Глава 34

Гридиан взял в руки бумагу. Я заглянула ему через плечо и тоже стала читать. Почерк определенно принадлежал Альмейде. Это был то ли черновик письма, то ли просто испорченное письмо:

"Здравствуй, дорогая Круанна! Прости, что на время забыла о тебе. Скоро многое изменится, и я смогу принять тебя в своем дворце"

Все, дальше текст обрывался.

— В своем дворце? — ухмыльнулся Гридиан и задумчиво перевернул лист.

На обратной стороне обнаружился некий список. Бросалось в глаза, что в первой строке была любовно выведена каждая буква:

"Двор ее величества Альмейды Нэлдимор"

Ниже шел перечень имен и должностей:

"Принц-консорт — Улиар Реглун

Первый советник — Тариас Элькона

Второй советник — Агидар Элькона —???

Глава королевского совета — Велиар Элькона

Казначей — Эделькан Элькона

Верховный судья — Дартилис Элькона

Маршал — Гордиус Элькона

Глава королевской канцелярии — Меллиор Райнит

Хранитель королевской печати — Труар Брантола

Камергер — Тэаран Берревиль

Мажордом — Иркен Акенвиш —???

Первая фрейлина — Круанна Райнит"

— Кто такой Улиар Реглун? — спросила я.

— Бывший хранитель печати, — брезгливо бросил Даннэр.

— То есть, Альмейда действительно готовила покушение на вас и даже уже начала составлять список своего будущего двора, — пробормотала я, чувствуя, как от волнения начинает кружиться голова.

— Кстати, сдается мне, что Тариас даже не ведал о заговоре, который готовила его горячо любимая дочь, — сказал принц. — Отца Круанны он не то, что главой канцелярии не назначил бы — во дворец не пустил бы! И своего троюродного брата он числит бездарным в военном деле, потому никогда не дал бы ему должность маршала.

— Где ты это взял? — поинтересовался Гридиан.

— Нашел в вещах хранителя, которые он приготовил к отъезду, — ответил Даннэр.

— В потайном отделении сундука. Кстати, этот неудавшийся консорт поставил на тайник такую хитроумную защиту, что я часа три ее снимал.

— Хм… принц-консорт, — презрительно усмехнулся Гридиан, перечитывая имена альмейдиных придворных. — Гляди, как подстраховался. Умыкнул этот список, чтобы потом, в случае чего, шантажировать им любовницу.

— Да, — кивнул Даннэр. — Без этой бумажки Альмейда после восхождения на престол вполне могла оставить его хранителем печати. А себе подыскала бы более перспективного мужа.

— Тянет на смертный приговор, — констатировал король.

— Причем обоим, — добавил Даннэр.

— Минуточку, — вклинилась я в разговор. — Может, я чего-то не понимаю, но где тут хорошие новости?

— Так вот они, — Даннэр взял у брата лист. — Я думаю, этого достаточно, чтобы поставить Тариаса перед выбором: жизнь одной дочери или брак другой.

Через меня будто разряд тока пропустили. У нас с Даннэром появился шанс! И почему мне самой не пришло в голову рассматривать список Альмейды в таком контексте? Да ладно, какая разница! Главное, что замерцал свет в конце тоннеля.

Но нет, нельзя так радоваться раньше времени! Вдруг Тариасу плевать на Альмейду?

— Ребята, вы уверены, что ее отец согласится? — взволнованно заговорила я, схватив обоих братьев за руки.

— Даже если вдруг окажется, что он способен отправить на эшафот родную дочь, то репутацию клана уж точно под удар не подставит, — сказал Гридиан, презрительно скривив губы.

— Никуда он не денется, — твердо заявил Даннэр.

Внутри меня все бурлило, кипело — странно, что пар из ушей не шел. Хотелось, чтобы ситуация окончательно прояснилась сию секунду. Я просто сойду с ума, пока все находится в подвешенном состоянии.

— Сейчас же отправлю гонца к Элькона, — решил король, словно прочитав мои мысли.

— И когда, Даннэр, ты это нашел?! — меня вдруг осенило, что отыскать данный список после испытания у принца просто не было времени.

— Вчера, — лаконично ответил тот.

— И ты… ты… — моему возмущению не было предела. Слова застревали в горле.

— Я не хотел слишком волновать тебя перед испытанием, — Даннэр положил руку мне на плечо и заглянул в глаза. — Это могло навредить не только тебе, но и всем нам.

— Он прав, — кивнул Гридиан.

— Ну, не знаю, — я развела руками. Аргумент, конечно, убедительный, но все-таки меня задело, что Даннэр решился скрыть от меня столь судьбоносную информацию. — Я бы, наверное, не удержалась. Хотя кто его знает…

На этом мы разошлись. Точнее сказать, Даннэр остался в кабинете, а я с Гридианом отправилась в королевскую канцелярию. Как говорится, развод и девичья фамилия.

Король был мрачен и неразговорчив. Он уже поставил крест на своих надеждах, но я видела, что ему безумно тяжело разрывать этот брак.

Когда выводила на документе свою подпись, мне казалось, что я процарапываю ее на сердце Гридиана. Уверена, в этот момент он чувствовал что-то подобное. Но ничего поделаешь — он знал, на что шел.

Подписав документ, я уединилась в своих покоях, где для меня была приготовлена ванна. Лежала в ней часа полтора, то и дело прося служанку подлить горячей воды. И не зря я так много времени уделила водным процедурам — когда вышла, ощутила легкость не только в теле, но и в душе.

На это мое состояние Даннэр пришел как рыба на наживку. Застыл в дверях на несколько секунд, то ли наслаждая мной, то ли даря мне возможность насладиться собой. У него тоже были не до конца высохшие волосы, а рубашка расстегнута не, как обычно, на две пуговицы, а на три. И если бы меня сейчас спросили, как, на мой взгляд, выглядит идеальный сексуальный мужчина, я бы без раздумий указала на стоявшего в дверях Дан нэра.

Кажется, я прочитала в его глазах ту же мысль, только наоборот. От этого по коже побежали мурашки.

Принц подошел ко мне и провел пальцами по щекам.

— Как ты? — спросил он, погружая меня в пучину своих карих глаз.

— А как, по-твоему, может чувствовать себя разведенная женщина? — спросила я, старательно сдерживая улыбку.

— Думаю, свободно, — принц положил ладонь мне на талию и притянул к себе.

— Даннэр, любовь моя, но ведь еще ничего не решено, — прошептала я, тая в его объятиях. — Вдруг Элькона…

— Ника, для себя я давно все решил, — не дал мне договорить принц. — Ты моя, и я не завидую тому, кто осмелится встать между нами.

Даннэр оглянулся и присел на край стола. Теперь наши лица оказались примерно на одном уровне.

Я снова очутилась в тисках его сильных рук. Только сейчас они казались какими-то уж слишком горячими. Впрочем, не удивительно — тот пожар, что полыхал в глазах Даннэра, мог за секунду наполнить огнем все его тело.

— Ты дверь запер? — спросила я, поглаживая его плечи.

— Сразу как вошел, — улыбнулся принц. — На магический замок.

— То есть, ты явился сюда уже с конкретной целью? — я наигранно нахмурилась сквозь улыбку.

— Ты только сейчас об этом догадалась? — столь же наигранно спросил Даннэр.

Такая непринужденная ласковая болтовня полушепотом добавляла возбуждения. Но мой принц почему-то решил, что особо увлекаться ею не стоит.

Он впился в мои губы сумасшедшим поцелуем. Мы настолько изголодались за эти дни, что полностью растворились в этом слиянии.

Мои ладони жадно ласкали его плечи, шею, зарывались в волосы. Потом загуляли по спине. Как же мешает рубашка! Хотелось вцепиться в нее ногтями и разорвать, чтобы в полной мере насладиться рельефом его мышц.

Принца тоже раздражал мой халат, и он, не стесняясь, практически одним движением избавил меня от него. Похоже, не ожидал увидеть меня после купальни в нижнем белье. Я и сама не понимаю, что стукнуло в голову его надеть. Что ж, в этом тоже есть изюминка, тем более, что Даннэра неожиданное препятствие еще больше распалило.

Короткий, но выразительный разговор взглядами, и мужчина вновь овладел моими губами. Его руки при этом знакомились с моим телом, не желая пропускать ни одного участка, не защищенного трусиками и бюстгальтером.

Нет, так нечестно! Не отрываясь от его губ, я стала расстегивать пуговицы на рубашке. Пальцы не слушались, срывались. Но я справилась. Стащила с него рубашку. Ох!

Скользнула ладонями по его груди. Вниз, потом вверх. Провела пальцами по плечам, оглаживая каждый изгиб мышц. Боже, неужели это все мое!

Прильнула к его шее и стала покрывать поцелуями, двигаясь к уху. С губ Даннэра сорвался стон. Его руки скользнули по моей спине. В тот же момент бюстгальтер безвольно повис на плечах. Но он все равно мешает. Я с трудом оторвалась от шеи мужчины и отогнулась назад. Лишний предмет одежды тут же отлетел в сторону.

Держа меня за талию, Даннэр пожирал глазами мою грудь. Дыхание его учащалось с каждой секундой.

Ну же! Хочешь довести меня до исступления?!

Наконец его ладони поднялись по моим бокам, очертили груди, слегка сжали их. Большие пальцы коснулись вершинок, стали их тщательно изучать. Меня затрясло. Даннэр подался вперед, и наши губы вновь сомкнулись. Это оказалось верхом блаженства — целоваться, когда тебя так ласкают. А ведь мы только начали!

Подхватив под бедра, Даннэр оторвал меня от пола и отнес на кровать. Аккуратно уложил на спину. Его руки проскользили вдоль моих ног… вместе с трусиками. Ненадолго задержавшись взглядом на сокровенном месте, он подался вперед и навис надо мной. Ой, я знаю, что он сейчас будет делать!

Да! Мужчина нагнулся к шее и подул на нее, разливая жар по всему телу. Не останавливаясь, проложил огненную дорожку к вершинке правой груди. Чувственные губы застыли буквально в паре миллиметров от нее.

Его самого била дрожь. Какую же нужно иметь выдержку, чтобы продолжать действовать столь изысканно? Нет — столь истязающе! Ибо еще секунда, и от раскаленного воздушного потока я полыхну, как сухой мох.

Но Даннэр поймал этот миг и не замедлил пустить в ход весь свой арсенал: губы, язык, пальцы. Он наслаждался моей грудью, как гурман, дорвавшийся до запретного лакомства. Я извивалась, выгибалась, терзала руками простынь, пальцами впивалась в его плечи и запускала их в волосы.

Неожиданно он оторвался от груди и тут же заглушил поцелуем мой требовательный стон. Но не успела я впитать вкус его губ, как взвыла, почувствовав горячие пальцы в ложбинке между ног. Там уже давно клокотал вулкан, готовый извергнуть лаву в любую секунду. А тут такое ласковое и в то же время настойчивое прикосновение!

Прорычав что-то невнятное, Даннэр стянул с себя штаны. Я застонала, увидев его боевую готовность.

Подхватив ладонью под ягодицы, он немного приподнял меня, но сразу входить не стал. Лишь коснулся слегка.

— Даннэр! — прохрипела я и подалась ему навстречу.

Еще пара разрывающих душу секунд, и он плавно скользнул в меня. Несколько ритмичных движений, а потом лицо Даннэра поплыло перед глазами. Наслаждение прошило меня насквозь, мозг отключился.

Через какое-то время способность мыслить вернулась… только надолго ли? Расслабленное тело вновь напряглось. Я немного выгнулась — показалось, что Даннэру так будет удобнее. Он оценил это и чуть-чуть нарастил темп. Шептал что- то, смотрел мне в глаза, ласкал грудь, живот, плечи.

Внезапно его взгляд словно бы помутнел и сконцентрировался в одной точке.

Тут же почувствовала, как и на меня накатывает новая волна. Дыхание срывалось в стоны. И у меня, и у него.

Даннэр резко остановился, и мир вокруг замер. А спустя мгновение я ощутила его первый сильный толчок. Искра в пороховую бочку! В следующий миг по моему телу прокатилась сладкая взрывная волна, а Даннэр энергично задвигался, наполняя меня мужской силой.

Я снова выпала в некое междумирье…

Он вернул меня в реальность, начав покрывать грудь, а затем шею прохладными поцелуями. Я ласково водила руками по его спине, зарывалась в волосы и благодарно целовала куда придется.

Нехотя выйдя из меня, он пристроился сбоку. Повернулась к нему. Дико захотелось почувствовать вкус его губ. И наши желания совпали, что характерно.

— Тебе понравилось со мной? — шепотом спросила его в перерыве между поцелуями.

Принц состроил хитрую мину и лег на спину.

— Ну, если не считать… — он начал загибать пальцы, определенно перебирая в уме какие-то имена.

Я чуть не задохнулась от возмущения.

— Даннэр! — я нависла над ним и сдавила руками его горло.

— Если не считать моих снов с твоим участием, — напрягши шею, прохрипел он, — это был, безусловно, лучший секс в моей жизни.

— То есть в снах я тебе нравлюсь больше? — придушила его чуть сильнее.

— Ну, не то, чтобы больше… но ты, бывает, там такое вытворяешь!..

Одним движением Даннэр отцепил мои руки от своей шеи и перекатился, оказавшись сверху. Начал ласково целовать меня за ухом.

Желание разгорелось с сумасшедшей скоростью.

— Вытворяю, говоришь?.. — я слегка надавила ладонью ему на плечо.

Очевидно, угадав мои мысли, Даннэр охотно откинулся обратно на спину. А я вскочила с подушек и села верхом ему на живот. С наслаждением ощутила под собой стальные кубики пресса.

Опустив голову, стала водить кончиками волос по его груди.

Даннэр протяжно застонал.

Склонилась к его лицу, обжигая горячим дыханием. И одновременно нащупала уже давно готовое к бою орудие…

***

Гонец доложил, что родственники Альмейды приедут к двум часам дня. Я спрашивала себя, доживу ли до этого времени, но не находила ответа. Тревога накатывала сначала волнами, потом захлестнула с головой. Я не понимала, что это было — предчувствие или просто страх.

Даннэр не отходил от меня ни на шаг, успокаивал как мог. Советовал отвлечься. Например, вспомнить, как мы вчера наслаждались друг другом. Согласна, там воспоминаний не то, что до обеда — на годы вперед. Но сейчас мне в голову не лезло ничего, кроме договора, на котором черным по белому было написано, что Даннэр обязан жениться на Элисии Элькона.

Впрочем, развеяться мне все же пришлось. В полдень Гридиан пригласил меня и Даннэра в свой кабинет. Дождавшись нас, он вышел и вскоре вернулся с Альмейдой.

Экс-королева была мрачнее тучи и всем своим видом демонстрировала, как мы ее достали.

— Что, опять начнете взывать к моей несчастной памяти? — спросила она, обведя нас усталым взглядом.

— Нет, дорогая, — слово "дорогая" Гридиан произнес тоном, больше подходившим к слову "ледяная". — Сегодня будем взывать исключительно к твоему разуму.

С этими словами он протянул бывшей жене королевский приказ.

— Если не прекратишь спектакль, приговор будет приведен в исполнение сегодня же, — жестко сказал он.

Альмейда пробежалась глазами по тексту. Взгляд ее потух, руки затряслись.

— Смертный приговор? — выдавила она. — Мне? Но за что?!

— За подготовку государственного переворота.

— Что? — Альмейда сощурилась так, словно пыталась что-то рассмотреть сквозь туман.

— Узнаешь? — король показал ей список придворных.

— И ты воспринял это всерьез? — картинно рассмеялась Альмейда, глянув на бумагу. — Неужели молодая девушка не имеет права помечтать?

— Признала-таки свою писульку, — потер руки Даннэр.

Бывшая королева обиженно замолчала. Или решила подождать, не выложим ли мы еще какой-нибудь козырь?

— Это все Улиар задумал, — сказала вдруг она, глядя куда-то в сторону. Но тут же спохватилась и добавила, невинно улыбаясь: — В смысле, хранитель печати.

— Только не говори, что этот список ты составляла под его диктовку, — произнес Гридиан.

— Нет, — помотала головой Альмейда. — Однажды он спросил меня, каким бы я видела свой двор, если бы была правящей королевой.

— Однажды — это лежа в постели? — уточнил Даннэр.

Альмейда закатила глаза.

— Это так важно? — раздраженно спросила она принца, скользнув при этом взглядом по Гридиану.

— Нет, — улыбнулся принц. — Просто, как наяву представил.

— В общем, я сказала ему, что никогда об этом не задумывалась, — вернулась к основной теме Альмейда. — Потом решила, что это все же забавно — составить список своих придворных. Ну и… составила.

— На обратной стороне письма, где прямым текстом написано, что ты собираешься пригласить подругу в свой собственный дворец, — заметил Гридиан.

— Фантазия разошлась, — усмехнулась Альмейда.

— И с чего это хранителю подобные мысли в голову полезли? — театрально задумался вслух Даннэр.

— Понятия не имею.

— Ну и последний вопрос на откровенность, — Гридиан пристально посмотрел Альмейде в глаза. — Что ты хотела скрыть от дракона?

— Разве непонятно? — та вскинула бровь. — Свою неверность тебе.

— Что ж, память на месте, — резюмировал король. — Осталось провести магический допрос.

— Это с какой такой стати? — возмутилась Альмейда, гневно вскинув руки.

— Чтобы убедиться в том, что ты лжешь, — сказал Гридиан и добавил с ухмылкой:

— Разве непонятно?

— Как же я вас всех ненавижу! — сквозь зубы процедила бывшая королева.

— Единственное твое правдивое заявление, — съязвил Даннэр.

Гридиан начал магическое дознание. Собственно, он повторил все, что спрашивал до этого, разве что расширил список вопросов. Альмейда продолжала нагло врать, видимо, решив, что смертный приговор ей не грозит, так как главное требование она выполнила — признала, что с памятью у нее все в порядке.

Да, именно она, а не хранитель печати, замышляла покушение на Гридиана с Даннэром и желала стать единоличным правителем Элгара. А с помощью артефакта рассчитывала скрыть от дракона как раз-таки свое стремление убить короля.

Одним словом, с ней все было ясно. Ох, не знаю, казнил бы ее Гридиан или нет, если бы не договор о браке Даннэра. Честно говоря, даже думать об этом не хотелось.

Родственники Альмейды приехали всем семейством. Судя по торжествующему блеску в глазах, они явно настроились на обсуждение деталей свадьбы Даннэра и Элисии. Исключение составляла Найяна, хранившая, как обычно, меланхоличный вид.

Гридиан пригласил гостей в зал для приема делегаций. Тариаса такой выбор места встречи заметно насторожил. Напрягало его и мое присутствие.

Я же не чувствовала под собой пола. Альмейдины родственники плыли перед глазами. Сердце так ухало в груди, что, казалось, его слышат все.

Держаться! Не падать духом!

Гридиан без лишних церемоний изложил семейству Элькона суть дела.

Тариас слушал с каменным лицом, и лишь глаза его леденели все сильнее и сильнее. Изучил список придворных злым взглядом. Потом взял лист со смертным приговором Альмейде, который чуть не выпал у него из рук.

— Но я готов порвать этот приказ в обмен на разрыв брачного договора, — произнес Гридиан.

Тариас застыл мраморным изваянием. Такой же бледный, почти белый. В глазах шла работа мысли — словно доллары у Скруджа МакДака щелкали. Прикидывает, нужна ли ему вообще опозоренная дочь? Ее теперь не то, что с выгодой замуж не выдашь — вовсе ни к кому не пристроишь.

Мне казалось, что сердце в груди отсчитывает последние удары…