Глава 25

Переулок, где обитал информатор, казался мрачнее, чем в прошлый раз. Солнце ещё не село, но тут сумерки будто опускались раньше. Я вздрагивала от каждого шороха. На всякий случай нащупала в кармане электрошокер и чуть не включила его, когда услышала какой-то шум.

Из головы не шли слова Глеба, что Смольный следит за нами.

Но, наверное, Глеб знал, что делал. Он шёл вперед уверенно. И я старалась не думать о худшем.

Информатор уже ждал нас. Он окинул Глеба взглядом исподлобья, протянул ему деньги и сказал:

– Ничего у них нет.

Глеб нервно поморщился и посмотрел на купюры.

– Тут только половина, – заметил он.

– Компенсация за то, что за такие вопросы меня чуть не вышвырнули вон, – буркнул информатор. – Глебушка, ты же знаешь, что ссориться с поставщиками ещё хуже, чем растерять всех клиентов.

– Зато лучше загреметь в тюрьму или объясняться с гильдейскими, – резко ответил Глеб. Кажется, новая неудача очень разозлила его.

Информатор покосился в мою сторону, потом тяжело вздохнул.

– Ладно, есть у них кое-что, – признался он. – Не твоя опасная игрушка, но может пригодиться.

Он медленно вздохнул, набираясь смелости сказать что-то или упиваясь вниманием, и продолжил:

– Когда я стал спрашивать о батареях с начинкой, мне сказали, что такого у них никогда не было. А если бы и было, то не для таких, как я. Только один из мастеров проболтался, будто видел, как у них сделали пару нестандартных батарей. А куда они ушли, никто не знает. Может забрал кто из верхушки. А может – отправились в утиль. Больше ничего сказать не могу. Ты же знаешь, Глебушка, я человек маленький…

Но Глебу, кажется, этого было достаточно. Он коротко кивнул и повернулся к выходу. Я поспешила за ним.

– Это что-то значит? – спросила я, потому что молчание затянулось. Если у Глеба появилась зацепка, то мне хотелось знать об этом.

– Вероятнее всего у Смольного есть технология взрывных батарей, – ответил Глеб тем тоном, когда он нащупал след. – И, скорее всего, он не собирается ею делиться. А теперь покрывает Наталью, сделав так, будто убийство состоялось не по их вине. Кто с такими данными что докажет?

Я промолчала. Но почему-то крутилась мысль, что Григорий действительно мог не знать настоящего убийцу. Что, если батареи сделал сам Буров? В качестве эксперимента, например, раз уж он имел доступ к мастерской? Может быть, продал их кому-то ещё или…

Да ну, бред какой-то. Не мог же он сам взорвать свою квартиру и подложить детонатор в самокат Лебедева! Конечно, Глеб прав. Все улики ведут к Наталье. А Смольный лишь обставил всё так, чтобы отвести подозрения от себя. Поэтому инженер прячется?

– Что теперь? – осторожно спросила я, когда мы вышли на оживленные улицы.

– Домой, – коротко бросил он, не сбавляя шаг.

Потом обернулся и посмотрел на меня таким взглядом, от которого по коже пробежали мурашки. Но Глеб уже снова уставился на дорогу перед собой.

– Завтра ещё раз посмотрим на батарею из самоката. Заряд в ней похож на тот, что Буров продал Смольному.

Глеб помолчал, прежде чем продолжить:

– А потом решим, как копать дальше. Или пойдём в «Мастерскую под Воротами», или попробуем подобраться к самому Смольному.

Вскоре мы добрались до дома. Поднялись по лестнице, Глеб открыл дверь и пропустил меня внутрь. Он, как обычно, завис у доски, пока я готовила ужин. Потом помог убрать со стола. И в момент, когда я меньше всего этого ждала, обнял меня сзади.

Глеб прижался к моей спине и уткнулся носом в волосы. Это было слишком… слишком интимно. Как будто мы не случайные напарники, которые иногда спят вместе. Но внутри всё сладко сжалось, а сердце застучало быстрее.

Я развернулась к нему, чтобы… Чтобы что? Сказать, что всё произошедшее раньше ничего не значит? Или наоборот, что мне хорошо рядом с ним?

Он смотрел на меня, не разжимая объятий. Потом медленно наклонился и осторожно коснулся губами губ. Не знаю, что я должна была сделать. Я ответила. А он прижал меня крепче.

Как-то само собой мы оказались в спальне. Всё происходило неторопливо – поцелуи, нежные касания, наши горячие тела. Но в голове билась мысль: чёрт, в этот раз всё по-настоящему…

Я уснула в его объятиях, не заметив, как пролетела ночь. А утром Глеб разбудил меня поцелуем в шею.

– Просыпайся, – тихо сказал он мне в ухо.

Он всё ещё прижимал меня к себе, но сегодня не пытался шутить. Как будто утро, когда мы голые лежим рядом – абсолютно нормальное.

– Нам надо разобраться с батареей, – снова напомнил он. Себе или мне?

Ещё раз коснулся губами моего плеча и встал первым. Я посмотрела на его обнаженную спину и тоже сползла с кровати. Хотелось сказать себе, что всё это не серьёзно. Мы рядом – работаем, живём в одной квартире, спим в одной постели. Но ведь это ещё не любовь, правда?

А казалось, что да. Ведь я сама в прошлый раз призналась ему, что влюблена. А он? Он ничего не ответил. Вот только я слишком хорошо знала: Глеб ничего не делает просто так.

А дальше нас снова ждала работа. В участке Глеб сразу направился к Вершинину. Мы встретили его в коридоре – раздраженного, с папкой в руках. Кажется, он не был нам рад особенно сильно.

– Ты сегодня рано, – устало буркнул он, глядя на Глеба, и первым прошёл в кабинет.

– Надо поговорить, – Глеб сразу перешёл к делу. – Я хочу, чтобы вы проверили финансовую деятельность “Мастерской под Воротами”. Я думаю, через них мы подберемся ближе к Смольному и узнаем что-нибудь новенькое по вдове.

– Что у тебя есть? – Вершинин опустился в кресло и закрыл глаза на пару секунд.

– Магбатарея со взрывным устройством с самоката Лебедева. Заключение гильдейского техномага – проект, скорее всего, принадлежит Бурову. А у самого Бурова был пропуск в Мастерскую. А ещё слова моего человека: такие батареи могли мелькать в их заказах. Кажется, этого должно быть достаточно.

Вершинин устало потёр лоб.

– Ты понимаешь, сколько вчера было звонков по поводу Натальи Лебедевой? Я ещё кофе не выпил, а у меня уже четыре повестки от прокуратуры, пресса, требующая немедленного заявления, и один истерящий журналист, считающий, что ему надо узнать обо всём раньше других.

– Да от тебя нужна одна бумажка, – равнодушно пожал плечами Глеб. – Хуже не будет, даже если в Мастерской трудятся одни невинные овечки.

Глеб посмотрел на него, а потом добавил:

– Зато представь, сколько всего ты сможешь рассказать журналистам, если окажется, что к убийству Лебедева приложил руку наш дорогой Смольный. Твой полицейский участок станет самым популярным местом в городе на ближайшие пару лет.

– Был бы рад, если бы ты сам это разгребал, – пробормотал Вершинин, но кивнул. – Дай мне копии заключения и снимки батареи. Я оформлю запрос. Пусть финансисты покопаются.

Глеб кивнул и положил перед Вершининым копии нужных документов.

– Спасибо, – добавил он вежливо. – Попрошу ещё у Гильдии техномагов потянуть за ниточки. Может, найдут что-то интересное.

– Всё никак с ними не расстанешься? – усмехнулся Алексей.

– Да мы с магами уже почти свои, – Глеб ответил ему шуткой, и мы вышли из кабинета.

Возле самого выхода столкнулись с адвокатом Натальи – тем самым, что защищал лично её, а не известную фамилию. Он посмотрел на Глеба мрачным взглядом, как будто именно тот был виноват во всём произошедшем, и вышел на улицу, хлопнув дверью.

– К обеду она уже будет пить чай в более комфортной обстановке, – негромко пояснил Глеб. – Быстро организовали.

По каким признакам он понял это? Я молча кивнула.

Мы тоже вышли из участка. О планах Глеба я знала ровно ничего – только обрывки разговоров и его вечное "действуем по обстоятельствам", потому ждала указаний. А он тут же обратился ко мне:

– Ну что, заглянем в Гильдию?

Я неуверенно покосилась на него.

– А мы можем заявиться к ним… вот так?

– Почему нет? – улыбнулся он. – Я же теперь, получается, встречаюсь с магом.

Он усмехнулся и на секунду обнял меня за плечи, будто это была всего лишь шутка. Но я вздрогнула, потому что, если это была шутка, то слишком она напоминала его веру в такой расклад. А если не шутка… то мне стоило бы волноваться ещё сильнее.

– Глеб, – я обратилась к нему. – Но я же не маг.

Лучше было прояснить это сразу, пока он не представил меня гильдейским техномагам как их коллегу. В таком случае, сам Буров бы не позавидовал моей судьбе.

– Ты думаешь, я не пытался запустить твой искровик, когда ты в первый раз сказала об этом? – Глеб недовольно поморщился и убрал руку с моего плеча. – Дай его сюда.

Я осторожно вынула электрошокер и положила его в протянутую ладонь. Не знаю, что могло сказать обо мне это устройство, но я уже не ждала ничего хорошего.

– Смотри.

Глеб нажал на кнопку и… ничего не произошло.

– А теперь ты, – он вернул мне электрошокер.

Я решила, что села батарейка. Но, стоило мне прикоснуться к нему, как на конце электрошокера затрещал разряд. Как такое могло быть?

– Как и все устройства магов, он не запускается в руках простых людей. Я не спрашиваю тебя о прошлом, – Глеб хмуро посмотрел на меня. – Но надеюсь на честность в настоящем.

Я тряхнула головой.

Как доказать, что ты не маг, если ты не маг, но все вокруг думают иначе?

Ничего ему не ответила. Я всегда была с Глебом честна. Но он всё ещё был уверен, что я что-то скрывала.

До здания, где располагалась Гильдия техномагов мы добирались в холодном молчании. Казалось, едва зарождающееся тепло между нами могло внезапно исчезнуть из-за какой-то ерунды.

Но может, Глеб плохо нажал кнопку?

Мы остановились возле постройки из серого гранита. Четкие линии каменных стен были оплетены сетью труб и постоянно движущихся механизмов. Пока я оглядывалась, заметила воздушные переходы, ведущие к соседним зданиям. Кажется, Гильдии принадлежали довольно обширные территории.

Глеб толкнул высокую дверь, на которой был высечен герб техномагов, и я шагнула вслед за ним в прохладный вестибюль. В стороны расходились длинные коридоры с многочисленными дверями. Под ногами блестел мраморный пол. Всё здесь напоминало скорее какое-то министерство, чем логово изобретателей, на которых держится половина этого мира.

За широкой стойкой сидело несколько секретарей. Пока я осматривалась, Глеб подошёл к одному из них, чтобы договориться о встрече. И уже через несколько минут мы поднимались по лестнице, чтобы поговорить с магом.

Я поёжилась, представив, что могла быть частью всего этого… если в самом деле была бы магом. А ещё, что случится, если техномаги узнают, что я притворяюсь одной из них.

Мы вошли в кабинет. Он был… обычным. Простой стол, несколько полок и стульев, аккуратно сложенные папки. Кажется, Гильдия хранила свои тайны тщательнее, чем даже фабриканты, и для гостей были приготовлены простые кабинеты без намёка на их деятельность.

Нас уже ждали. Это был тот же маг, что приходил к Глебу с угрозами – я сразу узнала надменный вид и ледяной взгляд.

– Господин Ларин, – холодно начал он, хотя был вежливее, чем в нашу предыдущую встречу, и даже жестом предложил присесть. – Неужели принесли вести о Бурове?

– Принёс вам весточку от дельцов с черного рынка, – парировал Глеб и сразу перешел к делу. – Хочу предложить вам заглянуть в “Мастерскую под Воротами”.

– Но вы же пришли не только за этим, – протянул маг и усмехнулся. – Что вы хотите, Ларин?

– Информацию, – Глеб смотрел прямо на собеседника, не упуская ни единой эмоции на его лице. – Всё то, что вы там найдёте.

– С чего бы нам это делать? – продолжал улыбаться маг.

– Вы хотите найти Бурова, – ответил Глеб. – Но такому талантливому инженеру нужно было место, чтобы произвести батарею с детонатором…

– В таком случае у нас достаточно полномочий, чтобы разобраться с мастерской самим, – перебил его маг. Но по тому, как он схватил карандаш и начал крутить его в пальцах, я поняла: слова Глеба его заинтересовали.

– Буров лишь пешка, – Глеб расслабленно откинулся на спинку стула, будто ждал именно такого ответа. – Так же, как и “Мастерская под Воротами” – одна из многих. Но, если вы поделитесь информацией, майор Вершинин будет вам благодарен. И, конечно, у него будет возможность прижать кое-кого интереснее простых работяг.

Техномаг хмыкнул, но на некоторое время замолчал.

– Вы пришли от полиции? – наконец усмехнулся он. – У вас есть письменное распоряжение?

– Я не работаю в полиции, – поморщился Глеб. – Но мы могли бы помочь друг другу.

– Вы предлагаете союз, – медленно проговорил маг.

– Я предлагаю сотрудничество и ценный обмен, – поправил его Глеб. – Мне нужна документация Мастерской, левые технологии – всё то, что пришедшим с обыском полицейским покажется обычным.

Техномаг задумался, но всё-таки кивнул.

– Хорошо, – сказал он, – мы ждем от ваших друзей из полиции уведомление о времени, когда они будут готовы.

Я вздрогнула, вдруг осознав, как легко в этот раз Глеб договорился с магами. Но, конечно, Гильдия не против была избавиться от старого врага. И лишь потому техномаг согласился сразу.

– Ещё кое-что, – Глеб поднялся со стула, но не собирался уходить. – Мне нужен доступ к вашей картотеке.

– Ларин, кажется, вы забываетесь, – ровным голосом ответил маг. – Информация о магах Гильдии – не то, о чём вы можете просить так просто.

– Я хочу проверить пару фамилий, которые мелькали в деле, – беспечно отозвался Глеб. – Хотелось бы знать, что мы ничего не упускаем.

– Вы можете назвать имена, – возразил маг.

– С каких пор принадлежность человека к магии стало секретом Гильдии? – усмехнулся Глеб. – Вы же сами заинтересованы знать, кто из магов может оказаться связан с этим делом. Но если это лишь совпадение… – он наклонился чуть ближе к магу и добавил: – Позвольте этому оставаться тайной следствия до тех пор, пока ничего не доказано.

Маг чуть поморщился, но встал из-за стола. Власть Гильдии до этого момента казалась мне безграничной. Вот только, кажется, законы существовали и для них. И, может быть, Глеб нарочно сначала заговорил о выгоде магов в этом деле и намекнул на Смольного, чтобы заинтересовать мага в сотрудничестве.

А я вдруг поняла, что в этом разговоре не было смысла. Глеб мог уведомить магов письмом или действовать через Вершинина. Его целью с самого начала была картотека. Он что-то понял?