Глава 38

 Куст замирает. И как взревёт скрипучим кошачьим басом:

– Лерочка! Это я! Твой Малыш!

Ветки раздвигаются, из них высовывается огромная клыкастая рогатая белая голова. Охранники вскидывают оружие.

– Не стреляйте, я же милый котик! – Чудовище хлопает абсолютно чёрными глазами.

Морда и правда почти кошачья…

– Повелитель? – неуверенно уточняю я.

– Да, золотце, я самый. – Он поднимается, окончательно сбрасывая с себя ветки. Размером «котик» с сенбернара. – Медвежатину свою отзови.

На шести его лапах когти по двадцать сантиметров каждый. Если бы не видела, как он однажды превратился в монстра с помощью иллюзии, пожалуй, испугалась бы.

– А ты можешь принять нормальный вид? – чуть отодвигаю гвардейца. – Ты головой-то думаешь? В таком облике подходить к охране. А ночью я, пожалуй, тебя бы жахнула чем-нибудь с перепугу.

– Вы все иномирянки такие злые, да? – Повелитель патетично хватается за грудь двумя верхними лапами. – Лишь бы обидеть такого милого меня.

– Какие другие иномирянки?

Прижав уши, Повелитель невинно хлопает глазами:

– Никакие, ты моя единственная любовь на все времена, я ни с кем тебе не изменял и даже не думал. Поговорить надо.

– Всё в порядке, этот страшный облик – иллюзия, – поясняю я охранникам и прохожу мимо них, говоря уже Повелителю: – В нормальном виде никаких проблем бы не возникло. Так о чём ты хотел поговорить? Надеюсь, не…

Гвардейцы вновь встают между нами.

– Леди Валерия, на территории академии, кроме специальных тренировочных залов, нельзя накладывать иллюзии, защитные чары этого не позволяют.

– Но я же видела, как этот кот накладывал на себя иллюзию прямо на территории академии.

– Это невозможно, – повторяет один из гвардейцев.

– Но я же видела…

Повелитель пятится.

Я действительно видела его в виде иллюзии, и Эзалон говорил, что страшный облик Повелителя, когда тот украл ложечку ректора, иллюзия, и ни разу в этом не усомнился.

– И давно здесь нельзя использовать иллюзии? – спрашиваю я, хотя, кажется, что-то такое слышала…

– Никогда нельзя, это правило академии драконов: никаких иллюзий. На всей территории стоит специальная защита.

– Да нет здесь антииллюзорной защиты сейчас, – бормочет пятящийся Повелитель, – клык даю, что нет.

– Леди Валерия, – строже произносит гвардеец. – Мы не можем допустить вашего контакта с этим неизвестным существом.

– Это я неизвестный? – Повелитель встаёт на задние лапы и стучит по груди четырьмя передними. – Я – повелитель Шаантарэн! Да я… я… Да почему вы эту лошадь мохнатую, это чудище громадное, которое страшнее меня, не трогаете, а на меня оружие поднимаете?!

Он указывает громадным когтем в сторону. Поворачиваюсь: Пушинка невинно хлопает ресничками.

– Мур? – Она кокетливо склоняет голову и покачивает хвостом.

– Кота я изображаю! – взвизгивает Повелитель и тоже хлопает ресницами. – Лерочка, прелесть моя, давай всё обсудим спокойно, без этих больших и вооружённых лбов.

– Леди Валерия, мы не можем…

– О чём ты хочешь поговорить? – спрашиваю я.

– Мм, это лучше не обсуждать с гвардейцами. Но поверь, это в твоих интересах, девочка.

– Тема разговора? – жёстче спрашиваю я.

– Отмени свадьбу.

Нам нужна эта свадьба.

– Лера! – Повелитель помахивает семи хвостами. – Давай романтишный вариант: дракон бросает тебя на спину, и вы улетаете брачеваться без всяких массовых сборов.

Нам нужна эта свадьба.

– Лерка, ну чего ты молчишь? Сама подумай, зачем откладывать, а?

Нам нужна эта свадьба.

– Нам нужна эта свадьба, – произношу я. – Это не обсуждается.

– Лерка, – стонет Повелитель и качает головой. – Да ты подумай, ну…

Развернувшись на каблуках, продолжаю путь к корпусу боевых магов. Окутанные бронёй гвардейцы шагают рядом, создав практически неприступный круг. Повелитель бежит следом, пытаясь соблазнить перспективой романтичного побега влюблённых сразу в брачные две недели, но я-то знаю: нам нужна эта свадьба. Нам нужна эта свадьба. Нам нужна эта свадьба. И это знание заглушает все нелепые предложения.

В корпусе боевых магов тихо, в залах никого нет. Дарион сидит в кабинете и точит мечи.

– Добрый день, – приветствую с порога.

– Добрый, – мрачно отзывается Дарион.

– А где парни? Я хотела передать им приглашения на свадьбу… – Опускаю взгляд. – К сожалению, вас мне пригласить так и не разрешили.

– Я и не рассчитывал, что у тебя получится меня пригласить. – Дарион, прищурившись, проверяет заточку лезвия. – Приглашения я передам, можешь оставить.

– Это замечательно, спасибо. И ещё раз простите, что так вышло с вами. – Поспешно вытаскиваю из сумки золотые конверты.

– Иного не ожидал. – Дарион пристально смотрит мне в глаза. – А теперь скажи, что ты думаешь о Заранее?

Память наполняется образами: Заранея улыбается, касается моих рук, Заранея ведёт меня по дворцу, рассказывая о подготовке к свадьбе, Заранея благодарит за эту свадьбу, лучезарно улыбается, её светящиеся глаза, нежный голос…

Улыбка расцветает на губах, меня будто снова окутывает светом императрицы:

– Она замечательная.

Тяжело вздохнув, Дарион кивает и, отложив один меч, берётся за второй:

– Понятно. Я передам приглашения.

– Спасибо… У вас ведь парное оружие, да?

– Да. Ты со своим уже разговаривала?

– Нет, как-то не до этого было…

– И не говори пока.

– Но почему?

– Ты пока не в том состоянии, чтобы им пользоваться. Как наставник рекомендую подождать.

– Л-ладно… Всего хорошего. И ещё раз извините, что не могу пригласить.

– Это не в твоей власти, Валерия, поэтому я не в обиде.

Разговор с Дарионом оставляет тревожный осадок. Возможно, мне так кажется из-за стыда за то, что не могу его пригласить? Или из-за того, что знаю, он влюблён в прекрасную Заранею? Может, он надеялся на приглашение и встречу с ней?

Задумавшись об этом, я почти не обращаю внимания на тех, с кем здороваюсь по пути к кабинету Эзалона.

Профессор с улыбкой приветствует меня. Я вытаскиваю из сумки золотой конверт. Сладкий запах духов Заранеи тянется за ним. С удовольствием вдыхаю его и кладу приглашения на край стола.

– Приходите ко мне на свадьбу.

Эзалон быстрым движением притягивает конверт и тоже вдыхает аромат. Глаза профессора темнеют, он улыбается шире:

– Валерия, а кого ты ещё собираешься пригласить? И кого уже пригласила?

– Нику, Тарлона и остальных боевых магов. Собираюсь ещё миссис Клэренс и Огнада, профессора Санаду и ректора Дегона. Ректору, возможно, передадите приглашение вы?

– Я и Санаду приглашение передам. Он сейчас на занятиях, не стоит его отвлекать. И Огнаду с Клэренс тоже.

– Хорошо, спасибо за помощь. – Вытаскиваю ещё три конверта, они тоже сладко пахнут, в отличие от тех, что предназначались моим одногруппникам.

– Спасибо, что из преподавателей зашла ко мне первому, это очень… приятно. – Он снова улыбается.

Выходя из кабинета, через метку передаю Арендару, что дела в академии закончены.

Грусть сжимает сердце, наворачиваются слёзы: вряд ли Арендар отпустит меня учиться. Заканчивается студенчество и теперь впереди семейная жизнь, всякие придворные дела, встречи с послами… Столько лет я мечтала об институте, а провела в нём неделю и попала в другой мир. Но и здесь училась всего три месяца и замуж выскакиваю. Не складывается у меня с учёбой.

В приступе ностальгической тоски оглядываюсь по сторонам: учебные корпусы в готическом стиле, а резиденции для высокородных студентов – в стиле барокко. Помятые газоны, чуть неровные дорожки, каменные плиты там, где недавно были курганы над древними склепами драконов… академия изменилась с того дня, как я впервые попала сюда. Я не получила всех знаний, которые она могла дать, не пережила всех эмоций, которые даёт обучение чему-то интересному и получение полного образования, а уже пора уходить.

Возле ворот маячит Повелитель, машет четырьмя лапами:

– Лера, Лерочка, побег с любимым – это так романтично!

Охранники вновь окутываются бронёй.

– Оиии! Оиии! – подпрыгивает Пушинка и бросается вперёд. – Оииии!

Сквозь ворота проходит Арендар, и Повелитель кричит ему:

– Эй, дракон, хватай свою зазнобу и рви когти! Она сбежать собирается, я те правду говорю! Прямо со свадьбы! Хватай сейчас!

Пушинка бегает вокруг остановившегося Арендара, а тот пристально смотрит на меня. Гвардейцы расступаются, давая подойти к нему вплотную.

– О чём говорит эта жертва магических экспериментов? – строго интересуется Арендар.

– Сам ты эксперимент! – шипит Повелитель.

– Сбегать я точно не собираюсь. – Подхватываю Арендара под руку. – Ведь нам нужна эта свадьба.

Вслед несётся крик Повелителя:

– Да не вам эта свадьба нужна! Он же дракон! Обменяйтесь кровью и улетайте! Прямо сейчас!

Наши шаги эхом отдаются под сводами ворот. Уже за ними я поднимаю взгляд на Арендара, и его задумчивость меня смущает:

– Собираешься послушать его совета?

– Он предлагает очень соблазнительный вариант, – Арендар целует мою руку. – Но Заранея права, эта свадьба очень нам нужна.

Он надевает на моё запястье браслет с алыми камнями.

– Ментальный щит, – снова целует руку.

Я со стыдом вспоминаю, что прошлый его подарок с щитом где-то посеяла.

Пушинка обнимает обоих. Золотое пламя слизывает нас с площадки перед академией.

И вот снова передо мной мерцающий дворец. Навстречу идёт лучезарно улыбающаяся женщина, и в первый миг кажется, что это Заранея, но это не она.

– Ваше высочество, леди Валерия, – женщина, сделав реверанс, направляет на меня сияющий взор. – Я Милена, фрейлина её величества. Она попросила помочь вам подготовиться к обеду с прибывшими гостями.

– Милена, ты только вернулась из Озарана, и уже вся в делах, – усмехается Арендар и поглаживает меня по спине.

– Как же иначе, ваше высочество, – улыбается фрейлина. – Сейчас каждый должен исполнять свои обязанности, чтобы всё прошло по плану.

– Делегация из Озарана будет на свадьбе? – спрашивает Арендар, продолжая щекотно скользить пальцами по моей спине.

– Да, мне пришлось постараться, – Милена улыбается шире, – но, в конце концов, его величество счёл наши аргументы достаточно убедительными, чтобы явиться на торжество вместе с супругой и представителями правящих родов королевства.

Раздражение тем, что Арендар неотрывно смотрит на Милену, тает от её светлого взгляда. Она протягивает руку:

– Идёмте, леди Валерия.

От неё пахнет, как от Заранеи.

***

Пушинке разрешают везде меня сопровождать. Как и я, она рассматривает гостей, а гости, знакомясь со мной, косятся на неё. Драконы, эльфы, вампиры, человеческие маги – на каждом посверкивает магия: у кого-то на сердце, у кого-то на лице или руках. Разноцветные узоры. Даже у Арендара на щеке и шее теперь горит золотой орнамент. И когда гости подходят друг к другу, магические плетения сияют ярче.

Мне казалось, общаться с высокопоставленными существами будет трудно из-за малой осведомлённости об Эёране и них самих, но на завтраке и ужине с посиделками в гостиных благодаря Арендару, Заранее и её фрейлинам я избегаю углубления в малоизвестные темы. Императрица и такие же улыбчивые женщины ведут беседу в близком для меня русле: учёба, особенности мира без магии. Гости с радостью делятся впечатлениями о собственной жизни в академии, один эльф называет Эзалона пройдохой, как и Тарлон. Удивляются устройству моего мира и рассказывают, как с теми или иными вещами обстоят дела у них. И от демократии эти высокопоставленные существа почти в шоке, а старый дракон из рода земляных драконов Киарстен, тех самых, подаривших мне чудесную диадему с жёлтыми камнями, бормочет:

– Не в обиду избраннице Арендара будет сказано, но пришельцев из иных миров надо проверять на то, какие идеи бродят в их головах, а потом уже допускать к общению с подданными. Власть народа… это даже звучит нелепо.

– Но в мире нашей дорогой Валерии нет мудрых драконов, – с улыбкой напоминает Милена. – Так что, возможно, для них это идеальный вариант.

Посмотрев на фрейлину, старик смягчается:

– Может быть, может быть.

– Леди Милана, – произносит у неё над ухом архивампир, бессменный правитель Наэрского кантона, – не только драконы могут быть прекрасными правителями.

– Ах, простите, – она приседает в шутливом реверансе. – Как я могла забыть о том, что вы любите подслушивать?

Он лобызает её ручку.

– За это оскорбительное замечание вы должны мне танец.

– Я и так должна его за то, что вы согласились прибыть на свадьбу.

– Теперь вы должны мне два танца.

Меня гости на танцы не приглашают, как и Заранею, и других спутниц драконов – эти собственники подобных вольностей не допускают.

В подобных разговорах проходит день и вечер. И хотя я почти ничего не делаю, в отличие от императора и Арендара, постоянно уводящих гостей для решения тех или иных политических вопросов, голова гудит от множества имён и лиц, которые надо запомнить. Лишь приятный сладкий аромат, наполняющий все комнаты дворца, освежает и помогает бороться с усталостью.

Но всё же к восьми часам я просто валюсь с ног и крайне благодарна Арендару, что он в своей башне укладывает меня спать и прикрывает золотым крылом.

***

После завтрака Милана отводит меня на последнюю примерку платья. Оно изумительное: на длинном шлейфе и по низу подола сверкают чешуйки драгоценных камней, по лифу платья вьётся золотая цветочная вышивка. С распахнутыми золотыми крыльями смотрится ошеломляюще.

А дальше всё напоминает день сурка, только гостей теперь больше, и я вместе с Заранеей встречаю делегации у портальной площадки. Некоторые прибывают вместе с её лучезарно улыбающимися фрейлинами. Что удивительно: все эти женщины чудо как хороши, но с ними любезны не только мужчины, но и их жёны.

Являются Фламиры: тонконосый и высокомерный глава рода, – блондин, кончики длинных волос которого окрашены алым, – его не поднимающая взгляд темноволосая жена, двое заносчивых сыновей и Изольда. В лицо она мне не смотрит, но весь день я ощущаю на себе её пылающие гневом взгляды.

К вечеру император удостаивает меня похвалой:

– Ты держишься лучше, чем я ожидал.

– Я же говорил, отец, – Арендар обнимает меня за талию, – что Лера просто замечательная.

Император вздёргивает подбородок, в воздухе так и витает предчувствие ссоры.

– Совершенно правильно говорил, – появившаяся из-за его спины Заранея подхватывает императора под руку, и он сразу смягчается. – Все если не очарованы, то считают, что Валерия способна стать хорошей женой дракону. Завтра прибудут последние гости из тех, которые поселятся во дворце. Осталось продержаться ещё немного, а потом можно будет вздохнуть свободно и отпраздновать.

Она озорно подмигивает нам с Арендаром и уводит императора прочь.

– Как ловко она с ним управляется, – изумляюсь я, глядя на удаляющиеся громадную и миниатюрную фигуры венценосной четы.

– Да… – со странной интонацией тянет Арендар. – Очень ловко…

Под потолком срабатывает система вентиляции, овевая нас ароматным воздухом.

– Совсем немного до свадьбы осталось, – Арендар переплетает наши пальцы. – Потом ты от меня не убежишь.

– И не собираюсь, – выдавливаю я, а внутренности ухают куда-то вниз.

Снова накатывает паника, но потоки ароматного воздуха помогают успокоиться. Я оглядываю гостей. Элоранарр, не показывавшийся вчера, сегодня явился со своими драконицами. На лицах всех четырёх вьётся золотой узор, как у Арендара, только в узоре Элоранарра проскальзывает чёрные нити. И в целом он выглядит неважно.

– А где Халэнн? – интересуюсь я.

– Работает, наверное. Почему он тебя интересует? – У Арендара раздуваются ноздри и сверкают глаза.

– О, не волнуйся, – улыбаюсь я. – К Халэнн можешь не ревновать. Я просто привыкла видеть е-го вместе с Элоранарром.

Вместо ответа Арендар обхватывает меня за талию и прижимает к себе. Судя по равнодушию гостей, подобные вольности драконам позволены. Или только нетерпеливым будущим мужьям?

А может, никто просто не хочет спорить с драконищем, которому в лапы попала избранная?

***

Утром последнего дня перед свадьбой меня посещает крамольная мысль притвориться больной. Собственно, я почти больна от мандража.

В открытое окно задувает свежий ветерок, и я забираюсь под одеяло.

Арендар спрашивает из ванной:

– Что случилось?

– Страшно, – признаюсь я. – Вдруг я сделаю что-нибудь не так? У меня в голове каша из имён и лиц. Боюсь, кого-нибудь назову не так или ещё что-нибудь напутаю.

– Ойда, – фыркает Пушинка со специально принесённой для неё софы.

– Лера, ты очень хорошо держишься, а завтра… завтра мы можем заглянуть к гостям минут на пять и улететь, я же дракон, мне простят спешку. – Он просовывает под одеяло тёплые руки и поглаживает меня по бедру. – И поймут.

Приподнимаю одеяло: Арендар хитро-хитро улыбается. Предвкушающе так. Ему хорошо, у него мандража, судя по всему, нет, одно только удовольствие от того, что я скоро буду вся в его власти.

Эта мысль, поселившись в голове, упорно бродит там: завтра свадьба и всё… и как? И… слишком внезапно, так и хочется вскрикнуть: «Я не готова, я лет через пять планировала замуж: отучиться, поработать, повстречаться, а потом замуж, а тут что?» И Арендар вместо утешения смотрит голодным взглядом.

Только Заранея проявляет сочувствие: после завтрака, когда Арендара с Элоранарром уводит отец, а остальные гости расходятся в компаниях фрейлин, она обнимает меня за плечи и сочувственно интересуется:

– Милая моя, что такое? Что тебя беспокоит?

В тёплых объятиях, под её нежным взглядом все тревоги отступают, я уже сама не понимаю, что меня беспокоит.

– Волнуюсь, – признаюсь я. – Очень.

– Не переживай, милая, – Заранея целует меня в щёку, от её губ по телу пробегает тепло. – Всё хорошо, правда?

Мне очень хорошо, просто невыносимо хорошо. Я счастлива, как никогда на свете. И это… странно.

Нельзя подозревать Заранею.

Взяв меня под руку, она выходит в коридор. Двери в огромную столовую охраняют не обычные гиганты медведеоборотни, а статные мужчины с крыльями.

– Я волнуюсь, – шепчу я.

– Скоро всё закончится. Тебе даже на ужине присутствовать не надо: вечер и ночь до рассвета даются невесте на размышления и прощание с прошлой жизнью.

Прощание с прошлой жизнью… как-то мрачно звучит.

***

Сегодня гостей столько, что я отказываюсь от идеи запомнить их имена – глав семейств бы запомнить. И когда Заранея с сочувственной улыбкой говорит мне:

– Валерия, на сегодня всё, можешь идти отдыхать.

Я не могу порадоваться: настолько давит усталость. Даже Пушинка выглядит измученной и помятой. Вполуха слушаю повторные объяснения Заранеи о том, что ночую я опять на вершине башни Арендара, что перед рассветом она придёт с фрейлинами, горничными и платьем – соберут меня на храмовую часть обряда.

– Что там будет? – уточняю я как и в прошлое объяснение, но вспоминаю об этом лишь спросив: мне точно надо отдохнуть.

– Обмен клятвами по общему закону, – Заранея ведёт нас с Пушинкой по дворцу и повторяет то, что говорила до этого: – Гости начинают праздновать с рассвета, вы присоединяетесь после обмена клятвами. По традиции вы должны веселиться до заката, а потом обменяться кровью и улететь. Но драконам можно не дожидаться вечера, а ограничиться принятием поздравлений после церемонии. Если решите так, мы с Каритом развлечём приглашённых.

– А император не рассердится? Он и так мной недоволен…

– Ну что ты, милая, кто же обвинит дракона в нетерпеливости? – Заранея поглаживает меня по ладони, и я постепенно успокаиваюсь.

По широкой садовой дорожке она ведёт меня к красно-чёрной круглой башне Арендара, охраняемой мужчинами с крыльями.

В стороне поднимается квадратная чёрно-белая башня Элоранарра. Из окна на верхнем этаже вылетает ваза и звонко разбивается о дорожку, осыпав осколками ноги крылатых охранников.

Заранея вздыхает. Пушинка качает головой.

Из окна вылетает стул.

– А? – Закусываю губу: спросить или сделать вид, что я ничего не заметила?

– Элора очень хотят в мужья. Так и живём, – снова вздыхает Заранея. – Надо Халэнн вызвать, он отвлечёт внимание, всё же наследник приличного состояния и титула.

О да, Халэнн будет в восторге от такой перспективы.

Заранея доводит меня до массивных дверей и обнимает:

– Отдыхай. Постарайся поспать. Перед рассветом мы придём за тобой.

Отдыхать… какой отдых, если от волнения трясёт так, что по лестнице подняться не могу? Стоя на ступенях представляю, что сейчас запрусь в спальне… нет, в закрытом помещении я не выдержу.

Пушинка сочувственно смотрит на меня:

– Охни-нахни?

– Угу.

Я выхожу в сад. Один из охранников следует за мной, к нему присоединяются ещё трое с других постов. Но это я замечаю краем глаза, больше внимания уделяя фигурным кустам, перламутровым узорам на дорожках, изящной вязи магических печатей, покрывающих газоны и некоторые статуи.

Дворец сверкает ярче, чем горящий в его окнах свет. Громадное здание полно гостей и их прибывших на дирижаблях слуг. Там ведутся политические разговоры, обсуждаются новые союзы, заключаются договоры о браках между представителями семей, планируется борьба с Культом… Заранея права: эта встреча полезна, сейчас урегулируются вопросы, некоторые из которых не могли решить годами.

Только мне тревожно, неспокойно на душе. Я прижимаюсь к мохнатому боку Пушинки и вздыхаю:

– Очень большое охни-нахни.

Солёный ветерок обдувает нас, теребит её длинную шерсть.

Прогулка на свежем воздухе не успокаивает, наоборот: тревога усиливается. Кажется, она витает вокруг, концентрируется. Невыносимо хочется рвануть во дворец, спрятаться под крыло Заранеи.

– Лера! – Арендар пикирует с темнеющего неба. Глаза пылают. – Что ты делаешь в саду?!

Возглас эхом пролетает над кустами и газонами. Охрана испаряется.

– Оиии, – Пушинка кокетливо выпячивает мохнатую грудь.

Но Арендар смотрит только на меня, и по его лицу, по сосудам и капиллярам расползается золотое свечение.

Он порывисто меня обнимает, вдыхает запах волос:

– Лера, Лерочка… не гуляй в саду без меня.

– Прости, я как-то не подумала… о твоей маме.

– Лера… – Крепче обхватив меня, он взмывает в небо и почти мгновенно оказывается у верхнего окна своей башни. Пинком отворяет ставни и проталкивает меня внутрь, сам приземляется на подоконник.

– Я могла бы и сама долететь, – напоминаю я.

– Не удержался. – Арендар диковато улыбается.

В спину ему толкается Пушинка, судорожно машет небольшими крыльями.

– Ты в окно не влезешь, – ворчит Арендар.

Но Пушинка пролезает. Под треск рамы, пища и бормоча, жалуясь: «Охни-нахни!» она втискивается внутрь и растягивается на полу.

Смеяться мы с Арендаром начинаем одновременно. Фыркнув, Пушинка садится к нам спиной и снова фыркает. И от этого ещё смешнее.

Мы хохочем так заразительно, что даже надувшаяся Пушинка, несколько раз обернувшись, начинает похмыкивать и тоже как захохочет! Опрокидывается на спину, дёргает лапами. Мы с Арендаром смеёмся ещё громче. Заваливаемся на кровать.

У меня уже сводит живот, а остановиться не могу. Пушинка просто прелесть, и посмеяться – то что нужно перед завтрашним сложным днём.

Смех постепенно стихает. Лежащий рядом Арендар переплетает наши пальцы.

– Лера, есть хочешь?

– Не знаю… наверное, нет.

– Волнуешься?

– Да.

– И я почему-то тоже. – Он поглаживает мои ногти. – А ведь должен только радоваться.

– И что тебя беспокоит?

– Что ты сбежишь.

– Поэтому ты засунул меня ночевать в свою башню?

– Нет, это я сделал потому, что я дракон, а ты – моя.

– Драконище, – стукаю его по плечу.

– Ну что поделать? Таким родился, – шутливо извиняется он и придвигается ближе, утыкается носом в шею и вдыхает. – Страшный, ужасный драконище, который хочет тебя похитить и унести далеко-далеко, чтобы никто никогда не нашёл.

– Щекотно! – взвизгиваю я. Арендар дышит в шею, пальцами пробирается под мышки. Я извиваюсь, верчусь, отбиваюсь так, что слетает туфелька. – Щекотно! Стой!

Мурашки бегают по телу, а Арендар уже не щекочет – целует, обнимает.

– Моя, – урчит в шею, – моя, моя… моя…

– До завтра подожди, – я всё же обнимаю его. – И видеть невесту накануне свадьбы – плохая примета.

– А целовать? А кусать? – И Арендар принимается целовать меня и покусывать.

– Оиии, – как-то печально вздыхает Пушинка.

– Арен, – уловив момент, я стукаю его пальцем по носу. – Ты что, правда не собираешься уходить на ночь?

– Дракон спит со своими сокровищами. Моё сокровище ты. И это не обсуждается.

Так, перешучиваясь, посмеиваясь, целуясь, мы купаемся в ванной и забираемся в кровать. Пушинка уже посапывает на софе у стены.

В выбитое окно сочится сладкий запах цветов, и от него так спокойно становится на душе, все тревоги уходят.

Спать, надо просто лечь спать.

Арендар, зевнув, укутывает меня крылом. И я тоже зеваю.

Как же хочется спать.

Спать…