Глава 67

Все тот же ведьминский домик и парочка Клэриси-Трэвис в не очень приличной позе, но оба страшно этим довольные

Трэвис начал рассказывать, и по его словам, выходило у нас следующее…

В некотором царстве, некотором государстве под названием Агер жили-были некие Перловские. Клан у них был крепкий, детей всегда рождалось много, магия имелась, хоть и незначительная. К тому же, род был богатый: в их владении были шахты с местными редкими металлами и драгоценными камнями, леса, обширнейшие сельхозугодья и недвижимость по всему королевству. В общем, не бедствовали ребята.

К тому же была у них прелестная особенность — дружить с властью. Когда на троне сидели не очень симпатичные сатрапы и тираны Шагарские, Перловские всячески выказывали им верноподданические чувства. Поддерживали их политику угнетения простого народа, на чем богатели еще больше и были все крепче любимы правящим королевским семейством.

Но два с лишним века назад Шагарских сместили Арельские. Тогдашний глава клана выступил на стороне сброшенной власти, уж больно хорошо при ней жилось. Был арестован, помещен в тюрьму и там помер: то ли инфаркт его разбил, то ли инсульт, то ли какая местная хворь напала. В общем, преставился. Его сын по имени Гусений мгновенно переметнулся на сторону новой королевской власти. Начал во все горло кричать, что папаша его был целиком и полностью неправ, а так-то весь клан Перловских против тирании Шагарских и двумя руками за либерализм с демократией Арельских.

— Это к делу особо не относится, конечно. Рассказываю, просто чтобы ты понимала расстановку сил. На самом деле, мотивы, заставившие Перловского пойти на преступление, не ясны. Пока он сам их не раскроет, можно только гадать о причинах его поступков, — пояснил Трэвис.

— Наоборот, это очень интересно. — не согласилась я. — Твой рассказ хорошо описывает психологию этого типа. На самом деле, причин для преступлений не так и много: голод, ненависть, жажда власти, месть, зависть, любовь и ревность, страх, алчность, религиозный фанатизм… И неважно, в каком мире совершено преступление, хоть в простом, хоть в магическом, мотивы везде одни.

— Любовь и ревность, говоришь? — призадумался Трэвис. — А ведь я слышал историю о том, что за моей мамой ухаживали одновременно и мой отец, и Гусений Перловский. Мама выбрала отца, а Гусений некоторое время не общался с отцом, но потом их дружба возобновилась. Но… Нет, не думаю, что он столько лет вынашивал бы планы мести из-за любви и ревности.

— Есть еще его отец, оказавшийся в тюрьме силами Арельских и там померший, — напомнила я. — Но что гадать, рассказывай дальше…

— Так вот, много лет назад Гусений, будучи уже женатым и даже с детьми, сошелся с Матильдой Соломатской, дочерью Андреаса Соломатского и его истинной пары по имени Ольгия. Ольгия к тому времени тоже умерла, и Матильда жила на попечении старой и вредной дальней родственницы, которая не давала ей заниматься ведьмовством и всячески отравляла девушке жизнь.

Красавец Гусений принялся за Матильдой ухаживать, наплел сказок о своей любви. В общем, соблазнил, но жениться отказался. Зато жениться на ней захотел Освальд Дарг, старый знакомый Гусения. Родившуюся у Матильды девочку кнесс Дарг признал своей дочерью, и никто не сомневался, что малышка от него.

Тем временем, Гусений начал потихоньку-помаленьку искать доступ к столичной Королевской Академии Магии. Пытался занять должность ректора. Когда это не вышло, пробовал стать деканом. Но тут его величество Рамстил предложил ему должность министра внешних отношений, и Гусений от академии, вроде бы, отстал. Но, на самом деле, начал подступать к ней с другого конца — взял в оборот тогдашнего смотрителя крипт.

В этом месте я не выдержала и перебила Трэвиса:

— А что, что там в этих криптах хранится⁈

Наглый тип, конечно, просто так не ответил, а потребовал поцеловать его за рассказ об академических подземельях. Ну и что мне оставалось делать⁈ Пришлось целовать — в деле получения информации все средства хороши! Только не учла, что кое-кто одним поцелуем не удовлетворится, и этот процесс затянется!

Все же, силами моей воли поцелуйное бесчинство было остановлено, хотя Трэвис активно возражал. Все предлагал и дальше целоваться, а еще лучше отправиться в его коттедж и продолжить общение там. В ответ получил от меня пинок и заявление, что я девушка приличная и с посторонними мужчинами в их домах уединяться не намерена.

Нахалюга посмеялся над моими словами и действиями, но предлагать интим перестал и продолжил рассказ.

Итак, подземные крипты Академии Избранных — это не что иное, как личная сокровищница королей Арельских и государственная казна в одном флаконе. Еще это хранилище редчайших артефактов, зелий и древнейших книг заклинаний. Оказалось, что в королевском дворце просто-напросто нет подходящего места для хранения ценностей такой важности и объема, так что для этой цели начали использовать подземелья академии.

В эти в крипты и начал искать доступ Гусений Перловский. Сам министр туда попасть не мог, поэтому привлек помощников. Кого-то заставил участвовать в этом деле путем шантажа, кого-то — угрозами, кого-то подкупил. А с кем-то обошелся кардинальным образом, как с диспетчером, что работал на этой должности до Грамуса. Перловский просто ликвидировал его в уверенности, что на эту должность поставят верного ему человека. Но просчитался: место диспетчера академических крипт занял неподкупный Грамус. Но время уже поджимало Перловского, поэтому он начал совершать ошибки…