2

Пришла в себя я от того, что кто-то настойчиво… щебетал. Вот именно щебетал, как канарейка, которой пообещали тройную порцию проса. Голова все еще была чугунной, но хотя бы не раскалывалась на тысячу маленьких Дашенят. Я осторожно приоткрыла один глаз, потом второй.

Потолок. Высокий, с какой-то витиеватой лепниной, изображающей пухлых амурчиков, гоняющихся друг за другом с луками наперевес. Ну, хоть не сырая земля и не общество типа с замашками маньяка. Уже прогресс. Я лежала на чем-то мягком. Очень мягком. Перина, не иначе. И укрыта была чем-то шелковым и прохладным. Роскошь, да и только. Не иначе как в предбанник рая попала. Хотя, судя по предыдущей сцене у водоема, скорее уж в приемную к Люциферу.

– …и лекарь уже осмотрел ее, милорд, – продолжал разливаться соловьем знакомый ангельский голосок. Тот самый, что кудахтал про ребеночка. Блондинка, значит. – Сказал, слава богам, с ребенком все в порядке, лишь небольшое переохлаждение у леди Тианы. Но вы же знаете, какая она хрупкая…

Леди Тиана. Опять эта Тиана. Да кто она такая, эта ваша Тиана, и почему я должна за нее отдуваться? И какой, к черту, ребеночек, если я… Стоп. Рука сама собой метнулась к животу. Плоский. Как и был всегда, если не считать последствий обильных новогодних застолий. Никаких признаков беременности. Может, у них тут ребеночки в капусте находятся или аисты приносят прямо в готовом виде, завернутых в пеленки с рюшечками?

Дверь скрипнула, и в комнату вошел Он. Тот самый тип с грозовыми глазами и желанием отправить меня на тот свет экспресс-доставкой. Теперь он был сух, одет в какую-то темную, богато выглядящую одежду, которая, впрочем, ничуть не смягчала его хищного облика. Скорее наоборот, подчеркивала. Он двигался плавно, как большая кошка, и от него исходила такая аура… опасности, что у меня волосы на затылке попытались встать дыбом, несмотря на то, что были мокрыми и, скорее всего, напоминали воронье гнездо после урагана.

Блондинка тут же радостно улыбнулась и вцепилась в его локоть.

– Милорд Конард, она очнулась! – пропела эта канарейка.

Конард. Значит, не послышалось. Этот ходячий кошмар действительно Конард. Он удостоил меня таким взглядом, что я почувствовала себя букашкой под микроскопом. Причем букашкой, которую сейчас раздавят, предварительно оторвав лапки.

– Вижу, – его голос был все таким же низким и рокочущим, как камнепад в горах. Он подошел к кровати и навис надо мной, заслоняя свет от окна. – Надеюсь, представление окончено, Тиана? Или ты планируешь еще какие-нибудь эффектные способы самоустранения? Река, яд, прыжок с башни? Могу предложить свои услуги в качестве ассистента.

Вот же… хамло трамвайное! Нет, ну каков, а? Я тут, можно сказать, жизнь свою едва не отдала два раза, а он мне про ассистента в суициде! Внутри закипела злость, такая горячая и привычная, что даже немного оттеснила страх и растерянность.

– А ты, я смотрю, большой специалист по этой части, – прохрипела я, потому что голос еще не до конца восстановился. – Коллекционируешь способы? Или это у тебя профессиональное, в рамках должностных обязанностей – доводить женщин до ручки, а потом предлагать помощь в избавлении от страданий?

Он замер. Кажется, мои слова стали для него неожиданностью. Брови медленно поползли вверх, а в серых глазах мелькнуло что-то похожее на… удивление? Или это мне показалось? Блондинка рядом ахнула, прикрыв рот ладошкой.

– Я уже вызвал своего лекаря, – медленно проговорил Конард, не сводя с меня тяжелого взгляда. – Он осмотрит тебя еще раз. И если он подтвердит… то, в чем я и так не сомневаюсь… то наш брак будет немедленно расторгнут. А ты… – он сделал паузу и на миг стиснул зубы, – ты отправишься туда, где тебе самое место. Подальше отсюда.

Брак? Расторгнут? Да я только за! Я этого мужика вижу первый раз в жизни (ну, второй, если считать сцену у воды), и уже готова бежать от него на край света, лишь бы не видеть эту высокомерную физиономию и не слышать его бархатный рык.

– Замечательно! – выдавила я, стараясь, чтобы голос звучал как можно более язвительно. – А можно побыстрее с лекарем? А то у меня, знаешь ли, от твоего гостеприимства уже зубы сводит. И, кстати, куда там меня отправят? Надеюсь, с видом на море и ол инклюзив? А то после таких потрясений мне положена моральная компенсация. И побольше.

Глаза Конарда сузились, превратившись в две ледяные щелочки. Кажется, моя дерзость его не просто удивила, а взбесила. Ну и отлично. По крайней мере, скучно с ним не будет. Если, конечно, он меня раньше не придушит. А такое желание, судя по его лицу, у него явно присутствовало.