Глава 9.

Залихватские переливы флейты выводили несмыслимые трели, мы с Альбертом стояли под пристальным прицелом колких взглядов, и при этом воздыхающий Николас теребил носком туфель какую-то щербинку в полу. Я рассматривала артефакт на своей руке. Неудобно, если честно, а при ударе в чью-то челюсть я сломаю палец. Покрутив массивный перстень, я хотела его снять, ага, не тут-то и было, он словно приклеился к руке.- Эээээ, - протянула я недвусмысленно.- А как же мне теперь бить? - продолжила я.- Кого бить, принца? - испуганно спросила дама.- Кого бить, сокурсников? - поддержал ее Николас.- Кого вы собираетесь бить на этот раз? - даже Альберт на этот раз не выдержал и внес свои пять копеек в общее возмущение моей персоной.

- Грушу, я буду бить грушу. - отрапортовала я испуганно.- Грушу? - на этот раз удивился отец Николаса. - А зачем ее бить?- Ну как зачем, реакция должна быть на уровне, и удар четким.- И сколько же вам нужно груш, чтобы тренироваться? - изумленно вопрошала дама.- Одну. - разговор пошел не по тому руслу, и я, чтобы совсем не завести его в тупик, решила использовать технику мастера Лина.- Можно грушу и не бить, но от этого реакция пропадет и удар ослабнет, так что грушу я все-таки бить предпочитаю.- Аааа. - показательно выдала дама, чтобы не показаться полной профанкой в этом вопросе.Это же так не по этикету, чего то не понимать.Альберт стоически слушал весь этот бред. Он разрешил нам высказать все свои неоформленные мысли.- Перстень-артефакт, нажмите на камень, и он исчезнет, и можете смело кого-нибудь бить. - уголки его красиво очерченных губ поползли предательски вверх.

- Ну раз все вопросы исчерпали себя,то приглашаю всех к столу.

В зале вспыхнули искры магического огня. Музыка сменила темп, и все гости зашагали как по команде к огромному красиво оформленному столу. Ножки стола стоически держали тонну разной снеди, что могла бы прокормить африканское государство. Тонкие талии дам и подтянутые торсы господ никак не вязались с этим пиршеством обжор. Однако все с удовольствием ринулись занимать свои места поближе к нам, чтобы рассмотреть этакую невидаль, которой была я. Чего там рассматривать?

Стол был как сама вселенная, изобильным и бесконечным. Серебро вилок звенело, создавая приятный звук, который могли слышать лишь аристократы, ведь простые смертные не кушали серебряными приборами. Дамы, пытаясь не выйти за рамки платья, с сожалением отщипывали небольшие кусочки и, словно принцесса на горошине, ложили по маленькому атому снеди в свои рыбные ротики. А вот я была акулой на их грандиозно-обманчивом фоне.

Сидевший по левую руку от меня Альберт галантно протянул мне малепусенькую тарелочку салатика, гордо украшенную каким-то фиговым листиком. Вот прикрыл ты бы этим листиком одно свое место, рыкнула я, но, к всеобщему аристократическому счастью, сделала это мысленно. Но почему-то у Николаса выпала вилка и со звоном ударилась об тарелку. Он смущенно взирал на меня, то бледнея, то краснея. Ох ж ты. Здесь же могут быть чтецы мыслей, ведь это магический мир. Чтобы сгладить некую неловкость, я ему подмигнула, и он, окончательно выйдя за круг татами, закашлялся. Бывает.

С сочувствием взглянув на однокашника, я переместила свое внимание на очень сочный кусочек мяса-гриль. Обалденно пахнущее мясо источало такой запах шашлыка, что хотелось облизнуться и, схватив его руками, просто откусить огромный кусок. Так обычно бывало после трехчасовых изматывающих тренировок в зале, когда покинувшие тело каддории просились обратно в виде белка. Вот и, аккуратно отодвинув немыслимое безобразие, которое мне подставил Альберт, в сторону, я просто взяла и подтянула кусок мяса к себе, сбоку подцепив фиговый листок, чтобы Альберт не обижался на меня, положила его для декора и, отрезая сочные кусочки, начала поглощать это безумие вкуса. Обалдеть, как вкусно.

Спасибо милым фрейлинам, они не дали мне пообедать, так как, по их словам, талия должна быть словно шелковая простыня, без лишних складочек. Про кубики на прессе, конечно, им никто не рассказал. Такой бронежилет невозможно продавить парой тарелок вкусного мяса с ароматом неземных трав и сладостью винного суса, и всё это пахло костром с горчинкой дыма.

Что-то изменилось. А, исчез серебряный перезвон. Все с удивлением взирали, как я кусок за куском, правда, аккуратно, но по спортивной привычке в темпе вальса уничтожаю знатный кусок мясца. Мужчины смотрели с удивлением, дамы с завистью, сглатывая слюнки, а Альберт продолжал трапезничать как ни в чем не бывало, лишь уголки его рта все чаще и чаще сверкали в искрометной улыбке. А она так ему шла, он переставал походить на холодного аристократа, превращаясь в харизматичную фотомодель.

- А как вы так? - с великим восторгом спросила милая бледная, как моль, девушка. - Как вы так кушаете и...Она замолчала, поняв, что это крайне бестактно спрашивать за столом на глазах у всех такие вещи. Совсем ребенок.- Спортивная секция сжигает все лишние граммы накопленного веса.- Спортивная секция?- Да.- Зачем даме махать кулаками, - язвительно заметила брюнетка, - ведь для этого есть мужчины.По залу прокатился недовольный гомон, который поддержал эту жабу-клаву. Она с презрением фыркала, выражая мою неаристократичность. Так и хотелось сказать, что мужчину с собой везде таскать крайне неудобно. А если в кустики пойдешь, а там разбойник какой? Но опять промолчала. На этот раз Николас, стиснув кулаки, упрямо на меня посмотрел. В его глазах читалась невиданная для него доселе решимость. Он что, и вправду мои мысли читает?

- Вот зачем, - пылко выдохнул юноша, который хотел защитить мою честь. - Еще один ребенок!Он схватил с десяток фруктов из прекрасной хрустальной вазы, стараясь взять более крупные и твердые плоды, с размаху начал пулять в меня, не оставляя выбора моей реакции. Ни о чем не думая, я, резко вскочив, отражала все снаряды целой серией красиво поставленных ударов, при этом не забыв сказать коронное: «Киа».Довольный собой Николас обвел глазами шокированный зал и с гордостью воскликнул:- Да у нас на первом курсе никто так не умеет. - И как ни в чем не бывало надкусил оставшееся в его руке румяное яблочко.В полной тишине яблоко громко хрустнуло, бледная девушка, что недавно вопрошала меня о спорте, громко зааплодировала. К ней присоединились мужчины и женщины. Но женщины присоединились далеко не все. Ну и пусть - их проблемы, их диеты, их здоровье.

Альберт, на минуту шокированный представлением, прекратил поглощать запеченную рыбу. Спокойно вытер салфеткой свой рот и чинно произнес:- Приглашаю вас на вальс.Горячая, уже знакомая ладонь, аккуратно взяв меня за локоток, вытянула меня из-за стола, как сеть, поймавшая свою, ну, наверное, акулу.- Вальс. - Феерично воскликнул он.Его глаза сверкали таким огнем веселья, что, не удержавшись, я ему ответила счастливой улыбкой.- Ни одно светское мероприятие не доставляло мне столько удовольствия. - Лукаво шепнул он мне на ухо.Он едва сдерживал, кажется, готический хохот, скулы на его лице судорожно сжимались, а улыбка была столь широкой, что походила на оскал еще одной акулы. Слишком мы уж похожи, подумала я.