Глава 12.

Ночью спала как убитая, но все утро лежала и смотрела в потолок. Вставать не хотелось, накрыла апатия и жуткая лень. Пролежав так около часа, встала и пошла на кухню готовить себе завтрак. Аппетита нет, делаю все на автомате, а мыслями все время там, в магическом мире. Они же мне говорили, что меня нельзя вернуть в мой мир, а это оказалось проще пареной репы. Вот только я уже и не хочу в этот самый мир. И беспокойство о работе и ипотеке кажется сейчас просто смехотворным. Вот попадутся они мне, я им всем троим хвосты накручу, чтоб не врали на ровном месте.

– Да, Лариса Сергеевна, вляпалась ты так вляпалась, врагу не пожелаешь, – смотрю на себя в зеркало и отмечаю, что внешность у меня практически осталась с того мира. Нос, как до операции, и кожа имеет здоровый цвет, волосы пышные и реснички длинные. Вот только в глазах беспокойство и усталость, а еще жуткая тревога. Неспроста меня сюда отправили. Ох, неспроста. Чем-то я так сильно мешала в том мире, что меня даже отравить пытались, обставив все под несчастный случай. А сейчас просто выбросили куда подальше, в смысле, в мой мир. Как там мои драконы? Неужели ввязались в государственный переворот или их втянули в интриги? А может, рядом с нами был предатель, а мы и не заметили. Вопросы возникают в голове и, не успев как следует обдумать один, я перескакиваю на второй, а потом на третий. И так до бесконечности, пока не возвращаюсь к первому. А вот ответов нет. И появятся они только в одном случае. Если эти драконистые задницы явятся за мной. Ну, я им не завидую, попляшут они у меня! А через полчаса я уже ругаю себя за кровожадные мысли и готова им все простить, лишь бы только были живы и здоровы и явились за мной.

Пришло время собираться на работу. И я, совершенно не заботясь о своем внешнем виде, на автомате надела свою униформу, пальто и пошла в свое родное учреждение. Даже краситься не стала, решив, что и так хороша. Да и за время пребывания в магическом мире я отвыкла краситься, а сейчас не было никакого желания снова привыкать. На лице приклеенная улыбка, в глазах грусть-печаль.

Когда я переходила дорогу на том треклятом пешеходном переходе, то всматривалась в прохожих. Взгляд искал того чудика, кто подсунул мне этот браслет. Эрик там что-то говорил, что этот человек ушел на покой, и это было его последнее задание. Но у меня почему-то теплилась надежда, что мужчина должен искать меня, осознав свою ошибку. Но, естественно, я никого не высмотрела.

День прошел, как и любой другой до этого в моем мире, серо и уныло. Бабки устраивали скандал, сетуя на поднявшиеся уже второй раз за год коммунальные платежи и инфляцию, а еще про цены в магазинах, которые растут как на дрожжах. Коллеги отметили мою задумчивость, и парочка даже сделали комплимент, указав, что я похорошела. Остальные же не заметили даже этого. Все ушли в свой мирок настолько, что ничего не замечают вокруг себя. Они смотрят строго себе под нос, не видя ни людей, ни событий. Погрязли в бытовых проблемах. Порванный колготок или сломанный ноготь кажутся таким большим горем, что становиться смешно. А ведь не так давно и я была такая же, которая видела только на метр вокруг себя. Не скажу, что прям сейчас я беспокоюсь о масштабных мировых проблемах, но хотя бы научилась радоваться всему, что меня окружает и радоваться каждому дню. Кажется, я стала одной из «приблажных». Ужас. Эта мысль даже улыбку вызвала на лице.

Так прошел день, потом еще один и еще один. Я стала зомби. Ходила на работу как привидение, со всеми здоровалась и порой даже улыбалась. Дни сменяли один другой, а я все была в режиме ожидания. Просыпалась, шла к зеркалу и сидела перед ним несколько часов. Я была уверена, что если мужья меня и найдут, то появятся исключительно через него. После работы у меня был такой же ритуал. Перед сном сидеть по два-три часа и смотреться в отражение, разговаривать с самой собой. Порой я говорила со своими драконами. Я знаю, что они меня не видели и не слышали, но эти разговоры были больше всего нужны мне. Чтобы не сойти с ума.

Первые недомогания я почувствовала спустя месяц после возвращения домой. Списала их на затянувшуюся депрессию. Купила витамины и начала по утрам вместо кофе пить их и ромашковый чай. Недомогания на время прекратились, но потом начались с новой силой. Выразились в головокружениях, отсутствии аппетита, тошноте. В один не самый прекрасный момент я грохнулась в обморок на работе. Мне хотели вызвать врача, но я отказалась, сославшись на банальную усталость.

Отлежавшись пару часов дома, я снова, как зомби пошла к зеркалу. Не знаю, что переломилось во мне, но я посмотрела на себя другими глазами. Осунувшаяся, похудевшая, без своего привычного блеска в глазах. Даже когда у меня в жизни была полная жопа, и я не знала, что будет завтра и будет ли оно вовсе, я всегда улыбалась всем передрягам назло и вопреки. А сейчас я словно потухла.

Еще на работе одна из коллег предположила так – в порядке бреда, что «может, ты беременная?». Тогда я отмахнулась от этих слов. Но сейчас эта мысль засела в голове, и я задумалась: а когда, простите, у меня вообще женские дни-то были? И вот когда поняла, что последний раз они меня «радовали» перед попаданием в магический мир, я и присела. При том прям на немытый несколько дней пол перед зеркалом.

А что, если мое драконье замужество не прошло без последствий? Не зря же эти охламоны говорили, что я беременна, да только я тогда им не верила. Этот вопрос надо уточнить и при том срочно. Натягиваю спортивки и куртку, кроссовки на босу ногу и, схватив кошелек и ключи, вылетаю из квартиры. До аптеки я добежала за десять минут, чуть пару раз не убившись на скользком асфальте. Уже вовсю по ночам шпарят заморозки, а днем дожди. Вот и получается, что в лужах порой на дне лед и переломать себе ноги будет очень легко. Скупила тесты всех видов и модификаций, так сказать, чтобы уж наверняка. Возвращалась я домой более осторожно. Все же если я самоубьюсь, лучше от этого никому не будет, особенно мне.

Далее был рейд в дамскую комнату, где я оприходовала сразу все тесты. Пока ждала результаты, думала, сгрызу ногти до кутикулы. Но вот они, долгожданные результаты! Все тесты гордо выдали положительный результат. Если они и ошибаются, то как-то уж слишком дружно, а такого, как известно, не бывает.

Уселась на кресло, разложила перед собой все тесты и гипнотизировала их пару часов. За это время в голове пронеслись все воспоминания из того мира, приятные и не очень, грустные и волнительные. Я как фильм посмотрела у себя в голове с грустным концом. «Хэппи энда» не будет. Вытерла слезы и залезла в интернет записываться в женскую консультацию на ближайшую дату. О-о-о-о, удача! Я уже завтра смогу попасть на прием. Как раз у меня завтра выходной, так что мне повезло.

За окном темень, и я удивленно смотрю на часы. Уже почти полночь. Вот это я предалась воспоминаниям, называется. Если я действительно беременна, то надо беречь себя и ложиться спать вовремя, а не сидеть по ночам и сожалеть о несбывшихся мечтах о трех мужьях-драконах.

Чтобы спалось лучше, выпиваю на ночь чашку ромашкового чая и, отбросив все мысли, укладываюсь спать.

Утро началось бодро, даже раньше будильника. Чай просился на свободу, и я поспешила от него избавиться.

Вчера я не поняла: радоваться или огорчаться в связи с вновь открывшимися обстоятельствами. А сейчас поняла, что однозначно радоваться. Мне 35 лет, по меркам нашего мира я чуть ли не старуха, и мне пора замотаться в саван и ползти в сторону кладбища. И если эти три ящерицы за мной не соизволили прийти, а прошло уже прилично времени, то значит, так тому и быть и надо выстраивать свою жизнь без них, а ребенок точно не даст заскучать. В общем, пока я собиралась к врачу я занималась самовнушением.

Итог: бодрой походкой и с улыбкой на лице я захожу в здание женской консультации. На душе неведомое чувство предвкушения и я люблю весь мир. Удивительно, но стоило вот так самой над собой поработать и все! О непутевых мужьях и мысли нет, а есть только ожидание неведомого чуда! Ощущения сродни тем, когда ты в детстве бежал к елке и ждал, что вот-вот достанешь из-под наряженной красавицы свой новогодний подарок. Вот и я зашла и уселась в очереди с тем же ощущением, что вот сейчас будет чудо.

Вот и очередь дошла до меня. Я попала в кабинет. Меня отправляют на кресло, осматривают, хмурят лоб, снова осматривают и без должных объяснений, чем разожгли искру беспокойства до уровня пожара, отправили в кабинет УЗИ. В темный кабинет ультразвукового исследования я тоже попала быстро. Уложив меня на кушетку, начали осмотр.

– Милочка, все верно, вы беременны. Срок примерно….подождите, сейчас скажу точнее, – женщина-узист водит аппаратом по животу и внимательно вглядывается в экран. Нажимает какие-то кнопки, измеряя размер плода. – Срок 5-6 недель. Поздравляю, мамочка! ЭКО?

– Нет, а почему такой вопрос?– я удивленно уставилась на специалиста.

Дама замялась и вообще довольно странно себя повела, но выяснить причину такого поведения она мне не дала, сунув мне в руки заполненные документы.

– Все, идите к врачу, – обрубила она мои вопросы.

УЗИ окончено, встаю, вытираю живот и поправляю на себе одежду. Как мешком пыльным прихлопнули. Первый вопрос крутиться: что делать? Хотя странный вопрос. Рожать, конечно, о других вариантах и речи быть не может!

А потом ещё один такой пикантный вопросик: а кто у нас отец ребёнка? Муж. Очень хорошо. Сформулирую мысль конкретнее: который из трёх мужей-то? А вот на этот вопрос ответа нет. Возвращаюсь в кабинет врача, который совсем недавно покинула. Отдаю документы, которые сунула мне в руку узистка. Вот дура! Даже не догадалась посмотреть, что там. Но уже поздно. Врач внимательно вчитывается в пометки, написанные исключительно медицинским прочерком, сами понимаете, он не для слабонервных.

– Итак, что делать будем? – врач вперила в меня внимательный взгляд.

– Рожать, конечно, а какие тут варианты? – не поняла я странного взгляда дамы.

– Замужем? – начала допрос гинеколог.

– А какое это имеет значение? – не нравятся мне эти личные вопросы.

– Положено вносить эту информацию в карту, – голос врача строгий и отстраненный.

– Можно сказать, что и нет,– я прикинула, что по законам моего мира замужество в магическом мире явно не считается.

– Понятно. Есть кому помогать-то? Жильё есть?– в голосе врача начали мелькать нотки сочувствия.

– Да что за вопросы-то такие странные? Какая вам разница? Можно подумать, я первая, кто без мужа и помощи решилась ребёнка рожать? – огрызаюсь, чувствую, что неспроста такие вопросы, ох, неспроста.

– Закономерные вопросы. Нет, не первая, но одной с тройней будет очень тяжело, – я с ужасом посмотрела на женщину.

Я что, ослышалась? Или она сказала: тройня?

– Тройней?– как робот, повторяю за врачом.

Все перед глазами кружиться, мелькает, врач вскакивает и суетиться, что-то сует мне под нос, но это «что-то» не помогает, и я теряю сознание.

Вот и вопрос «кто папа?» решился сам собой. Они все папы, вот только эти папы там, а я тут.

Так вляпаться только я умею! И это в моем-то возрасте.

Прихожу в себя и первая мысль : «ТРОЙНЯ». Очешует можно! А если они в чешуе родятся или с хвостами? Как я объясню рождение таких мутантов врачам? Странно, но эти вопросы меня догнали только сейчас, когда я узнала количество деток.

– Вы нас так больше не пугайте, – на лице врача написано нескрываемое беспокойство.

– Я не специально, – лежу на кушетке в кабинете и сверлю взглядом потолок.

– Встать можете? – врач и медсестра помогают мне принять вертикальное положение. Измеряют давление и дают попить воды.

– Спасибо, – я до сих пор пребываю в шоке от происходящего.

– Мы заполнили документы, назначили дату приема. Все у вас в обменной карте, там же есть номер телефона. Это мой личный, звоните в любое время и берегите себя. А еще мы выписали вам больничный. Посидите пока дома, пока в себя придете, – я удивленно посмотрела на женщин.

– Я больна? Деткам что-то угрожает? – я снова забеспокоилась.

– Нет, все в порядке. Но вам надо прийти в себя, а никак иначе, кроме как больничным, я вам помочь не могу, – объяснила врач. Я снова поблагодарила и на негнущихся ногах направилась домой. Как я дошла до своего дома, поднялась на этаж, открыла квартиру, я не помню. Помню, что сидела перед зеркалом и рыдала, рассказывая все, что чувствую, и о том, что узнала о тройне. Шок, страх, чувство одиночество и пережитое беспокойство о детках привели к тому, что я уснула перед зеркалом на полу, благо хоть подушку захватила заранее и плед.