22

Боль была такой резкой и неожиданной, что я вскрикнула, инстинктивно хватаясь за плечо. Рука, там, где под тканью платья скрывался этот чертов браслет-татуировка, горела так, будто к ней приложили раскаленное железо.

Кожа под пальцами пульсировала жаром, а сам узор, казалось, светился даже сквозь одежду. Я с ужасом смотрела на свое плечо, не понимая, что происходит. Это какая-то аллергия? Проклятие? Или этот мир решил окончательно меня добить?

В этот момент в дверь тихонько постучали.

– Леди Тиана? – раздался немного испуганный голос Палессы. – Все в порядке? Я… я просто хотела спросить, не нужно ли приготовить вам ванну на ночь?

Ванна! Сейчас мне было не до ванны. Мне нужно было понять, что, черт возьми, творится с моей рукой!

Не раздумывая, я рванула к двери и распахнула ее так резко, что Палесса, стоявшая на пороге с каким-то полотенцем в руках, отшатнулась от неожиданности.

– Леди?!

– Заходи! – я схватила ее за руку и буквально втащила в комнату, захлопнув за ней дверь. Бедная девушка смотрела на меня огромными, испуганными глазами, явно не понимая, что происходит.

– С-случилось что-то, леди? – пролепетала она, озираясь по сторонам, будто ожидая увидеть в комнате разбойников или, на худой конец, привидение.

– Случилось! – я подтащила ее к кровати и почти силой усадила на край. – Смотри!

Не давая ей опомниться, я задрала рукав своего платья, обнажая плечо. Я ожидала увидеть там пылающий огнем узор, но… ничего. Жар спал так же внезапно, как и начался, оставив после себя лишь легкое покалывание и фантомное ощущение ожога. А сама татуировка… она изменилась.

– Раньше она была… бледной, – сказала я, растерянно глядя на свою руку. – Едва заметной, как старый шрам. А теперь… смотри, какая она стала! Черная, четкая…

Палесса сначала испуганно смотрела на меня, потом ее взгляд сфокусировался на моей руке. Она медленно наклонилась, внимательно разглядывая татуировку. Удивление на ее лице сменилось… чем-то еще. Каким-то странным, почти благоговейным выражением.

– Святые угодники… – прошептала она, и ее глаза округлились еще больше. – Так вот оно что…

– Да что «оно»?! – не выдержала я. – Ты знаешь, что это? Говори!

Палесса осторожно, почти благоговейно, коснулась пальцем татуировки на моем плече. Я невольно вздрогнула, но ее прикосновение было легким и прохладным.

– Она… она приняла полную форму, леди, – тихо сказала она, проводя пальцем по четким черным линиям. – Это очень хороший знак.

– Хороший знак чего? – я все еще ничего не понимала. – Что это за клеймо вообще?

Палесса подняла на меня свои большие, немного наивные глаза, в которых сейчас горел какой-то странный огонек.

– Разве вы не знаете, леди? Это же… это знак Истинной Пары. Так говорят старые легенды. У каждого дракона, рожденного под сенью Древних, есть его единственная, его истинная. Та, что предназначена ему судьбой, самой магией этого мира. И когда они находят друг друга, когда их связь пробуждается… на теле истинной появляется такой знак. Он как печать их союза, видимая и невидимая одновременно.

Истинная пара… Дракон… Конард… У меня голова пошла кругом. Этого не может быть. Это какой-то бред. Я – истинная пара этого… этого чудовища, которое меня ненавидит? Которое само же разорвало со мной брак?

– Но… наш брак расторгнут, – прошептала я, чувствуя, как земля уходит из-под ног. – Ритуал… он был таким болезненным. И эта татуировка… она была бледной с самого начала, как я ее заметила!

Палесса на мгновение задумалась, ее брови сошлись на переносице.

– Может быть… может быть, из-за того, что вы уже были связаны брачными узами с лордом Вайросом, леди? – предположила она неуверенно. – Связь истинных – она ведь другая, более глубокая, духовная. А обычный брак… он мог как бы… мешать ей проявиться в полную силу. Татуировка уже начала появляться, потому что вы – его истинная, но не могла стать яркой из-за другой, более формальной связи. А когда брак расторгли… Силы дракона могли быть временно приглушены ритуалом, и связь истинных тоже. Но теперь… теперь, когда все улеглось, когда формальные узы разорваны, а магия лорда Вайроса восстановилась… ваша истинная связь вошла в полную силу. И знак… он стал таким, каким и должен быть. Ярким и четким.

Она говорила это с такой убежденностью, с таким знанием древних преданий, что я почти поверила ей. Почти.

– И что это значит… теперь? – спросила я, боясь услышать ответ.

– Это значит, что связь крепнет, – уверенно сказала Палесса. – Или… или ваш дракон сейчас очень сильно думает о вас. Или… – она вдруг понизила голос до едва слышного шепота, и ее глаза испуганно расширились, – или он в большой беде, и его магия взывает к вам.