Глава 15. Только сильные решают судьбы мира

Гилиен сидел на диване совершенно расслабленно, пепельные волосы мягко мерцали в свете люстр. Выражение серых глаз было мягким, улыбка тоже была значительно теплее, чем в наши прошлые встречи, хотя в целом лицо сохраняло некоторую властную отстранённость.

Ксанта закрыла за мной дверь. Я посмотрела на неё: пепельные волосы, серые глаза, слегка отстранённое выражение лица… Снова посмотрела на Гилиена: цвет волос, цвет и форма глаз… В остальном черты их лица сильно отличались, но волосы, глаза и выражения были несомненно схожими.

И тут я поняла, что Гилиен — это и есть тот страшный-ужасный дядя Ксанты, из-за которого её боялись провоцировать.

— Добрый день! — наконец, ответила я на его приветствие.

Похоже, Гилиен отсиживался у племянницы, чтобы не сталкиваться со всякими властными стратегами. И я его понимала: они кого угодно довести способны.

— Кого ты избивать собираешься? — осведомился Гилиен.

Он выглядел значительно лучше измотанного делами Вальдеса.

— Фледу Сакар, — не стала скрывать я. — Она обещала убить меня на дуэли. Мне следует поторопиться с обучением.

А ещё Ведьму, но это не точно.

— И подготовиться к следующему этапу тестов, — по-ректорски напомнил Гилиен.

— Тесты после дуэли, — отмахнулась я. — А ещё по территории бродит убийца, и я уверена, что это не Рэйдан.

— Для него лучше посидеть в камере, — Гилиен облокотился на спинку дивана.

Его небрежное замечание меня внезапно успокоило: действительно, если в академии орудует Ведьма, она всё равно не остановится и кого-нибудь убьёт, тогда непричастность Рэйдана к убийствам девушек, побывавших в саду Зелёных тоннелей, станет очевидной. Если же убийца остановится, чтобы свалить вину на Рэйдана, хотя бы смерти прекратятся, а Рэйдана с властью его семьи как-нибудь вытащат.

— Возможно, — кивнула я и, повинуясь приглашающему жесту Ксанты, направилась к креслу.

— Я приготовлю чай, — предложила она и сразу отправилась к столику в углу комнаты.

А я уселась в кресло и несколько неловко посмотрела на Гилиена. Он с интересом разглядывал меня, а я теперь поняла, почему он так легко принял моё иномирное происхождение: это из-за влияния Ксанты, она ему рассказала и убедила.

— Намерение обучиться боевым навыкам — самый правильный выбор, — нарушил молчание Гилиен. — Только сильные решают свою судьбу.

— Вы на что-то намекаете? — я решила не ходить вокруг да около: намёки местных жителей, скорее всего, для меня останутся непонятными.

— Нет, мне просто любопытно, сможешь ли ты выжить.

Когда так небрежно говорят о твоей смерти — это впечатляет. В плохом смысле. От резкого вдоха у меня раздулись ноздри:

— Вам нравится запугивать окружающих?

— Это довольно долго было моей работой и стало привычкой. Но в данном случае я просто обозначил ситуацию. В конце концов, ты приблизилась к архонту, хуже того, у этого архонта есть потенциальная боевая невеста, которая сейчас рядом и может тебя убить. Ты ведь понимаешь, что, если Дафна устроит твоё убийство похожим на остальные и обеспечит себе алиби, она не только избавится от конкурентки, но также сможет косвенно доказать невиновность Рэйдана…

У меня застыло сердце. Я старательно избегала обдумывания этой идеи, чтобы не пугаться, но теперь, под пристальным взглядом Гилиена вся похолодела.

— Я не мог не предупредить о возможной угрозе, — он легко поднялся с дивана и сразу показался очень высоким. Поправляя воротник пиджака, Гилиен как бы между прочим добавил. — Но это единственное, что я могу вот так просто сделать для обычной студентки и совершенно посторонней мне девушки. Если угроза реально возникнет, вы можете обратиться ко мне за помощью. Повторяю: это единственное, что я могу сделать для постороннего.

Последние его фразы я слушала вполуха, прикидывая, хватит ли у Дафны пороха устроить мне такую подставу. И, вспоминая её безумный взгляд, думала: хватит с лихвой!

— Ладно, а теперь я вынужден вас покинуть, чтобы выслушать несколько пафосных заявлений, — Гилиен с лёгкой усмешкой направился к выходу и вскоре закрыл за собой дверь.

Бесшумно подошедшая Ксанта подала мне чашку чая. Вторую чашку она оставила себе.

Я ещё более решительно посмотрела на неё:

— Ты ведь можешь мне помочь? Поднатаскать меня во всех этих дуэльных штучках и местной самообороне.

— Да, — Ксанта села на то место, где сидел её дядя. — Конечно, смогу. Более того, теперь, когда дядя здесь, он продолжит мои индивидуальные тренировки. Уверена, он позволит тебе присоединиться. Поверь мне, в плане подготовки каратели, к которым он относится, даже лучше военных, особенно в том, что касается индивидуальных сражений дуэльного типа, скрытых атак и их отражения.

Лёгкое волнение поднялось в груди: предложение было более чем соблазнительным, особенно теперь, когда моего самого крутого личного тренера посадили под замок.

Только… Я нахмурилась и спросила:

— Ты уверена, что твой дядя не будет против?

— На семьдесят процентов, — Ксанта вдохнула аромат чая и слегка улыбнулась. — Не переживай, конечно же я сначала спрошу его разрешения.

Я обхватила чашку ладонями, позволяя жару согреть мои руки. Что-то странное было в нашем общении сейчас, но я не понимала, что именно. И мне действительно нужна была помощь в обучении, потому что теперь, когда Рэйдана вдруг вывели из игры, я осознала, что для спасения навыков общения с клиентами недостаточно, мне надо уметь защищать себя магически.

* * *

Вечером на диване в комнате Ксанты снова сидел Гилиен. В тёплом освещении он выглядел несколько утомлённо и, когда принимал у племянницы чашку чая, одна из его рук подрагивала от внезапного спазма — последствия травмы никак его не отпускали.

— Как результаты? — спросил Гилиен.

Ксанта села в кресло и, как и Лея днём, обхватила чашку ладонями, чтобы согреться. Почти всё время до этого момента Ксанта обучала Лею, и вопрос относился именно к тренировке.

— Хорошо, — ответила Ксанта. — Реакции в верхней границе нормы, обучаемость хорошая, мотивация работает великолепно, намного лучше, чем было в прошлый раз.

Гилиен задумчиво потирал кромку чашки. Взгляд у него был непривычно рассеянным…

— Ты ей заинтересовался? — прямо спросила Ксанта.

Он моргнул и посмотрел на свою чашку:

— Я просто не хочу, чтобы очередная твоя подруга умерла из-за своей слабости, и ты из-за этого переживала.

Кровь отхлынула от и без того бледного лица Ксанты. Но Гилиен смотрел на чай и не заметил этого, усмехнулся:

— К тому же, Лея простая девушка без оборота, а я архонт, как я могу ею заинтересоваться?

На самом деле плохое происхождение не было таким уж препятствием, даже наоборот. Эта тема не обсуждалась открыто, но старшие архонты знали, что роду периодически требуется свежая кровь, ведь в высшем обществе все связаны друг с другом родственными узами разной степени дальности, и это порой влияло на восприятие магии родовых источников. Для «свежей крови» не предъявлялось высоких требований к силе, хотя оборот в большинстве родов считался обязательным. Главным показателем годности к вхождению в архонтский род была способность выдерживать давление воли архонта, потому что только сильные волей имеют право получить силу для управления миром.

Вот только эта хорошенькая интересная девушка Лея выдерживала давление подозрительно легко…

Вспомнив, как она стояла перед ним на коленях и дерзила, Гилиен едва заметно улыбнулся, и в этой улыбке были оттенки мечтательности и желания. Но Ксанта, потрясённая напоминанием о смерти её подруги, не пережившей покушение на племянницу знаменитого Палача, этого не заметила…

* * *

Дафна практически ворвалась в свой дом. Её бесило всё: и обязанности заместителя ректора, и скользкое поведение Вальдеса, и невозможность встретиться с Рэйданом, и непонятная Леяна. Но особенно сильно её выводила из себя запредельная высокомерная злобность стратега Дэра.

Хлопнув дверью, Дафна зарычала на темноту в гостиной. Кулаком треснула по выключателю, и роскошный холл озарило светом.

Привыкнув к освещению, Дафна собиралась пройти на кухню, но вдруг заметила ярко-белое пятно конверта на тёмных плитах. Похоже, письмо подсунули под дверь.

Всё ещё злая, Дафна подхватила его. Тишину дома нарушил треск разрываемой бумаги. Но первые же строки охладили её ярость и заставили сердце сжаться:

«Невозможно прямо доказать невиновность Рэйдана в убийствах. Но арест больше всего обоснован существованием мотива преступлений. Если других преступлений не будет, Рэйдан не сможет избежать наказания.

Но если убить кого-нибудь из списка находившихся в саду в момент нападения на Рэйдана, пока сам он заперт в камере, это станет доказательством его невиновности.

Если ты вернёшь ему свободу, Рэйдану придётся отблагодарить тебя за спасение и признать, что ты достаточно сильна и решительна, чтобы быть с ним рядом.

Ты готова обменять его жизнь на жизнь какой-нибудь жалкой студентки или побоишься рискнуть?»

Письмо задрожало вместе с руками Дафны. Надписи медленно исчезали с поверхности, но они намертво отпечатались в её сознании…

Дафна глубоко вдохнула, и её руки перестали трястись.