Глава · 17

– Леди Кати должна остаться. – Браил подошел к моему сопровождающему, когда все невесты покидали зал состязаний. – Ей необходимо помолиться.

С верховным магом спорить не осмелились. Разве что все-таки проводили нас до молитвенного зала со статуей.

– Поздравляю с успешным прохождением испытания! – произнес Браил, как только за нами закрылась дверь.

«Привет, молчаливый друг, источник всех моих бед!» – мысленно поздоровалась я со статуей божества, по воле которого оказалась заброшена в этот мир.

– Вы продемонстрировали изрядную смекалку для моей победы, – заметила я, обращаясь к Браилу. – Противоядие в воде, и… что-то замедляющее в противоядии, которое вы давали всем.

– Вы не устаете меня удивлять, Кати. – Мужчина едва заметно кивнул. – Поразительная проницательность!..

Хочешь жить – умей вертеться.

– Стоит сказать, вам повезло. Я добавил в вашу настойку корень биранской синевы и экстракт борника. Вместе они замедляют всасывание любых веществ. Правда, вызывают слепоту, если в течение часа не выпить эликсир Дарона.

Маг достал из широкого рукава ампулку с насыщенно-красной жидкостью.

– Я думала, что уже выпила противоядие…

Сердце вновь сковал страх.

– Противоядие – да, – кивнул маг. – Универсальное, против большинства ядов Антраина. Его не сложно растворить с водой. Но это, – Браил вновь потряс ампулкой, – неизбежно окрашивает напиток. А мы же не хотим, чтобы кто-то посчитал, что у вас есть помощник?

– Конечно не хотим, – протянула я руку, чтобы забрать пузырек с антидотом от очередной дряни, которая может мне навредить.

Но Браил отдернул руку с лекарством.

– Я должен знать, что мы договорились, – произнес верховный маг.

– Я же уже сказала…

– Слова, слова… – Мужчина развел руками, его коричневый балахон едва слышно зашуршал по каменному полу. Ловкое движение, и Браил извлек из кармана уже знакомый мне напиток – таинство. – Мне нужно что-то большее, чем пустые обещания.

Да что угодно, чтобы не ослепнуть-то.

Приняла клятву о молчании и злобно посмотрела на мага.

– Я сделаю то, что нужно. Если надо участвовать в заговоре – пожалуйста. Но ничего не выйдет, если я потеряю зрение.

Сколько там осталось времени от выделенного мне часа?

Браил же не хочет, чтобы я прямо сейчас сбегала и убила Дарриона? Надеюсь, что нет.

– Вы видели, как действует темный душитель? Быстро, безболезненно…

– Я не могу прямо сейчас!

– И не требую… – В одну мою руку вложили аккуратный резной флакон зеленого цвета, в другую – ампулу со столь необходимым мне антидотом. – Но сегодня все должно свершиться, – надавил Браил, кивая в сторону яда.

– Несколько капель в бокал принца. После ужина. Я знаю, что вы… умеете встречаться с ним вне обговоренного времени. Мне нужен результат, Кати. Иначе я очень сильно расстроюсь. Очень!..

Отравить Дарриона сегодня?

Вернее, не так. Отравить Дарриона?! Сегодня?!

Я… Я не могу… Это…

На ужин шла, будто на собственную казнь.

В кармане платья спрятан злосчастный пузырек, в голове каша из мыслей о том, как я собираюсь из всего этого выкручиваться. Дарриона жалко. Он… Да он ни одного грубого слова мне не сказал, пальцем почти ни разу не тронул. Вон, даже когда на воровстве поймал и не знал меня, ничем не обидел.

А я…

Не могу так. И сказать же ничего толком не смогу.

Может, просто молча достать перед ним переданный Браилом яд и промолчать? Пусть сам разбирается, а я пас. Так будет хотя бы по совести. Вот только что со мной сделает верховный маг за подобное решение? Он отлично дал понять, что способен устроить мне нехилые проблемы со здоровьем, просто предложив бокал воды. И я никогда не узнаю, которое из съеденных блюд или попробованных напитков станут для меня последними. Просто потому, что я сильно не оправдала ожиданий.

Но убивать, чтобы спасти себя? Нет. Так определенно нельзя.

Так что надо поступить правильно. Виновен Даррион в том, что ему приписывают, или нет – не мне решать. В этом мире, сколько бы он ни был странным и отсталым, должны быть суды, должны существовать какие-нибудь стражи порядка. Если Даррион настолько плох, народ не будет терпеть. Его жена не будет терпеть.

Как ни крути, этот мир существовал до меня и будет существовать после. И назначать меня палачом… Я не согласна.

Знаю, что сказала Браилу другое. Но я не согласна. Нельзя спасать собственную шкуру ценой жизни каких-никаких, а друзей. Или невиновных. А пока для Дарриона не доказано обратное, он невиновен.

Так что… я… Я не стану этого делать!

Закончится ужин, попрошу встретиться, поставлю пузырек. И будь что будет. Пусть Даррион сам разбирается.

Если очень повезет, заставит Браила вернуть меня домой. Я бы, правда, уже не согласилась на помощь от верховного мага. Но точно могла бы попросить у Дарриона защиты. Не могу же я после своего отступления больше никогда не есть и не пить? Вернее, могу, конечно. Только продлится это не так долго, и закончится несколько не так, как мне бы хотелось.

«Браил хочет тебя убить», – вновь попробовала произнести вслух, но чертово зелье не позволило это сделать.

«Кто-то хочет тебя убить», – попытка поменять формулировку, и вместо звонкого девичьего голоса – глухое шевеление губами, словно я рыба, выброшенная на берег.

Как эта штука работает?! Не может же у тупого напитка иметься собственный разум, который определяет пределы допустимого в речи. Или может?

Вдруг таинство готовят из каких-нибудь грибов, которые зомбируют и подчиняют себе сознание выпившего?

И-и-и-и… здравствуй новая фобия, прощай аппетит.

Здорово. Просто класс. Мой мозг – мой враг.

– Ты! – голос Навв-Рьянки трудно забыть. Он въелся в память с первых минут знакомства. Да и потом – это единственная женщина во всем мире (без преувеличений), которая так искренне и в открытую меня ненавидит, чтобы налетать с грозным тявком и вытянутым указательным пальцем. – Ты!!!

– Я…

Тут как бы сложно спорить.

– Ты!

Да вроде уже договорились.

– Из-за тебя…

Навв-Рьянка почти прижала меня к стене, а ее дракон-спутник оттеснил мое сопровождение, не позволяя вмешаться.

– Из-за тебя моего брата выдворили из столицы! – прошипела гарпия низко.

– А мне казалось, что подобное даже вслух произносить нельзя, – флегматично напомнила я злыдне, что и у стен бывают уши. – Да и потом. Ренгар лучше меня знает, из-за чего его попросили покинуть дворец. Если бы он держал дистанцию…

– Ты кто такая, чтобы указывать истинному дракону, где его место?

– Строго говоря – никто, конечно, – пожала я плечами. – Но в сложившихся обстоятельствах… Тот, кто продвигает его сестренку на трон. Так что, может, поумеришь гонор?

Никогда не любила хамов. Сама не ангел, конечно. Но есть люди, или нелюди, которые переступают всякие границы.

– Что ты несешь? – шикнула змеюка огнегривая.

– А ты думаешь, Даррион просто так стал уделять тебе столько внимания? И что это я по своей наивности сбегаю от него пораньше или опаздываю, лишь бы вы, голубки, больше времени вместе провели?

Навв-Рьянка выглядела несколько озадаченной.

А я так понимаю, что Ренгар, который бывший Наввир, не счел нужным предупреждать сестренку об изменениях в плане покорения принца. Интересно, почему? Может, и мне не стоило?

Хотя… почему не стоило? Поберечь несчастные нервы великовозрастной девицы? Я как бы не ее родственница, чтобы этим заниматься.

– Я слежу за тобой, Снежинка, – прошипела угрожающе Навв-Рьянка, после чего отступила.

Иди-иди.

Драконы. Не переношу драконов! Они у меня уже в печенках. Избавишься от одного, тут же второй цепляется. Что дальше? Второй надзиратель из свиты начнет обхаживать? Но это я, конечно, фантазирую. Стоит не забывать, в каком щекотливом положении я нахожусь.

Ешь. Молчи. Молись…

Ужин, ничего не ляпни, сохраняй светлую надежду на понимание Дарриона.

Надоело!

Надоело настолько, что хочется кричать, бить посуду, рвать связки! И все от собственного бессилия.

Дурацкий ужин. Почему я не могу отказаться от всего этого, запереться в комнате и дождаться, чтобы Даррион пришел меня проведать?

Нет, я иду туда, куда зовут. Делаю, что прикажут… И только сильнее и сильнее влипаю в неприятности.

– Его императорское величество Далларион Третий, великий всеотец, хранитель Антраина приглашает вас отужинать с ним…

Уже знакомый церемониймейстер все в тех же белых одеждах распахнул двери обеденного зала перед невестами, приглашая войти.

Снова странные и не всегда вкусные блюда. Странные соки и очень разбавленные вина, которые я все равно не пью.

Невест пока не стало меньше. Далара, которая проиграла утреннее состязание, не уедет раньше завтрашнего дня. Сначала она примет пищу вместе со всеми, император удостоверится, что у девушки не осталось претензий к короне.

Забавный народец!..

«Привет, мы пригласили тебя стать невестой принца. Но ты нам не подошла, так что проваливай. И давай без обид».

Вообще без обид.

Это же то, о чем любая девушка мечтает – услышать, что она недостойна лучшего. Что она лишь посредственность, которая даже в ядах не разбирается. Куда ей такой глупенькой принцу в жены?

Как обычно, Даррион сидел рядом с отцом, император – во главе стола. Невестам – места чуть поодаль.

Готова спорить, что Навв-Рьянку в очередной раз пригласят к императору первой. Мне, конечно, все равно. Я вообще всеми конечностями за команду драконов. Просто это как-то нечестно.

Очевидно же, что пока все испытания были сделаны специально под драконицу. Яды она определяет играючи, устроить шоу для публики, когда умеешь становиться настоящим драконом, – легкотня. Готова спорить, что в следующий раз нас точно отправят на испытания с полетами. Или придумают, что императрицам просто обязательно нужно уметь извергать пламя из пасти.

За стол садилась в полном унынии. Просто пережить ужин. Есть все равно не хочется.

– Леди Кати, – обратился ко мне император, – не составите мне компанию?

Я? То есть, серьезно?

– С удовольствием, – ответила я без единой эмоции, поднимаясь со своего места.

Стул скрипнул. Не исключено, что я оставила царапины на мраморном полу. По идее невозможно, конечно. Но ощущения именно такие.

Тяжело. Мне на плечи словно свинцовую гору взвалили, и вместо того, чтобы раздавить меня, она словно вжимает мои пятки в пол на несколько сантиметров.

– Благодарю за оказанную честь, – улыбнулась я, занимая место подле императора. – Вы необычайно добры ко мне.

Вызвал первой… Впервые за все время. Уж простите за тавтологию.

– Вы отлично выступили на последнем туре, – похвалил меня император, привычно по-старчески подергав меня за руку трясущимися пальцами.

Он напоминал мне дедушку – со своими причудами, но в целом безобидный. Если не считать, что его причуды регулярно ставят меня в неловкое положение. Но это так мелочи.

– Всех есшарийских дев обучают обращению с ядами?

Он скрипел приборами по тарелке, и от этого звука сводило зубы.

– Как вы ранее верно отметили, для выживания очень важное качество. Не хотела бы я свалиться без чувств или, не знаю, лишиться зрения…

Я бросила взгляд на Браила, который стоял в стороне и наблюдал за ужином.

Маг едва заметно кивнул мне, я же приняла решение, что не буду придавать этому значения. Надо перестать во всем искать знаки.

Вон Даррион. Сидит, улыбается. Все как обычно. Клянусь, Даррион самый позитивный человек в этом мире. Возможно, даже в двух мирах, в которых я бывала. Для него всегда все хорошо. Впрочем, возможно, будь я золотым ребенком на троне, может, я тоже была бы такой позитивной.

Главное не представлять себе, что с этой же самой улыбкой, Даррион убивает своих любовниц.

Бррр!..

А что, если Даррион и меня убьет, как только я покажу ему яд и не смогу объясниться, что это и откуда у меня?

Черт! Надо было сразу бежать из замка.

Хочется положить голову на стол и как следует себя пожалеть.

Сбежала бы, и не было б никаких драконов, ядов, принцев…

– Вы молчаливы сегодня, леди Кати, – произнес Даррион.

Да я никогда болтушкой не считалась.

– Простите. Я… Витаю в собственных мыслях. Это… непростительно!

Вот где я прежняя? Почему я постоянно пресмыкаюсь перед этими людьми?

– Бросьте… – Принц протянул мне бокал с розовым соком. – Быть может, у вас есть какие-то пожелания? Чтобы не приходилось витать в собственных мыслях?

Господи, можно отмотать время назад. До нашего с Дарриона поцелуя. Где я прямым текстом спрошу, убийца он или нет. А после, как ни крути, конец всем моим метаниям.

– Я… была бы счастлива, – постаралась я посмотреть на принца максимально выразительно. Говорящим, так сказать, взглядом. – Если бы у нас с вами было больше времени. Для бесед.

Интересно, если пнуть наследника престола под столом – подействует? Наверное, не стоит. Еще попаду по императору, будет совсем все плохо. Так что продолжила сверлить Дарриона многозначительным взглядом в надежде, что он поймет.

Нам надо поговорить!

Не знаю, как я объясню все Дарриону, но я сделаю это. Даже если придется играть с принцем в шарады, крокодила и в супермима. Надеюсь, он хоть что-нибудь поймет. Во всяком случае, догадается, что не просто так меня крючит и корячит.

– Мы подумаем, что можно будет сделать, – пообещал император, поднимая бокал. – Надеюсь, у вас нет претензий к организации конкурса?

Бюрократы тут не хуже наших. Странно, что после каждого дня нас не заставляют подписывать специальные формы.

– Нет, ваше величество, все на высшем уровне.

Учитывая натянутые отношения… буквально со всеми вокруг… не стоит мне жаловаться.

– Будьте свободны. Леди Навв-Рьянка…

Мне остается только вернуться на свое место и попробовать поесть.

Отчего-то внутреннее напряжение вышло на новый уровень и не позволяло спокойно есть. Кусок в горло не лез, и все тут.

Да ладно, может, и не стоит мне ужинать. Даррион хоть и со своими заворотами, но, как ни крути, парень заботливый. В те моменты, когда мы с ним оставались наедине, он захватывал что-нибудь для меня. То ли замечает, что местная кухня мне не по душе, так что приносит вкусняшку. То ли подмазывается.

За Навв-Рьянкой последовала Калтеа. Она повязала к своему платью зеленый шелковый пояс, который тянулся по полу. Еще один способ выделиться на общем фоне.

Девушка провела рядом с императором почти две подачи блюд, что странно. Даже Навв-Рьянку отпустили быстрее. Неужели новая фаворитка? Последней к императору подсела Далара. На ее лице не было улыбки, даже из вежливости девушка не старалась ее из себя выдавить. Ее можно понять. После стольких стараний и надежд отправляться домой? Грустно.

И при этом я завидую Даларе.

Она едет домой. Я торчу здесь, невольно участвую в дворцовых интригах. В замке мне угрожает драконица. За его пределами – брательник этой самой драконицы.

Еще Браил со своими светлыми затеями о государственном перевороте.

А я думала, мне на парах плохо. Да там здорово!..

Это как в отношениях. Сначала хочется взрыва эмоций, чтобы постоянно был нерв, чтобы кровь кипела, а голова кружилась. Только это ненормально. Организм не может существовать в постоянном стрессе. И ежедневное головокружение совсем нездоровый признак. Кому-то кажется, что устоявшиеся отношения, спокойствие в них – это скука и увядание… Я больше так не думаю.

Мне хватило приключений.

Вернусь и обязательно найду самого спокойного, самого занудного и самого постоянного парня, которого только смогу достать. Чтобы у меня не было никаких сюрпризов, чтобы не ломать голову, откуда прилетит дальше.

Да, я ною, что в замке все слишком монотонно и однообразно.

Так вот – не слишком.

Дайте еще чуть меньше приключений. А то честное слово… Для полного набора не хватает, чтобы Ренгар прямо сейчас ворвался бы через окно в зал ужина, обязательно в образе дракона. Чтобы раскидал охранников, перепугал невест и заставил императора завершить отбор досрочно. Кинула взгляд в сторону окна.

Ренгар, ты так упорно ходил за мной по пятам. И теперь отступил?

Не верю, дракончик. От вас с твоей сестрицей я жду самого худшего.

– Что ж, – император поднялся со своего места, обращаясь к нам. – Думаю, нам всем стоит с достоинством проводить леди Далару. Она…

Император закашлялся.

– Она показала себя…

Снова глухой кашель, который император постарался запить водой.

– О чем я? – Он все еще покашливал, прикрывая рот рукой. – Леди Далара…

– Отец, все в порядке?

Даррион посмотрел на родителя взволнованно.

В зале напряглись все. Даже стражники перехватили оружие, предчувствуя что-то нехорошее.

– Я… кхр… я…

Император завалился обратно на свой стул, но приземлился на самый край сидушки, так что быстро сполз к полу.

– Отец!

Даррион подорвался с места, колени принца коснулись мрамора и, без особых усилий, он притянул отца к себе.

– Отец!..

Даррион похлопал старика по щекам.

Но тот не реагировал. Слабеющими пальцами он пытался разорвать ворот своей рубахи. Безрезультатно.

– Браил! – скомандовал Даррион, глядя на верховного мага. – Он задыхается. Помоги!

Верховный маг выступил вперед, охрана перекрыла выходы из зала.

Девушки за столом переглядывались, никто не понимал, что происходит.

У императора сердечный приступ? Он подавился?..

У Навв-Рьянки удлинились ногти от волнения, и теперь она впивалась ими в старое дерево подлокотников. Калтеа попивала розовый сок из своего бокала. Далара, которая и раньше не была в восторге от вечера, совершенно осунулась.

И я. Не знаю, куда себя деть. Лезть спасать? Только потому, что умею делать массаж сердца? Вон, здесь столько магов, они должны помочь.

– Императора отравили, – слова Браила прозвучали громом в бесконечно огромной пещере. Оглушительно, выбивающе. – У меня… нет с собой…

Верховный маг подозвал к себе коллег, что-то быстро говорил, видимо, перечисляя, какие настойки надо принести.

Я же испытала полнейшее оцепенение.

Отравили.

Значит…

– Обыскать всех! – крикнул Даррион, сжимая тело отца в руках. Кожа императора стремительно серела, его губы приобрели синюшный оттенок. – Обыскать. Всех!

Даррион проревел свой приказ еще громче. Казалось, что от его голоса исполинские витражи задрожали.

Все засуетились.

Навв-Рьянка оскалилась, ей явно не понравилась мысль, что ее кто-то посмеет обыскивать. Далара вжалась в стул, стоило стражникам опустить ладони на ее плечи. Калтеа сохраняла спокойствие, пусть на лице была заметна некая брезгливость.

А вот кто действительно испугался, так это я.

И совсем не от того, что я впервые видела смерть так близко. Даррион безрезультатно пытался реанимировать отца, придворные маги что-то невнятно лепетали, кто-то побежал за помощью. Император больше не дышал. Не дышал, не моргал. На его лице застыла маска ужаса и бессилия.

Меня же до дрожи испугал взгляд Браила, обращенный ко мне. Холодный, расчетливый. Мстительный.

Яд у меня с собой.

Еще до того, как стражник подошел, ощупал юбки и извлек пузырек, я знала, что это произойдет.

Верховный маг меня подставил.

Вручил… Да хоть простую воду. Обеспечил себе алиби – я ничего не смогу рассказать о его участии в заговоре. И не смогу объяснить, откуда у меня яд. А, значит, для всех – это я только что убила императора.

– Дар, – протянула я умоляюще, глядя на принца, когда стражник извлек из кармана пузырек.

«Это не я», – протянула мысленно.

Бесполезно. Даррион смотрит на меня как на последнюю тварь. С капелькой разочарования и непонимания.

«За что?» – читалось в болезненном взгляде.

А вслух принц произнес:

– Увести.

Кажется, это конец.