18

Утром я проснулась с мыслями о магии и ее освоении. Они крутились у меня в голове, пока готовила завтрак, пока ела и мыла посуду. Надо осваивать магию. У меня есть зверь, который умеет сражаться, умеет видеть магию, умеет влиять на Разлом и наверняка еще что-то умеет. Я мысленно призвала пантеру, откликнувшуюся почти мгновенно, и задумчиво посмотрела на нее. Она ответила мне таким же взглядом, словно оценивая, на что способна ее хозяйка. Книгу про тварей я бегло просмотрела за завтраком, стараясь не вчитываться, а просто отмечая самые распространенные. И все равно аппетит испортился, стоило подумать, что эти существа – не плод больного воображения, а вполне реальные, с которыми мне, скорее всего, предстоит встретиться еще не раз. – Давай отрабатывать синхронность, – предложила пантере. Та с готовностью встала. Ползать на четвереньках я не захотела, решив приступить к более сложным вариациям движений. Но если идти одновременно, поворачиваться в одну сторону, останавливаться, делать шагиу нас получалось отлично, то зеркальные действия, когда мне надо влево, а пантере вправо, давались плохо. Еще хуже обстояло дело со змейкой, восьмеркой и прочими сложными движениями. Мы обе путались в ногах, спотыкались и не понимали друг друга. Да уж, какие тут сложные магические действия, если мы в шагах разобраться не можем? К обеду пришел Арно, после ночной смены уставший и, само собой, не выспавшийся, но целый и невредимый. Правда, настроение у него было не лучше моего. – Перед возвращением домой заглянул в трущобы и в рабочий район. В них за ночь зафиксировали еще десять нападений разных тварей на людей. Зафиксировали! А в трущобах вполне могли что-то не заметить, – выдал причину плохого настроения он. – Еще слышал, что змееголов почти добрался до центрального района. Не знаю, какие цели преследовали те, кто закупоривал Разлом, но подгадили они в итоге всем прилично, – зло закончил Арно. Мне и добавить было нечего, разве что положить ему на тарелку больше вкусного – хотя бы поест нормально после дозора. Но, оказывается, это было не все. – И я не смог активировать артефакты, – признался он. – Никакого отклика. – Может, они подчиняются только мне? – осторожно спросила я, понимая, что тогда мое участие в закрытии Разлома будет серьезнее. – Возможно. Но, скорее всего, мы что-то упускаем. Или твой дед написал не все. – Он вообще никакой толковой инструкции не оставил, – сокрушенно согласилась я. – Надо сходить к Тровасу – к наставнику. Во-первых, он поможет тебе с освоением магии. А во-вторых, подскажет что-то по артефактам. – Но он же слепой, – осторожно напомнила я. – Он не видит глазами, но магию по-прежнему различает. И чувствует ее лучше, чем кто-либо. И не возразишь. Я слышала, что в отсутствие какого-то из чувств другие обостряются. – Ты готова идти прямо сейчас? – Но ты же только что с дежурства! Тебе бы поспать… – На полноценный сон времени нет, а от пары часов только голова потом тяжелая будет, – отмахнулся мужчина. Я хотела возразить, но Арно выглядел решительно настроенным. Текущая ситуация с Разломом не могла не напрягать: если кто-то сумел один раз уничтожить купол-барьер и подобраться к Разлому, то и второй раз сумеет. Просто будет действовать хитрее и осторожнее, чтобы не попасться. А по городу и так разгуливают разбежавшиеся твари, и кто знает, сколько их еще осталось и где они вылезут. Мы снова перенеслись на окраину в тот же район, но дальше двигались прямиком в трущобы, встретившие нас ветхими и покосившимися домишками и запустением. Правда, новость о тварях не прошла просто так: люди как могли укрепили жилища, заколотили окна, поставили дополнительные засовы на двери. Разлом был прекрасно виден отсюда – дома невысокие, и купол, казалось, нависал прямо над ними, как дамоклов меч. Дом Троваса выделялся на фоне других не ухоженностью, но добротностью. У него имелись и ставни, и крепкая дверь, стены были каменные, а не деревянные, как почти все здесь. Краска на окнах и дверях местами выгорела, местами облупилась, штукатурка со стен осыпалась почти вся, бурьян в тени доставал до крыши. Да и ветки растущего рядом дерева неплохо было бы подпилить. Внутри запустение чувствовалось меньше, полы так и вовсе были свежевымытыми. Из глубины дома доносились голоса, и если мужской звучал глухо и неразборчиво, то женский старушечий слышался вполне отчетливо. – Лучше бы спасибо сказал, пень трухлявый! Сидишь тут со своей псиной, так сиди хотя бы молча! Дальше прозвучала неразборчивая мужская реплика. – Так ты скажи «спасибо» – и молчи! Старик что-то ответил. – Да ну тебя в пень! Живи как хочешь! С громким топотом на нас вылетела немолодая женщина в бедной одежде. Полинялое платье почти не сохранило рисунка, зато когда-то яркий платок неравномерно выгорел в складках и, наоборот, получил замысловатый узор. Обувь у нее тоже была совсем разбитая, и все же женщина, несмотря на крайне недовольное выражение лица, производила приятное впечатление. Даже не скажу чем, может, тем, что на ее заношенной одежде не было ни пятнышка. А может, тем, что явно искренне беспокоилась за хозяина дома. И полы вымыла на совесть. – Явился! – с ходу набросилась она на Арно, видимо, не растеряв запал предыдущей ссоры. – Хоть бы ты его вразумил! А то вроде слепой, а говоришь – как с глухим! Ты ему одно, а он тебе другое талдычит! – Думаю, у меня вряд ли получится убедительнее, – сдерживая улыбку, ответил Арно. – Но я очень благодарен, что вы ему помогаете. – Да достал до печенок! – Так и не приходила бы, раз достал! – донеслось из дома, откуда тяжелой шаркающей походкой выходил Тровас. Собака с радостным лаем выбежала вперед. – Эх, плюнула б, да сама ж только что мыла! – скривилась женщина. – Все, старый пень, на этой неделе не жди, не приду. Женщина резко развернулась и направилась к двери. – Напугала! – крикнул ей вслед старик. Ответом ему стал хлопок двери, от которого посыпалась сохранившаяся штукатурка. – Наставник, зачем же вы так… – попробовал Арно. – Еще ты мне тут нотации почитай! – тут же вскинулся старик. Разумеется, читать нотации ему никто не собирался. – Чую, ты опять привел внучку Уорелов, – уже спокойнее заметил хозяин дома. – У нас есть вопросы… – Да у кого их нет. Садитесь уже куда-нибудь. Только ты мне сначала как обычно приготовь. – Хорошо, – отозвался Арно уже на пути вглубь дома. Собака увязалась за ним, и мы со стариком остались одни. Странное ощущение: вроде знаю, что он незрячий, а все равно – будто видит меня насквозь. Во всяком случае, где я стою, Торвас определил безошибочно. Затем он кряхтя опустился в свое кресло и снова повернул голову ко мне. Точно видит. – Покажи своего зверя, – потребовал он. И в этот момент я порадовалась, что научилась призывать пантеру. Чувствую, иначе бы мне колкостей не избежать. Пантера явилась по первому зову и настороженно посмотрела на человека. – Неизвестный зверь. И неизвестные способности, – прокомментировал старик. – Что он может? – Я пока не до конца изучила его возможности, – ответила обтекаемо. – То есть ты не знаешь и ничего не умеешь, – в целом верно понял старик. И я бы даже согласилась, но из его уст это прозвучало как-то уничижительно. – У меня получилось открыть Разлом, – попробовала возразить я. – Так это дело нехитрое, – усмехнулся он. – А закрыть смогла? – Нет. – Вот я об этом и говорю, – закивал он. – Возможно, мне не хватает практики, – я упрямо не собиралась сдаваться и расписываться в собственной бездарности. – Возможно. – Или каких-то знаний. – Тоже возможно. – Или… – Или твой зверь – такой же бесполезный, как моя шавка, – безжалостно закончил старик. – А нет, моя шавка предупреждает о непрошеных гостях. Все же польза есть. – Ну знаете! – я почувствовала, как внутри закипает обида. Стало ясно, почему та женщина злилась. Да она святая, если терпит этого вредного старика. – Не злись, внучка Уорелов, – он широко заулыбался, обнажив весьма неплохие для столь почтенного возраста зубы. Желтые, но ровные и крепкие, а главное – почти все целые. – Уверен, ты на что-то способна. Вот только знаешь что? – Что? – с вызовом спросила я. – Иметь возможность и эту возможность реализовать – две разные вещи, смекаешь? – Да, – я прекрасно поняла, к чему он клонит. Даже если я могу закрыть Разлом, то сумею ли это сделать в итоге? – А пока что тебе действительно необходимы и умения, и практика. И ответы на вопросы, пока Арно возится. – Я бы тоже хотела понять, что может мой зверь. Я видела, как он сражается с тварями… – Твой зверь точно не для боя, – оборвал мои рассуждения старик. – Я у нас таких не встречал. Что он умеет в твоем мире? Я задумалась, понимая, что слишком плохо разбираюсь в крупных кошачьих. Кажется, пантера – это черный леопард или ягуар. Значит, как минимум, неплохо бегает и лазает по деревьям. Маловато… Я присмотрелась к пантере, стараясь понять, были бы заметны на ней пятна? Но ее призрачный окрас выглядел сплошным темно-синим. С цветом пантеры определенно что-то связано… – Маскировка! – осенило меня. – Их цвет – это маскировка. – А вот это уже интересно, – одобрил старик. – И с этим можно поэкспериментировать. – С чем именно? – спросил Арно, заходя в комнату с подносом. – С ее зверем. К слову, он хищник или наоборот? – Хищник. – Значит, все-таки не бесполезен в бою. – Надье не стоит сражаться с тварями. – Стоит или нет – решать не тебе. Способность постоять за себя никогда не бывает лишней. Арно вздохнул и насупился, то ли не желая спорить, осознавая, насколько это бесполезно, то ли не желая вслух признавать правоту наставника. – Что еще ты ко мне приволок, кроме внучки Уорелов? – Вы чувствуете? – удивился мужчина. – Еще как! Арно придвинул к креслу хозяина массивный стол, стоявший в углу, и выложил на него предметы: ложка, кружка, тарелка, вилка, нож, пуговица. – Хм… Тровас медленно по очереди ощупал каждый артефакт и снова хмыкнул. – Мда… Уорелы всегда были затейниками. Помню, младший постоянно таскал этот набор с собой. Он тогда был не старше, чем сейчас Арно… Эх, сколько воды утекло… Тровас улыбнулся воспоминаниям, в которых сам еще не был таким старым. Он медленно брал каждый артефакт и клал в сторону. Затем следующий. И следующий. Пока не образовался круг. Кружка и тарелка оказались практически друг против друга. С одной стороны их разделяла вилка, а с другой – нож и ложка. Все по правилам сервировки. Пуговицу он безошибочно поместил в центр. Трудно объяснить, но посуда, только что казавшаяся просто посудой, изменилась. Блеск металла стал ярче, запустив на потолок и стены множество бликов. А ведь на них не падал свет. – Чего-то не хватает… Старик облокотился на стол, вперившись слепым взглядом в круг из артефактов. – Не пойму чего… – Родовой артефакт показал мне только эти предметы, – осторожно заметила я. – Это замечательно, но отклика толком нет. Значит, должно быть что-то еще. – Может, все-таки другая последовательность? – предположил Арно. – Последовательность именно та, – отрезал старик. – Нож с ложкой точно лежат рядом. Вилка напротив них. Тарелка с кружкой друг против друга. Но как ни крути – все получается ерунда. Еще и пуговица, которая по центру. Я всматривалась в выложенные по кругу предметы, пытаясь понять, что же меня смущает? Старик прав, есть в них какая-то неправильность, хотя круг считается идеальной фигурой. – Понял, – Тровас стукнул ладонью по столу, так что все предметы на нем подпрыгнули. – Вы чувствуете в них магию? – Я – нет, – признался Арно. – Возможно, потому что это специфическая магия Уорелов… – Ага, – ухмыльнулся старик. – Значит, ты чувствуешь? – он повернулся ко мне. Я не могла определиться. Вроде и да. А вроде и нет. Пантера вытянула шею, положив голову на стол, но даже через нее я не заметила какой-либо выраженной силы. – Потому что ее там нет! – довольно заявил старик. – Как нет? – опешили мы. – Да так. Как в опустевшей кружке, – он покрутил кружку, принесенную ему Арно. – Какие-то капли, которых и на глоток не хватит. – Значит, его надо зарядить! – догадался Арно. – Не зря я на тебя пять лет жизни потратил, – похвалил его старик. – А теперь скажи – как и чем зарядить? – Силой Разлома. Он должен быть сначала активирован. – Правильно. Видимо, такой хитрый ход, чтобы артефакты не нашли. Они слабо фонят, но это можно списать на то, что Уорел-младший постоянно таскал их к Разлому. Все думали, что это блажь ученого, который там ест и пьет, а оказывается нет. – Но как это провернуть? Ведь разложить артефакты заранее мы не сможем, а в момент, когда активируется Разлом и начинают вылезать твари, уже как-то не до них… – Или все-таки зря, – со вздохом протянул Тровас. – Уорел своим потомкам это добро оставил, бестолочь! Чтобы кто-то из них посуду разложил, а потом активировал Разлом! Ну или какой-то другой маг со схожими способностями – без разницы. Конечно, не при активном Разломе таким заниматься. Мы с Арно в очередной раз переглянулись. В целом задача ясна… И вроде как даже осуществима… – Ладно, собирайте свои железяки и идите уже. Утомили вы меня, – Тровас сгреб артефакты в кучу и подвинул к нам. – К слову, в паре кварталов южнее какие-то твари свили гнездо. Вы бы заглянули туда заодно. – Надья пока останется здесь, – тут же принял решение Арно. – Вот еще! Как ты ее натаскивать собираешься? Пусть учится, не маленькая уже. – Это опасно! – У Разлома опаснее. А здесь практически тепличные условия. – Я пойду! – тут же вскочила я. Во-первых, снова оставаться с Тровасом один на один мне не хотелось. Во-вторых, он прав: уж лучше здесь, чем у Разлома. Вот она, та самая практика, на недостаток которой я пожаловалась старику. – И посмотри, что там с маскировкой, – напутствовал меня Тровас. – А что там с маскировкой? – напрягся Арно. – Хорошо все! Идите уже! – погнал нас старик. – Всего доброго, наставник, – попрощался мужчина, смирившись с тем, что ничего от него не добьется. – До свидания! – обернулась я. Старик молча махнул рукой. – Так что там с маскировкой? – спросил Арно, стоило нам выйти. – Есть вероятность, что моя пантера хороша в маскировке. Я не видела смысла скрывать. – И как именно эта маскировка работает? – Это пока только предположение. Ведь свойства зверей как-то перекликаются со свойствами их реальных прототипов. Пантера хорошо маскируется. – Каким образом? Она меняет цвет? – заинтересовался Арно. Он не терял бдительности за нашим разговором и зорко смотрел по сторонам в поисках потенциальной опасности. – Нет! У нас на такое только некоторые рептилии способны. А пантеры – ночные хищники, они прячутся в темноте. Арно задумчиво кивнул. Кажется, он был уже слишком поглощен предстоящим боем, чтобы вслушиваться. – Держись рядом со мной, в бой не вступай, – скомандовал он. Я не стала спорить, сейчас для этого определенно не время. Но что-то мне подсказывало, что его Тровас тренировал совсем иначе. Гнездо тварей я заметила издалека. Вернее, не я – пантера. Она тут же вздыбила холку и ощерилась. Через нее и я почувствовала скопление магии в одном из домов. Было оно каким-то неправильным, неравномерным. Через несколько шагов тихо выругался Арно, тоже почувствовавший источник. Надо отдать должное – он дракона не призывал, пояснив, что использовать своего зверя будет только в крайнем случае. Иначе мы вместе с тварями спалим и трущобы. Как это уже было в рабочем районе, вокруг Арно заклубилась магия. Видела ее опять же не я, а пантера, поэтому в голове у меня картинка «рябила», накладывая одно изображение на другое. И завихрения магии очень напоминали крылья, словно Арно сейчас сам был драконом. Да, о таком уровне управления магией мне только мечтать… Он жестом остановил меня, а сам направился прямиком в дом. Что там творилось дальше – мы с пантерой разобрать не сумели, но спустя буквально пару минут Арно появился. – Давай сюда! – крикнул мне. Разумеется, дважды повторять не пришлось, мы бросились вперед: сначала пантера и следом я. – Там осталась одна, только будь осторожна! В доме в дальнем углу ощерилась тварь, напоминающая крупную ящерицу, типа игуаны. Запах паленого неприятно ударил в нос, и на обгорелые трупики ее сородичей я предпочла не смотреть. В целом, надо отправить пантеру в прыжок – с клещом она разделалась в момент, но я мешкала. Сама тварюшка не спешила нападать и лишь отчаянно пыталась забраться на стену и как-то сбежать. – Надья! – поторопил Арно снаружи. – Да-да! Я сейчас! Я посмотрела на пантеру в надежде, что она сделает все без моей команды. Ну не привыкла я убивать животных! Это просто, когда твари проявляют агрессию, а вот ударить первой не получалось. Я смотрела на мечущуюся в углу ящерицу и медлила. Не знаю, сколько бы еще это длилось, но тварь, поняв, что бежать некуда, совершила последний отчаянный поступок – кинулась на меня. Первой среагировала пантера, прыгнула на нее, пройдя как нож сквозь масло – так же легко и с тем же эффектом. Мертвая тушка шмякнулась на пол, и я поспешно выскочила наружу, чувствуя рвотные позывы. Все-таки в пылу сражения такие вещи переносятся намного проще. – Почему так долго? – задал логичный вопрос Арно. – Не получалось ее убить, пока она не напала, – честно призналась я. Арно вздохнул и покачал головой. – Это тварь, Надья, не домашнее животное и в принципе не животное. Они стайные, как и клещи, набрасываются всем скопом – и от человека за несколько минут не остается даже скелета. Их челюсти способны не только кусать и грызть, но и перемалывать. И пока ты медлишь, чтобы убить одну, другая набросится на тебя сзади, понимаешь? – Понимаю, – я понуро брела по улице, пиная попадавшийся под ноги мусор. – Именно поэтому тебе нельзя драться в одиночку, – продолжал наставления Арно. – Нас готовят с детства, мы живем в реалиях нашего мира, а ты слишком привыкла к безопасности и не осознаешь до конца, чем грозит хотя бы секунда промедления. И с этим тоже не поспоришь. – А как ты использовал магию без зверя? – задала я насущный вопрос, чтобы немного отвлечься от пусть и не провала, но серьезной ошибки. – Не без зверя, Надья, – улыбнулся Арно. – Зверь всегда со мной, и я его отлично чувствую, даже когда не призываю. Использую нашу с ним магию напрямую. Но это годы практики и тренировок. Как у вас, кстати, с синхронностью? – Примерно как и с нападением на тварь первой, – я вспомнила утреннюю тренировку, когда не получалось даже нормально разойтись в разные стороны. – Тогда сначала осваивай синхронность, а с ней придет и взаимопонимание. И однажды, хотя и очень нескоро, настанет такой момент, когда зверь тебе не понадобится. Звучало не слишком обнадеживающе, ведь будущее мое и без того было туманным, и настанет ли это «очень нескоро»? Вернее, я рассчитывала жить долго и по возможности счастливо, но насчет того, останусь ли в этом мире или вернусь в свой, так до конца и не решила. Если мы закроем Разлом, то уйти придется. А потом спрятаться. Про маскировку я и заикаться не стала, тут бы простейшее взаимодействие освоить. Но все же мысль о том, умеет ли прятаться пантера, поселилась в голове. Осталось понять, как это проверить. Пока что лучше всего у меня получалось действовать и познавать магию в критической ситуации. Только ситуацию, при которой надо прятаться, а не, скажем, сражаться, я придумать так и не сумела.