Глава 7

Фабрика Лебедева располагалась возле железнодорожной линии и была похожа на крепость. Серые здания, оплетающие их трубы, решетки на окнах, гул работающих механизмов, который был слышен даже за воротами.

У ворот проходная и два охранника, листающие газеты от скуки. Один из них, заметив нас, встал и вышел к воротам.

– Здравствуйте. Чем я могу вам помочь?

Один вопрос, а я уже была готова бежать отсюда. Даже если придется делать это на самокате. Глеб стоял уверенный в себе, как и всегда. Даже хотелось стукнуть его поддельным разрешением.

– Внеплановая проверка, – буднично ответил Глеб. – Представитель Гильдии. Я – сопровождающий.

И незаметно толкнул меня.

Я поспешно развернула фальшивое разрешение и протянула его охраннику, изо всех сил надеясь, что он не заметит, как дрожат мои руки.

– Полина Морозова. Ревизор по маготехнике, – пролепетала я, уже понимая, что прозвучала неубедительно.

Охранник посмотрел на меня, скользнул взглядом по документу. Но, видимо, таких дерзких тут прежде не водилось, либо он решил, что пусть со странными гостями разбирается начальство. Он открыл перед нами двери и сказал, что проведет нас к главному инженеру.

Мы вошли в какое-то здание и прошли по длинному коридору. Здесь гул механизмов звучал тише, но из-за закрытых дверей было слышно клацанье печатных машинок и тихие голоса. Охранник постучал в одну из дверей и, дождавшись ответа, впустил нас внутрь.

– Ольга Николаевна, к вам гости. Из Гильдии, – объяснил он наш провожатый.

Стены кабинета были увешаны какими-то чертежами. Я старалась не оглядываться и сохранять равнодушие – нормальный техномаг, должно быть, видел сотни таких кабинетов. Сразу посмотрела на склонившуюся над столом женщину. Испугалась, потому что не поняла, связана ли она как-то с магами – на вид от техномагов не отличить.

Она подняла на нас усталый взгляд и поздоровалась.

– С каких пор Гильдия стала присылать проверку без предупреждения? – сердито спросила она.

– С тех пор как убили Лебедева, и Гильдия не может быть уверена в дальнейшей лояльности фабрики, – ответила я неожиданно ледяным тоном.

Кажется, я начинаю вживаться в роль. От радости чуть не рассмеялась. Вздернула подбородок чуть выше, как учил Глеб и посмотрела женщине в глаза.

Ольга кивнула, как человек, который сделал себе мысленную заметку: “надо срочно созвониться с юристами”. Казалось, она вот-вот скажет что-то язвительное, но вовремя вспомнила, что перед ней – техномаг с возможностями прикрыть эту фабрику. Она склонила голову чуть ниже и только уточнила деловым тоном:

– Тогда с чего вы хотите начать проверку? Я могу вам показать лабораторию и магические хранилища.

– Со склада, – сразу ответила я. Не потому, что это был правильный выбор, а потому что так указал Глеб в списке.

Ольга Николаевна чуть подняла бровь, но вышла из кабинета и послушно повела нас куда-то. Я на миг усомнилась: может надо было начать с производственных цехов? На нашей репетиции у Глеба дома именно на складах я и провалилась. Может развернуться и пойти в неизвестном направлении, как учил Глеб?

Оглянулась на него, но он молчал. Ну ладно, мысленно пожала плечами, пусть будет склад.

Мы прошли в соседнее знание и оказались в огромном помещении, заставленном аккуратными рядами полок. Тут в коробках лежали тысячи чуть светящихся батарей разных размеров. Рядом крутились какие-то механизмы, некоторые полки были закрыты толстым стеклом. Тут всё в порядке? Или даже придраться не к чему? Я оглядывалась по сторонам, пряча растерянность за суровым выражением лица.

– Как вы видите, у нас всё на высшем уровне, – холодно сказала Ольга Николаевна. Я поняла, что именно этим тоном я должна была говорить с ней. – Техника безопасности на высшем уровне.

Я покосилась на механизмы. Если не знать, то, кажется, уровень безопасности тут на уровне “бери и беги”. Посмотрела на Глеба, но тот едва заметно кивнул. Значит, все в порядке. По моей спине пробежали мурашки. Незадачливого воришку с моим уровнем наивности тут ждет большой сюрприз.

Мы прошли дальше. Заглянули в хранилище непрошедших проверку батарей. Тут стоял озоновый запах, а каждый стеллаж был закрыт прозрачным куполом. Глеб взглядом указал на один из дальних отсеков. И я с самым серьезным видом спросила:

– Почему эти батареи хранятся отдельно?

– Это нестабильные прототипы, – сухо ответила Ольга. – Храним их по особому регламенту до переработки. Контроль проводится ежедневно.

Я кивнула, как будто всё поняла. На самом деле мне хотелось поскорее унести отсюда ноги. В моём понимании нестабильные батареи были чем-то вроде бомбы замедленного действия.

Покосилась на Глеба. Он нахмурился, но еле заметно качнул головой – всё в пределах нормы.

Потом мы заглянули на производственные цеха. Тут было шумно: грохотали механизмы, пахло маслом, суетились рабочие. Ольга Николаевна что-то рассказывала, пытаясь перекричать шум. Я иногда кивала и что-то невпопад спрашивала.

Глеб с уверенным равнодушием осматривался. Но каждый раз, когда ловил мой взгляд, качал головой.

Ничего.

Фабрика Лебедева не зря заслужила свою репутацию самой надежной фабрики Копперграда. Всё было на высшем уровне, не считая того, что сюда смогли проникнуть два таких проходимца, как мы. Но, наверное, разрешение из стола Вершинина настоящему преступнику добыть не так просто.

– Здесь производится тестирование опытных образцов по последней технологии, – сказала Ольга, когда мы зашли в очередной цех. – Массовое производство начнётся через несколько месяцев.

Нам пришлось пройти через два пункта охраны, в одном из которых снова проверили мои документы и даже заставили пройти через магическую рамку. Когда рамка не подала тревожного сигнала, Глеб скользнул по мне взглядом, полным молчаливого сарказма: "ещё скажешь, что ты не техномаг?"

– Как видите, защита новейших технологий на высшем уровне, – продолжала говорить Ольга Николаевна. – Тут работают только проверенные инженеры. В цеха технология поступит в зашифрованном виде, как и полагается.

Глеб еле заметно кивнул – всё в порядке. Я сделала вид, что и сама всё поняла.

Мы прошли дальше и оказались в административных помещениях.

Они были совсем другими: просторные кабинеты, огромные столы, кипы чертежей и сложных формул. Ольга рассказывала про расчёты, регламенты, допуски и перерасчёты, а я всё больше чувствовала, как в голове превращаются в кашу и магобезопасность, и маготехника, и вообще всё магическое.

Я слушала её в пол уха, устав от бесконечных неизвестных мне терминов и собственных вопросов, которые мне все больше казались бессмысленными. Наверное, только это позволило мне расслышать разговор двух сотрудников, которые переговаривались за одной из открытых дверей:

– Жалко Анатолия… Такой был специалист…

– Может, его тоже убрали… как и шефа...

Я замерла, едва сделав шаг. Глеб чуть тронул меня за локоть, подталкивая дальше, но я успела спросить у Ольги:

– Кто такой Анатолий?

Ольга Николаевна сжала губы в тонкую линию, будто не желая обсуждать это.

– После смерти Андрея Сергеевича один из ведущих инженеров – Анатолий Буров – пропал. Он был не слишком общителен. Другие решили, что он просто заболел – такое иногда происходит.

– И вы не заявили в полицию? – спросила я, стараясь сохранить ледяной тон, но удивление пробивалось наружу. Такое совпадение не могло быть случайностью.

– Мы... не сразу придали этому значение, – нехотя признала Ольга. – Буров был нелюдим. Все решили, что он просто заболел. Но пару дней назад его коллеги решили навестить его. Дома его не было. Полиция уже уведомлена. Пока результатов нет.

Я посмотрела на Глеба. В его взгляде зажегся интерес. Тоже думает, что исчезновение инженера связано с его делом?

– Полагаю, вскоре его найдут в одной из больниц, – тихо продолжила Ольга. – Хотя кто-то полагает, что его исчезновение связано с убийством Андрея Сергеевича. Может быть… он тоже мертв. Другие инженеры напуганы. Но пока нет официальных данных о его смерти, мы не можем что-то предпринимать.

Я задумалась, не зная, о чем спросить. Ревизора из Гильдии техномагов может интересовать только утечка данных, а не смерть сотрудника. Но если этот инженер и правда связан с гибелью владельца фабрики? Могу ли я задать вопрос об этом?

Ольга Николаевна ещё какое-то время водила нас по кабинетам и коридорам. Показала какие-то графики, схемы, отчеты, которые для меня звучали как что-то на слишком умном – ровно так же, как слова о квантовой магии. Слишком неизвестно и очень необычно.

Я старалась сохранять суровое выражение лица, иногда задавала дежурные вопросы и с умным видом записывала в блокноте: “Спасите! Я устала от этого шума и запаха гари! Глеб – деспот. Механизмы – зло. Батареи – потенциальные бомбы."

Глеб молчал и только изредка одобрительно хмыкал в нужных местах, создавая видимость, что мы настоящие ревизоры и позже обязательно всё обсудим. Но, кроме исчезновения инженера, здесь не было ничего необычного.

– Может быть, чаю? – предложила Ольга.

Я прекрасно помнила указания Глеба о чае. Хотя, вообще-то, была бы не против выпить чашечку. Но ледяным голосом, как учил Глеб, отказалась:

– Благодарю, но у нас очень плотный график.

Ольга не стала уговаривать. Наверное, я всё сделала правильно. И вскоре мы покинули фабрику.

Мы шли прочь по улице, а я поймала себя на том, что все ещё пытаюсь держать образ суровой леди. Редкие прохожие шарахались от меня, как если бы я могла испепелить их электрошокером, если они приблизятся ко мне слишком близко.

– Кажется, все прошло как надо, – наконец выдохнула я.

Но Глеб покосился на меня, будто вообще забыл, что я иду рядом.

– Мы ничего не нашли, – холодно ответил он. – Фабрика Лебедева не зря имеет статус самой надежной из фабрик. Даже тебе, как ревизору, показали всё, но не открыли тайных технологий. Как ревизор Гильдии ты и так должна знать их. Но иные бы могли подсунуть тебе бумаги в качестве доказательства статусности фабрики. Но не они. Я даже восхищен.

– А как же пропавший инженер? – с надеждой спросила я. Мне-то казалось, что это важно.

– Анатолий Буров, – медленно проговорил Глеб и поморщился. – Это не любовник. И не тот, кто увез вдову с похорон. Может быть – случайный свидетель. Или ещё одна жертва. Пока он для нас бесполезен.

Я задумалась, потом спросила:

– Может, надо было узнать, какими именно технологиями он занимался?

Глеб покачал головой:

– Бесполезно. Все ведущие инженеры работают с технологиями Гильдии. У каждого свой участок, но принципы одни. Вряд ли он знал что-то такое, чего не знали другие.

Я разочарованно выдохнула. Выходит, мы ничего не нашли.

– В любом случае, – добавил Глеб. – Нам нужно узнать, что о нём нашла полиция. Даже его труп может оказаться зацепкой и привести к чему-то более важному.

Мы шли дальше. Я потерла щеку – кажется, я успела где-то испачкаться. Глеб посмотрел на меня и остановился. Он смотрел с той ленивой насмешкой, от которой у нормальных девушек должны были подкашиваться колени. Потом медленно провёл пальцем по щеке и словно нарочно задержался на долю секунды дольше.

Дыхание сбилось. И он, кажется, заметил это. Уголок его рта дернулся, будто он пытался сдержать улыбку.

– Прелестно, – усмехнулся он, не убирая руку сразу. – Ещё пару часов на складе – и выглядела бы так убедительно, что даже в гильдии бы тебя не отличили от настоящего ревизора.

Я фыркнула, пряча смущение за суровой миной.

– Хотя... – лениво добавил он, шагнув дальше. – Если бы ты ещё ткнула кого-нибудь искровиком, выглядела бы просто безупречно.

Я закатила глаза и поспешила догнать его.