Глава 47. Всем пора действовать

Я ошибалась, полагая, что лабиринтом защитный периметр академии назвали за петляющие между стен из камней и деревьев тропы, по которым бродила ранее.

Истинная суть названия раскрывалась в глубине. Здесь сети лабиринтов были всюду: складывались из ветвей, из корней, из стволов деревьев, камней, разных видов мха и прочей растительности. Куда ни глянь — везде геометричные узоры лабиринтов. На стенах, на земле, в кронах. Порой они приобретали очертания гротескных чудовищ, особенно мрачные в тех местах, где привычная зелень листьев смешивалась с листьями красными или фиолетовыми. Только небо оставалось чистым от узоров и плетений: пасмурное и застывшее в одной поре. Ни солнца, ни звёзд, только свинцовые облака.

И сразу вспомнилось, что даже архонты при всех их силах не могут пролететь над лабиринтом. Наверное, это небо принадлежало какому-то другому измерению, рассёкшему пространство вокруг Дрэгонхолла.

Но страшнее всего то, что в этих психоделических пейзажах разум тоже путался. Меня тянуло идти дальше, потеряться в восхитительных переплетениях, а то, что толкнуло на этот путь — необходимость помочь Поку и где-то потерявшаяся парочка придурков — упорно исчезали из памяти. Всё больше сил требовалось, чтобы сконцентрироваться на реальной проблеме.

Ощущение, что я забываю саму себя, меркло в сравнении с потребностью идти дальше…

* * *

Архонт Вальдес, хотя это могло показаться странным, учитывая его высокий статус, привык к тому, что на него кричат. Просто он часто имел дело с драконами в крайних состояниях горя, страха или ярости, что стирало границы статусов. На него кричали подозреваемые, жертвы, их родственники — в отрицании, мольбе и отчаянии.

Он привык. Но того, что Дафна вызовет его в кабинет и начнёт орать, архонт Вальдес не ожидал.

— Вы обещали, что это будет безопасно! Обещали, что никто из студентов не пострадает! Клялись, что…

— Я не клялся, — холодно напомнил Вальдес.

Он не успел услышать, как перекатившаяся бусина ударяется о следующую, потому что Дафна не дала и секунды передышки:

— Да мне плевать, как это называется! Не вам отвечать за пропажу студентов!

Она стукнула ладонями по столу и оперлась на них. Несмотря на почти надрывный крик, Дафна была мертвенно-бледной. И всё из-за той компании, которая должна была стать приманкой для Вальдеса, но он не повёлся.

Эти подростки вошли в лабиринт пять дней назад, и с тех пор не появлялись. Где-то там в своих скитаниях этим утром они и Лея пересекли рубеж запретной зоны, и теперь контракт Дрэгонхолла давил на исполняющую обязанности ректора Дафну, требуя забрать нарушителей.

— Ты права, не мне за это отвечать, и ты должна была думать, прежде чем соглашаться на моё предложение. Взвесить все возможные последствия, а не предаваться мечтам о счастливом воссоединении с Рэйданом…

Зубы Дафны заскрежетали, когти вонзились в исцарапанную поверхность столешницы. Вальдес, перебирая чётки, ждал, когда у неё пройдёт приступ мучительной боли, толкавший её отправиться на спасение подростков.

Интервалы между приступами будут сокращаться, и если Дафна не войдёт в лабиринт со спасательной миссией, не отправится на зов магии, а студенты до этого времени не вернутся сами, ещё через пять дней она умрёт.

Контракт подскажет ей, куда двигаться, и это могло стать поводом для радости, если бы не одно «но»: она не могла определить, к кому из студентов указывает направление магия контракта, а направлений было несколько. И с другими этим ощущением направления Дафна поделиться не могла.

Где-то там, возможно, умирала Лея. Наверное, Дафна только из-за неё так упорно сопротивлялась контракту. План Вальдеса выманить настоящую Ведьму рассыпался на глазах. И он не мог заставить Дафну действовать — этого не позволит уже его контракт.

«Просчёт за просчётом, — подумал Вальдес. — Эмоции плохо влияют на мою эффективность».

Презрительно посмотрев на скалящуюся Дафну, он развернулся и отправился в больницу: придётся будить ректора Гилиена, уж он-то не откажется войти в лабиринт с миссией спасения.

Весь путь Вальдес ругал себя: за идею обвинить во всём Лею, чтобы сделать её приманкой, за то, что связался с влюблённой истеричной девицей и положился на неё, за то, что Гилиен оказался так слаб, что позволил уложить себя в больницу. Злился на некомпетентность хранителей академии, на то, что Ведьма оказалась так умна, что не оставила на местах преступлений ни одной улики, а теперь так терпеливо ждала, что слежка за подозреваемыми не принесла результата.

Больше всего Вальдес всё же злился на себя.

Распугав сотрудников больницы своим грозным видом, он почти вышиб дверь в палату Гилиена, выплёвывая:

— Вставай!

Но постель Гилиена была пуста. Вальдес подошёл и коснулся вмятины на подушке — холодная. Несколько мгновений он раздумывал, могла ли магия контракта Дрэгонхолла пробудить ректора от наложенных лунных чар вечного сна… Теоретически, это было возможно, но чутьё подсказывало: несносный Гилиен всё это время водил его за нос!

— Так-так-так, — Вальдес потёр лоб, прикидывая, что теперь делать и как договариваться с Гилиеном, повлияет ли его пробуждение на Дафну.

Теперь ведь Гилиен может ей приказать, и тогда они смогут собрать две спасательные группы, что увеличит вероятность спасения Леи. Но надо думать и о Ведьме: ей выгоднее оставить Лею в запретной зоне лабиринта, она может попытаться остановить спасательную операцию…

Могла ли Ведьма влиять на решение Дафны бездействовать?

«А ведь самый простой способ остановить миссию спасения — убить Дафну. А следом и Гилиена. Тогда никто не успеет спасти Лею…» — сердце Вальдеса пропустило удар, он уже собирался выпрыгнуть в окно и полететь на защиту Дафны, хотя известие о возникшей проблеме ещё только распространялось по академии, и Ведьма могла оставаться в неведении о прекрасной возможности избавиться от Леи.

Топот шагов остановил его, когда Вальдес уже выпустил крылья. Он резко повернулся к двери, и два вбежавших хранителя академии в ужасе отпрянули обратно в коридор. Они бы и убежали — настолько страшным было выражение лица Вальдеса, но просто застыли от ужаса.

У Вальдеса не просто дурное предчувствие возникло, а ощущение катастрофы.

— Что случилось? — от его мощного голоса содрогнулось всё здание.

Хранители академии упали на колени.

— Исполняющая обязанности ректора гралла Дафна… — залепетали они в один голос и осеклись под взглядом Вальдеса.

— Что с ней? — ледяным тоном осведомился он.

— Архонт Рэйдан похитил её и утащил в лабиринт. Мы ничего не могли сделать, всё заволокло сумраком и…

Вальдес облегчённо выдохнул: это был не худший вариант развития событий.

Но теперь у Ведьмы появился повод действовать жёстко.