Глава 5.

Вот кто так храпит??? Это что за издевательство???

Открываю глаза и встречаюсь с разъяренным взглядом жениха. Осматриваюсь по сторонам, никто не храпит. Это что я храпела?

– Доброе утро?– просто, судя по взгляду, оно у мужчины не доброе.

– Вот как можно одной ноздрей храпеть, а второй свистеть? – он осуждающе смотрит на меня.

– Кто вас заставлял здесь спать? – я не понимала сути возмущения. Шёл бы к себе и спал в своё удовольствие.

– Это так выглядит благодарность? Да ваш же мутило полночи, – вскипел ректор. И тут я оценила: и таз на полу около кровати, и плошку с компрессами. Убрала мокрую тряпку со лба и положила к остальным примочкам.

– А это все ваши зелья, – ну вот, не могу я признать, что была не права. Не могу и все. Это как через себя переступить. Равнозначно.

– Ну, конечно. Вы пили настойку, пели песни, а виноваты зелья, – мужчина ворчал, убирая таз с пола.

– Вот только не начинай, а-а-а, – я спрятала лицо в подушках. – Дай спокойно умереть.

– Не дам, – в тон мне ответил ректор. – Сейчас платье принесут и маску, вам надо примерить и внести изменения.

– Дайте мне умереть, не мучаясь. Платье наденете на мой хладный труп. Мне там уже все равно будет: по размеру оно или нет, – я взмолилась и накрыла сверху себя подушкой, чтобы не слышать нудный бубнеж.

Боже, как же он меня бесит! Вот просто тем, что в комнате находится, уже этим раздражает. И вообще, сраться и ругаться с будущим мужем лёжа неудобно. Чтобы закатить хороший скандал, мне нужно вертикальное положение. А так мы как бы не на равных. Вот пусть подойдет ближе, пну и скажу, что судорога в ноге. Хотя нет, не поверит. Придумываю план мести, но, как назло, ничего не придумывается, с фантазией у меня в этом мире беда.

– Вставайте и примерьте,– мужчина чем-то шелестел в комнате. Выныриваю из-под подушек и оцениваю свой вид: даже без зеркала понимаю, что он ужасен. Торжествующе смотрю на ректора, а ему хоть бы хны. Он же должен отказаться от меня, бухающей иномирянки, и бежать, куда глаза глядят. А он никакой реакции не даёт. Он что, на антидепрессантах? Точно, этого чая с тормозящим эффектом принял и теперь изображает саму невозмутимость. Мужчина вывешивал на дверцу шкафа платье на плечиках. Между прочим, не плохое, и что-то ещё убирал в шкаф.

– А что вы забыли в моем шкафу? Последние мои панталоны ищете, чтобы тоже стянуть? Они вам не подойдут, – я искренне не понимала, что он там забыл.

– Я, наоборот, пополнял запасы вашего белья,– мужчина, красный как вареный рак, отскочил от шкафа. А мне стало интересно, что же за белье он туда положил, что так смутился от моих слов.

– Мне сегодня на занятия нужно? – я не хотела на них идти, как-то не по возрасту мне эта учёба.

– А вы в состоянии?– мужчина скептически окинул меня взглядом. – На столике стоят лекарства. Как придёте в себя примите, не сочтите за труд. В ванной корзинка с косметикой, – у меня лицо удивленно вытянулось. Неужто этот пень бесчувственный решил за мной поухаживать? – Это Кир приносит вам свои извинения, за вчерашний вечер, – продолжил Харли, а я поняла: что нет, не ухаживает. Показалось. – Я приду к вам перед балом, и не вздумайте кромсать и резать платье или ещё как-то вносить изменения. Пойдете на бал голой, – зло сверкнул на меня глазами мужчина и гордо удалился из моей комнаты.

Даже мое плохое самочувствие не смогло остановить мое неуемное любопытство. Как только жених вышел из комнаты, я кое-как сползла с кровати и пошла к шкафу. На полке лежали два неразвернутых свертка. И один открытый. Видимо, шелест открывания этой упаковки и привлек мое внимание. Сунула нос в открытый сверток и обомлела. Там был кружевной комплект потрясающего белья. Трусики из тончайшего нежнейшего кружева и бюстик, выполненный в виде корсета, но современный, а не то убожество, что выдала мне Вэлма. Спереди маленькие крючочки, а снизу резиночки для чулочков. К слову, в свертке на дне были и чулки. Признаться, я такого белья никогда не видела, потому что в моем мире оно мне банально было не по карману. Значит, есть у них приличная одежда, а не вот это вот все. Разложила белье на кровати, представляя, как же отпадно оно будет на мне смотреться. Сейчас мерить не буду, сперва водные процедуры, а только потом можно примерять.

Посмотрела на платье. Единственное впечатление от платья – это разочарование. Издалека оно смотрелось более презентабельно. Сейчас же я поняла, что передо мной платье дебютантки. Безликое и никакое. В нем не было исключительности, в нем не было изюминки. Оно было таким же стандартным, как и Академическая форма, за исключением цвета. Нежно-салатового цвета, того удивительного оттенка, который мне никогда не шел. От этого цвета оттенок моей кожи становился такого же зеленого болезненного цвета.

Я приложила платье к себе и убедилась еще раз – оно мне совершенно не шло. Что же делать? Для начала привести себя в порядок, чтобы молоты и наковальни в моей голове прекратили свой танец.

Лекарство! Точно, мне же заботливый ректор велел выпить лекарство. Нахожу взглядом то, на что указал мужчина, и залпом заливаю все содержимое флакона в себя.

Если б знала, что оно такое мерзкое, хоть потихоньку пила бы, а то так чуть обратно все не пошло. Перевела дух и направилась в ванну. Там меня корзинка с косметикой, презентованной карликом, ждала.

Ух, это не корзинка, это корзинище! Все, что душе угодно и на любой вкус, да ещё и с разными ароматами. Ну, Кир, ну, старый пройдоха! Во даёт! Вот у кого надо Эрику поучиться в ухаживании. Карлик ему сто очков вперёд даст. Я принялась за водные процедуры. Наполнила ванну, бахнула туда и пену, и бомбочку с солью для ванн. Разлеглась в воде и задумалась.

В этом платье цвета жухлой травы мне идти нельзя. Меня ж с фикусом спутают. И я не умею танцевать, явно там не дискотека 80-х будет. А мое сердце бьется исключительно в стиле «диско». Представляю, как я опозорюсь. На меня ж потом все пальцем тыкать будут! Жуть просто.

Ну, за те несколько часов, что осталось до бала или когда он там начнётся, я полонез и вальс не выучу. Да плевать! Двум смертям не бывать, а одной не миновать. Если и опозорюсь, то опозорюсь красивой. Так что надо наводить красоту.

Я начала с моего тельца. В корзине были скрабы и крема, я толком не вникала, но это было что-то типа депиляционных кремов. Надеюсь, я цвет не поменяю. Я намазала все места, склонные к оволосению, кроме головы, конечно же. И спустя пятнадцать минут убедилась, что мое предположение о назначении крема было верным. Весь лишний волосяной покров я сбросила, спустила воду и забралась под лейку душа. Волосы мыла тремя шампунями, и не потому, что они были такие грязные, а просто чтобы попробовать все, что было в корзине. Потом маска на волосы, маска на лицо. Потом ещё одна маска, а потом ещё одна. В общем и целом, в масках и кремах побывали все конечности и участки тела. Выползла я из ванны спустя почти три часа и застала у себя в комнате Вэлму. Вот уж кого не ожидала увидеть, так это эту поборницу чести и моих панталон. После той истории с академическими рейтузами я подозрительно смотрела на сиделку. Мало ли, может, это не женщина, а снова какой-нибудь студент под личиной.

– Я вам обед принесла, а вы из ванны не выходите. Если б не вышли ещё пять минут, пришлось бы идти за ректором,– Волма с осуждением смотрела на меня.

Я закатила глаза, ну что за женщина? Ну, она-то должна меня понять, что когда снимаешь стресс и устраиваешь себе спа-салон домашнего разлива, то в ванной можно и полдня провести, а не каких-то три часа. Я поблагодарила за заботу и набросилась на еду. Голодная была – ужас! А здесь все так вкусно пахло. Обратила внимание, что после того, как ректор официально заявил, что он мне Истинный, питаться я стала получше. Хоть в этой сфере экономить на мне перестали.

– О Боги, что это?– сиделка держала двумя пальчиками бюстик за бретельку. – Откуда у вас этот разврат? Это же наряд куртизанки! – женщина ещё что-то кудахтала, но я подбежала, выхватила своё белье и сунула его в шкаф.

– Слушайте, я, конечно, все понимаю, но что за нездоровый интерес к моему исподнему? Что это за мир такой, в котором ежедневно мы обсуждаем мои трусы? Это белье мне принёс Эрик! – я все это сказала скороговоркой, так как испугалась, что женщина снова выбежит из моих покоев, теперь уже с лифчиком наперевес.

– Вам подарил это ректор Харли?– сиделку перекосило, и она плюхнулась на кресло.

– Да, с другими Эриками я не знакома, – я даже гордо задрала голову.

– Как? Как он решился? Это же нарушение всех норм этикета и морали. Дарить женщине белье, пусть и своей Истинной! – Вэлма заметалась по комнате, периодически всплескивая руками. Боже, да ее сейчас кондратий хватит. Вот же неугомонная женщина!

– Вэлма, прошу вас, успокойтесь, дышите глубже. Он же мне в мужья набивается, значит, нет ничего этакого в столь личном подарке,– успокаивала я сиделку.

– Но как же? Мужчина и белье,– женщина была до ужаса растеряна.

– Объясните мне: у вас секс между мужем и женой предусматривается?– я понимала, что своим вопросом могу усугубить состояние собеседницы, но не спросить просто не могла.

– Секс? Это что?– пышная дама даже прекратила истерику на секунду.

– Соитие, интим, – все синонимы вылетели из головы.

– Конечно же, есть,– женщина сделалась пунцовая, даже кончики ушей пылали от смущения. – Дети же в семьях рождаются.

– Ну так муж увидит меня в белье, и скажу даже больше, и без белья,– я поиграла бровями, чтобы сиделка поняла, что я имею в виду.

– Зачем? – на лице Вэлмы по-прежнему ужас и некая заинтересованность.

– А как же он доберётся до интимного места? Как он сможет поместить свою тычинку в мою пестик? – даже я уже стеснялась называть все своими именами, а это все сиделка со своими пуританскими взглядами виновата.

– Обычно, невеста облачается в сорочку, ложится на кровать и ждёт, – Вэлма явно с гордостью проводила мне такой подробный, на ее взгляд, инструктаж первой брачной ночи.

– Ну, мужу все равно придётся приподнять сорочку, – я представляла это все действо, и меня начало передергивать. Никогда у меня секс не вызывал такого дикого отторжения, как после рассказа Вэлмы. Если они тут все так же рассуждают, я полагаю, у них должны быть большие проблемы с рождаемостью.

– Зачем? В сорочке же есть прорезь для этого, – и снова взгляд, полный ужаса и осуждения.

– О-о-о, технические прорези в сорочке?! – здесь просто финиш! У меня истерика. А я удивляюсь панталонам по колено, юбкам в пол и блузкам под горло! Неужели они тут все такие? Или мне эксклюзив попался?

– Вам не мешало бы обзавестись такими сорочками, – женщина выдала совет, а я чуть не подавилась листиком салата. Так, все пообедали, иначе у меня будет несварение от общения с Вэлмой.

– Приму к сведению. А сейчас мне бы не помешали швейные принадлежности. Хочу подогнать платье, – я указала взглядом на наряд пожухлого листа, который так и висел на дверце шкафа.

– О-о-о, оно великолепно! А вы точно обрезать его не будете? – подозрительность в голосе дамы меня позабавила.

– Клянусь, обрезать не буду. Я и Эрику пообещала уже, так что мне можно верить, – я положила одну руку на грудь в области сердца, а вторую выставила вперед раскрытой ладонью, изображая клятву.

– Хорошо, я могу вам помочь, – женщина предложила помочь, но я тактично отказалась, так как мне соглядатаи не нужны.

Как только осталась одна, я залезла за своей заначкой. Честно экспроприированная мною скатерть лежала ровно там, где я ее спрятала.

По цвету она чудесно мне подходила, и я решила сделать платью апгрейд. Честно, я не буду ничего отрезать, я всего лишь пришью. Приложив скатерть к платью, я принялась за дело. На юбку я выделила основную часть ткани и сшила просто пышную юбку, которая скрывала уже имеющуюся. Спереди оставила разрез, и в нем была видна искомая часть платья. На плечи соорудила что-то вроде накидки, но с оголенными плечами. Это все прятало жуткий цвет платья и практически изменило одеяние до неузнаваемости.

Вэлма уточнила время, к которому я должна быть готова, и я прикинула, что у меня есть час, а значит, нужно заняться волосами. После косметических процедур они были удивительно мягкими, шелковистыми и послушными. Сухие волосы мягкими волнами легли на плечи, хотя, понятное дело, у меня не было ни фена, ни утюжка, ни плойки. Ладно, будет экспромт. В ванной нашлись заколки и шпильки, которыми я воспользовалась. А еще я вплела отрезок ткани в высокую прическу и, закончив с волосами, спохватилась, что там же где-то еще и маска должна быть, а ее не видела. Метнулась к платью, внимательно осмотрела вешалку. Нет маски. Странно. Я же помню, что ректор говорил про бал-маскарад и маску. Ну, ничего, значит, буду без маски. Не моя забота, как говорится.

Осмотрела себя в зеркало, чудо как хороша. Жаль, из декоративной косметики в корзине, презентованной Киром, был только блеск для губ. Но я и без тонны штукатурки бесподобна. Полюбовавшись собой, я отправилась одеваться. Сперва надела белье, покрутилась перед зеркалом. А у ректора глазомер что надо, все в пору! Даже скажу больше: будто сшито на меня. Облачилась в платье с трудом, но я победила эту конструкцию. Снова придирчивый осмотр в зеркало и снова довольное хмыканье своему отражению. Как только я закончила, то раздался стук в дверь. Как вовремя! Я посмотрела на часы: ровно шесть вечера, прям минута в минуту. Спешу открыть дверь, но там меня ждет сюрприз.

– Вы бесподобны! – Кир восхищенно смотрел на меня, задрав голову. – Только что-то ваше платье до ужаса напоминает мне скатерть из гостиной Эрика,– в глазах карлика лучились искорки смеха.

– Вы наблюдательны, но, думаю, это наблюдение должно остаться строго между нами, – я смеюсь в ответ на понимающую улыбку секретаря.

– Я принес вам маску, ректор забыл вам ее оставить, а еще я должен вас сопроводить на бал, так как Эрик отправился встречать принца, – карлик протягивал мне изысканную маску. Я приложила ее к лицу, и она каким-то магическим способом держалась на месте без заколок.

– Ну что ж, тогда отправимся на бал, – я протянула Киру руку, и он, гордо выпрямившись, прошествовал со мной под руку, провожая меня в бальный зал.

Карлик провожал меня до бальной залы, развлекая по пути непринужденной светской беседой. Я практически влюбилась в Кира. Таким он был галантным и обходительным. Вот почему если мужчина не презентабельной внешности, то он обязательно заботливый, внимательный, обходительный. А если хоть немного симпатичней обезьяны, даже если о наличие этой самой симпатичности мужчине сказала его мама, то у него куча самовлюбленного гонора.

Гигантский зал, украшенный свечами, которые плавали где-то под потолком. А потолок выполнен в виде звездного неба. Я засмотрелась и чуть не отдавила своему кавалеру ноги, а исходя из размеров секретаря, то просто могла затоптать его.

– Вы осмотритесь, а я схожу за напитками для нас, – секретарь усадил меня на диванчик около стены. Таких диванчиков было полно, но практически все заняты. Девицы, собравшись стайками, сидели на них, хихикали и шептались, прикрывая веерами лица. Ну прям школьный бал, не иначе. Не хватает хулиганов, которые предлагают самогон в туалете выпить и покурить. А хотя нет, вот и хулиганы подоспели. В зал ввалилась компашка студентов. Они хозяйским взглядом окинули помещение и, остановившись взглядом на мне, двинулись в мою сторону. Ну только этого мне и не хватает.

– Привет, ты новенькая? – рядом со мной уселся местный красавчик. Признаться, он действительно был неплох собой, но все портил самоуверенный наглый взгляд. Он даже маску не надел, чтобы все видели кто перед ними. На нашу компанию с завистью стали посматривать девицы с двух диванчиков. К слову, большинство девушек были в нарядах очень похожих на мое платье, только до тюнинга.

– Да, новенькая, – я открыто посмотрела на паренька, а он оценивающе смотрел на меня. Взгляд этакого дамского угодника изменился, увидев у меня на руке браслет. Парнишку перекосило, и он даже отсел от меня, а дружки, проследив за его взглядом, так вообще встали с дивана.

– Контрактница, значит, – скорее утверждал, а не спрашивал собеседник.

– Она самая, – я нахально улыбнулась и выставила на видное место браслет, чтобы те, что ещё не успел заценить украшение, могли его рассмотреть в подробностях.

– И три Истинных, – пробормотал кто-то из дальних рядов.

– Да, люблю погорячее, – у парней, привыкших к жеманству, хихиканьям и кокетству местных девиц, от удивления отвисли челюсти.

– Ну, мы тогда пойдём, – попятился от меня задом заводила и вся его компания слилась.

– И перышко вам в одно место для легкости полета, – пробурчала себе под нос.

У меня за спиной раздался хохот, а я резко обернулась. За спинкой дивана стоял мужчина, тоже в маске и весь в черном. Кого уж он изображал, не знаю, но смотрелся шикарно. Он внимательно изучал меня, и его карие глаза потемнели, и зрачок вытянулся. Я моргнула и тряхнула головой, а когда открыла глаза, то глаза незнакомца были нормальными. Показалось, значит.

– Я даже не представляю, что такого надо сказать, что бы отвадить от себя компанию оборотней, – мужчина немного насмешливо скривил губы.

– Что сказала, то и сказала. Вам-то что за дело? – мне не понравилось, что мужчина как-то подозрительно оказался у меня за спиной. Вообще не люблю, когда кто-то стоит за спиной.

– Ещё и дерзкая, это кому так сегодня повезло с такой спутницей? – мужчина обогнул спинку дивана и сел рядом со мной.

– А вам не кажется, что вы задаёте слишком много вопросов? – я настороженно смотрела на собеседника.

– О-о-о, любопытство – это мой самый основной грех, – мужчина обворожительно улыбнулся и окинул взглядом зал, будто высматривал кого-то.

– А их много? – наш диалог напоминал игру в пинг-понг.

– Невероятное количество,– многозначительно ответил мужчина и посмотрел мне за спину. Я сидела в полоборота, и бальный зал, получается, был у меня за спиной.

Обернулась и хотела посмотреть, кто так привлёк внимание моего собеседника. В нашу сторону шли ректор Харли и ещё один мужчина

Я обернулась к собеседнику, а его и след простыл. На мгновение мне даже показалось, что он мне привиделся. Но нет. На сиденье лежал чёрный платок. По инерции взяла его в руки, желая рассмотреть.

– Добрый вечер, – голос ректора заставил меня суетливо спрятать платок в складках платья.

Я встала навстречу мужчинам.

– Лариса, простите, что не проводил вас в зал, а поручил это Киру, – мужчина пожирал меня взглядом, чему я удивилась. Откуда такая страсть? – А кто это был рядом с вами? – ректор обвел зал взглядом и снова посмотрел на меня.

– Полагаю, один из ваших учеников, ректор. Как только завидел вас, так сразу и сбежал с испугу, – я врала, но, как мне показалось, очень правдоподобно. Вот не выглядел этот мужчина в черном студентом.

– Позвольте представиться. Вижу, ревность совершенно ослепила Эрика. И он забывает соблюдать все условности этикета. Ненаследный принц Кристоф. Очарован вами, леди Лариса, – мужчина как-то забавно, на мой взгляд, поклонился мне, протягивая руку. Я же стояла столбом, не понимая, что он от меня хочет. Но потом начали возникать образы из проштудированной книги, и я сунула свою кисть в протянутую руку принца. Он поцеловал меня в тыльную сторону ладони и замер, глупо пялясь на мой браслет. Это уже выглядело неприлично и комично, стоящий буквой «Г» принц.

– Ваш браслет – он светится, – наконец-то Кристоф выпрямился.

Мы вместе с ректором уставились на мое запястье. Браслет светился. Ну, если уж быть более точным, то светилась лишь одна из цепочек браслета.

– Поздравляю, Кристоф! Теперь все советы, что мне давал, можешь сам воплотить в жизнь! – Эрик заливисто рассмеялся, а я зло уставилась на мужчин. Они меня что, между собой обсуждали? Вот же, старые сплетники, похлеще старушек у подъезда, честное слово! Еще и советы друг другу раздают.

– Но этого не может быть! Мы же с братом – близнецы. У нас должна быть одна Истинная пара на двоих,– растерянно проговорил король.

– Ну, у Ларисы еще вакансия третьего жениха свободна,– многозначительно заметил ректор.

Я присмотрелась к Эрику. В обществе принца он был совершенно другим человеком. Не тем чопорным и надменным снобом. Он смеялся и шутил, а не только нос к небу задирал. Неужели это я на него так влияю? Ну, или просто очень плохо еще знаю своего жениха.

– Мне нужно срочно вернуться во дворец и переговорить с братом, – Кристоф распрощался с нами, а я опешила от его скорости и находчивости. Так технично слинять от нарисовавшейся невесты. Да ,мужчинам из моего мира можно поучиться у этого прЫнца.

– Вы же обещали мне не резать платье, – с укором смотрел ректор на меня.

– А я от него ничего и не отрезала, я к нему пришила, – по-моему, вполне справедливое замечание.

– Вы цепляетесь к формулировкам, – ректор удивленно изогнул бровь.

– Вот когда вы начнете мне дарить наряды, которые будут подходить мне по фасону и цвету, тогда и будете ворчать. А пока что я только улучшила платье. Кстати, спасибо за белье! Вы чуть не довели кружевными трусиками Вэлму до сердечного приступа, – я не могла не поддеть жениха.

– О Боги, неужели вы ей их показали? – на лице мужчины весь вселенский ужас. – Она же сплетни по всей Академии разнесет, – одними губами прошептал Эрик.

– Никто ей ничего не показывал. Она сама, без моей помощи, сует свой нос везде. Может, вы ей жениха найдете? У нее сразу исчезнет свободное время для сплетен и всего сопутствующего. И вообще, у вас никого нет поприличнее мне в горничные с более свободными взглядами? А то я боюсь открывать остальные свертки. Если их увидит сиделка, то быть вам оскандаленным на все королевство, – да, я язва, знаю. Ну не могу я не плеваться сарказмом. Вот такой я человек!

– Студенткам горничные вообще не положены, – на меня снова бросили высокомерный взгляд.

– Студенткам, может, и не положены. А невесте ректора и, как выяснилось, ненаследного принца? – ну что, съел, хам трамвайный? Я тоже так умею.

– Я подумаю над вашими словами, но на вашем бы месте не стал бы бравировать статусом невесты, – приземляет меня Харли. – Это вызовет негатив в вашу сторону от остальных студентов. Кстати, вы подписали договор на обучение?

– Не помню, вроде нет, – я действительно забыла об этом договоре. Так и валяется свиток на тумбочке. Я его и почитать-то забываю, не то что подписать.

– Поторопитесь, мне его нужно сдать в канцелярию, чтобы вам могли назначить стипендию, – менторским тоном выговаривает меня ректор.

– То есть вы меня содержать не собираетесь? – я немного прибалдела. Он меня что, на стипендию посадит и крутись, как хочешь?!

– Ну, в нашем мире невест содержать не принято.      Вот если бы вы стали мне женой – это другое дело, – мужчина многозначительно посмотрел на меня.

– Я подумаю над вашим предложением, – меня аж перекосило, так взбесили слова этого женишка. – Душнила, – произнесла одними губами, но ректор услышал.

– Что говорите?

– Я говорю душно, – бурчу в ответ и сажусь на диванчик.

– Да, вы правы, принесу напитки, – и удалился в неизвестном направлении. Второй мой кавалер ушел за водичкой и не вернулся. Вспомнилась советская шутка, как муж ушел за хлебом и не вернулся. Хихикнула в кулак и поняла, что у меня в руке по-прежнему зажат платок незнакомца. Из любопытства осматриваю зал и, к моему великому удивлению, нахожу его около одной из дальних дверей. Я не я, если не вляпаюсь куда-нибудь. Поэтому смело пошла к нему. Но когда я дошла до двери, мужчина уже скрылся за ней. Секунду на размышление и пока не передумала, захожу в эту таинственную дверь.

За дверью темный коридор, но в конце виднеется свет из-под неплотно прикрытой двери. Меня как мотылька тянет на огонь, то есть на этот свет. Я крадусь к двери, и заглядываю в проем. Комната, скорее всего, является кабинетом или библиотекой, так как книг вагон. Я вообще заметила, в этом мире любят обилие книг, но в большинстве своем они бесполезные, как, например, книга по этикету, что я читала накануне.

На столе горит лампа, но свет довольно приглушенный. А вот около стола стоит мой незнакомец в черном и усиленно что-то ищет в ящиках стола.

Он спешит и не пытается положить все на прежние места. Движения порывистые и рваные. Я слишком сильно опираюсь на дверь, и она с тихим скрипом распахивается. Ну, все как в фильмах ужаса. Вот сейчас он достанет бензопилу и со злорадным смехом погонится за мной. Встряхиваю голову, так как картинка была слишком уж реалистичной.

– Милая леди, вы суете свой прекрасный носик не в свои дела, – мужчина наконец-то отмирает и смотрит насмешливо на меня.

– А вот мой нос попрошу не трогать, это тема щепетильная, – я огрызалась, а у самой поджилки трясутся. Начинаю потихоньку пятиться, но мужчина в черном, заметив мой маневр и подскочив, схватил за руку, с силой дернул меня в комнату, а сам захлопнул дверь у меня за спиной и провернул ключ. – Ты что это? – я с опаской посмотрела на незнакомца.

– А ты? – он одарил меня таким же настороженным взглядом.

– Я ничего, – стою, прижатая спиной к дверному полотну, а спереди упираюсь руками в мужскую грудь. Пальцы сами по себе пощупали представленный материал, то есть грудь и плечи мужчины.

– Я тоже ничего, – мужчина смотрел мне пристально в глаза. – Ты что, меня щупаешь, что ли? – и мужчина схватил меня за кисти рук, отступая на шаг.

Мы с ним вместе уставились на мой треклятый браслет, который не то что светился, он начал переливаться, все три цепочки начали по очереди светиться, как новогодняя гирлянда.

– Матерь божья, – у меня в мозгу происходил взрыв. Этот воришка в черном – мой Истинный. Хотела приключений на свои последние девяносто. Получай и распишись.

– Да твою драконью маму! – мужчина тоже выругался, но у него это прозвучало очень забавно. – Ты что ? Контрактница ?

– Да что вы все заладили, слово «контрактница» произносите, будто это синоним слову «проститутка». Да, я учусь здесь по контракту, и что? – я гордо вскидываю подбородок. Только вот не подрасчитала, что все еще стою близко к двери и просто с размаху ударяюсь об нее затылком. Прям Миронов в «Бриллиантовой руке», когда звонил из телефонной будки в ресторане «Плакучая ива». Делаю вид, что мне не больно, а у самой слезы в глазах. Так больно было.

– Осторожнее надо быть, – как-то уж слишком заботливо прозвучали эти слова из уст незнакомца.

– Сама разберусь, – не могу я промолчать. Даже из чувства благоразумия.

– Теперь уже нет. Тебя как звать-то, невеста? – мужчина отошел к столу и, упершись в него бедром, сложил руки на груди.

– Лариса Сергеевна Копылова, – распрямила плечи и гордо отошла от двери, чтоб в конец не расквасить себе затылок. Когда в следующий раз буду изображать гордость.

– А меня зовут Мишель, – мужчина протянул руку, как для рукопожатия. И я повелась на эту уловку – вложила свою ладонь к нему в руку.

Он резко дернул меня снова на себя и прижал к своей груди.

– А ты хорошенькая, Лариса Сергеевна Копылова, – незнакомец искривил губы в улыбке, и не успела я и мявкнуть, как впился в мои губы страстным поцелуем. Я сперва сопротивлялась, но, если честно, больше для вида. Спустя мгновение начала отвечать на поцелуй. И вот уже не меня целуют, а я целую. Мужчина повернулся, и я уже упиралась попой в столешницу, а поцелуи перешли на шею. И теперь моя импровизированная накидка, сшитая из скатерти ректора, полетела в сторону. Мужчина усадил меня на стол одним рывком и вклинился между ног, правой рукой задирая подол платья. В голове мелькнула мысль: что вот сейчас бы пригодились панталоны, а не кружевные трусики, так как панталоны остановили бы этот стремительный натиск. Я как-то не была готова к такому молниеносному развитию событий. Хорошо хоть имя узнала.

Вдруг в дверь постучали, и грохот стоял такой, что было понятно, что стучат с ноги.

– Малышка, я тебя еще найду, – прошептал мужчина мне в губы и, отступив на три шага, бросил «что-то» себе под ноги. Это «что-то» взорвалось с громким хлопком и черным дымом. При этом дверь у него за спиной разлетелась в щепки одновременно с этим мини-взрывом.

В дверях стоял разъяренный ректор Харли. А Мишель исчезал в дымке. И стоило мне моргнуть, и его как ветром сдуло. А я так и сидела на столе, зацелованная и разгоряченная.

– Что здесь происходит ? – ректор в ярости заскакивает в комнату.

– Ничего, – я одергиваю неприлично задравшееся платье, поправляю декольте и ищу глазами накидку, которую Мишель отшвырнул в сторону. – Я тут третьего жениха встретила, вот проверяли совместимость, а ты нам помешал, – подхватываю часть своего гардероба и креплю, как было. Благо косметики на мне практически нет, так что и размазываться было нечему, только слегка припухли губы от страстных поцелуев.

– Какого еще жениха? – Эрик наступал на меня, а я попыталась пятиться назад, но сзади был стол, с которого я только что ссадила свою попу.

– Обыкновенного, – показываю мужчине свой браслет, он изменился. Три цепочки светились каким-то неярким светом и периодически подмигивали.

– Встретили жениха и решили до обряда предаться греху?– упрекает Эрик и сверлит меня тяжелым взглядом. Он уже очень близко подошел ко мне. Непозволительно близко.

– Да, а что тянуть кота за все подробности? Вы же чего-то ждете, – заглядываю в глаза-омуты и будто попадаю под гипноз.

– А меня вы спросили? – мужчина склоняется к моему лицу и говорит последние слова практически мне в губы. – Может быть, я хочу быть первым, – и целует.

Я хочу возмутиться: с чего это вдруг я должна что-то у кого-то там спрашивать? Я так-то дама независимая, никому пока не принадлежу, так что что хочу, то и творю. А главное – с кем хочу. А может даже и не творю, а вытворяю! Но сладость поцелуя меня настолько обезоружила, что все колкости и гадости вылетели из головы. Только что остывшее от поцелуев тело сразу накаляется, и пучок возбуждения скрутился где-то внутри. Меня порочно прижимают к себе, норовя впечатать в стол. Я чувствую эрекцию, упирающуюся в меня. А когда мужчина перестал терзать мои губы и перешел к шее, с губ сорвался стон наслаждения. Оказывается, у меня шея – очень даже эрогенная зона.

– Ну, так что я там тяну у кота? – вопрос был настолько неуместен, что я молниеносно прихожу в себя и со всего размаху влепляю ему звонкую пощечину. Признаться, я сама от себя такого не ожидала, но красный след расползается по щеке жениха, а рука немеет от удара.

– За что? – мужчина ошарашено смотрит на меня, не веря в то, что получил только что по физиономии.

– За то! – многозначительно отвечаю и с видом оскорбленной невинности выхожу из кабинета. Вот, спрашивается: ну не дура ли? Зачем я ему вмазала? Целовалась бы дальше. А может, если б дверь прикрыли, и не только целовалась. Горестно вздыхаю. Но ничего не попишешь. Дура, она и в Африке дура, даже если и попала в другой мир.

Бал был в самом разгаре. Всюду кружились танцующие пары, но я, как ледокол, перла к диванчику, с которого не так давно встала. Дошла и с размаху плюхнулась на него. Вот ни капли грациозности и женственности, грузчик из промтоварного и то аккуратнее садится.

– А я искал вас и Эрика,– вскидываю недовольный взгляд. Кого там еще нелегкая принесла? О, Его Высочество пожаловали!

– Мы немного были заняты, – даже не пытаюсь изобразить улыбку.

– Я переговорил с братом, он готов с вами встретиться завтра, – так радостно сообщил мне мужчина.

– Зачем? – я не разделяла его энтузиазма.

– Как зачем? Нужно узнать, являетесь ли вы ему Истинной, мы же близнецы, – прЫнц обескуражено смотрит на меня, а я готова взглядом убивать.

– Я не его Истинная, – сказала, как припечатала.

– Почему вы так уверены? Завтра вы встретитесь, переговорите, и тогда узнаем. Может быть, браслет отреагирует,– убеждает меня собеседник.

– У меня уже есть три Истинных, все полна коробочка, – я показываю браслет, и у принца вытягивается удивленное лицо.

– Какая коробочка? – медленно говорит Кристоф, рассматривая мой браслет.

– Видимо, та, в которой котов за подробности тянут, – раздалось сбоку. И я бросаю на ректора Харли убийственный взгляд.

– Каких котов? – еще более пораженно переспрашивает принц.

– У него спросите, он объяснит, – я киваю головой на Эрика, а он со злостью смотрит на меня. На щеке алеет след от пощечины, в глазах ярость. Красота! Я вскакиваю и прямым ходом чешу на выход. Чует моя пятая точка, учинят мне разборки. Так что надо поскорее добраться до своей комнаты и закрыться в ванной. Как показала практика: у меня очень прочная дверь в клозет, так что будем этим пользоваться.

Заскакиваю к себе в комнату и закрываю дверь. И только сейчас замечаю, что у меня на двери в комнату даже шпингалета нет. Вообще ничего. Совершенно никакого запирающего механизма. Чудесно, че!

Значит, придется все же в ванной отсиживаться. Захватываю по пути ночную сорочку и прошмыгиваю в уборную. Не, ну а что? Я готовлюсь ко сну, принижаю водные процедуры.

Запираю дверь, слава Богу, хоть здесь есть задвижка, и включаю воду в ванну. Исследую дареную корзину с косметикой и, выбрав новый запах у пены для ванн, плюхаю ароматную жидкость в воду. Я эти баночки в первую мою инспекцию корзинки и не заметила, хотя вроде все рассмотрела «от и до».

Пахнет шикарно, но слишком сладко, как по мне. Раздеваюсь и погружаюсь в воду. Вот сейчас бы сюда бокальчик лёгкого вкусного вина и расслабляющую музыку. Хотя можно ещё вместо музыки книгу. А можно сырную нарезочку к вину. М-м-м-м – это было бы блаженство! Но вместо блаженства ко мне в комнату врывается ректор, возможно, даже не один и барабанит в дверь моего убежища. Ну, уже прогресс! хотя бы не старается ее высадить, и то хорошо.

– Открой! Прятаться в ванной – это так по-детски! А ты сказала, что в своём мире ты взрослая, состоявшаяся женщина, – пытается достучаться до моего разума Эрик.

– Я не прячусь, я моюсь, а ты мне мешаешь! – не имеет смысла делать вид, что меня нет в ванной, так что вступаю в диалог.

– Мы подождём, – отзывается голос из-за двери. Или он к себе на «вы», или все же прЫнца тоже притащил. Только что-то этот ненаследный-то помалкивает. А хотя нет, не помалкивает. Вон слышно, как о чем-то переговариваются. Слов не разобрать, но по голосам принц призывает ректора к спокойствию. Ха-ха, три раза. Ректор – дерганый мужик, ему б витаминчики попить и антидепрессанты какие-нибудь и на море съездить, расслабиться. Интересно, а у них тут есть море?

Х-м-м, интересная мысль, а если я невеста принца, то может за его счёт на какой-нибудь курорт сгонять? Я на море сто лет не была, как «вляпалась» в ипотеку, так все свободные деньжата туда и бахнула. Эх, накроется медным тазом моя кредитная история. Что я потом скажу в банке? Пардон, не заплатила, так как отсутствовала в этом мире! Училась в Магической Академии. Ну, мне сразу дурку вызовут и дальше слушать не будут. Хотя, может, и послушают, так, чисто поржать. Я бы вызвала, если б мне кто такую сказку заливать начал.

Вся жизнь под откос из-за этого чертового браслета! Смотрю на браслет, который так и подмигивает мне, как гирлянда на новогодней ёлке. Интересно, он теперь все время так будет или батарейки все же сядут или что там в нем? Магический заряд какой-то.

Запах пены для ванн стал навязчивым и раздражающим, и слишком уж приторным. Выдергиваю пробку. Интересно, у них тут канализация, как у нас? Или тоже все на магии замешано? Отмечаю в голове какие-то странные мысли. А ещё прям подташнивать начало. Это все этот запах странный. Надо посмотреть, что за средство и больше им не пользоваться. Предпринимаю нечеловеческие усилия, чтобы вытащить своё тело из ванной и обтереться. Не получается. Поэтому натягиваю на мокрое тело халат, так как в голове свербит одна навязчивая мысль: что если я грохнусь в обморок, то хоть не голая. А и упасть надо так, чтоб халат не задрался.

Вот я даже в таком ужасном состоянии думаю о морали, а меня в разврате и грехе ректор упрекал. В общем, это была моя последняя мысль.