Глава 12. Реальность – это тоже галлюцинация, просто более скучная
Генерал Ардар эр Драгхар
Последний раз я был в Проклятой Долине лет… сколько назад? Кажется, десять. Как раз с Люстином эр Счастхаром, тогда еще моим лучшим другом, и был здесь… Как так вышло, что мы стали врагами?
Встряхиваю головой: не время и не место думать об этом. Даже если те события до сих пор отдаются в душе сомнениями. Но это был собственный выбор Люстина – сделать то, что он сделал.
В любом случае, сейчас меня занимает только Проклятая Долина, и то, что в ней все неправильно. Не так, как должно быть в нормальной жизни. Не тот воздух, не тот ветер, не то солнце. Даже запах, поднимающийся от земли, что навсегда болезненным клином врезался мне в память, неправильный. Магия смерти все изувечила.
Половину дня я лечу на остатках сил и злости. Проклятая долина тянет из меня жизнь, желая одного – уложить мои кости рядом с сотнями других скелетов, покрывающих ее.
Я сопротивляюсь, борюсь с диким желанием сложить крылья и кинуться к земле. Прижаться к ее потрескавшейся, тусклой поверхности и заснуть. Заснуть… заснуть… заснуть…
«Дракон, проснись! Ты нужен здесь…» – чей-то шипящий голос заставляет меня открыть тяжелые веки и яростно взмахнуть крыльями. Рвануть вверх, прочь от стремительно несущейся навстречу земли. Ждущей меня, ощерившей свою мертвую пасть, уже готовую сожрать меня…
Лечу дальше, почти забыв о причудившемся мне шепоте. Но потом начинаются странности…
Чем больше я углубляюсь в Долину, чем ближе замок Рихнорр, тем меньше это место становится похоже само на себя.
Воздух меняет свой запах на живой и свежий. Солнце просто греет, не пытаясь сжечь. Ветер несется навстречу приятный и ласковый, не желающий убить тебя. Сбить, сбросить на землю, опять к той же мертвой пасти в зубы… Мне даже кажется, что я вижу на земле то, чего здесь не может быть…
В какой-то момент решаю сделать круг над местом, которое отлично помню, но которое не узнаю сейчас.
Озеро Смерти – маленькая, тускло поблескивающая сталью лужа с мертвой водой. В те два раза, что я видел его, вокруг не было ничего, кроме голой земли, камней и песка.
Сейчас рядом с мертвым озером я с удивлением вижу жизнь. Хиленькая, но настоящая трава пробивается сквозь серую от жары и безводья земляную корку. Редкие кустарники, всегда бурые, с голыми ветками, сейчас топорщатся набухшими почками. Мне даже мерещится звук птичьих голосов…
Не веря своим чувствам, снижаюсь. Делаю еще круг, чтобы убедиться, что это не иллюзия, не влияние усталости на мой разум.
Странно, очень странно: здесь ничто не может расти. Темная магия, укрывающая это место, не дает шанса жизни… Что могло заставить ее отступить?
Оставив этот вопрос для своего многомудрого оруженосца, снова взмываю под облака. Устремляюсь туда, где за невидимой завесой прячется Рихнорр, а в нем дрянь, из-за которой я сейчас здесь.
Стоит подумать о своей магической женушке, как на меня накатывает новый прилив ярости. Придает мне сил, подталкивает вперед. Даже крыльями шевелить становится проще.
Но очень скоро на место злости приходит тревога. Странная, необъяснимая. Она разрастается и разрастается, с каждой минутой становится все острее.
Заполняет меня. Буквально выворачивает внутренности, заставляя нестись вперед на пределе сил. Быстрее, еще быстрее…
Не понимаю, в чем дело, но мои драконьи инстинкты вопят во весь голос, требуя защитить кого-то очень важного… Кого?! Не знаю, поэтому рычу от ярости и невозможности понять…
Очертания Рихнорра появляются внезапно. Вот только не было ничего, кроме облаков над головой и пустынной земли внизу. И вдруг впереди вырастают стены и башни. Строгие и нарядные одновременно. В окружении изумрудной зелени садов и золотистой синевы пронзенного солнечными лучами неба.
Красив проклятый замок, раньше он таким не был. Неужели эта фуллова Аделаида, став женой Счастхара и хозяйкой, сделала его таким?
Я не успеваю долететь до замка несколько сотен метров, когда все меняется. Со стороны изумрудной долины начинает дуть ветер. Злой, колючий, очень горячий. Почти мгновенно сжигающий своим жаром все вокруг: траву, деревья, даже птиц, что не успели спрятаться…
Следом за ветром на горизонте появляется туча. Она растет, шевелится, увеличиваясь в размерах, пока не разваливается на сотни, тысячи покрытых темной шерстью, крылатых фигур. Грагулы…
Мерзкие твари зависают в воздухе, словно раздумывая или слушая чью-то команду. Затем выстраиваются треугольником и под свой пронзительный визг летят к замку. К одному-единственному окну, в котором белеет тонкий женский силуэт.
Грагулы облепляют стены и центральную башню замка. Больше всего их в районе правого крыла. Твари упорно ползут вверх, цепляясь за каменную кладку длинными когтями. Бьются в звенящие от напряжения окна, царапают стекла и все время воют. Пронзительно, мерзко, напоминая всему живому, что в это место пришла смерть.
К моей непонятной тревоге добавляется понимание, что в замке полно живых существ, лакомой добычи для грагул. Люди, тинки… Они не могут никуда уйти, привязанные к этому месту магией. Надеюсь, хотя бы успели спрятаться. Потому что, тот, кто не закрылся на крепкий замок – уже не жилец…
И эта женщина в окне… Кто она, почему не ушла из комнаты в подвал? Наверное, одна из служанок, которых используют в помощь тинкам. Вряд ли это сама фуллова Аделаида – слишком высоко расположено окно, где я видел женщину. Хозяева живут гораздо ниже. Там, куда не надо подниматься по лестницам, утруждая свои «нежные» ноги. Уверен, эта расчетливая и ловкая дрянь заняла лучшие покои на нижних этажах, и первой спряталась от грагул, едва подул ветер…
Зло усмехаюсь: может, и не стоит спешить спасать жителей этого места? Подавить свою непонятную тревогу и свернуть в сторону от замка. Переждать в укромном месте, пока не закончится самуханах. Ветер уйдет, и вместе с ним исчезнут грагулы.
Стоит всего лишь убедить себя, что никто ценный не пострадает. Тинки, скорее всего, успели спрятаться – этот народец прекрасно знаком с повадками тварей Прорвы. Слуги из людей, десятилетиями живущие в замке, тоже сумеют спастись. Если кто-то и пострадает от грагул, то… вдруг мне повезет, и это будет моя «женушка»?
Это решит все проблемы с моим магическим браком. Я легко могу так поступить, а вместо этого, рыча, несусь вперед. Врезаюсь в гущу мельтешащих в воздухе тварей. Поливаю их огнем, сбиваю крыльями, зубами перекусываю им хребты и разрываю перепончатые крылья. На зубах стойкий вкус ярости и желания убить, уничтожить эти порождения Прорвы…
Вскоре все заканчивается. Двор замка завален искалеченными, обгоревшими, отвратительно воняющими останками. С десяток тварей, сумевших избежать моего огня и зубов, пронзительно вопя, улетают прочь от замка. Несколько искалеченных, но все еще не потерявших способность двигаться грагул, ползут по земле, волоча за собой переломанные крылья. Пусть удирают, все равно все они развеются, когда утихнет ветер: эти твари опасны, только пока дует самуханах.
Делаю еще несколько кругов над замком и приземляюсь во дворе. Ипостась меняю лишь частично. Кто знает, что меня ждет внутри дома: входная дверь широко распахнута, а значит, грагулы там побывали. Иду по коридору туда, где, как я помню, расположена главная гостиная. Внимательно вслушиваюсь в окружающую меня мертвую тишину. Смотрю по сторонам, пытаясь понять, что тут произошло.
Твари хорошо здесь порезвились. Разнесли в щепки мебель, в клочья разодрали ковры. От люстр остались лишь хрустящие под ногами осколки, да торчащие из потолка цепи креплений. Интересно, как глубоко твари сумели пробраться в дом? Сколько их осталось прятаться под лестницами, в укромных нишах или на чердаке?
Открываю очередную дверь, ведущую в глубину замка, и вдруг улавливаю движение неподалеку от себя. Прислушиваюсь, ловлю запах происходящего… Через мгновение мне становится ясно, что недалеко от меня прячется женщина. Замираю, втягиваю в себя ее запах. Вкусный, несмотря на страх и растерянность, которые я отчетливо в ней чувствую. Свежий, чуть сладковатый, пряно-медовый. Она боится, но в то же время в ней чувствуется решительность…
Не ожидая никакого подвоха, открываю дверь, и… с размаху получаю по голове чем-то острым и весьма тяжелым. "Хрусть!" – кажется, это трескается моя голова. Фуллова Прорва, отлично меня тут встретили!