания. Серый костюм, лощеные ботинки, массивный перстень на пальце, неизвестное мне устройство на поясе и надменное выражение лица. Я уже поняла, что техномаги были отдельно стоящей высшей кастой. Особенно те, кто состоял в Гильдии.

– Зачем вы хотели меня видеть? – спросил он, сев напротив и даже не назвав своё имя.

– Мы кое-что нашли, – Глеб сразу приступил к делу. – И, конечно, консультация специалиста значительно ускорит расследование.

Сначала Глеб протянул ему копию результатов экспертизы осколков. Техномаг взял бумаги в руки и пробежал глазами по тексту. Глеб внимательно смотрел на него.

– Осколки магбатареи мы собрали после взрыва на рынке, – уточнил Глеб, пока техномаг читал отчет. – Как правило по типу заряда можно опознать фабрику, но…

– Этот заряд не похож ни на один из тех, что выпускают крупные фабрики, – закончил за него техномаг и поднял взгляд. Тон его голоса изменился на деловой. – Но часто встречается на подделках. Могу я забрать копии?

– Конечно, – разрешил Глеб. – В ответ я надеюсь на вашу помощь в поиске преступника.

Техномаг неопределенно улыбнулся. Кажется, это значило “нет”. Но Глеб точно ждал такой ответ. Потому что тут же добавил:

– Вы же понимаете, что дело тут не только в утечке технологий. Убийство Лебедева всё ещё связано с этим делом. К тому же… – он прервался на несколько секунд, чтобы вытащить и положить перед техномагом извлечённую из самоката батарею. – Это было в самокате убитого. Прежде, чем скажете свое мнение о самой батарее, сравните заряд.

Техномаг замер, а потом протянул руку к батарее. Повертел её в руках. Я заметила мелькнувший во взгляде интерес. Но, как и просил Глеб, сначала он сравнил заряд.

– Вы правы, – протянул он. – Заряды отличаются, но схема одна.

– Взрывом этой магбатареи пытались скрыть убийство Лебедева, – тут же пояснил Глеб.

Губы техномага дрогнули, он вдруг усмехнулся.

– Признаться, мы считали, что связь Лебедева с подделкой казалась нам прикрытием ваших неудач, – протянул он. – Но вы оказались правы. А это, – он аккуратно постучал ногтем по неизвестной схеме. – Как вы, наверное, догадались, взрывное устройство.

– Такие игрушки простой мастер не изготовит, – кивнул Глеб. – Есть идеи, чьих рук дело?

– Думаете, кто-то из Гильдии? – техномаг пристально посмотрел на него. – Но нам ни к чему портить отношения с фабрикантами. Тем более убивать такого человека, как Лебедев.

– Хотелось бы в это верить. – Глеб так же не отрывал от собеседника взгляд.

– Но? – техномаг, кажется, ждал, что Глеб поделится с ним ещё чем-то.

– Со смертью Лебедева это перестало быть внутренним делом Гильдии, – без эмоций сказал Глеб. – В ближайшее время мы должны получить от вас список имён, кто мог бы собрать такую штуку. И, конечно, нужны личные встречи с теми, кто покажется нам интересным.

– Я вас понял, – холодно ответил техномаг и кивнул на батарею. – Позволите?..

– Простите, вещдок, – Глеб протянул руку, чтобы забрать батарею. – А копия экспертизы ваша.

Техномаг щелкнул пальцами. Его перстень засветился, будто сканируя размещенную чуть выше батарею. А потом он вернул её Глебу.

– Что-то ещё? – спросил он.

– Сколько магов с допуском к технологиям покинули Гильдию? – тут же спросил Глеб.

– Это допрос? – улыбнулся маг. Но ответил: – Вы же знаете: ни один маг не может покинуть Гильдию. Кто родился магом, тот умер магом. Вопрос только в положении.

– Я всего лишь спросил, – холодно улыбнулся Глеб.

– В Гильдии довольно жесткие правила, – всё-таки сказал маг. – Образование и лицензии не дают кому попало.

Губы Глеба чуть скривились. Я вспомнила, как своё разрешение получила я. Даже не будучи магом. Но наш собеседник будто не заметил его выражения.

– Поверьте: если хоть один из наших оступился, он не только ответит перед законом, но лишится всего. Не думаю, что кто-то из магов рискнул бы всем ради дешёвой подделки.

– И всё-таки я жду список тех, кто по каким-либо причинам действует в одиночку. Или может… – Глеб помедлил. – Слишком амбициозен и переметнулся на сторону зла. Видно же, что это не ребенок на коленке собрал.

Глеб повертел батарею в руках. А техномаг заметно напрягся.

– Гильдия окажет любое посильное сотрудничество, – ответил он и встал из-за стола.

Взгляд техномага скользнул по мне. А потом маг покинул переговорную. Я посмотрела ему вслед. Может ли быть так, что виновник один из них?

А Глеб остался сидеть. Его губы вдруг растянулись в довольной улыбке.

– Знаешь, что особенно приятно? – вдруг спросил он. – Не каждый день выпадает шанс прижать к стенке Гильдию техномагов. А заставить их играть по своим правилам – до этого дня казалось невозможным.

– Так значит, ты не думаешь, что они сами допустили утечку технологии? – я резко повернулась в нему.

– Этот техномаг прав, – тон Глеба снова стал серьезным. – Если кто-то из них сольёт хоть один секрет Гильдии, это будет для него катастрофой. Ни один маг в здравом уме не станет делать этого. Не из страха перед Гильдией, а потому что куда проще брать деньги с фабрикантов, чем продавать налево сомнительные копии. Но теперь они думают, что мы их подозреваем. И будут сотрудничать. А значит, вскоре мы получим первые данные о батарее из самоката и прежних подделках, собранных магами.

– Ты сумасшедший, – выдохнула я. Страшно представить, что Гильдия угрожала ему всего несколько дней назад. А теперь…

– Нет. Всего лишь использую полученное преимущество.

Он встал из-за стола. Я отстала от него всего на пару ударов сердца.

– Я перебрала бумаги, которые привезли из центрального архива, – сказала, когда мы снова пошли по коридору.

– Нашла что-то интересное? – небрежно спросил Глеб.

– Нет, но…

Я остановилась, чтобы не выронить бумаги. Вытащила из кармана заметку о Бурове и протянула ему. Глеб удивлённо поднял бровь.

– Там внизу, – пояснила я.

– Такие ярмарки проходят часто, – прокомментировал Глеб, просмотрев обрывок заметки. – Отличная возможность для молодых инженеров заявить о себе.

– А тебе не кажется, что если Буров несколько лет назад смог сделать что-то, что задело Гильдию техномагов, то сейчас он сбежал не потому что видел убийцу? – осторожно спросила я.

Глеб снова уставился на заметку.

– Ты права, – вдруг сказал он. – Мы зациклены на вдове и её связях. Исключили инженеров фабрики только потому что они на первый взгляд чисты. Я первым делом подумал о Маркове, когда узнал о его деле, но не о том, что Буров куда больше подходит. Вот только… Зачем ему сбегать после смерти Лебедева и ставить себя под удар? Если бы он не дёргался, мы бы даже не узнали о нём.

Я промолчала, надеясь, что моя находка поможет Глебу.

– Фонарёв! – крикнул он, как только мы подошли к нашему временному рабочему месту: – Вдову на допрос и под домашний арест, как подозреваемую в убийстве Лебедева. Громов! С тебя ордер на обыск фабрики и допрос инженеров. И откопайте, где прячется Буров. Он точно что-то знает.