Глава 21

Интернета нет, книги — сплошь учебники, за день я их насмотрелась, и снаряд в одно место дважды не падает, цветов ждать не стоит, поэтому планирую лечь пораньше и отоспаться после почти сданной на Земле сессии.

Наивная!

Спокойная тихая ночь, как же!

Вечером приходит огромный, заслонивший весь проём медведеоборотень от Ники с корзинкой пирожных и запиской:

«Я сегодня во дворце ночую, завтра меня тоже может не быть. Если возникнут вопросы — заходи к Яслене и Бэксил, они живут в третьей комнате слева от выхода на лестницу. Пирожные тебе, чтобы не скучала.

Целую и обнимаю,

Ника».

Пирожные убираю в шкафчик. Приходится сдвинуть баночку с личинками (надеюсь, моя теория верна, и лакомство Марка Аврелия Ника не увидит, потому что это тоже еда).

Укладываюсь в постель.

И задумываюсь о той самой романтике, о которой, по мнению Санаду, должна постоянно думать в своём возрасте.

Я не думала.

Совсем.

Не рассматривала никого с точки зрения отношений.

Настолько сильно, что игнорировала, не воспринимала романтические сигналы, если не сказать мне о подобных намерениях прямо в лоб.

Ну и не испытывала романтичных позывов, потому что решила для себя — так нельзя, и мозг хорошо заклинило.

А теперь…

Всё как-то иначе воспринимается.

Парни как-то иначе воспринимаются…

Из прострации растерянных мыслей меня выдирает стук в дверь.

Накинув халат с черепами, отправляюсь открывать.

Признаюсь честно, белые розы — это неожиданно. Цветов же я не жду.

К принесённым эльфом в синей форме цветам прилагается коробка шоколадных конфет и две записки.

«Я всё осознал. Правда! Извиняюсь за красное бельё.

Шаантарэн».

«На этот раз кот действительно всё понял. Конфеты есть можно, я лично проверил их на безопасность.

Санаду».

«Всё хорошо, что хорошо кончается», — решаю я, засовывая коробку конфет в шкафчик к пирожным и пирожкам.

Заодно вытаскиваю Марку Аврелию яблочко.

Он в дикой обиде за разорённое гнездо и демонстративно не замечает лакомство. Поэтому оставляю дольку яблока в блюдечке на столе и, показательно не глядя в ту сторону, укладываюсь в постель.

Тихое шуршание и причмокивания подсказывают, что подношение принято.

Ну а я возвращаюсь к размышлениям. Правда, они принимают иное направление: денег мало. Довольствие, конечно, пока имеется, одежду мне выдали, но этого мало. Для меня — мало. Я привыкла к нормальным карманным деньгам — мне и мама давала, и я сама подрабатывала, чтобы после института не мыкаться без работы только потому, что опыта совсем нет. Эх, знала бы, что мне эта трудовая книжка не понадобится — гуляла бы вместо работы. Но, как говорится, знал бы где упал — зомби бы с носилками вызвал… и для меня эта фраза теперь особенно актуальна.

Едой на время учёбы меня обеспечат, а я — Марка Аврелия: фрукты из столовой, личинки от Дабиуса, орешки от других девчонок, ещё что-нибудь пособираю в округе, тут же лесок совсем рядом (надеюсь, без чудовищ). Но всё равно хочется больше денег, больше возможностей.

Так думаю я, бесцельно глядя на прислонённый к стене у двери посох.

Где бы достать денег? Возможна ли для меня подработка? Здесь у молодых специалистов как на Земле — вынь и положь опыт — или попроще? Не зря же Кейт предлагала помощь в трудоустройстве — наверное, тут свои заморочки.

Размышления прерывает стук.

И снова розы. Огромный букет. На этот раз чёрные с золотыми блёстками на лепестках. Коробка-сердце тоже чёрная. И эльф в синей униформе.

Необычная деталь — к розам и коробке прилагается метровый сыровяленый окорок. С чёрным бантиком.

— Клеопатра Рыжая? — уточняет эльф.

Киваю.

Котяра не потрудился даже фамилию мою выяснить. Наверное, хорошо ещё, что не Кису Рыжую спрашивают.

— Получите, распишитесь.

— Давайте вы сами окорок на стол занесёте, — я пропускаю эльфа внутрь.

А оставшись одна, открываю коробку-сердце. На этот раз кружевное бельишко чёрное.

Записка лежит сверху.

«Я всё понял и исправляюсь. Настоящей кисе нужно мясо, а не какие-то жалкие конфеты. И красное бельё — это было слишком дерзко после суточного знакомства. Прости. И в следующий раз говори прямо, а не через Санаду. Жду ответного письма, представляя тебя в моём подарке.

Твой мохнатый Повелитель!»

Шаантарэн тугодум или принципиально понимает всё так, как ему удобнее?

Оглядываю раскоряченную на столе ногу неведомого крупного зверя. Запах сыровяленого мяса медленно, но верно, пропитывает комнату.

Может, оборотням эту штуку скормить? Если там приворотное зелье, пусть сходят к Шаантарэну спасибо сказать…

Ладно, позже разберусь.

И на этот раз укладываюсь с твёрдым намерением просто поспать. У меня много поводов для размышлений, но и времени тоже достаточно.

***

Поспать, ага. Степень моей наивности последнее время зашкаливает.

Ко мне снова является эльф в голубой форме.

С крышей.

И я не шучу, он действительно вручает маленький красный с золотыми узорами скат крыши площадью примерно тридцать на двадцать сантиметров.

К деревянной лакированной крыше прилагается записка, написанная не совсем — очень не совсем — твёрдым почерком:

«Я тут подумал, что нельзя оставлять Марка Антония без крыши. Как-то непорядочно это. Пришёл, увидел, забрал. А вдруг он обидится? А он же рыжий. А мне нельзя, чтобы рыжие на меня того. Поэтому эта крыша ему. Я долго её искал, но нашёл!»

И подписи не надо, чтобы понять — завтра менталистов ждёт ещё один ужасный учебный день с лекциями похмельного Санаду.

Но крыша отличная, Марку Аврелию (он Марк Аврелий, а не Марк Антоний!) нравится.

Так что укладываюсь я под счастливое шуршание подстилки.

***

А через полчаса заглядывают некромантки с предложением вместе покопать тоннель.

— Нам рук не хватает! — бодро сообщает Кейт. — Ложками зомби плохо копают, поэтому нужно как можно больше людей.

— Простите, но я спать, — отказываюсь я от почётного копания тоннеля ложкой.

***

Дрёму нарушает очередной стук. Долгий, упорный, настойчивый.

Посетителя встречаю с посохом наперевес, но это всего лишь одна из студенток. Протягивает мне книгу:

— Дабиус просил передать.

«Записки расхитителя сокровищ» — гласит название небольшого томика.

Первые страницы посвящены самовосхвалению автора, гордящегося своей готовностью обворовывать сокровищницы драконов — мол, это занятие для действительно смелых и крутых.

Лопату ему в руки!

***

Среди ночи вновь увидев на пороге знакомого эльфа в голубой униформе, я ничуть не удивляюсь.

Удивителен принесённый им трёхэтажный дом с оранжевым бантом. Дом выточен из дерева, украшен позолотой. Имитирует особняк, но это не кукольный домик, это для животного вроде кота или ласки. Белке тоже подойдёт.

Чудо местного дизайна эльф по моей просьбе ставит на письменный стол.

И выдаёт письмо.

«Я подумал, что одной крыши мало, чтобы откупиться от несчастий, которые приносят рыжие. Передай мои извинения Марку Антонию. Но кружевные трусы на подстилку дарить не буду, ты сама ему купи».

— Марку Аврелию! — ворчливо поправляю я.

И бельишко ему уже подвезли. А дом… дом прекрасен.

Так что минут сорок уходит на изучение и восхищение.

А потом — спать.

***

Почти наступивший сон нарушает нечто шуршащее, тыкающееся мне в лицо. От страха подскакиваю, взмахиваю рукой, зажигая магические сферы под потолком.

Нечто непонятное продолжает меня атаковать, Марк Аврелий прибегает из домика и ловит эту штуку, а она уворачивается. И только наткнувшись на мою ладонь замирает и разворачивается из самолётика в записку — я едва успеваю отнять бумажку у распушившего хвост Марка Аврелия, оглашающего комнату боевым стрекотом.

«Нет, ну ты представляешь: кошак не даёт натянуть на него стринги! Но я постараюсь!»

Почерк Санаду с прошлого раза существенно окривел. Как и он сам, похоже.

И вообще, задаюсь вопросом Ники: это ж сколько надо выпить?.. Чтобы додуматься всерьёз стринги на Шаантарэна натягивать.

Надеюсь, сегодня на этом всё.

***

Ко второму самолётику с запиской я, несмотря на надежду поспать, морально готова.

Перехватываю настырную бумажку у раздосадованного Марка Аврелия. И раз меня всё равно разбудили, зажигаю свет почитать, куда дальше уползла пьяная мысль.

«А ты жестока! Послать Санаду с таким заданием. Красные кружева мне не идут! Стринги носят на теле, а не на голове! Но на теле я тоже не буду! Надеюсь, мясо смягчит твой нрав.

Обиженный, но всё ещё твой

Повелитель».

Ну почему некоторые, развлекаясь, другим спать не дают?

***

И прилетевшей от Санаду записке:

«Получилось! Жаль, у нас нет фотоаппаратов!»

Я тоже не удивлена. Отчётливо представляю, как Шаантарэн спит, опустив голову на стол, а Санаду, хихикая, натягивает красные стринги ему на голову.

***

Бессонную ночь я могла бы компенсировать долгим утренним сном.

Ключевое в этой фразе «бы».

Потому что опять стук в дверь. Опять деликатный, но настойчивый.

И опять эльф на пороге. С небольшой квадратной коробочкой, помеченной надписью «Осторожно, жидкость. Не переворачивать и не трясти».

Расписываюсь в бланке, забираю неведомый дар и переношу его на стол. Марк Аврелий, конечно, сразу прискакивает проверить, что такое.

Вдруг на крышке проступает надпись. Знакомым почерком Санаду. Почти ровным.

«И о событиях этой ночи тоже прошу не распространяться, даже если очень хочется меня поругать. Приятного дня».

Продержавшись с минуту, надпись тает, возвращая коробке первоначальную белизну.

Снимаю крышку, и по комнате разливается аромат кофе. Марк Аврелий суёт внутрь любопытный носик.

В коробке от Санаду стоит кружка с кофе. Очень похожая на земную, керамическая.

Вынимаю. Делаю глоток. Магия сохранила и содержимое, и его температуру, и аромат. Даже пенку сверху!

Словно кто-то только что приготовил капучино для меня. И от ощущения этой заботы неожиданно щемяще тепло. Как будто кто-то из близких вдруг на миг оказывается рядом, чтобы поставить кружку передо мной и пожелать приятного дня.

— Спасибо, — шепчу я, представляя оставшихся на Земле родных, но их образы упорно замещаются образом Санаду.

Потому что это его кофе и его пожелание приятного дня.