Глава 64

Клара-Клэриси, жутко раздраженная ведьма-драконесса

Две недели спустя

— Кирочка, надо поесть. Давай, милая, ложечку за маму, ложечку за папу, — уговаривала я свою домовушку. Малышка, все еще бледная и вялая, неохотно открывала рот, страшно смущаясь, что ее кормит «хозяйка» и «госпожа». Все норовила отобрать у меня ложку и поесть самостоятельно, но я не позволяла.

Ну не могла она еще сама руками-ногами свободно двигать, слишком сильный удар по голове получила. Никакая магия не поможет при таких травмах на следующий день козочкой прыгать. К тому же, на ее здоровье негативно отразилась задержка с оказанием медицинской помощи.

Я уже знала, что лекаря, отказавшегося заниматься домовушкой, на время отстранили от целительства, и расследованием этого дела занималась специальная комиссия. Если будет доказано, что он действовал сознательно, ему грозит полная блокировка магии и приличный штраф в пользу Киры. Королевство Агер, и правда, правовое государство, где все равны перед законом…

Сидя у постели Киры и помаленьку скармливая ей кашу, я неожиданно начала перебирать в памяти прошедшие две недели…

… После того как Трэвис в очередной раз усыпил меня, я очнулась в маленьком домике на краю городка с поэтичным названием «Разбитый Котел». Хозяйкой дома оказалась хорошенькая рыжуля по имени Аделина. Жена наследника престола, принцесса и настоящая ведьма, между прочим. Очень классная, веселая, не похожая ни на страшную каргу из сказок, ни на чопорную принцессу из земных исторических и светских хроник.

Конечно, первые сутки в ее доме я места себе не находила от волнения за Киру и злости на дракона. Он ведь и охрану к дому приставил, так что дальше соседней улицы уйти у меня не получилось. Хотя я пыталась сбежать, да…

В общем, злилась я от всей души. И даже успокоительный чай с волшебным вкусом, которым Аделина меня усердно поила, не мог мое бешенство успокоить. Васька на пару с хозяйкиным фамильяром по имени Феофан неодобрительно на меня поглядывал и возмущенно фыркал, когда я шепотом произносила очередное ругательство. Аделина при этом только посмеивалась и подливала мне чайку.

И то ли напиток реально оказался волшебным, то ли надоело мне злиться, но мало-помалу я начала успокаиваться. Стала по сторонам оглядываться и спокойствием пропитываться. Потому что в этом месте до того было красиво и благолепно, что по другому чувствовать себя не получалось. Воздух свежий, насыщен ароматами трав и цветов, птички поют, а невдалеке целый лес исполинских деревьев. Я таких огромных, размером с небоскреб, никогда не видела. Никакие баобабы или секвойи по размерам с ними не сравнятся.

Призрачные Дубы, местное чудо и хранители магии этого мира — вот что это за деревья были!

В общем, к третьему или четвертому дню своего здесь нахождения я окончательно расслабилась. Днем, чем могла, помогала Аделине в ее работе, заодно присматривалась, чем настоящие ведьмы занимаются. Даже одно зелье сама сварила, от облысения помогающее. Правда, если его больше положенного выпить, эффект будет совершенно противоположным. Но вы ничего плохого не подумайте, просто рецепт у зелья интересный, мне понравился.

В тот же день Аделина передала мне небольшую шкатулку, объяснив, что она почтовая, и прислал ее, ну конечно, деканишка. Якобы, сам он прибыть сюда никак не может, занят очень. Поэтому будет мне писать письма. Ну да, занят! Просто понимает, что встреча со мной грозит ему мелкими, средними и крупными неприятностями, из которых передозировка зелья от облысения будет не самой страшной.

Стоило мне взять шкатулку в руки, как она заголосила, извещая, что для меня доставлено письмо. Потом еще одно, и еще, много-много писем.

Писали мне девчонки, Мелинда и Роксана, рассказывая потрясающие новости из академии: ректора Грааса отстранили от должности! Но его место заняла вовсе не первый проректор Каретская, как все ожидали, а мистресс Клэрайя Орсанская, декан боевого факультета. А Каретскую тоже арестовали, за компанию с Граасом. В общем, вся верхушка академии оказалась за решеткой.

Правда, в чем ректора и Каретскую обвиняют, девчонки понятия не имели. Но зато выдали мне десяток возможных версий: от вины в производстве запрещенных зелий до воровства реликтовых драконьих яиц, которые, якобы, хранятся в криптах под академией. Вот фантазия у них! Им бы детективные романы писать, а не коврики ткать.

Одно письмо было от Хрыни. В нем домовушка поблагодарила меня за то, что спасла ее сестре жизнь и рассказала, что ушла от Перловской. Почему это сделала — не объяснила.

Винс Кавалерский тоже отправил мне пару записочек. В первой сообщал, что его дядя, генерал Август, категорически запретил парню совать нос в расследование и посадил под домашний арест. Во второй писульке парой строчек рассказал о происходящем в академии, а на остальных трех листах горестно сетовал, что пролетел мимо такого интересного дела, как разоблачение преступной группировки в королевской «Академии Избранных».

Читая это, я чуть зубы себе не сломала, так скрипела ими с досады — уж как я-то пролетела, вообще уму непостижимо!

Как ни странно, написала мне и шумоголовая лесорубша Ринкх. Порекомендовала скорее возвращаться в академию, потому что занятия вот-вот начнутся. К письму приложила магоснимки с тремя вариантами штор для моей комнаты и велела выбрать те, что мне нравятся. Потрясающая забота о моем комфорте.

Было еще несколько писем от знакомых девочек-бытовичек, тоже с пересказом происходящего в академии. В общем, писали мне многие, только деканишка не прислал ни строчки, хотя обещал. Наверняка, так увлекся расследованием, что ему не до писем. Или просто до меня и моих переживаний дела нет. Но, скорее всего, и то, и другое. Плюс истинная, наверняка, уже рядом с ним нарисовалась — не сотрешь.

В общем, не писал, не вспоминал про меня деканишка, и это хорошо, потому что мне тоже нет до него никакого дела. Я даже Аделину насчет его истинной расспрашивать не стала, знать ничего о нем не желаю!

Живя у ведьмочки, я, наконец, занялась изучением магии. В первую очередь ведьмовской, конечно, потому что про нее книг у хозяйки полно было. Но про драконов и их силу я тоже литературу нашла. Внимательно изучила и даже некоторые заклинания потренировалась делать. Не особо успешно, конечно, но огонек в руке зажечь у меня получилось!

Еще я надеялась отыскать в этих книгах заклинание, которым Трэвис меня усыпляет, но ничего похожего не обнаружила. Аделина мне тоже не смогла помочь. Когда я ей рассказала про выходки ее родственника, ответила, что никогда не встречалась с такой магией. Тем более, первый раз слышит, что брат ее мужа владеет подобным заклинанием. Странно, очень странно!

Вечерами, закончив ведьминскую работу, Аделина садилась на метлу и, прихватив своего фамильяра, уносилась в столицу, к мужу и детям. Я же, оставшись одна, брала очередную книгу о магии, садилась в кресло у окна и до самой ночи читала.

Когда уставала ломать голову над магическими замысловатостями, то просто смотрела на улицу. На видневшуюся вдалеке стену огромных дубов. На ночное небо, очень похожее на наше земное, с ноздреватой белёсой луной и крупными, яркими звездами.

Любила глазеть на бесподобную паутину, свисающую над старинным кассовым аппаратом, и ее хозяина, всегда сердитого паука Панкратия. Вот кому скучать было некогда: лохматый красавец без конца наращивал и ремонтировал свою роскошную сеть, не забывая краем круглого глаза приглядывать за порядком в доме.

Все эти дни я часто и подолгу рассматривала браслет на своей руке. Было в нем что-то очень притягательное, манящее, я бы сказала. Главное, рука под ним совершенно не болела и не чесалась. Наоборот, я ощущала от него тепло, как от инфракрасной лампы. А опухоль, оставшаяся от ношения предыдущего браслета, исчезла буквально на следующий день.

Я частенько трогала поверхность браслета, удивляясь, что она гладкая на вид, но пальцами отчетливо прощупываются какие-то выпуклости, впуклости и завитушки. Как так: глаза не видят, а кожа чувствует?

Аделина на мой вопрос ответила, что это особенность некоторых драконьих браслетов. Что за особенность, не сказала, зато посмотрела на меня как-то подозрительно весело. Не нравятся мне такие взгляды, если честно, за ними обязательно прячется какой-то подвох.

К концу второй недели в домике Аделины я помаленьку начала скучать. Уже собралась написать деканишке письмо с требованием вернуть меня в академию, но тут к нам привезли Киру. Слабенькую, бледную, такую несчастную! Доставивший ее целитель объяснил, что малышке нужен свежий воздух и близость Призрачных Дубов, которые вмиг поставят ее на ноги. Конечно, после этого никаких писем декану я писать не стала, а на пару с Аделиной кинулась выхаживать свою домовушку.

То, что ее появление в этом доме совпало с моим желанием отсюда выбраться, это… совпадение, конечно же. Да, бывает… В любом случае, пока она здесь и нуждается в помощи, я никуда с места не сдвинусь…

* * *

— Ну вот, все съела, умница моя, — похвалила я Киру, когда тарелка опустела. Домовушка мужественно проглотила последнюю ложку и почти сразу заснула. Я еще немного посидела возле ее кровати, затем собрала посуду и на цыпочках выбралась из комнаты. Зашла в кухню и едва не растянулась на пороге от неожиданности: за широким обеденным столом из светлого дерева сидел декан Арельский и преспокойно пил черничный кисель.

Увидев меня, застывшую в дверном проеме, дракон вскочил, подлетел ко мне и попытался обнять. Я увернулась и завопила во все горло:

— Аделина, неси тапок, у нас тут таракан! Мерзкий, отвратительный таракан! — И тут, каюсь, мои нервы не выдержали. Спокойствие из души в один миг улетучилось, я подпрыгнула и с размаху надела негодяю Арельскому на голову тарелку с остатками каши.