Глава 37

 Я непростительно долго стою у двери, разделяющей мою комнату и комнату Ники. Подбираю слова. Валарион жив и, в отличие от дракона Элоранарра, не жизненно зависим от своего источника магии, так что прогнозы у него относительно благоприятные, но всё равно не представляю, как сказать обо всём Нике.

Она ведь даже не знает, что с ним что-то не так!

Прижавшись лбом к двери, снова прокручиваю в памяти разговоры Арендара, Элоранарра и Линарэна.

Из-за заклинаний призыва и той мощной магии, что защищала подземный зал, скрытая в источнике Валариона Бездна вырвалась наружу и почти поглотила источник. С Гердом было не так. У него всё происходило медленнее, и когда случился приступ, субстанция Бездны была скрыта внутри источника, поэтому сначала осмотр её не выявил. Как и у девушки-медведицы. Но некоторые общие показатели у Валариона и тех двоих натолкнули Линарэна на мысль, что причина их недомогания может быть общей. Он провёл более глубокий анализ и обнаружил в показаниях источников Герда и девушки проявления Бездны. Более того, судя по данным анализаторов, которые принесли Клэренс и Огнад, другие студенты, жаловавшиеся на проблемы с источником, тоже имеют отклонения, которые могут свидетельствовать о заражении.

Что-то проникло в их источники магии. Не как у Элоранарра, – в бою, через раны и пробитые щиты, – а незаметно, не оставив повреждений. И Линарэн собирается выяснить, как это произошло.

Но Валариону… как и остальным ребятам, скорее всего, придётся заблокировать источники магии, чтобы остановить распространение заразы. Все они – полуэльф, человек, оборотень – в состоянии это пережить, хотя и не смогут пока пользоваться магией. Они будут жить – это ведь главное.

Перед глазами начинает мерцать: на стенах проступают магические символы и сеть.

– Арен, – я оглядываюсь. – Почему стены сверкают?

Нахмурившийся Арендар окидывает комнату странным взглядом и тихо произносит:

– Это защита комнаты и разные поддерживающие заклинания. Иногда они проявляются, не обращай внимания. Мы привыкли этого не замечать.

– А…

Всё это кажется немного странным, но ему лучше знать.

Вдохнув и выдохнув несколько раз, открываю дверь.

Сидящая за столом Ника гипнотизирует взглядом сковородку.

Вздрогнув, поворачивается ко мне, хотя я не переступила порог, и защитные чары меня скрывают. Только Ника менталист, она чувствует моё настроение.

Я выхожу к ней, точно ныряю в омут. Все заготовленные слова сбиваются в кучу, мысль «Только не говори «не волнуйся», это её испугает» пульсирует в такт участившемуся сердцебиению.

– Ника…

– Что случилось? – Она подходит ближе. – Что?

– Только не волнуйся, – ляпаю я и стукаю себя по лбу. – Понимаешь… Валариону придётся заблокировать источник.

Глаза Ники вспыхивают, на фоне их яркой красноты побледневшее лицо кажется ещё более белым. Попятившись, Ника натыкается на стол:

– Что?

– У него поражён источник. Источник придётся временно заблокировать, чтобы…

– Чем поражён?

– Бездной, – выдавливаю я.

Ника сползает по ножке стола, обхватывает колени. Слёзы скатываются с её щёк, падают на подол, расползаются по ткани тёмными пятнами.

– С ним всё будет хорошо, – я бросаюсь к ней, кладу ладони на плечи. – Им занимается лично Линарэн, он очень умный, он такое придумывает, что просто закачаешься. Он обязательно найдёт способ очистить источник Валариона. Обязательно найдёт! Надо только подождать немного.

– Но Валя… он же… он…

– С ним всё будет в порядке. Он сейчас без сознания, не чувствует ничего. – Присев рядом с Никой, обнимаю её за плечи. – Всё образуется. Линарэн поможет.

– Если бы я была архивампиром, – шепчет она. – Но я такая молодая, у меня не хватит сил…

– У него источник пострадал, а не тело, как у тебя. И его вылечат без вампиризации. Обязательно.

Она утыкается мне в плечо.

***

Скользнув в темноту своей комнаты, прикрываю дверь. Сквозь занавески пробивается жёлтый свет иллюминации дворца, поблёскивает на шёлке постельного покрывала и лезвии палаша, в кристаллах пистолетов, на набойке носика сапога Арендара и драгоценных камнях его пояса. Силуэт сидящего в кресле Арендара обрисовывается блеском шёлкового наряда, лицо кажется перечёркнутым металлическим обручем пятном с двумя оранжевыми угольками.

– Как она? – спрашивает Арендар.

– Уснула… Спасибо, что не стал меня торопить. – Подойдя, наклоняюсь и целую его в лоб, вдыхаю родной запах. – Спасибо. Я сейчас быстро сполоснусь и буду готова.

Поймав за запястье, Арендар усаживает меня на колени, прижимает к себе.

– Лера, мне кажется, тебе тоже нужно немного утешения.

– Но мы торопимся, во дворце нас ждут на ужин. Император, императрица…

– Лера, твоё душевное состояние для меня важнее.

– Не представляю, как сейчас можно праздновать…

– Тогда давай не будем, просто ляжем спать.

Чуть отстранившись, заглядываю в его сверкающие глаза:

– А можно?

– Ради тебя, – Арендар запускает пальцы мне в волосы, – что угодно.

Я склоняюсь ему на грудь. Слёзы, державшиеся, пока я успокаивала и развлекала разговорами Нику, теперь текут бесконтрольно.

– Солнышко моё, – Арендар подаётся вперёд.

С шелестом распахиваются его мощные крылья и укутывают меня, пряча от мира.

***

Утром настигает невыносимый стыд за вечернюю слабость: император, императрица и Элоранарр ждали нас, чтобы отметить получение Арендаром оружия, а из-за моей слабохарактерности всё сорвалось. Что мне стоило собраться с духом и сходить на этот несчастный ужин?

Сегодня бы не на пять минут забежала к Нике, а смогла бы поговорить подольше.

Обругав отражение, я последний раз проверяю причёску, оправляю золотистое платье с открытой спиной и подбитым перьями подолом. Наконец выхожу к Пушинке и Арендару, нарядившемуся в красный с золотом сюрко.

Правда, к парадной одежде не подходят громадный меч, мой палаш и пистолеты. Но это на мой взгляд. Судя по довольному виду Арендара, по его мнению всё в порядке, а пистолеты он просит нести у всех на виду.

Нарядные и вооружённые до зубов, с палашом и мечом наперевес и Пушинкой размером с лошадь сбоку мы выходим из академии в сопровождении дюжины гвардейцев. От ощущения пистолетов и палаша в руке по телу разливается приятное волнение, воодушевление. Осанка становится ещё прямее, подбородок тянется вверх, а по спине пробегают тёплые мурашки.

– Завоевательницей себя чувствую, – шёпчу Арендару.

– Так и есть, – он наклоняется и, поймав выбитый ветром локон, заправляет его за ухо. – Я – наследник империи, ты завоевала меня, а значит – всю империю.

Арендар быстро целует меня в шею.

– Ну, если смотреть с этой стороны, – усмехаюсь я.

А внутри всё равно гуляет паника: ну не нравлюсь я императору, совсем не нравлюсь, а из-за меня Арендар отказался от праздничного ужина с ним.

– Ты уверен, что нам стоит проводить праздничный завтрак? – интересуюсь на всякий случай. – Наверняка у всех полно дел…

Впереди уже темнеют массивные ворота академии.

– Почему ты боишься? – Арендар обхватывает меня за талию. – Моя семья через несколько дней станет твоей семьёй.

– Мне кажется, император от меня не в восторге.

– Он сейчас ни от кого не в восторге, даже от нас, своих сыновей. Не воспринимай его раздражение как что-то личное. Его беспокоит ситуация в мире.

– Да, пожалуй, ты прав: ему есть о чём волноваться.

Охранники открывают ворота. Последние шаги под гулким каменным сводом – и мы оказываемся за пределами академии.

Арендар плотнее прижимает меня к себе. Поднявшаяся на задние лапы Пушинка обнимает нас. Вокруг взметается золотое пламя. Я закрываю глаза, глядя на дорогу к академии, а открыв их, смотрю на вымощенную плитами дорогу к дворцу.

Ой-ой, кажется, мне уже плохо. Чего я паникую? Ну подумаешь, сорвала ужин императорской четы с сыном, с кем не бывает?.. Это был не лучший способ успокоить себя. Но чего я боюсь? Не убьют же меня там в самом деле… я сама умру от страха.

Пушинка, разжав объятия, опускается на передние лапы.

– Лера, тебе здесь жить, – Арендар по доброте душевной прибавляет дровишек в огонь моей паники.

Оглядываю дворец: три этажа основного здания окутаны сетью статических разрядов и полупрозрачными лентами с магическими письменами, башни задних строений мерцают огненными всполохами, потоки магии накрывают весь комплекс куполом. Сотни высоких окон перемигиваются магическими символами. Из иллюзорного окна в моей комнате дворец выглядел обычным зданием, без всех этих светопреставлений. Или его так к свадьбе готовят?

– Идём, – Арендар тянет меня за собой, осыпая золотыми искрами своей магии.

***

Свадьба… так скоро. От одной мысли об этом перед глазами резвее пляшут рассыпанные по стенам всполохи заклятий. Надо обладать железными нервами, чтобы не замечать проявлений магии на стенах, полу и потолке. И насколько же становится легче, когда мы входим в невообразимо громадный зал с арочными сводами на витых колоннах: здесь ничего не мелькает, не светится, не пестреет переливами магии. Надеюсь, скоро и в остальных местах дворца светопреставление закончится.

Несколько десятков работников перекладывают плиты пола.

– Покрытие немного затёрлось, – мягко поясняет Заранея. – Решили обновить к такому грандиозному событию, чтобы всё было идеально.

– Не стоило, – я смущённо оглядываюсь на Арендара и императора.

– Нужно, просто необходимо, – возражает Заранея. – Прошлый пол не подходил.

Оба дракона и Пушинка расслабленно смотрят на неё.

– Да, нужно, – соглашается император и, подойдя к Заранее, целует её руку. – Пол следовало переложить, ты как всегда права, моя дорогая.

Заранея искоса смотрит на меня, улыбается.

И зачем я спорю? Ей лучше знать.

Огладываю росписи на стенах: сражение золотых и белых драконов возле реки, берег которой покрыт частоколом острых камней. Золотые драконы, перед которыми склоняется группа красных драконов. Золотые драконы, прикрывшись магическими щитами, ждут несущуюся на них огромную волну, осёдланную драконами цвета морской воды. Золотые драконы, перед которыми склоняются маленькие человечки с кузнечными принадлежностями. Золотые драконы, летящие навстречу зелёным. Золотой дракон, попирающий лапой горы. Воздушный бой между драконами всех цветов…

– Здесь поставим столы с угощением, там столы для игр, у стен стулья для пожилых гостей, там место для выступления иллюзионистов, а там будут музыканты… – объясняет Заранея. – Всем найдётся развлечение.

– Не слишком ли это опасно? – снова спрашиваю я. – После того, что случилось в…

– Валерия, – голос Заранеи сладок, как мёд, я даже забываю, о чём начала говорить. – Это обычный для невесты мандраж. Поверь, родовой артефакт Аранских – самый сильный из драконьих артефактов, мы используем другую систему допуска, поэтому всё абсолютно безопасно.

Она подходит ближе, сладкий запах цветов окутывает меня, кружит голову.

Всё абсолютно безопасно.

Заранея проходит мимо, касается плеча Арендара, подхватывает императора за руку. Обернувшись, улыбается:

– Поверь своей семье. Я лично написала всем важным гостям, мои фрейлины отнесли приглашения. Гости нам доверились, и ты тоже должна довериться.

Её запах до сих пор тревожит ноздри.

– Лера, тебе нечего опасаться, – Арендар обнимает меня за плечи. – Я никому не позволю сорвать нашу свадьбу.

– Мы – самые сильные драконы, – император заворожено смотрит на жену. – Мы сможем всех защитить.

– Они правы, – Заранея смотрит мне в глаза. – Беспокоиться не о чем.

Беспокоиться не о чем.

Я не должна об этом думать.

Не должна сомневаться.

Заранея права.

Она всегда права.

Она лучше знает, как должно быть.

Она лучезарно мне улыбается.

***

– Мне надо рассказать Нике о Валарионе и закончить кое-какие дела, – в который раз объясняю я.

– Лера, мы можем ей написать или отправить письмо Валариона, а твои дела… Нет смысла возвращаться в академию за три дня до свадьбы.

Но я стою на своём, и после долгих уговоров Арендар соглашается отправиться в академию. Я слегка зла на это упрямство.

– Но Заранея права, – ворчит он. – Тебе стоит до свадьбы оставаться во дворце.

К счастью, ворчание не мешает ему переместить меня и Пушинку к мерцающим воротам.

Вся территория академии сверкает от магических узоров. Они решили повылезать именно когда я и так на взводе!

Арендар молча шагает рядом и смотрит в землю, а Пушинка – то на него, то на меня. Укоризненно так смотрит. Вздыхает. И моё раздражение постепенно уходит.

– Опять всё получилось без предупреждения, – качаю головой. – Я же просила оповещать меня, прежде чем что-то решать. А уж тут… мог бы сразу сказать, что намерен оставить меня во дворце, я бы заранее решила все вопросы.

– Я не собирался. Но Заранея права: до свадьбы всего ничего, лучше тебе познакомиться с гостями. Нам с ними ещё столетия общаться потом.

Столетия… невозможно представить. Я настолько поражена этими цифрами, что до портала в ванной Арендара иду молча. За шаг до него Арендар перехватывает мою руку.

– Лера… не сердись, пожалуйста. И я на всякий случай пойду первым.

Волос, который я оставляла на портале перед уходом, лежит на прежнем месте, но я пропускаю Арендара вперёд.

Затем встаю сама – Пушинке теперь надо отдельно отправляться.

В спальне темно. Прямо на знаке портала Арендар обнимает меня и целует, не позволяя отойти.

На выдохе шепчу:

– Надо сойти с портала, там Пушинка…

– Подождёт, – рычит Арендар и впивается в мои губы.

Кажется, разговоры о свадьбе его будоражат. Его поцелуи горячи, в прикосновениях столько дерзости, что почти страшно… и приятно. Его близость, губы на моих губах, запах мёда и сандала, горячие руки, скользящие по телу, обжигающие сквозь ткань платья. Сама темнота окутывает нас бархатом интимности.

***

При виде меня Ника вскакивает из-за стола, и мой стыд за те пятнадцать-двадцать минут, что я потратила на поцелуи с Арендаром, усиливается.

– Валарион чувствует себя хорошо, – сообщаю я то, что узнала с его слов. – Источник заблокирован, сейчас он и остальные под наблюдением Линарэна. Валарион очень хочет вернуться сюда.

– Какие прогнозы?

– Эта разновидность элементов Бездны действует только в источнике, так что пока тот изолирован и не производит магию – хорошие. Валарион на свадьбу мою приглашён. Как и ты. Надеюсь, придёшь.

Впервые с момента, как узнала о беде с Валарионом, Ника улыбается.

– Обязательно. – Она быстро смахивает выступившие слёзы. – Прости, с этими волнениями совсем забыла, что скоро ты станешь женой.

– О, не напоминай, – отмахиваюсь я. – Мандраж замучил.

– Это естественно, все девушки волнуются перед свадьбой. Тем более с драконом, они же… специфические. И спасибо, что не забыла нас, пригласила.

– Как же иначе? – Обнимаю её. – Ты помогла мне привыкнуть к этому миру.

– О, ладно. Всегда рада помочь. – Ника поглаживает меня по спине. – Раз Валарион настолько в порядке, что собирается на пир, можно обсудить и другие дела.

Ника хочет выглядеть беззаботной, но её беспокойство всё равно чувствуется.

– А со сковородой что? – спрашиваю на пути к столу и печенькам. – Что она делает?

– Пока ничего, я ещё с ней не договорилась.

– Блины печь пробовала?

– Собираюсь. Санаду считает, что эти блины смогут ментально воздействовать сквозь щиты. То есть я испеку блин с некой ментальной составляющей, которая сможет воздействовать на того, кто его съел, независимо от уровня защиты, ведь блин окажется внутри щитового контура. Это в теории. Как на практике получится – неизвестно.

– А такое возможно? Ментальное воздействие в обход щитов?

– Вроде как да, однажды менталист призвал себе флягу. Попадавшая в неё вода получала заряд ментальной установки по желанию владельца, и выпившего такую воду не мог защитить даже самый лучший ментальный щит. Вроде как он плохо работает против проникновения изнутри. К счастью, обычно менталисты могут заряжать только камни и металлы.

– Да уж…

– Много ли гостей прибудет на свадьбу? – Ника взмахом руки отправляет чайник на плиту.

– Очень много, – меня передёргивает от ужаса. – Заранея говорит, будут правители сильнейших королевств и представители самых могущественных семей.

Брови Ники медленно ползут вверх.

– После того, что случилось у нас, в Озаране? Они сумасшедшие?

– Беспокоиться не о чем, – уверяю я. – Защита надёжная. Всё идёт по плану.

Ника закатывает глаза:

– Это же безумие. Как они согласились собраться такой толпой?

Беспокоиться не о чем.

– Они верят Аранским, императрице Заранее.

Я не должна сомневаться.

– О, да, конечно, – усмехается Ника, – если Культ подсунет во дворец вестников Бездны, императрица погрозит им пальчиком, и они разбегутся.

Меня захлёстывает волной раздражения:

– Зачем ты о ней так? Она замечательная!

Помедлив, Ника спокойно произносит:

– Прости. Не хотела обидеть. Просто не понимаю, как после того, что случилось с нашими принцами, кто-то может считать пусть даже императорский дворец безопасным для сбора правителей. Вы же… как… в одном месте такая толпа.

– Самых сильных магов и драконов мира, – напоминаю я. – Чего им бояться?

***

Разговор с Никой оставляет странное ощущение, и даже в тёплых надёжных объятиях Арендара, укрытая его крылом, я долго не могу уснуть. С одной стороны, в словах Ники есть логика, с другой – во дворец явятся сильнейшие из сильных, разве они не справятся даже с вестником Бездны? К тому же Заранея уверяла, что всё будет хорошо, а Заранея лучше знает. Заранея права. Её нельзя подозревать…

***

Утро Арендар выделяет мне на решение имеющихся в академии дел. В первую очередь собираю солидную пачку эскизов и вместе с Пушинкой отправляюсь к Тарлону. Его приходится вызвать с занятий магкаллиграфией. Увидев пачку, он расцветает:

– Солнце ты моё золотое, пчёлка наша трудолюбивая. Я уж и не чаял получить такое сокровище!

Я это сокровищем не считаю, но всё равно его восторг радует.

– Значит, так. По поводу моей части вознаграждения. – (Тарлон сразу скисает). – Оно пойдёт на восстановление академии. Сходишь к Эзалону и узнаешь, как ему удобнее получать деньги.

– Зачем сразу получать? – Тарлон качает головой. – Давай вкладывать в развитие?

– Академию надо починить.

– Да ничего не будет с этой академией, она тысячи лет стоит.

Хмуро смотрю на Тарлона. Но он не унимается:

– Что тебе наплёл этот пройдоха?

– Какой пройдоха?

– Эзалон, конечно.

– Почему ты его так называешь?

– Так он же из всех деньги вытряхивает. Хоть и человек, а ведёт себя хуже дракона. Набрался от ректора за триста лет.

– Триста лет? Эзалону – триста лет?

– Ну, они вместе в академию пришли, так что… да, триста лет. Неплохо он сохранился, кстати. А уж как деньги со всех дерёт – просто загляденье.

– Академия пострадала из-за меня, мне и платить. Эзалон расскажет, как.

– О да, это он может.

– И последнее. – Вытаскиваю из сумки золотистый конверт. – Приглашение на свадьбу. Магический пропуск получишь прямо на входе, таковы условия безопасников.

У Тарлона округляются глаза:

– Пропуск на свадьбу… там же столько потенциальных клиентов. А! Валерия! Ты должна была сказать раньше! Я должен подготовиться. – Схватив конверт, он убегает, так ни разу не оглянувшись.

– Ндя, – тянет Пушинка и качает головой.

Проводив его взглядом и, каюсь, слегка тревожась о его поведении на будущем торжестве, иду к завхозу Анисии сдавать на попечение мелких пушинок.

Они становятся видимыми прямо перед её кабинетом, так что моё появление в окружении мохнатых комочков вместе с мохнатой «лошадью» и дюжиной гвардейцев получается впечатляющим. Анисия растерянно моргает. Охранники, проверив кабинет, уходят, а я остаюсь со своим выводком.

Она смотрит на меховые комочки, те, вытаращив глазки, смотрят на Анисию. И начинают прыгать, как резиновые мячики.

– Они будут работать накопителями магии, – сообщаю я.

– Д-да, я слышала, – кивает Анисия, следя за попрыгунчиками.

– Им бы домики на полигоне.

– Сделаем.

– Они разумные. Говорить не умеют, но всё понимают. Может, вы объясните это студентам, чтобы никто не пугался?

Комендант Анисия с трудом отрывает взгляд от пушинок. Несколько раз моргает.

– Вы в порядке? – уточняю я.

– Да, – кивает она и улыбается. – Просто они такие… милые. Они мебель и стены грызть не будут?

– Они питаются магией.

– Хорошо, я позабочусь о них и попрошу стихийников вырастить уютные домики.

Распрощавшись с ней (Пушинка крепко обнимает каждую сестричку), отправляюсь к корпусу боевых магов. Как обычно со всеми здороваюсь.

Уже на подходе к приземистому зданию боевиков гвардейцы вдруг окутываются мерцающей магической бронёй и прикрывают меня собой. В просвете между их ручищами я вижу ползущий к нам по газону большой куст.