Глава 30. Суровая забота архонта

О землю ударилась лишь раз – плечом. Мозг ожидал чудовищной боли, но меня тряхнуло терпимо и инерцией потянуло катиться дальше. Всё происходило будто в замедлении и момент ожидания следующего удара растянулся просто неприлично.

Но в следующий раз упала я не на землю, а на горячую кожаную подушку, и тут же на мне, безопасно фиксируя, сомкнулись чёрные когти, подпирая такими же горячими кожаными подушками. Драконья лапа строением напоминала кошачью – такие же подушечки и выпускаемые когти с более длинными и подвижными пальцами. Тепло и мягко – странный контраст с ожиданием жёстких ударов о землю.

Огромная драконья голова появилась надо мной: чёрная чешуя, три скребущих по энергетическому щиту рога. Острый частокол зубов. И взгляд, от которого стыла кровь: обращённый ко мне зрачок в огромном глазу пульсировал, и в нём отражалась я – хрупкая фигурка в огромной лапе. У меня перехватило дыхание.

А голова Рэйдана на длинной шее продвинулась дальше, он снова зарычал. И если раньше рык пугал, теперь он ужасал до глубины души. Прежде Рэйдан нас просто гонял, теперь в его рыке ощущалась неподдельная ярость. Но мой мозг, как ни странно, отключал бешено ускорение восприятия. Видимо, счёл, что в этой тёплой, когтистой лапе мне безопасно. Извращённый мозг!

Ухватившись за гладкий коготь, я повернула голову: студенты валялись на дорожке, словно их сшибло взрывной волной. Кураторы застыли на своём месте посередине стадиона, издалека было видно, что все они мертвенно бледны.

Чёрный дым клубился на крыльях Рэйдана, срывался с чешуек.

– Р-р-ра! – снова рыкнул он.

Воздух казался тяжёлым и слегка вибрировал. Дышать таким было мучительно трудно.

– И хватит притворяться трупами! – рявкнул Рэйдан.

Он… подавлял. Не только размером, но и удушающим давлением его силы. А ведь в Дрэгонхолле он ослаблен магическим источником академии! Боюсь представить, какие архонты монстры на своих территориях. Понятно теперь, почему обычные драконы даже не рыпаются.

Студенты, дрожа и всхлипывая, стали на коленях разворачиваться к Рэйдану и упираться лбами в землю – все девяносто, независимо от статуса и принадлежности к ареалам. Большинство из них не знало, что случилось, но никто не смел спрашивать, не смел даже посмотреть, в чём дело.

Тихий рык зародился в груди Рэйдана, заставляя вибрировать пространство. Этого оказалось достаточно, чтобы один из парней распластался по земле и запричитал:

– П-пощадите, архонт Р-Рэйдан, п-пощадите н-недостойного.

Рэйдан поднял голову, и от небрежного давления его рогов защитный купол прорвался.

– Как ты посмел навредить моей… лаборантке? – рыкнул он.

– Я испугался, архонт, очень испугался, – лепетал парень, – н-надеялся, в-ваша л-лаборантка с-сможет в-вас остановить, она же в-ваша л-лаборантка.

Ну и логика! Или тут принято взбесившихся драконов их сотрудниками закидывать?

Парня трясло. Я же, наоборот, успокаивалась, адреналин отступал, и проявлялась боль в ушибленном плече и ноге, но слишком слабая для такого фееричного падения.

– Какой же ты идиот, Мэй Кан! – Рэйдан надвинулся на парня. – Тупоголовый придурок, если бы она серьёзно пострадала – отвечал бы ты и вся твоя семья Кан. Жертвовать кем-то можно только в крайнем случае и подходить к этому следует разумно, а не раскидывать соратников налево и направо при намёке на угрозу! С таким подходом тебе не место в экспедициях: подведёшь и себя, и других! Р-р!

– П-пощадите! – взвыл Мэй Кан.

Рэйдан смотрел на него сверху вниз, я видела лишь часть огромной морды, но в каждой её черте было невыразимое презрение, хотя, казалось бы, какое выражение морды может быть у громадной рептилии?

– Жаль, студентов нельзя изгнать из Дрэгонхолла, – продолжал давить Рэйдан. – Но, полагаю, месяца в карцере тебе хватит, чтобы осознать всю глубину проступка.

Никто не пытался защитить Мэй Кана, студенты тихо дрожали. Рэйдан лишь чуть повернул голову в сторону кураторов, как один из них – невысокий шатен – отделился от группы и на подгибающихся ногах поскакал к нам. Куратор смотрел в землю, содрогаясь и чуть ли не заикался, когда читал заклинание, открывшее ему проход в защитном куполе. Мэй Кан разрыдался и умолял о пощаде, но куратор поднял его за шкирку и потащил прочь. Лицо Мэй Кана было мокрым от слёз, красный нос резко выделялся на фоне бледных щёк:

– П-пощадите… н-не т-так до-о-олго…

Всё это в полной молчаливой неподвижности остальных студентов. Рэйдан склонил голову набок и осмотрел меня огромным глазом с пульсирующим зрачком. Я сглотнула. За всё это время его лапа не шелохнулась, держала меня очень бережно, и, поняв это, я удивилась чёткости контроля Рэйдана над огромным и кажущимся неповоротливым телом.

– Осто Геш, – произнёс Рэйдан.

Из группы кураторов вышел мой – вечно какой-то усталый и словно даже помятый блондин средних лет. Но на фоне предыдущего куратора он держался хорошо, пусть не смотрел на Рэйдана, но и не находился на грани обморока.

– Проконтролируй снятие показателей, – приказал Рэйдан. – И завершите тренировку согласно плану.

Разворачиваясь, он легко вспорол огромным телом защитный купол дорожки – тот окончательно лопнул, словно мыльный пузырь. Рэйдан не выпустил меня, но и на трёх лапах достаточно грациозно перешагнул через ограду полигона. Его рык распугал поклонниц, оставив просторные газоны в девственной чистоте от студенток.

Осторожно поставив меня на землю, Рэйдан обратился в сгусток чёрного дыма и уменьшился до человеческого вида.

– С… – начала было благодарить, но Рэйдан подхватил меня на руки. – Нас же увидят!

– Я наложил отводящие взгляд чары. Мы же в драконьем облике меньше зависим от божественного языка, произносить такие мелочи необязательно.

– А-а… – понимающе протянула я (так-то логично, драконы больше к рыку склонны) и обхватила его за шею для надёжности.

Плечо слегка тянуло, но больше я страдала от устроенного забега, чем от падения: мышцы аж жгло от перенапряжения, так что ручная доставка была кстати, остальным студентам повезёт меньше.

Искоса наблюдая за Рэйданом, я удивлялась такой заботе: все архонты столь чуткие, это какие-то местные традиции по обращению с лаборантками или мне так повезло?.. Или Рэйдан узнал о брачной метке?

Что им двигало?

Рэйдан легко нёс меня. Молчал. Не сразу сообразила, что после превращения в человека он ни разу не посмотрел мне в лицо, отстранённо глядя только вперёд. Странное поведение игнорировать нельзя, а то мало ли чем обернётся.

– Что-то не так? – осторожно спросила я, и рукой ощутила, как напряглась шея Рэйдана – мышцы были такими жёсткими, что я побоялась получить синяки от висения на нём и чуть ослабила хватку.

На Рэйдана это не повлияло – он держал меня совершенно непоколебимо.

– Вы злитесь? – попробовала снова. – Если что, я сразу предупредила, что лаборантка из меня…

– Я злюсь на то, что со всеми этими исследованиями и политикой теряю форму. Я должен был поймать тебя сразу, а не после первого удара.

– Ну, мне было почти не больно.

– Тебя амулет защищал от слишком сильных ударов, можно было совсем не ловить – тебе бы ничего не было, – в раздражении Рэйдан мотнул головой. – Проблема в том, что я не ожидал подвоха от слабаков и не успел среагировать.

Он скривил губы, демонстрируя заострившиеся зубы.

– А-а, – снова понимающе протянула я. – Задета ваша архонтская гордость.

Мрачный Рэйдан переступил границу окружавшего полигон газона и расправил крылья. Я вновь вцепилась в его шею. В следующий миг Рэйдан взлетел, и нас ударил прохладный вечерний воздух. Тут и там по академии зажигались первые фонари, добавляя ей романтичного флера, но на смену моему дикому страху приходила усталость от тренировки, рассматривать все эти красоты не хотелось: Рэйдан в квартиру доставит, я помоюсь и спать. Если кто-нибудь ко мне снова проникнет ванну заранее набрать и тапочки приготовить – буду рада. Особенно если злоумышленник проникнет вместе с ужином.

Отяжелевшая голова склонилась к плечу Рэйдана. Вдыхая мускатную пряность с цветочной сладостью его волнующего аромата, вспомнила о своём незавидном состоянии: последний забег выбил из меня много пота, в тренировочном костюме я ужасно не соответствую одетому с иголочки Рэйдану, и это смущало.

Потоки ветра изменились, Рэйдан мягко приземлился в просторном дворе, обрамлённом красными от усыпавших их роз кустами и высокой каменной оградой. Запах цветов одурял, их было настолько много, что вид удивительно плодовитых кустов полностью захватил моё внимание, опомнилась я только когда Рэйдан поднялся на крыльцо с обвитыми плющом колоннами, и перед нами распахнулись двери.

– Это не моё общежитие, – забеспокоилась я, совершенно не понимая, что происходит и зачем я здесь.

Внутри дома был квадратный открытый двор, как в домах общежитий, но меньше и с прудом и золотыми рыбами длиной в локоть. Его окружали колонны и статуи чудовищ.

Пока Рэйдан вихрем проносил меня через галерею, гостиные и коридор, нам встретились два спешно отступивших и глубоко поклонившихся слуги.

«Наверное, Рэйдан хочет оказать медицинскую помощь, – подумала я. – У него свой целитель может быть, и…»

Логичные в принципе догадки оборвались при виде огромной кровати с алым и чёрным шёлковым бельём.

– А… – начала было возмущаться я.

Но Рэйдан, потоптавшись по роскошной шкуре на полу, миновал и эту спальню, внося меня в огромную чёрную с золотом ванную комнату. Нас окатило жаром влажного воздуха. В углублении в полу бурлила и слегка переливалась, испуская пар, вода. Над ней мерцала радуга. В углу располагался душ с принадлежностями для мытья, а на другой стороне – большое зеркало.

Рэйдан поставил меня на пол, такой тёплый, что я ощутила это сквозь подошвы.

В полном ошеломлении повернула голову к Рэйдану и уставилась на него.

Он нахмурился, давя на меня взглядом потемневших глаз:

– Тебе что, ещё и особое приглашение нужно?

– Приглашение для чего? Хотя нет, стойте! – вскинула руки и, не желая больше так очевидно тупить, посмотрела на ванну с явно магической жидкостью, потом – на сильнее нахмурившегося Рэйдана, снова на ванну, а в следующий раз поглядев на Рэйдана указала рукой на воду и уточнила. – В горячих источниках принято разделение по полу или все вместе купаются?

Терзало подозрение, что мысль меня раздеть Рэйдан не оставил.