Глава 33. Там, где замешана власть и большие деньги, всегда есть место подлости

Аделаида

— Рассказывай, – требует эр Драгхар у Седрика.

– Может, сначала дадите поесть усталому путнику? – оруженосец делает жалобное лицо. – У меня со вчерашнего обеда крошки во рту не было: к вам мчался, не жалея лап и энергии портального артефакта.

Дракон вместо ответа переводит взгляд на мое лицо, несколько секунд всматривается и соглашается:

– Пошли в пещеру, Аделаиду нужно накормить.

– Я не голодна, – пытаюсь возразить, но меня не слушают.

Через несколько минут мы сидим на камнях вокруг погасшего огня. Эр Драгхар даже не притронулся к своей порции еды, я тоже неохотно отщипываю крошки от куска хлеба – аппетит исчез. Один Седрик с явным наслаждением жует свой бутерброд с вяленым мясом и попутно рассказывает:

– Так вот, стоило вам исчезнуть в портале, как эта змеища Стея попыталась сбежать. Я только не понял, зачем и от кого: от меня или от банды женихов, что вывалилась из леса на ту полянку.

– Сбежала?

– Не знаю, я не стал за ней следить. Перекинулся лисом и смылся в кусты. Отсиделся в овражке неподалеку от места событий. Но когда шум-гам и ругань, переходящая в мордобой, утихли, снова пробрался на поляну.

К тому времени на ней остались только драконы и… угадайте кто? – Седрик торжествующе обвел наши с Ардаром лица.

Я просто пожала плечами, а дракон поторопил:

– Не тяни, говори.

– А был там первый советник Его Величества, барон Маскис Пренчир, помнишь такого, мой славный дракончик?

Седрик откусывает добрую четверть бутерброда, и пока эр Драгхар осмысливает его слова, жует, торопливо работая челюстями.

– Он-то что там делал? Пренчир ведь почти не покидает королевский дворец, – произносит, наконец, дракон.

– За тобой прибыл, мой славный генерал. Ради возможности уничтожить тебя Пренчир не поленился притащить свою тощую задницу даже в Проклятую Долину.

Эр Драгхар никак не реагирует на это заявление. Хмурится и рыкает:

– Почему не ешь, Аделаида?

Что, дракон, не нравится, что я не прыгаю счастливая от предложения ждать твоего развода с крутобедрой?! Извини, у меня другие планы на жизнь. Задираю подбородок и цежу:

– Я не голодна. Объясни лучше, что за первый советник?

Вместо дракона отвечает лис. С набитым ртом начинает перечислять:

– О, он много что! Во-первых, лучший друг нашего прекрасного короля Пакрисия. Во-вторых, по матери он брат Варбреля, мага смерти, бывшего хранителя замка Рихнорр. А в-третьих, наш первый советник… трам-пам-пам! Брат по отцу нашей змеищи Стеи.

Выдав это, лис продолжает жевать, а эр Драгхар просто молчит.

Я начинаю злиться:

– Ничего не понимаю. Вы можете мне нормально все объяснить?! Дракон, ты еще вчера обещал рассказать, что за ерунда вокруг меня творится, и опять пытаешься надурить и утаить информацию!

– Я всегда выполняю обещания, – Драгхар еще больше мрачнеет.

– Начни рассказывать со странной смерти Байяра Последнего, чтобы Аделаиде было понятнее, – вносит предложение Седрик. С вожделением смотрит на нетронутую Драгхаром порцию и заискивающе просит:

– Может, отдашь мне свой бутербродик, мой славный дракончик, ты все равно не ешь?

Драгхар молча протягивает лису свою еду и, наконец, говорит:

– Начать лучше с более ранних времен. Ведь ты, Аделаида, ничего не знаешь о нашем мире и королевстве.

– Ой, прости, так занята была, так занята! Попала сюда, вышла замуж, овдовела, снова стала женой… Потом жизнь свою спасала, разводиться поехала, и все это меньше, чем за неделю. Не было у меня времени про твой мир информацию собирать, – язвлю в ответ. Почему-то ужасно хочется сказать дракону что-нибудь гадкое.

Одергиваю себя – так, Аделаида, успокаиваемся! Не хватало еще, чтобы он догадался, что злюсь на его «подожди, пока я разведусь».

Эр Драгхар на мой тон не ведется и мирно соглашается:

– Согласен, тебе было некогда.

Кивает на бутерброд, который я так и держу в руке:

– Но тебе лучше поесть, Аделаида, иначе не будет сил двигаться дальше.

– Если что, я могу положить твой бутербродик в свой желудок, Аделаидочка, – предлагает Седрик.

Драгхар бросает на него предупреждающий взгляд, садится поудобнее и, наконец, начинает рассказ.

– Когда в нашем мире появились первые драконы, не помнит уже никто: слишком давно это было. Но, согласно сохранившимся документам, их было четверо: Рагхарр, Счастхар, Драгхар и Ваязхар. Сейчас их называют Перводраконами, и только у их потомков есть приставка "эр" перед фамилией.

– Ага, имена прародителей стали фамилией рода. Только ты забыл добавить, мой славный генерал, что с ними пришел еще один. Полудракон, смесок с человеком по имени Крул. Он был братом Ваязхара по отцу, родившимся от человеческой женщины, – влезает с замечанием Седрик.

– Да, еще был Крул, – соглашается эр Драгхар. – Придя в новый мир, драконы быстро подмяли под себя остальные здешние расы и основали свое государство. Рагхарр стал его первым королем, эр Рагхарром Изначальным.

Неизвестно, сколько длилось его правление, но однажды он ушел из королевства и вообще из этого мира. Может, устал, может, и умер – точно никто не знает. Наследников после себя Рагхарр не оставил в отличие от остальных пришедших с ним драконов.

– Расплодились они тогда со страшной силой, – снова комментирует лис.

Не обращая на него внимания, эр Драгхар продолжает рассказ.

– Перед тем как исчезнуть, король создал очень мощный артефакт, который отныне должен был определять, кто станет следующим королем вместо ушедшего или умершего. При выборе артефакт исходил из личных достоинств претендентов и их способности приносить пользу стране. Ну, и желания править, конечно, так, как не все были готовы взвалить на себя такую обузу.

– Удобно и мудро, – соглашаюсь я. – И никаких кровопролитных войн за трон и королевскую власть, как было у нас на Земле.

– Много веков артефакт исправно работал, выбирая королей из представителей трех оставшихся родов, ведущих начало от Перводраконов, так называемых эров: эр Счастхаров, эр Драгхаров и эр Ваязхаров. Так было, пока не умер король Байяр эр Ваязхар, прозванный Последним.

– Тот самый, муж королевы Агатии?

– Тот самый. Он умер очень неожиданно, и после его кончины выяснилось, что артефакт исчез. Его искали по всему замку Рихнорр, все перерыли в государственной сокровищнице, но не нашли.

– Представляю, насколько сокровищница похудела после тех поисков. Особенно зная, что больше всех тогда суетился дедуля нашего прекрасного короля Пакрисия, – фыркает Седрик. Лис доел бутерброд и сейчас с довольным видом развалился на моей лежанке, комментируя рассказ дракона.

– Возможно, и похудела, – эр Драгхар чуть заметно хмурится. Возле глаз появляются тонкие ниточки морщин, добавляя ему возраста.

Интересно, сколько дракону лет? Снова одергиваю себя – какая мне разница! Пусть крутобедрую этот вопрос волнует. Торопливо спрашиваю:

– Как тогда произошел выбор нового короля, если артефакт исчез? Кто стал новым правителем?

– Им стал дед нынешнего короля Пакрисия Первого, Умбьер Крул – он был назначен на правление.

– Только править ему было суждено недолго: несколько лет и все, ушел под облака, или куда они там уходят, эти недодраконы, – ворчит Седрик. – После него к власти пришел его сынок и тоже не задержался, отправился к праотцам. После него своим правлением подданных осчастливил следующий Крул, наш прекрасный Пакрисий Первый.

– Крул… потомок того полудракона Крула, который пришел в этот мир с Перводраконами? – морщу я лоб, вспоминая их имена.

– Он самый. За прошедшие века род Крулов разросся, окреп, доля драконьей крови в них стала гораздо выше, чем у их предка.

– Да, женились они исключительно на драконочках, которых притаскивали отовсюду, чаще всего не спросив их согласия, попросту украв, – презрительно фыркает Седрик.

– Ничего себе! – поражаюсь я. – Неужели у вас такое возможно?!

– Все возможно, – философским тоном отвечает лис.

Я перевожу взгляд на Ардара:

– Как же так получилось, почему именно его, этого Крула выбрали королем?

– Потому что ни отец Люстина эр Счастхара, ни мой не захотели брать на себя королевские обязанности. Тем более, не хотели мы с Люстином – нам не до того было, мы сражались на границе с Прорвой. Она как раз в это время впервые проявила себя, выплюнув в наш мир толпы монстров. Умбьер Крул сам предложил побыть королем до момента, пока не найдется артефакт. Эры согласились – все-таки Умбьер был одной крови с Ваязхаром.

– Узурпация власти с добровольного согласия всех заинтересованных сторон? – кривлюсь я.

– Не совсем, – поправляет меня эр Драгхар. – Был назначен определенный срок, в течение которого Крул или его потомки правят королевством. После его окончания, если артефакт так и не будет найден, власть переходит к ветви Драгхаров или Счастхаров. Соглашение об этом подписано кровью трех сторон и магически заверено.

– Да-да, – оскаливается в хищной улыбке Седрик. – Если Крул не передаст власть в назначенную дату, то и он, и все его кровные родственники до седьмого круга помрут в одночасье. Короче, весь род дружно отбросит когти. И эта дата вот-вот наступит.

– У нас говорят «склеят ласты» или «протянут ноги», – я зачем-то вспоминаю земные идиомы. Наверное, от растерянности, потому что в голове крутится ужасная догадка.

Я поворачиваюсь к дракону и прерывающимся голосом спрашиваю:

– Ардар… скажи… сколько представителей рода Счастхар и Драгхар осталось в живых?