Глава 17

Время застыло, словно решив не шевелиться лишний раз. Оно не остановилось полностью. Но будто превратилось в нечто осязаемое. Что можно потрогать руками и заставить замедлиться.

Я вяло провела взглядом по окружающим и убедилась, что они чувствуют то же, что и я. Так же, как и скукожившиеся вдруг раптусы. И я их неплохо понимала, потому что мне и самой захотелось стряхнуть с себя давящую волну силы, которой повеяло от Торина.

Я и не знала, что Драконы так умеют. Превращать пространство в вибрирующую патоку, требующую подчиниться сильнейшему.

Находилась я, безусловно, в несколько неадекватном состоянии из-за применения незнакомой мне энергии и ввиду близости клыкастых рептилий. Однако насколько я могла судить, сослуживцы Торина не были потрясены его необычным даром. Они лишь сжали челюсти и напряглись всем телом, наверное, стремясь максимально сохранить самообладание при этой демонстрации астрального дара.

Так что вывод напрашивался сам собой, они были приучены переносить подобные удары своего командира.

Только на выдержке Бальтазара всплеск магии никак не отразился. Он продолжал сохранять расслабленную позу. И даже ухитрился вопросительно приподнять рыжую бровь. Да вот только пульсирующая венка на его шее откровенно подсказывала мне, что и для Рыжего Дракона эта «заморозка» времени и пространства не проходит бесследно.

Наконец, я смогла пересилить слабость в суставах и принять руку Торина. Он сжал ее, в ту же секунду резко притянув меня к себе. Так молниеносно, что от неожиданности я не успела вовремя притормозить и буквально впечаталась в его каменный корпус.

И время сдвинулось с мертвой точки.

— Не разобрались с принципами воздействия «десницы власти», говоришь? — резанул холодом тембр Бальтазара. Повернув лицо в направлении которого, я была поймана в проницательный плен его глаз.

Конечно, я тут же отстранилась от Торина. Но, боюсь, от Рыжего командора, не укрылось, как нехотя убрал руки мой знакомый Дракон. И как до того комфортно, без малейшего стеснения билось моё сердце в нескольких сантиметрах от его.

— Мои способности никоим образом не связаны с артефактом Древних, — ответил Бальтазару низкий раскатистый голос Торина. — Я полагал, Вы собираете полную информацию о спец.отрядах, направленных в тыл врага. Поразительно, что данные о моем даре, открывшемся еще в годы учебы в Академии, остались Вами не замеченными.

Это был еще один камушек в огород Рыжего, «брошенный» Торином с абсолютно неподвижной мимикой. Будто он делал скучный доклад, а не кромсал самолюбие старшего по званию.

Но Бальтазар тоже был не промах. Его умению владеть собой реально можно было лишь позавидовать. Рыжий командор стиснул челюсти и всего на короткий миг свел брови на переносице. Но эта реакция исчезла, едва проявившись. Как вдруг черты его лица разгладились. Так, словно Бальтазар что-то неожиданно понял.

— Тем более, что артефакта больше и нет в лагере, не так ли? — внезапно хохотнул он, покачав головой с огненной шевелюрой. — А я всё думал, почему в воздухе не пахнет переизбытком магии! И внутренние силы не колышет от помех. Есть всего два варианта ответа на этот вопрос, — стал взор Бальтазара по-настоящему хищным, когда он охватил им сразу нас обоих. — Либо «десница власти» достаточно далеко, и поэтому ты, командор Торин, легко используешь свой дар, не опасаясь фейерверка избыточной энергии. Либо кто-то этот артефакт уже подчинил своей воле. И остальным остерегаться нечего. Разве что того, что этот некто, — пронзил он меня своими колючими очами, — решит вдруг присвоить себе корону Амареза и перекроить историю.

«Вполне себе в духе Алатара», — передернуло меня от спазмов в желудке, когда я представила себе мужа, заполучившего столько неограниченной мощи.

— Она тут ни при чем, — едва заметное движение вперед, и я вновь очутилась за массивным разворотом плеч Торина. — Как мы все читали в той выцветшей от времени рукописи, «десница власти» дает неисчерпаемую силу лишь тому, в чьих жилах течет кровь Феникса. Мы же не будем страдать чушью, вроде той, будто вымершие создания ожили. А Эльфы, способствовавшие их истреблению, обзавелись союзником-фениксом? — заставили слова Дракон призадуматься всех, включая Рыжего.

— В этих рассуждениях есть смысл, — скривился Бальтазар. — Однако ты так и не представил нам свою очаровательную спутницу, — уперся он в меня глазами.

Торин отчего-то не торопился нас знакомить. И я перехватила инициативу:

— Я Нина, жена Светлого лорда Алатара. Сбежавшая жена, — горько усмехнулась, продолжив говорить: — И уверена, что смогу быть Вам полезной, — ответила я, пытаясь расположить к себе начальника разведки.

Даже имя Алатара выдала без всяких просьб и давления. Хотя, чего скрывать, я наслаждалась тем, что можно так легко осуществлять пускай и маленькую,но месть — везде и всем называя тайное имя Светлого лорда. Да я всему Амарезу его растрезвоню, если буду уверена, что так ослаблю бывшего!

Торин был зол. Я прям кожей ощущала, что в нем полыхает гнев. Глаза сузились, ноздри оттопырились, а на скулах заиграли желваки. Он даже на Рыжего смотрел с меньшей яростью, чем на меня сейчас.

«А что такого? Я просто познакомилась с твоим начальником, — мысленно адресовала я Торину, хотя он не мог меня слышать. — Не понравилось, что твоя добыча голос подала без разрешения? Ну, так привыкай. Я под тебя прогибаться не собираюсь!»

«Только то, что ты об этом абсолютно точно пожалеешь!» — полыхал на меня взором Дракон, пусть и знал, что я не умею читать мыслей.

Но наш вероятный диалог был прерван Рыжим командиром:

— Где ты достал этот ценный ресурс? — взлетели вверх его огненные брови, когда Бальтазар воззрился на расхитителя-моих-нервных-клеток.

— Ресурс?! — моментально отреагировала я на такое пренебрежение.

Однако моя реплика растаяла в дискуссии командоров. Они даже не потрудились посмотреть на меня, продолжив свои разбирательства.

— Она сама меня достала! — буркнул Торин, но, поймав, взгляд Рыжего, вспыхнувший еще большим любопытством, поспешил исправиться. — В том смысле, что сама же и бросилась ко мне…

— Что?!! — теперь еще и я прожигала в нем дыру. Но Торину это нисколько не помешало завершить фразу:

— … в объятия. Мне же оставалось лишь оценить стоимость находки, — мстительно сверкнула в меня зелень драконьих глаз.

— О-о! Так то, что говорят об Эльфийках, правда? — мечтательно протянул смазливый шатен из отряда Торина. — Они настолько неудовлетворены и голодны из-за… вялости своих женоподобных супругов, — заложив руки в карманы брюк, недвусмысленно подался он вперед пряжкой ремня, — что готовы зачаровать любого подвернувшегося мужика!

И все, кто стоял поближе, начали приглядываться ко мне с похотливым интересом.

Странное было ощущение. Будто с меня сполз полог, только что явив глазам всех этих мужчин. До этой минуты Драконы как-то не акцентировали внимание на том, что перед ними обворожительная Эльфийка.

Это еще что такое?! Тоже какая-то магия? Торин в отместку за мою самодеятельность снял с меня какие-то защитные чары?

«Ах ты, злопамятный го… пукнюк!» — сцепила я зубы, чтобы не накинуться на Торина при всех. Причем с четкими членовредительскими намерениями!

— И где же наблюдается этот чудесный эльфопад редкостных красавиц? — чуть ли не облизнулся Бальтазар, окидывая меня до обжигающего жарким взглядом.

«Да что происходит?!» — невольно придвинулась я поближе к Торину, на что тот только насмешливо скривил губы.

— Где-то между небом и землей, — ответил он Рыжему, видно, закодировав так наше эпичное пике на грифоне. — На тонкой грани между жизнью и смертью. Тебе там не понравится, — цокнул он языком, глядя на Бальтазара.

— Да ты романтик, Торин! — встряла тут я.

Но меня снова проигнорировали. Все.

— То, что она жмется к тебе, еще не значит, что трофей использовал своё право выбора, — чуть помешкав, возразил Рыжий командор.

— Да Вы уж определитесь, трофей я либо ресурс! — с раздражением зафырчала я на Рыжего босса.

Однако он лишь глянул на меня, как на забавную зверушку и продолжил нести несусветную чушь:

— Лагерь военный. Есть командиры и задания, — сделал Бальтазар многозначительную паузу, давая всем возможность понять, куда он клонит. — По Кодексу мы можем объявить ее общей. Либо свободной и начать…

— Нет! — рыкнул Торин, опустив мне на талию тяжелую ладонь. Такую горячую, что, казалось, платье моё сейчас задымится.

Теперь я остро ощущала, как он напряжен. Как выпрямилась из без того ровная спина. Окаменели мышцы. А взор стал пугающе агрессивным.