Глава 13.

Магический мир

– Ты долго еще перед зеркалом сидеть будешь? Она нас не слышит и не видит! – Мишель со злости смахивает со стола чернильницу, и синие брызги разлетаются по всему кабинету.

– Я хотя бы в курсе, что у Ларисы происходит, – Кристоф устало встает и отходит от зеркала.

– Нам надо не со стороны смотреть, что у нее происходит, а найти способ забрать ее оттуда, – черный дракон похож на загнанного в клетку дикого зверя.

– Скажи спасибо, что хоть так удалось ее найти, – огрызается принц. – Если бы не ты, то она бы и не угодила обратно в свой мир, – не удержался от упрека мужчина.

– Если бы Эрик проследил, чтобы она подписала договор на обучение, то этого бы не произошло, – взрывается Мишель, который и сам корит себя за излишнюю доверчивость. За то, что не проверил дамскую комнату. За то, что отвлекся на Алекса и новость, что они вот-вот узнают имена заговорщиков.

– Вы все ругаетесь? – в кабинет зашел ректор и холодно окинул взглядом двух озлобленных мужчин, которые готовы были уже сцепиться. Эрик Харли за этот месяц посмурнел и почернел, но всем своим видом давал понять, что он спокоен. Только ему одному известно, чего ему это стоит. Он неоднократно успокаивал пьяные драки двух побратимов, которые не могли смотреть, как Лариса изо дня в день плачет перед зеркалом. Он сам не единожды напивался, топя свое горе в вине, но утром неизменно был собран и холоден.

Эрик Харли

– Ты такой безразличный! А ты знаешь, что Лариса беременна тройней? – ко мне подскочил Кристоф и посмотрел с видом победителя. – Ты понимаешь, что это значит?

– Что у нас будет трое малышей, – произнес медленно фразу, а у самого зашумело в ушах. Мы с побратимами знали, что Лариса беременна. Хоть она и не верила в этот факт, но мы-то привыкли доверять магическим артефактам. От такой новости я сам готов был упасть в обморок, и меня усадили на диван.

– Сегодня коронация Виктора и Вэлмы, и мы должны присутствовать. Но после нее мы можем провести обряд. Вы готовы? Он может стоить нам жизни и разнести к драконьей маме пол-Академии – я внимательно посмотрел в лица мужчин, ища хоть тень сомнения, и не найдя ее, удовлетворенно хмыкнул.

– Мы можем приступить прям сейчас. Зачем нам идти на эту дурацкую коронацию? – Мишель нетерпеливо посмотрел в зеркало, где отражалась комната в другом мире. На полу этой комнаты, укутавшись в плед и положив голову на подушку, лежала наша Истинная, за которую каждый из нас готов был отдать жизнь и все, что у него есть.

– А если мы разнесем пол-Академии и погибнем? – я как всегда смотрел и с практической стороны на ситуацию.

– Значит, Виктору придется перенести коронацию, – Кристоф встал на сторону Мишеля, что меня удивило. С момента, как пропала Лариса, эти двое не могли согласиться ни в чем. Казалось бы, если один говорил черное, то другой скажет белое, даже если перед ним будет черное.

– Хорошо, тогда ты предупреждаешь Виктора, – я обращаюсь к Кристофу. – Ты проверяешь Академию, чтобы здесь никого не было. Всех студентов отпустили по домам, а тех, кому некуда ехать, отправили на гуляния по случаю коронации в город, – это было адресовано Мишелю. – Я же приготовлю все к обряду. Только имейте в виду: все должно произойти быстро, иначе мы можем навредить Ларисе или малышам. Вы меня поняли? – двое мужчин как по команде кивнули и разошлись.

Я быстро начал расчищать кабинет, который за этот месяц превратился в место обитания побратимов. Ни Кристоф, ни Мишель не желали уходить из него, и пришлось ставить два дивана, на которых они спали. Всю мебель отодвинул по углам и расчистил как можно больше места перед зеркалом. Этот обряд мне дали ищейки, которые периодически совершают перемещение между мирами. Но у них есть определенного рода способности, которых у нас нет. Но все равно я хотел попробовать, так как это был единственный способ забрать Ларису сюда. Побратимы согласились и ждали лишь, когда будет готово зелье. Как назло, оно готовилось несколько недель, и все это время мы все были как на иголках.

Подготовив пространство, зелье, свиток с заклинанием, чашу и нож, я собрался с мыслями. У нас одна разъединственная попытка и других не будет. Как только перенесем нашу жену в этот мир, и она придет в себя, то сразу же сходим в храм и освятим наш союз, и сделаем привязку друг к другу. Эх, почему я не проследил, чтобы девушка подписала этот договор? Почему я не проверил? Этот вопрос я задавал себе ежедневно и не по одному разу. Но тогда мне казалось, что это всего лишь договор. Ну, после того, как девушка приняла нас в мужья, да еще и после укуса, я и помыслить не мог, что она может куда-то исчезнуть. Оказывается, что не смотря на то, что она нас приняла, не произошло привязки с этим миром. Потому заговорщикам удалось так легко забросить ее в ее же мир, в ту самую точку и в то же самое время, которое она покинула. Будто и не было ничего: ни магического мира, ни нас. Она должна была забыть все. Но заговорщики не знали, что Лариса беременна, и магия наших малышей не дала ей забыть события, произошедшие в этом мире. Мы это сразу поняли, когда при помощи артефакта смогли настроить зеркало моего кабинета на зеркало в комнате девушки. Браслет, что остался на Ларисе, послужил вторым артефактом, который позволил передавать картинку и звук, но не мог сделать так, чтобы и она нас видела и слышала. Так что вот так мы знали, что происходит с нашей Истинной, но она об этом и не подозревала.

Вернулись Кристоф с Мишелем и сели по бокам от меня. Мы начали обряд. Каждый из нас прочитал заклинание, рассек руку и капнул несколько капель в чашу с зельем. Оно пенилось и шипело, но мы без страха по очереди выпили содержимое чаши. Встали и, взявшись за руки, начали повторять заклинание. Сперва ничего не происходило, но спустя несколько минут мы почувствовали, что воздух стал будто тяжелым, он уплотнился, и его можно было резать ножом. Не замолкая и не разрывая круг, мы стали громче читать заклинание. И наконец-то зеркало помутнело и пошло рябью, как вода на озере, если бросить в него камень.

Так и держась за руки, мы шагнули в зеркало и оказались в комнате перед спящей на полу Ларисой. Она сонно приоткрыла глаза и, проворчав что-то про дурацкие драконьи сны, снова их закрыла.

– Мишель, держи проход. Кристоф, не прекращай читать заклинание, – я отдавал указания, а сам метнулся к девушке, подхватил ее на руки, и мы все втроем рухнули в зеркало. Все это заняло несколько мгновений, и зеркало разлетелось на мелкие осколки, впиваясь во все незащищенные одеждой участки кожи. Я же успел в последний момент накрыть девушку собой и тем самым защитил ее от повреждений. Вот и все. Наша миссия по возвращению нашей Истинной окончена. А сейчас, как мне кажется, наступит более сложная часть мероприятия – вымолить прощение у Ларисы и уговорит ее пойти с нами в храм. Осматриваю девушку и отмечаю, что она тяжело перенесла переход. Подхватываю ее на руки и отношу в лекарское крыло. Побратимы плетутся следом, им тоже не помешает помощь лекаря, да я и сам чувствую впившиеся в кожу осколки зеркала.

Передав Ларису лекарям, я облегченно выдыхаю. Она и малыши с нами. Им больше ничего не угрожает, они в безопасности. Нас всех поят лекарствами и отправляют в целебный магический сон.

Лариса Сергеевна Копилова 35 лет, беременна тройней.

Открываю и закрываю глаза уже в четвертый раз. Я не дома, это однозначно. Скорее всего, в какой-то больнице. Неужели плохо стало и меня увезли «на скорой»? Но кто ее вызвал? Я не вызывала. И вообще, подозрительная какая-то больница. Слишком чисто и аккуратно. А где ободранный линолеум? Где в десять слоев крашенные стены? Где хамоватая санитарка, моющая одной тряпкой и операционную, и коридор?

Лежу на кипельно-белых простынях, на деревянной добротной кровати. Точно не больница. Такого в муниципальных заведениях моего мира не встретишь. Моего мира. А может, я не в своем мире? Может, я каким-то чудом вернулась?

Возбуждение заставляет меня вскочить с постели и рванут на поиски кого-нибудь в этом странном помещении. Выскакиваю и вижу соседнюю дверь, в которую сразу же забегаю и останавливаюсь как вкопанная. Три кровати в рядочек, три моих мужа, прикрытых белыми простынками. Лежат неестественно ровно, и руки поверх простыни по швам. На мгновение испугалась, что они мертвы. Но вдруг слышу мерный звук, до ужаса напоминающий банальный храп. Я там днями и ночами плачу, молюсь всем Богам, чтобы оказаться с ними рядом в их мире, а они тут дрыхнут. В общем, злость накрывает меня моментально и с невероятной силой. Вот ровно пропорционально тому, как сильно я за них испугалась, увидев их с бледными лицами, лежащими в рядок на белых простынях. Так же сильно я разозлилась.

Бегло осмотрела помещение и единственное, что нашла – это таз под рукомойником, полный воды. И не долго думая, подхватив эту емкость, я с размаху ухнула все содержимое на мужчин. Уж простите, куда попала, туда и попала. Все трое, как по волшебству подскочили со своих кроватей, отфыркиваясь и ошарашено осматриваясь по сторонам.

– Я, значит там, а вы тут дрыхнете? – уперев руки в бока, я зло сверкала глазами. Трое мужчин замерли передо мной и, выпучив глаза, смотрели, будто не ожидали увидеть. – Что так удивились? Не ждали? – и так мне обидно стало, что я там страдала, а они смотрят на меня, как на чудо света, и вот совершенно не рады меня видеть, что не смогла сдержать предательских слез.

Практически рухнула на стул и горько зарыдала. Я с таким упоением не плакала, даже когда по этим обормотам горевала. Сейчас это были скорее слезы облегчения, а не слезы горя.

Пришла в себя, когда меня просто затискали и намочили мою сорочку, прижимая к себе трое мокрых мужей.

В какой-то момент я тоже начала обниматься с ними, и слезы сменились смехом. И вот мы уже вчетвером сидим на постели и обнимаемся, целуемся и хохочем.

– Ты как? Как себя чувствуешь? – первым пришел в себя Эрик. Я сразу отметила, что он осунулся, скулы заострились и взгляд стал еще пронзительнее. Неужели это так наша разлука на него подействовала?

– Все хорошо и со мной, и с малышами, – я ожидала вопросов, но по радостным взглядам мужчин поняла, что для них не новость не только сам факт беременности, но и слово «малыши» во множественном числе не вызвало удивления. – Вы знали?

– Что знали? – Кристоф с обожанием смотрит на меня, попеременно целуя руки.

– Что у меня тройня, – я внимательно смотрела на таких родных мужчин. Боже, как же я по ним скучала!

– Сегодня узнали, когда ты рассказала, – Мишель усадил меня к себе на колени и просто тискал, периодически целуя то в плечо, то в щеку.

– Я рассказала? – я не понимала, что они говорят. Кому я что и когда рассказала?

– Давай все по порядку, – вмешался Эрик, и я с благодарностью на него посмотрела. – После твоего исчезновения нам удалось с помощью твоего браслета найти тебя. Но связаться не получалось. Браслет был артефактом, но не достаточно мощным, чтобы организовать обратную связь. Так что мы видели и слышали все, что ты говорила перед зеркалом, но не могли ответить. Эти двое вообще переехали жить в мой кабинет и устроили посменный караул около зеркала, – ректор снисходительно посмотрел на мужчин, а они лишь презрительно фыркнули и закатили глаза.

– А ты что делал? – меня умилил караул около зеркала, и стало даже обидно, что Эрик так снисходительно о нем говорит.

– А я искал способы тебя вернуть, – мужчина смотрел мне в глаза, и я с нежностью прижалась к его груди. Зря я в них сомневалась, зря думала, что не нужна им.

– А что произошло там, в гостинице? Как я вообще смогла оказаться в своем мире? Вы же говорили, что это невозможно, – я хотела весь рассказ и самый подробный, но нас прервали лекари. Увидев кучу-малу на кровати, они расселили нас по комнатам. Меня отправили на полную диагностику. Здесь очень трепетно относились к беременности в связи с определенными нюансами. Мужей тоже должны были осмотреть и разрешить навестить меня после того, как они приведут себя в порядок, и врачи удостоверяться, что ни им, ни мне это не противопоказано.

Драконов ко мне пустили ближе к вечеру, когда я уже и не надеялась их увидеть. Они явились ко мне при всем параде и с подносом фруктов в руках. У меня был постельный режим, хотя я чувствовала себя отлично. Но спорить с лекарями не стала, уж слишком строгий вид у них был. Когда все расселись по своим местам и мне сунули в руку целую тарелку чищенных и нарезанных на дольки фруктов, Эрик приступил к рассказу.

– Мы подозревали нескольких людей при дворе в заговоре, но это было настолько невероятно, что казалось бредом, – начал мужчина издалека, а я не могла не встрять.

– Почему? – мне казалось, что всегда нужно подозревать самых неподозрительных. Так нас учили литературные классики в детективах.

– Кушай и слушай, – строго посмотрел на меня ректор, а я послушно сунула в рот виноград.

– Заговор назрел давно, еще когда мы были детьми. Именно тогда, во время взрыва подменили детей. На престол хотели усадить злого и жестокого Лжевиктора, а настоящего принца убить. Чтобы объяснить отсутствие второй драконьей ипостаси, а также того, почему Лжевиктор должен пожизненно носить маску, скрывающую его лицо, и нужен был взрыв. Но Лжевиктор на самом деле пострадал во время взрыва, а настоящему Виктору удалось спастись. Алекс, рискуя своей жизнью, спас Виктора, так как заговорщики хотели оставить его у себя, как тайное оружие на случай провала первоначального плана и воспитать в ненависти к его семье, убедив, что от него отказались. В общем, настроить против нынешнего устоя и королевской правящей семьи и сделать его марионеткой в руках заговорщиков. В случае провала первоначального плана, они хотели посадить его на престол и править королевством, так как подменный Виктор не мог быть полноценным королем. И у многих возникали подозрения. Причин для подозрений было много, начиная от того, как мог дракон потерять свою вторую ипостась?

Ведь это часть него, тогда и человеческой оболочке не прожить. Вопросы росли и порождали другие вопросы. Даже уродство короля после взрыва и тот факт, что Лжевиктор носил маску, казались подозрительными, – мужчина остановился перевести дух, а я снова встряла.

– Значит, заговорщик – это Алекс? – я забыла, что у меня виноградина во рту. И она вывалилась, а я смущенно прикрыла рот, изображая закрывающуюся молнию у себя на губах. Эрик продолжил, строго посматривая на меня.

– Нет, Алекс перехватил настоящего Виктора и спрятал от заговорщиков. Он был двойным агентом, но не знал главаря в лицо. После того, как вы прибыли в гостиницу, главарь понял, что нужно как можно скорее начинать действовать. Тебя забросили в твой мир, так как ты не была привязана к нам, – мужчина специально сделал паузу и выжидательно посмотрел на меня, давая возможность мне задать вопрос. Я же молчала, давая возможность мужчине продолжить. – Ты не скрепила наш союз в храме или тебе мог бы блокировать переход подписанный договор на обучение, – я поняла, что за столько времени тогда в Академии, так и не подписала это договор. Получается, я сама виновата в своих же приключениях. – Мы поняли, что знать это мог только кто-то в Академии. Но этот человек не знал, что ты беременна, и потому рассчитывал, что мы сразу же после твоего исчезновения ослабнем и не сможем предотвратить государственный переворот. Или нам будет просто не до того. Мы будем заняты поисками своей Истинной, а не решением проблем на государственном уровне, – я складывала этот пазл в голове, и он упорно не хотел сходиться.

– Кто же этот тайный «мистер Икс»? – я не понимала, вернее, не могла поверить в промелькнувшую у меня в голове догадку.

– Ты не поверишь, но даже ты с ним знакома, – муж сделал паузу и, поняв, что я сейчас лопну от любопытства, рассекретил главного заговорщика. – Это мой секретарь Кир.

– Карлик? – я пораженно уставилась на него. – Да быть такого не может! – мужчина погрустнел и кивнул.

– Да, я сам не мог в это поверить. Карлики славятся преданностью и верностью, его род всю жизнь служил короне и нашей семье. Но Кир и еще несколько его единомышленников посчитали, что их права ущемляются. Якобы их считают ниже по социальному статусу. И вообще, только один карлик смог стать советником короля. В принципе, с этого все и началось, – меня снова потискали, а я улыбнулась.

– Значит, это все же он хотел меня тогда усыпить? – я вспомнила случай в ванной.

– Да, и при этом он даже нас обманул. Мы все предположили, что кто-то посторонний провернул махинацию с косметикой, стараясь подставить секретаря. Но все оказалось значительно проще. Он сам и подложил снотворное в баночки с солью для ванн. А еще он под личиной Вэлмы похитил твое белье, – добавил ректор, а я с некоторой долей скепсиса посмотрела на мужа.

– Но как? Кир мне по пояс, а Вэлма в два раза больше меня,– я с сомнением смотрела на своего Истинного.

– Это все качественная личина, – заметил Мишель, который знал толк во всех этих ухищрениях.

– Но зачем? – я до сих пор не могла понять, зачем кому-то нужны были мои панталоны.

– Все очень просто. Хотели скомпрометировать тебя и нас заодно. Но вышло так, что ты не воспылала любовью к академическому нижнему белью, как и к форме. И потому, когда заговорщики хотели сделать зелье личины, выяснилось, что ничего не выйдет, так как ты не то что не одевала эту одежду, ты к ней даже и не прикасалась, – вполне логичное объяснение, между прочим.

– Но как? Ведь когда я пришла к тебе, секретарь был уже на месте, – я детально вспомнила ту сцену, и то, как гневно влетела в кабинет ректора уличать Вэлму в воровстве панталон.

– Он успел вернуться буквально за несколько минут перед тобой и выпил обратное зелье. Действовал на грани фола, что было очень рисково. И потому было так сильно разочарование, когда выяснилось, что твоя одежда им не поможет. Вот потому он и решился на устранение тебя полностью. На убийство, которое выставят как несчастный случай, – объяснил мне ректор.

– А в высказываниях на счет Вэлмы будь поаккуратнее, – сделал мне замечание Кристоф.

– Это почему? – я перевела взгляд на молчащего до этого принца.

– Ну, она королева как-никак, так что это будет ее компрометировать, – выдал сногсшибательную новость мужчина.

– Ничего себе! Вот это да! Сколько новостей я пропустила! – я в шоке сидела и переваривала информацию. – Так что в итоге-то произошло? Как вы рассекретили заговорщиков.

– О-о-о-о-о-о, это было показательное выступление! – с гордостью заметил Кристоф. – Когда мы поняли, что тебя устранили, чтобы отвлечь нас от чего-то очень важного, мы все рванули в столицу, во дворец. И как раз вовремя. Там собрали экстренный совет с участием всех советников, короля и наших родителей. К этому времени я уже некоторое время давал родителям зелье, которое подавляло зелье контроля. Потому они были вполне вменяемые. Мы явились, когда советник Лирик, это, кстати, тот единственный карлик, который попал в верхушку власти, объявлял, что в связи с утерей Истинной, я и остальные мои побратимы тронулись рассудком от горя. Мы в пух и прах развенчали все его обвинения. Я предоставил доказательства, что Лжевиктор не мой брат. И тут явился настоящий Виктор, который обернулся золотым драконом. Это было феерично и очень красиво. Правда, он разнес половину Зала Советов, но это ерунда. В присутствии всего Совета Лжевиктора взяли под стражу и поместили в темницу, а Лирика допросили, используя зелье правды. Вот тогда-то он и выдал всех сообщников и рассказал план по смене власти в королевстве, – закончил рассказ Кристоф.

– Что же с ним теперь будет? – я с ужасом представила всю картину, что мне описал муж.

– Ничего. Зелье сломало его волю, и сейчас он не представляет опасности. Он стал очень правдивым карликом, – мужчина хохотнул, – что думает, то и говорит. Это такое побочное действие у зелья правды, – мужчина сунул мне в руку кусочек груши.

– Так что, если ты хочешь узнать: идет тебе платье или нет? То можешь смело обращаться к бывшему советнику Лирику. Он не сможет тебе солгать, – хохотнул Мишель, а я легонько стукнула его по руке. Все же это довольно страшно – говорить все, что думаешь.

– Это навсегда? – никогда не была жалостливой, а сейчас мне всех вокруг хотелось пожалеть, хотя этот же советник не пожалел бы меня, окажись я на его месте.

– Да, на всю жизнь. Так как он слишком яростно сопротивлялся во время допроса, потому зелье так воздействовало. Так что он сам виноват. Но зато он избежал казни, – объяснил Эрик.

– Эй, ты чего? Тебе его жалко? – Мишель приподнял мой подбородок, чтобы заглянуть в глаза.

– Да, – я шмыгнула носом и уткнулась в грудь мужу.

– Вот те на! – Мишель рассмеялся и прижал меня к себе поближе.

– Это теперь Вэлма королева?! – я только сейчас полностью осознала ужас этой новости.

– Ха-ха-ха, – хором рассмеялись мужья, видя панику у меня на лице.

– Вам смешно, а меня она точно «истинной леди» сделает. И не возразишь же, королева все-таки, – я озвучила свои опасения.

– О, уверяю, моя далеко-не-истинная-леди, что Вэлме сейчас не до нравоучений одной маленькой беременной девушке, – многозначительно заметил принц.

– Ты знаешь что-то чего не знаем мы? – ректор приподнял удивленно бровь.

– Естественно, все же я – брат короля, – многозначительно хмыкнул Кристоф.

– И что же это? Мы все сгораем от любопытства, особенно я! – я действительно чуть ли не в прямом смысле сгорала от любопытства.

– Вэлма ждет маленького дракончика, но об этом королевство должно узнать только через пару месяцев, – я удивленно посмотрела на мужа.

– А мне говорили, что у вас проблемы с рождаемостью, – вспомнила я слова той же Вэлмы о том, что эти древние драконьи роды на грани вымирания.

– Видимо, это не тот случай, – довольно хохотнул Мишель. И я покраснела, сами же эти драконы тройню мне как-то же заделали.

– А что теперь мы будем делать? – я осмотрела всех троих мужчин.

– О-о-о-о, впереди самое интересное – обряд в храме! – Эрик ждал моей реакции. И я не смогла промолчать.

– А я могу отказаться? – я не собиралась отказываться, но нервы-то пощекотать я могла.

– НЕТ!!! – хором прокричали мужья, и я захохотала. Вот их как пробрало мое исчезновение. Меня, между прочим, тоже. Я сама хочу привязать к себе этих троих красивых драконов, чтобы никуда от меня не делить. Они еще прочувствуют всю прелесть супружеской жизни!

– Ложись отдыхать, кажется, у тебя температура, – с беспокойством заметил Эрик и позвал доктора.

– О, кажется, у кого-то родится огненный дракончик, – заметил Мишель, поглядывая на Кристофа.

– Это что значит? – я не понимала их ухмылок и намеков.

– У нас корона передается зачастую не от отца к сыну, а по линии огненных золотых драконов, – ответил Кристоф, которого раздувала гордость.30f6fc

– Это значит, что ты мама будущего короля! – вставил реплику Мишель. А я чуть не подавилась водой, которую пила в этот момент, запивая очень горькую микстуру, которую мне сунул лекарь.

– Отдыхай и переваривай информацию, – Эрик поцеловал меня в лоб и поправил одеяло. А осмыслить и переварить было что. Но меня сморил сон, и я отложила размышления на потом.