Глава 24. Наблюдение

Опомнилась я только почти перейдя на бег, чтобы скорее увидеть Рэйдана. Замедлилась. Глубоко вдохнула, восстанавливая спокойствие: ну в самом деле, такая реакция смешна и неуместна, всё же Рэйдан мне дракон посторонний.

Но на полпути подумала, что, с другой стороны, нас как бы брачная метка связывает, так что с моей стороны вполне оправдано волноваться за своего дракона.

Поглядывая в пустующие камеры на своём пути, я окончательно запуталась в оценке своих реакций и их обоснованности, поэтому решила не думать.

В камере Рэйдана было темно, но отсутствие освещения в середине дня почему-то не показалось странным. Он, засунув руки в карманы, стоял в одних свободных штанах. Я остановилась, разглядывая мускулистый торс. Свет только на метр проникал в густую тьму камеры, эта тьма скопилась за Рэйданом, словно крылья, и на её фоне его бледная кожа и белые волосы особенно выделялись. Рэйдан казался великолепной скульптурой. Произведением искусства с очень тёплой улыбкой невероятно притягательных губ, на которых я невольно задержалась.

Я остановилась возле решётки и, наконец, посмотрела ему в глаза.

Сердце пропустило удар. Но не от того, что взгляд Рэйдана был нежным, нет, просто его глаза были драконьими с чешуйками вокруг и абсолютно чёрными. Выглядело жутковато. То есть Рэйдан весь такой красивый, притягательный и сексуальный, с загадочной мягкой улыбкой. Но эти глазищи…

Рэйдан моргнул, и глаза вернулись в человеческую форму, исчезла покрывавшая их чёрная плёнка.

— Привет… — улыбнулся он.

— Привет, — повторила я, всматриваясь в его человеческие глаза: в полумраке даже тепло-карие радужки было видно.

— Как дела? — спросил Рэйдан.

— Учусь, а у тебя? — я чувствовала, что туплю, но ничего не могла поделать, просто смотрела и улыбалась в ответ на его улыбку.

— Скучно без тебя, — вздохнул Рэйдан показательно и на полшага приблизился к разделявшей нас решётке.

А у меня стала резко подниматься температура, и я опустила взгляд. Всего на мгновение, но это смутило меня ещё сильнее: что за дурацкая реакция? И я снова посмотрела на Рэйдана, улыбнулась более нейтрально:

— Как самочувствие?

Он пожал обнажёнными плечами, по которым теперь разметались белые отросшие волосы. Рэйдан на самом деле выглядел очень безмятежно для запертого в тюрьме и подозреваемого в убийствах. Хотя, возможно, для него безопаснее сидеть здесь. Не исключено, что Рэйдана заперли здесь отчасти для его же безопасности.

Мне вроде бы хотелось столько всего сказать, и в то же время рассказать особо было нечего, кроме прогресса в тренировках, а под нежным взглядом Рэйдана, от этой его улыбки мысли как-то дружно вылетали из головы. Совершенно потрясающее ощущение…

— Кхм, — послышалось за спиной.

И я резко опомнилась, осознала, что мы в тюрьме. До этого с минуту я из-за Рэйдана даже решётку между нами не видела, настолько всё остальное ушло на второй план.

Позади меня скрипнула дверь.

Я повернулась. С галантным видом Гилиен придерживал для меня дверь противоположной камеры, жестом указал внутрь:

— Прошу пройти в апартаменты.

Та камера напротив камеры Рэйдана была вполне себе освещена и обставлена довольно прилично, гостиничные номера намного хуже бывают. Искоса глянула на Рэйдана, но он не выглядел удивлённым, просто едва уловимо хмурился.

С тяжким вздохом я вошла в камеру. Гилиен закрыл за мной дверь и предупредил:

— Решётку, пожалуйста, не трогай, она под напряжением. Не убьёт, но неприятно будет.

Выглядел он как-то… печально.

Вроде запер, предупредил, но остался на месте, рассматривая меня в просвете между прутьями. Внимательно так.

— Иди уже, — посоветовал Рэйдан. — Тебе всё равно ничего не светит.

Радужки Гилиена полыхнули солнечным сиянием, он вскинул голову, прищуривая вернувшиеся в нормальное состояния глаза. С Рэйданом он заговорил через плечо:

— Ты пользуешься ситуацией. Но это не продлится вечно. Ты готов отвечать за своё поведение?

Рэйдан шагнул к решётке, и по прутьям заструились молнии, ярче озаряя его полное дерзости лицо:

— А ты готов отвечать за попытки соблазнить мою лаборантку?

Чего? Это у драконов так соблазняют? Что-то я ничего такого не заметила.

— Она больше не твоя лаборантка, — возвёл очи горе Гилиен.

— Могу переформулировать, — хищно улыбнулся Рэйдан. — Ты готов отвечать за попытки соблазнить мою бывшую лаборантку?

Гилиен уставился на Рэйдана, Рэйдан — на него. Сейчас я не ощущала давление их силы, возможно, взаимодействие на этом уровне блокировали прутья решётки, иначе они не смогли бы удерживать магов, но всё равно эта борьба взглядов казалась внушительной из-за их горделиво величественных поз. Ну и полуобнажённый Рэйдан в своих просторных штанах выглядел мощным, потому что одежда не скрывала его мускулатуру и пластику хищника.

Красотища какая…

— Спасибо за сопровождение, архонт Гилиен, — своим голосом я нарушила противостояние архонтов.

Оба посмотрели на меня. Рэйдан — с подозрением, Гилиен — задумчиво.

Гилиен кивнул нам обоим и безмолвно удалился. Мы с Рэйданом проводили его взглядами, насколько позволяла решётка, а затем посмотрели друг на друга.

Рэйдан улыбнулся. И я невольно улыбнулась в ответ.

* * *

Бодрый девичий голос звенел в комнате.

Вальдес поставил на стол только что наполненный свежей заваркой и кипятком чайник. Гилиен покосился на выходящий из носика пар и вернул взгляд к лежащему на столе прямоугольнику.

Блестящая поверхность прибора была разделена на два изображения. На левом, более светлом, изображении рыжеволосая девушка, скрестив ноги, сидела на лежащем на полу матрасе. Это её голос звучал в комнате. Эмоциональный рассказ о сражении драконов сопровождался взмахами рук. Девушка была очень хороша, её глаза сверкали, и от этого её красивое лицо становилось таким притягательным, что от неё трудно было отвести взгляд. Вальдес лишь мельком глянул — и зацепился, остановился, так и не садясь на свой стул.

На правом изображении в той же позе сидел молодой беловолосый мужчина. Он с мягкой улыбкой, будто заворожённый, смотрел перед собой, а за его спиной клубилась тьма.

Изображения транслировали происходящее на пятом тюремном ярусе. Было почти утро, но Лея с Рэйданом всё ещё болтали. Они успели обсудить её учёбу, предположения о личности убийцы, а теперь Лея пересказывала известные ей истории о драконах — сказки своего мира.

Так говорила она.

Только когда Рэйдан задал очередной уточняющий вопрос, Вальдес отмер и сел на стул. К этому времени чай заварился даже крепковато, и Вальдес разлил его по чашкам, стараясь не смотреть на левое изображение.

Гилиен, не отрывая от Леи взгляд, забрал свою чашку, поднёс к губам ароматный напиток, но пробовать не стал, тихо спросил:

— Ты правда считаешь, что она Ведьма?

Вальдес посмотрел на тёмный витраж окна и поднял свою чашку:

— А почему нет?

Нахмурившись, Гилиен некоторое время молчал с поджатыми губами, а когда подобрал подходящие слова, ответил:

— Мне кажется… она слишком живая для того, чтобы быть Ведьмой.

— Ты знаешь, какая Ведьма на самом деле? — глухо спросил Вальдес. — Или, думаешь, все её жертвы были круглыми идиотами, не способными заметить ненормальное поведение?

— Ведьма как-то воздействует на жертв. Рэйдан же не помнит, почему оказался тогда в саду Зелёных тоннелей. Из его памяти пропали четыре часа перед нападением. Я, конечно, знаю, что ты невысокого мнения о его интеллектуальных способностях, но, положа руку на сердце, он бы не пошёл в то место просто так, да и к женщинам относится весьма насторожённо. Так что Ведьма вполне может быть очень подозрительной по поведению.

Напоминать о том, что никакого воздействия Леи на Рэйдана за время совместного заключения следящие заклинания не зафиксировали, он не стал.

— Так может быть его повышенное внимание к Лее и есть следствие такого воздействия? — Вальдес отпил немного чая и задумчиво добавил. — А может быть даже и наше внимание к ней…

Гилиен посмотрел на него и спросил:

— Не страдаешь ли ты случаем паранойей?

— Кто знает, кто знает, — ещё более задумчиво отозвался Вальдес.

Его очень сильно беспокоило то, что его интуиция, которой он всё же доверял, вела себя всё более странно. Как будто надвигалось что-то страшное, но Вальдес не понимал, к чему именно это предчувствие относится. Его ощущения… путались.

* * *

Шли четвёртые сутки заключения Леи. Всё это время Гилиен и Вальдес пристально следили за ней и Рэйданом с помощью артефакта. Чаще они наблюдали вместе, по очереди выделяя время на сон.

И вот теперь, на четвёртые сутки, вид у них был весьма скучающим. Оба сидели за столом, облокотившись на него и опираясь на сцепленные пальцы понуро склонёнными головами.

И только парочка на двигающихся изображения выглядела бодрой и довольной. Лея и Рэйдан снова сидели на матрасах и болтали о всяком. Сейчас Лея пересказывала серию книг о мальчике-волшебнике. В том мире великие драконы были лишь животными.

— Ты думаешь, Ведьма стала бы рассказывать такое о нашей расе? — устало поинтересовался Гилиен.

— Почему нет? — устало уточнил Вальдес.

В который раз за время их наблюдения за подозреваемой.

Утомлённый его риторическими вопросами вместо ответов Гилиен не настаивал на более конкретном объяснении.

Некоторое время они молчали, наблюдая за Леей и Рэйданом, с искренним любопытством уточняющим подробности состязания между летающим на метле мальчиком и драконицей с кладкой яиц.

— Знаешь, что меня удивляет больше всего? — внезапно спросил Гилиен.

— Понятия не имею, — честно признался Вальдес.

— То, что Рэйдану, похоже, реально интересны эти сказки, — тихо произнёс Гилиен.

Архонты переглянулись оценивающе, снова уставились на движущуюся картинку и почти в один голос произнесли:

— Подростки, что с них взять!

Это было преувеличением, но весьма утешило архонтов. И ни один не признался, что их история Леи тоже заинтересовала. Дальше они слушали молча, чтобы ничего не пропустить.