Глава 55

Я сбежала по лестнице и, оказавшись посреди улицы с немногочисленными прохожими, завертелась на месте, оглядываясь.

Реши старик по одному ему ясным причинам уйти, я бы увидела его. Если, конечно, Амбель не вздумал спрятаться от меня в ближнем переулке. Но и там не удалось его отыскать, а я, озадаченно поджав губы, стояла теперь посреди узкого тротуара и пыталась понять, что сейчас произошло.

Амбель знал. Он знал о моём участии в жизни школы и с такой твёрдой уверенностью заявлял, что никто не тронет её благодаря этому участию, что становилось жутко.

Слухи, с какой бы сумасшедшей скоростью они ни распространялись, не могли достичь расстояние от столицы до Эттерфилда за такое короткое время. Да и в газетах вряд ли написали бы о сумасшедшей провинциалке, попросившей у милостивых королей не сундук с нарядами и не принца крови в мужья, а чтобы лорды местные школу в покое оставили.

Как бы то ни было, более чем странное исчезновение человека, который минуту назад бился в приступе, не могло не насторожить. Хотя давно следовало перестать удивляться подобному, живя в землях Эттерфилд, хозяин которых видел вещие сны.

Я поставила пузырёк на лавку и, обойдя её, развернулась, чтобы идти домой.

Стоит ли говорить, что вскоре после моего возвращения Люси и Ники сидели на моей кухне и слушали историю про невероятное спасение королевы Сюзанны из огня.

— Это чудо, что ты там оказалась, — проговорила Люси, когда я закончила.

— И не побоялась, — добавила Ники. — Я бы, наверное, не смогла решиться.

— В опасной ситуации мозг часто не поспевает за тем, что делают руки. А в последнее время у меня особенно мастерски получается сначала сделать, а потом подумать.

— И что же, — продолжала Ники, — король и королева согласились помочь сохранить школу?

— Да, и я имею смелость верить им. Вы ведь сами понимаете, что так будет лучше для всех.

Ники вздохнула.

— Мы-то понимаем, — сказала она. — Но кое-кто будет в бешенстве, когда узнает обо всём.

— Если ты про лорда, то можно не беспокоиться. Я всё уладила с ним, — ну вот опять, сказала, прежде чем подумала и, закрывшись кружкой, поспешила исправиться. — В смысле, вряд-ли он будет против.

Выкрутиться не получилось. Теперь две пары глаз смотрели на меня с немым вопросом, застывшим в них.

— Полагаю, Ники имела в виду Урсулу Белрейд, — проговорила Люси, беря из вазочки печенье. — Но твоя версия интереснее. Продолжай.

— Вы меня неправильно поняли. Винсент ошибался, поддерживая будущую тёщу. Теперь он всё осознал. Я надеюсь.

— Смотри-ка, — Люси захихикала. — Лорд Хальт у нас уже Винсент. Нет, милая, теперь ты не отвертишься. Рассказывай всё.

Схватив печенье, я затолкала его за щеку и прошамкала с набитым ртом:

— Нечего рассказывать.

— Уверена? Марта Розен видела сегодня тебя выходящей из кареты лорда на окраине леса. Как теперь оправдываться станешь?

Осознав, что меня не отпустят так просто и мысленно отругав вездесущую Марту Розен, кем бы она ни была, я прожевала печенье и сказала:

— Ох, девочки. Я, конечно, всё вам расскажу, но пообещайте, что не станете судить строго.

Подруги настороженно переглянулись. А когда кивнули и приготовились слушать, я поведала им обо всём, что терзало меня в последние дни. О натиске Винсента, уверенного, что я при любом раскладе сдамся ему, о тайнах, которыми он окружил школу, о нашей встрече в столице и даже о том, что мне пришлось переночевать с ним в одном номере, а потом бежать сломя голову, из города от озабоченного Ёрдена.

Девочки слушали затаив дыхание. А когда я закончила, Ники шумно выдохнула и проговорила, качая головой:

— Как? Как у тебя получается всякий раз оказываться в самой гуще событий? Тебя будто кто-то ведёт. Если бы я не знала, что тебе можно доверять, решила бы, что ты сочиняешь.

— Вот поэтому завтра мы с Реджи будем помогать тебе в походе, — безапелляционно заявила Люси.

— Зачем? — ахнула я. — Не вздумайте! Реджинальду опасно напрягаться.

— Ничего подобного. Доктор сказал, что он полностью здоров. Да и устал он уже дома сидеть — хоть чем-то напоследок перед отъездом поможет. К тому же в горах бывают непроходимые места, где без помощи выносливого мужчины не обойтись. А я, прости за прямоту, лучше тебя знаю местность. Мне будет что рассказать ребятам. Поэтому даже не спорь.

— В таком случае, пожалуй, дома останусь, — усмехнулась я. — Не хочу вам мешать.

— Нет уж. Вместе будем отдуваться.

На другой день я, мисс Нордок и высокий мужчина с бородой, в котором я с трудом узнавала Реджинальда Брауна, собрались на крыльце дома Люси и, проверив заплечные сумки на предмет самого необходимого, двинулись к школе.

Погода стояла удачная для нашей затеи. Лёгкая облачность не мешала солнышку согревать своими лучами воздух, успевший остыть за ночь. Ничто не предвещало осадков, и даже Ники днём ранее заверила меня, исходя из местных примет и верований, что хорошая погода продержится весь оставшийся день.

— Куры в последнее время особенно активно несутся, — утверждала девушка. — Верный признак, что дожди ещё не скоро нагрянут в Эттерфилд.

Я благодарно кивала, не смея напоминать о том, что она всё же учитель, и ей приличествовало бы опираться в своих умозаключениях на факты, а не на сомнительные народные приметы. Хотя с прогнозом погоды никогда и ни в чём нельзя быть уверенным на все сто.

Из учеников обоих классов в поход с нами отпустили с десяток ребят. И те явились к назначенному месту у крыльца школы без опозданий. А кто-то, судя по перепачканным коленкам и пыльной обуви, гораздо раньше.

Дети сперва заулыбались, увидев нас с Люси. Но когда заметили Реджинальда, насторожились. Я издали видела, как они перешёптывались и косились на нашу троицу. А когда, приблизившись, Реджи скинул на землю рюкзак и подбоченился, совсем притихли.

— Ну что, лентяи, скучали? — спросил он, посмеиваясь в бороду. — Вижу, что скучали. Устроим сегодня праздник безделья и жареных на костре сосисок?

Несколько лохматых голов перегнулось, а затем школьники грянули, не сговариваясь:

— Ура!

Сорвавшись со своих мест, ребята бросились обнимать Реджи. Тот, продолжая умильно улыбаться, гладил каждого по головам. И так он был похож в ту минуту на доброго великана, что я расчувствовалась. Ну точно дядя Стёпа из книжки Михалкова.

— Почему вы так долго не приходили, мистер Браун? — спрашивал кто-то, и в голосе ребёнка звучала обида.

— Я болел, — отвечал немного виновато Реджинальд.

— Но теперь вы здоровы и больше не уйдёте? — добавлял кто-то.

Реджи молчал. А от моего взгляда не укрылась одинокая слезинка, что выбежала из-под ресниц мужчины, скатилась по щеке и скрылась в бороде.