Глава 7

- Как же долго пустовала эта обитель! – продолжило орать привидение. – Не было ни детского смеха, ни…

- Простите! – перекрикиваю эктоплазменную сущность.

- А? Что? Что такое? Меня нельзя перебивать!

- Простите, я не хотела. Но вы очень громко говорите. У нас сейчас лопнут барабанные перепонки в ушах.

- Ой! Правда?

- Пожалуйста, тише.

- Так хорошо? – почти шепотом спросила призрачная дама.

- Отлично. Благодарю вас. Итак, давайте начнем с начала. Но прежде, познакомимся. Меня зовут Барбар э-эм… Барбара. А это – Ромул.

- А меня зовут Ребекка. Я здесь присматриваю за всем. Чтобы никто лишний не пришел. Мне госпожа сказала, чтобы я сидела и ждала следующую директрису. И я дождалась! Даже не верится.

- То есть… это я? – спросила на всякий случай, хотя по тому, как выжидательно на меня смотрит Ребекка, ответ и так ясен.

- Конечно, - без тени сомнения ответила смотрительница усадьбы. – Это ведь от вашей руки открылись двери, которые были заперты почти сотню лет.

- Ну что ж… я, конечно, не отказываюсь от столь великой чести, но все же хотелось бы знать, что мне нужно делать, в связи с новыми обстоятельствами?

- Для начала, конечно же, прибраться тут, - сообщила очевидное Ребекка.

- Это понятно. А как вернуть этому заведению статус приюта? И разрешат ли мне?

- Милая Барбара, вы слишком рано об этом переживаете. По законам империи, чтобы здание вернуло себе звание приюта, у вас должно быть минимум семеро подопечных. А учитывая специфику этой усадьбы, вы можете долгие годы искать подходящих детей, - немного высокомерно ответило привидение.

- В смысле? Еще и не все бездомные подходят? – удивленно переспросила.

- Конечно, - ответила Ребекка таким тоном, словно я сморозила жуткую глупость. – Мы принимает только о-о-очень способных детей.

- Но Ромул ведь подходит? – я внезапно забеспокоилась, что мальчика попросят удалиться, тогда и я уйду.

- Ну… тут вопрос спорный…

- Тогда мы уйдем вместе, - тут же поставила в известность о своих намерениях.

- А, ну тогда, конечно, рада приветствовать вас обоих в приюте одаренных детей.

И привидение широко улыбнулось. Кажется, я увидела даже ее зубы мудрости.

- Тогда, если вы не против, мы тут обоснуемся на первом этаже и поспим. Устали с дороги. А завтра, на свежую голову, решим, что делать дальше, - сказала я, очень надеясь, что приведение уже уйдет и даст нам с Ромом спокойно поговорить.

- А что тут решать? – удивилась эктоплазменная сущность. – Занимаетесь уборкой, готовите комнаты и классы к приему детей. Делов-то. А я могу…

- Ребекка, - мне приходится принудительно остановить бодренькое привидение, - благодарю вас за помощь, но дальше мы уж как-то сами решим, хорошо? А сейчас, спокойной ночи.

- Я – хранитель усадьбы, и никогда не… А… я поняла. Хорошо. Доброй ночи.

И высоко задрав все три подбородка, Ребекка эффектно растворилась в пространстве между коридором и лестницей на второй этаж.

Мы с Ромом переглянулись.

- Ну что ж, - мальчик передернул плечами, - можно считать, что мы удачно зашли.

Мне стало смешно, и я хихикнула. Ромул сначала удивился, а потом тоже усмехнулся. Совсем немного.

- У тебя очень красивая улыбка, - сказала я, и пожалела, потому что ребенок поспешно стал серьезным. – Надеюсь, ее видеть почаще.

- Не время сейчас скалиться, - буркнул Ром, устраиваясь поудобнее в широком кожаном кресле. – И вообще… когда показываешь зубы, многие воспринимают это как угрозу.

От этой фразы я вообще оторопела. Это где же жил Ром, если там подобным образом относились к детским улыбкам?

Мы еще немного поболтали. Допили оставшееся молоко, которое к вечеру уже стало кефиром, и довольно быстро заснули. Ромул в кресле, несмотря на мои возражения, а я – на широкой тахте, укрывшись старым, местами поеденным молью пледом.

Утро началось рано. Я услышала шорох и шаги. Открыла глаза и увидела, что по комнате тихонько ходит Ром, носит в камин тонкие ветки.

- Замерз? – спросила, почувствовав, что и мои руки-ноги под пледом замерзли.

- Ага. Надо было перед сном протопить комнату, да как-то не сообразил.

И я тоже, привычная к центральному отоплению не подумала, что в доме давно никто не жил, а значит, в нем даже летом может быть холодно.

- Давай вместе, - сказала и быстренько присоединилась к поиску веток.

Растопить камин удалось с трудом. Надышались дымом, накашлялись.

- Сначала дымоход надо было прочистить, - сообщила нам Ребекка, зависнув над нашими головами.

- Без тебя знаем, - отмахнулся Ром в грубоватой манере. Я уже заметила, что он не любит подобный покровительственный тон, когда взрослые относятся к детям не как к маленьким людям, а как к неразумным существам.

- Не хамите, молодой человек! – привидение повысило тон и стало наливаться некрасивым багряным цветом. Ой-ой!

- Ребекка, прошу вас, проведите мне экскурсию по дому, - отвлекла внимание обидчивой эктоплазмы на себя.

И пока мы бродили по дому, Ром спокойно растопил камин и даже вскипятил воду в стареньком котелке. Мы попили чай, какие-то листики и палочки мальчик вытащил из собственной сумки. Повздыхали над пустым бидоном, и решили, что надо идти в ближайшую деревню.

Миссию разведчика на себя взяла я. Ром долго спорил, но я его убедила, что со мной ничего не случится. Мы вышли на горку, и мальчик показал вниз, на виднеющиеся домики.

- В эту деревню не ходи, обойди ее слева и следуйте по указателям в следующую.

- Почему не ходить, что там? – спросила на всякий случай.

- Там нехорошие люди живут, - Ром незаметно потер шею с «узорами» от веревки. – Глупые, жадные и темные. Дикие. А ты – молодая и… красивая.

- Я на голову надену что-то старое и страшное, - сказала, чтобы немного развеять внезапное ощущение нависшей опасности. – Мешок из-под дров, например.

- А это идея, - Ром позволил себе легкую полуулыбку. – И на тело такой же мешок, и еще подушками обложим тебя со всех сторон. Будешь толстая и некрасивая.

- Ну… много подушек не надо, а вот одну, на живот – очень даже неплохая идея, - согласилась я.

И уже через час от усадьбы шла бодрым шагом глубоко беременная женщина в странном головном уборе, закрывающем ее лицо до самых глаз. В руке она держала пустой эмалированный бидон.

А когда уже хотела обойти подозрительную деревню слева, как советовал Ром, внезапно услышала шепот в ушах. «Руны сотри, детей приюти». И поняла, что просто не будет.