Глава 13

Селинда стояла рядом. Вся такая белокрылая богиня, губки бантиком. Увидев меня, ее улыбка стала мерзко-самодовольной.

– Готова ли ты говорить правду? – спросил маг.

Готова ли я? Нет! Только кто будет меня спрашивать?

– Всегда, – парировала я. – У меня нет привычки жить интригами.

Маг слегка приподнял бровь – укол засчитан.

– Тогда прикоснись к кристаллу! – велели мне.

Я послушно положила ладонь на кристалл, он вспыхнул, как будто рад был моему приходу. Маги переглянулись.

– Арабелла Уиллард, – приступил к допросу один из них, – готовы ли вы предстать перед судом и отвечать только правду и ничего, кроме правды?

Кристалл выжидающе засветился. Внимание всех присутствующих было приковано ко мне, а я… А я сделала глубокий вдох. Нужно отвечать только правду, иначе будут последствия. Не зря же Киллиан так нервничал из-за этого допроса. Пробовать на себе магические спецэффекты совершенно не хотелось. И я ответила честно и без грамма лжи:

– Нет!

Кто-то закашлялся, но мне было безразлично здоровье любого из членов Совета. Эти противные маги без зазрения совести подвергли меня допросу, прекрасно понимая, что кристалл способен причинить мне боль. Однако кристалл ответил только лишь ровным белым светом. Никакая кара на меня не обрушилась. Я немного воспряла. Расправила плечи и гордо посмотрела на Совет.

– Вы напали на Селинду Вальденн? – прозвучал следующий вопрос.

В ожидании моего ответа Селинда злорадно улыбнулась. Я посмотрела ей в глаза, ответила такой же злорадной улыбкой и снова ответила:

– Нет.

Голубые глаза блондинки метнулись к кристаллу, когда он снова засветился белым светом.

– Это ложь! – прошипела красотка.

– Кристалл никогда не ошибается! – надменно произнес маг, который вел допрос.

– Значит, она нашла способ обмануть его! – не сдавалась лоэра Вальденн.

– Вы использовали артефакт в качестве оружия против Селинды Вальденн? – не стал обращать на нее внимания мужчина.

– Нет! – я широко улыбнулась.

Мне стало весело. Они не знают, что Митрофановна не артефакт, а разумный, магический предмет, который имеет свой характер, пусть и довольно скверный, и собственное мнение. Я не могу нести ответственность за ее действия.

Лицо Селинды стало красным.

– Она бросила в меня золотую монету! – вспомнила еще одну претензию блондинка.

– Я ничего и ни в кого не бросала! – спокойно ответила я под белое сияние кристалла правды или как он там называется? Кстати, хорошая вещь! Я тоже такую хочу!

В зале поднялся гул. Маги переговаривались между собой. Еще бы! На их глазах только что опозорилась дочь верховного мага. Киллиан смотрел на меня с гордостью. Его молчаливая поддержка была мне очень нужна в этот момент. Взгляд темных глаз стал для меня якорем в чужом мире, в котором так старательно хотели причинить мне вред. А вот не дождутся!

– Опишите случившееся на рынке.

– Да все просто, – пожала плечами. – Я гуляла с детьми, никого не трогала, а Селинда решила, что имеет право предъявлять мне претензии.

– Я-то? – вскинулась драконица-без-крыльев. – Ты угрожала мне метлой!

– Сели! – шикнул на нее один из магов.

Девица тут же поникла.

– Я? – возмутилась я. – Я даже не помню тебя. У меня нет мотива нападать на постороннюю женщину! Пусть Кристалл подтвердит!

Кристалл вспыхнул ярче.

Маги наклонились вперед. Селинда побледнела так, будто увидела в зеркале свою правду.

– Она меня спровоцировала! – воскликнула она.

Кристалл померк. Высветилась бледная красная жилка.

Маг холодно отметил:

– Ложь.

Я прикусила губу, чтобы не расхохотаться.

– Может, вы хотите второй раунд «правды», лоэра Вальденн? – невинно спросила я.

Селинду передернуло. Маги уже переводили взгляд на нее совсем иначе – как на проблемную. Но она еще не сдалась.

– Я просто хотела поговорить! – выкрикнула она. – О прошлом Арабеллы!

– О каком прошлом? – мгновенно спросила я. – Например, о падении с неба? Или о том, кто это мне устроил?

Тишина в зале стала оглушающей. Селинда быстро перевела взгляд на мага. Он нахмурился.

– Что ты имеешь в виду? – спросил он уже меня.

– То, что сказала, – ответила я прямо. – Если уж мы тут говорим правду – давайте договорим ее до конца.

Маги переглянулись. Воздух стал вязким. Селинда прошипела:

– Ты играешь с огнем…

Я склонила голову и широко улыбнулась:

– Я дракон. Огнем – это ко мне. А вот у тебя, похоже, с этим проблемы!

Ведущий маг ударил посохом об пол.

– Допрос временно прекращен. Совет продолжит разбирательство после проверки новых сведений.

Когда я вышла из зала, Киллиан догнал меня и схватил за запястье – чуть сильнее, чем нужно было бы.

– Ты либо смелая… либо безумная, – прошептал он.

– Почему «либо»? – я ухмыльнулась.

Киллиан закрыл глаза, будто он пытался побороть свой страх и одновременно с этим свое восхищение.

– Больше так не делай! – с горечью произнес он.

– Поздно, – я выдохнула. – Они захотели правду – теперь будут хлебать ее ложками.

И только когда мы почти дошли до выхода из здания Совета, я снова почувствовала тот взгляд.

Тяжелый.

Холодный.

Чужой.

Оглянулась, пытаясь найти того, кто с такой яростью прожигает во мне дыру глазами. Из тени улыбалась черная фигура. Липкий страх пополз по спине. Кто-то ведет охоту на меня?

Я не стала говорить ничего сразу. Даже не замедлила шаг. Просто шла рядом с Киллианом, чувствуя, как по спине ползет холод. Будто чей-то взгляд все еще держал меня на прицеле.

Мы вышли из здания Совета, и тяжелые двери за нашими спинами закрылись с глухим эхом. Воздух снаружи показался удивительно свежим, но это не принесло облегчения.

Киллиан остановился первым.

Он повернулся ко мне резко, будто принял решение.

– Что ты видела? – спросил он тихо.

Я вздрогнула и удивленно посмотрела на мужа.

– Ты заметил?

– Ты напряглась, – коротко ответил он. – Мне показалось, что ты почувствовала угрозу. Рассказывай мне все, чтобы я мог тебе помочь, защитить, если понадобится. Чтобы не было больше таких неожиданных, неприятных «сюрпризов».

Я опустила взгляд, потом все же заставила себя посмотреть ему в глаза.

– Меня кто-то преследует, – призналась я. – Замечаю уже не в первый раз.

Я почувствовала, как воздух вокруг нас дрогнул. Киллиан слушал молча, но я физически ощущала напряжение, исходившее от мужчины.

– На рынке, – продолжила я, – после стычки с Селиндой. Я чувствовала взгляд. Потом – тень. И сейчас… – я запнулась. – Сейчас это было ясно. Кто-то был там в здании Совета. Я почувствовала чужое присутствие. Как будто я добыча, а он охотник.

Киллиан побледнел.

– Ты уверена? – спросил он.

– Да, – ответила я без колебаний. – Я не из пугливых. И это не фантазия.

Он выругался сквозь зубы тихо и зло. Потом шагнул ко мне и положил ладони мне на плечи.

– Почему ты сразу мне не сказала?

– Потому что и так слишком много на тебя навалилось, – тихо сказала я. – Совет. Селинда. Этот чертов кристалл. Я не хотела добавлять еще…

– Ты – не «еще», – жестко оборвал он. – Ты – главное.

Его голос сорвался, и в этом было столько напряжения, что у меня перехватило дыхание. Я не выдержала и шагнула к нему.

– Киллиан, – прошептала я. – Я боюсь.

Он тут же обнял меня. Не резко, не властно – бережно, будто я могла рассыпаться.

– Тогда слушай меня, – сказал он мне в волосы. – С этого момента ты никуда не ходишь одна. Ни на рынок. Ни в сад. Ни даже по коридорам дома. Я поставлю защиту. Усилю охрану. И мы выясним, кто это.

– Ты думаешь, это связано с моим падением? – осторожно спросила я.

Он ответил не сразу.

– Да, – наконец сказал супруг. – И боюсь… это началось задолго до того дня.

По спине снова пробежал холод.

– Значит, это не Селинда?

– Нет, – жестко ответил Киллиан. – Она – лишь пешка. Злая, завистливая… но пешка.

Он отстранился и посмотрел мне прямо в глаза.

– И, если кто-то действительно охотится за тобой, – тихо добавил мужчина, – значит, ты гораздо важнее, чем сама думаешь.

Я кивнула ему, но больше ничего не сказала.

Мы шли молча – рядом, почти плечом к плечу. Киллиан не отпускал мою руку, и это прикосновение одновременно успокаивало и пугало. Слишком легко было поверить, что я имею на него право. Слишком страшно вспомнить, что это не так.

Экипаж тронулся мягко, почти бесшумно. За окном проплывали улицы города – чужие и уже немного знакомые. Камень мостовой, башни, витражи, вывески лавок… Все это было не моим миром. И я – не отсюда. Не отсюда, не отсюда, не отсюда…

Если он узнает…

Я украдкой посмотрела на Киллиана. Он сидел напротив, задумчивый, напряженный, будто внутри него все еще бесновалась та самая буря из кабинета. Его пальцы были сжаты в кулак, а взгляд устремлен в пустоту. Он защищал меня. Рисковал ради меня. Ради женщины, которой я не была.

Арабелла бы знала, что делать. А я?

Все внутри меня сжалось.

Если правда выйдет наружу, он увидит во мне обманщицу. Самозванку. Ту, что заняла чужое тело, чужое место, чужую жизнь. Даже если я не просила об этом. Даже если не хотела этого.

Он не простит.

Эта мысль причиняла боль, была липкой и холодной, как тень, что смотрела на меня в зале Совета. Я снова почувствовала тот взгляд. Казалось, будто кто-то следил не только за телом, но и за тайной, которую я носила в себе.

В голове набатом гремели мысли: «Если они узнают… если Совет узнает… если Киллиан узнает…»

Я сильнее сжала пальцы, стараясь не выдать дрожь. Но Киллиан все равно это заметил.

– Замерзла? – тихо спросил он, наклоняясь ко мне.

Я покачала головой.

– Просто устала, – уклончиво ответила я.

Он не стал настаивать. Лишь придвинулся ближе и накинул мне на плечи свой плащ. От этого жеста во рту стало горько.

Не привязывайся. Не смей! Он не твой.

Экипаж качнулся на повороте. Я закрыла глаза, сделала глубокий вдох и прикусила губу.

Пока я молчу – все в порядке.

Пока я Арабелла – Киллиан рядом.

Пока правда внутри – она только моя.

Но кто знает, сколько еще я смогу скрывать свое иномирское происхождение.