Глава 37.

Вот, значит, как!Наверно, если бы всё это произошло с изысканной настоящей фрейлиной и утончённой до мозга костей аристократичной мадмуазелью, то она бы, заламывая руки, убежала в истерике поливать свою подушку драгоценными аристократическими слезами. Но вот со мной такой финт с ушами явно не прокатит.

Ишь как запели! Мое правило номер один: вышел на татами — значит, бейся до конца. Мое правило номер два: друзей и любимых судят по содержанию, а не по обложке. И, в конце концов, правило номер три: если я нашла свое, то свое я уже не упущу. А я нашла свое. И дружбу, и любовь. Вот они сейчас перебесятся, наговорят мне лишнего, а потом сами и будут жалеть, поэтому выход я видела лишь один: все сгладить при помощи веселящих капель.

— Предлагаю выпить по пять капель за мой первый в жизни бал, — произнесла я голосом, похожим на голос сирены.Я торопливо отсчитала веселящие капли, надеясь, что этого количества хватит на бутылку. Наливая красное вино в бокалы, я с волнением наблюдала, как мои спутники делают по глотку. Я тоже пригубила вино, потому что на самом деле чувствовала волнение и лишь слегка притворялась.

Трое мужчин замерли в ступоре, затем мрачные складки на их лицах разгладились, и в конце моей диверсионной работы на их лицах засияли невероятно красивые улыбки. Они так самоотверженно улыбались, что я не смогла удержаться и хихикнула, так ехидненько, но всё же сдержанно. Моя уловка прошла на все ура, и сейчас передо мной стояли не трое альфачей-самцов, готовых подраться за неотразимую самочку, а два хулиганистых друга и один прекрасный возлюбленный. Уффф. Всё получилось, потирала я мысленно руки.

— Отличное вино, — Танахир с удивлением разглядывал бутыль. — Давайте возьмём его с собой.— Ой, не стоит, оно мне и самой нравится.— Нет-нет, обязательно возьмём, — Аэльдир чуть не приплясывал от восторга. Они, конечно, сразу распознали капли. Настоящие наркоманы! Чтобы не потерять доверие Себастьяна, мне пришлось согласиться.Бутыль отправилась в карман-артефакт Танахира — небольшой сундучок, который появился из небольшого медальона. И я спрятала бутылёк с каплями. Но перед этим всё же укрыла его в потайном месте — в чулочке. Резинка там такая широкая, что можно спрятать даже меч, а маленький бутылёк и вовсе будет незаметен.

Мы вышли из портала, чувствуя себя почти счастливыми. Улыбки без причины блуждали по лицам моих друзей, и даже Альберт излучал доброжелательность. Я же ощущала, как маленькие капельки счастья наполняют мою голову, словно пузырьки новогоднего шампанского — игристые и весёлые. Это было невероятно приятно и волшебно.Нас встретил целый отряд придворных магов, обеспечивающих безопасность этого мероприятия. Один из них провёл по нам рубиновым артефактом, проверяя на наличие вредоносного оружия. После нескольких секунд досмотра мы были свободны.До самого волшебного момента входа в бальную залу я не спешила снимать чёрный бархатный плащ, укрывавший мой наряд и причёску. На нашу компанию с удивлением поглядывали вновь прибывшие гости, но мы старались не привлекать всеобщего внимания, стоя в стороне.

Наконец заиграла торжественная мелодия, возвещая о начале праздника. Огни светильников вспыхнули ярче, и гости устремились в бальную залу. Дамы, гордо подняв голову, демонстрировали свои изысканные украшения и наряды. Высокие прически, глубокие декольте и разноцветные шёлковые платья казались ослепительным зрелищем на фоне мраморного паркета. Стены, едва украшенные позолоченными вензелями и фресками, не пестрели вульгарными красками.Я подумала, что на этом празднике буду словно чёрная королева на белом фоне. Хотя я и обладаю светлым даром, но на этом торжестве буду тёмной ведьмой. Какая дисгармония и одновременно контраст! Высший всё предусмотрел заранее. Вместо того чтобы быть скромной леди, я стану самой Мисс вызов.

Вот где всё началось! Я недооценила ни свой образ, ни реакцию эльфов и Альберта. И уж тем более я не ожидала, что высший эльф станет вмешиваться, если не хочет вызвать настоящий апокалипсис.Слуга, хорошо отрепетировав свой жест на других гостях, подошёл ко мне и протянул руку в белой перчатке, чтобы помочь снять плащ. Я сняла его. Слуга сначала непонимающе смотрел на меня, потом уронил мой бархатный плащ на пол и, покраснев, словно синьор помидор, схватился за сердце. Я не могла понять, был ли это восторг или испуг.Только выдержка спортсмена-бойца и небольшое количество веселящих капель позволили мне сохранить невозмутимый вид. Хотя внутри меня всё ликовало. Никогда не думала, что, кроме удара кулаком в нос, женщина может поразить мужчину своей красотой.

- А я говорил, что ты опасна, - с улыбкой на лице произнес едва слышно Альберт.Я вновь взглянула в зеркало, да просто мистическая красавица. Черные волосы блестели и едва не отражали свет светильников, настолько они были идеальны. Волнистые пряди, едва похожие на влажную укладку, расправляясь, окутали мои плечи легким облаком, воздушными локонами. Платье могло свести с ума кого угодно, оно черным металлическим блеском облегало мою фигурку. А кошачьи зеленые глаза блестели, как у хищницы, которая могла съесть кого угодно. Такая черная пантера-оборотница, которая могла в любой момент напасть и покусать. Напасть я, конечно, могла, но вот подтекст образа имел в виду не спротивную атаку, а сексуальный подтекст. И казалось, что я сама скромность, ведь я не сияю всеми цветами радуги и не достаю до облаков соей прической, и мои украшения не сверкают, как кровавая луна в полнолуние. Но, однако, вот слуга, заикаясь, показывает рукой в полуоткрытую дверь, пропуская нас вперед.

Хрясь — это упал разнос с напитками, которые уронил слуга, встретив нас у двери.А-а-а-а — это закричала дама, ногу которой отдавил танцующий с ней партнер, увидев меня.По залу прокатился изумленный гул, и музыканты, прекратив играть и свесившись с балкона, рассматривали меня, как будто я призрак, который по нечаянному стечению обстоятельств забрел на огонек. Зато мои эльфы улыбались и светились от такого внимания. Они во все красе демонстрировали знакомство со мной, то и дело нашептывая мне на ушко разные шуточки.

В полной тишине Альберт подвёл нас к высокому трону, на котором восседал невероятно харизматичный мужчина примерно тридцати пяти лет.- Позвольте представить вам мою невесту, — учтиво произнёс Альберт, поклонившись. Я же сделала реверанс, которому меня обучили Танахир и Аэльдир. Думаю, сейчас они могли бы мной гордиться.

Хищные ноздри правителя трепетали. В этот момент мой образ идеально соответствовал образу зловещего чёрного мужчины с гордым профилем орла. Его глаза вспыхнули красным, и два огромных крыла, сотканных из огня, засияли, окутав трон алым светом.- Он феникс, – прошептал мне Танахир, прямо мне в макушку.- Вот это да, – подумала я.

— Позвольте пригласить вас на первый танец, — произнёс он с улыбкой. — Ну какой самубиец посмеет отказать правителю магической империи, да ещё и фениксу? Насколько я понимаю, он просто сжигает на месте тех, кто осмеливается ему перечить, и развеивает пепел на глазах у всех, чтобы другим неповадно было.

— Музыку! — он произнёс это с такой силой, что я даже вздрогнула от неожиданности.Люди расступались, и под шёпот разряженных аристократов феникс вёл меня в центр этого бального мраморного зала. Мы выглядели как пара тёмных магов, хотя на самом деле я не была такой, но мой наряд ввёл в заблуждение правителя империи.

Зазвучала мелодия, похожая на ту, которую Аэльдир играл для меня всю неделю. Движения были отточены до автоматизма. Вот он ведёт меня в лёгком круговороте из шагов. Вот слегка поддерживает за талию, и я, падая в его объятия, изображаю акробатический номер «березка», кокетливо поднимая ножку. Вот прыгаю в его руки и, раскинув их широко-широко, позволяю правителю кружить меня вокруг своей оси. Всё это похоже на безумную гимнастику самоубийц. Но почему так громко реагирует зал? Все прекратили танец и громко охают и ахают.

Глаза феникса горели огнём. Его чёрный китель, который невероятно подчёркивал его мощную фигуру, будто горел искрами, пожирая ткань, но не касаясь меня. Руки правителя стали такими горячими, что я едва не стонала, дотанцовывая этот танец, который был настоящей пыткой для акробатов. И когда мелодия стихла, и зал погрузился в кромешную тишину, то…

— Благодарю за то, что вы разучили парный танец феникса, — произнёс он с улыбкой, от которой исходили искры.— Что я сделала? — воскликнула я, глядя вслед уходящему фениксу, который занял своё место на троне.Как же я была зла! Не зря мне показалось, что этот танец слишком сложен для простых аристократов. Я уже тысячу раз говорила себе, что нельзя верить этим двум обманщикам. Мои глаза горели от злости, когда я рассматривала танцующих, выискивая двух эльфов. Я представляла, как связываю их одной верёвкой и отрабатываю на них все самые страшные удары. И вот, словно получив апперкот в челюсть, я осознала, что снова попалась на их уловку.

Эльфы стояли в нише и распивали с Альбертом веселящее вино. И что толку им выговаривать, они уже и так хрюкают от веселья, а мой рассказ для них будет словно анекдот. Я махнула на них рукой и в какой-то азартной злобе перетанцевала во время бала со всеми, кто мне предлагал. Аватары восхитительно загорались огнем азарта, глаза дам, вспыхивая от моего наряда, блестели предвкушением, и когда я уже не могла даже пошевелиться, высший, как обычно возникнув из неоткуда, утянул меня в нишу.- Ты зажгла сорок искр в сердцах магов. Путь домой открыт.- Да, я так хочу домой, отправь меня, пожалуйста, обратно, я так понимаю, что путь для высшей магии открыт и все вокруг налаживается. Мои селяне отлично устроились в моем поместье, всем хорошо, всем, кроме меня. - Я горестно выдохнула.Портал крутился и вертелся, а мне было так горько, так плохо, меня предали и друзья, и любимый, что надирался с ними веселящими каплями. Я летела домой, в свою небольшую и скромную квартирку. Там не было магии, там не было роскоши, зато всё было простым и понятным...