6

Карета тряслась по ухабистой дороге, и каждый толчок отдавался тупой болью в обожженной руке и ноющей пустотой где-то глубоко внутри. Я сидела, откинувшись на жесткую подушку, и бездумно смотрела на мелькающие за окном деревья. Лес, лес, снова лес. Кажется, этот Конард решил сослать меня в самую глухую чащу, какую только смог найти.

Машинально я положила здоровую руку на живот. Теперь, когда адская боль от ритуала немного утихла, вытесненная всепоглощающей усталостью и злостью, мысль о ребенке вернулась. Нелепая, чудовищная, но, как я теперь понимала, слишком реальная. Беременность. В этом чужом теле, от мужчины, которого я не знала, в мире, который был мне враждебен.

Память, гадина такая, тут же подсунула картинки из прошлого. Игорь. Его пьяная ярость, когда я сказала, что ухожу. Толчок. Острая боль внизу живота. Больница. Пустые, сочувствующие глаза врача. «К сожалению, мы не смогли спасти ребенка… и у вас… вы больше не сможете иметь детей, Дарья Алексеевна». А потом – пустота. И его лицо, когда он пришел на следующий день, трезвый и якобы раскаивающийся. Я тогда и не знала, что это не конец. Что настоящий конец – это когда ты умираешь сама, захлебываясь кровью, потому что твой «любящий» муж не рассчитал силы.

Я судорожно сглотнула, отгоняя непрошеные слезы. Сейчас не время для этого. Сейчас нужно было думать только о настоящем. И, кажется, о защите этой крошечной, нежеланной жизнь внутри.

Материнский инстинкт, будь он неладен, просыпался даже в таких нечеловеческих условиях. Этот ребенок, чей бы он ни был, был невиновен. И он был единственным, что связывало меня хоть с какой-то реальностью, пусть и такой дикой.

Прошло несколько долгих, мучительных часов. Солнце уже клонилось к закату, когда карета наконец-то замедлила ход и остановилась. Я выглянула в окно.

Мы стояли перед домом. Не замок Конарда, слава богу, с его показной роскошью и давящей атмосферой. Этот дом был другим. Большой, двухэтажный, из темного камня, с узкими, похожими на бойницы, окнами на первом этаже. Он выглядел крепким, основательным, даже немного суровым, но ухоженным. Крыша была покрыта черепицей, а вокруг дома виднелся запущенный, но когда-то явно красивый сад. Не уютное гнездышко, конечно, но и не откровенная развалюха. Скорее, небольшая крепость, затерянная на краю света.

В животе предательски заурчало. После утреннего «завтрака» из воды и страха, а потом и всех этих «процедур» в храме, я зверски проголодалась.

Дверцу кареты открыл возница, и я, морщась от боли в руке, выбралась наружу. На крыльце меня уже ждали. Целая делегация, если так можно выразиться.

Впереди стояла женщина, и вид у нее был… внушительный. Высокая, широкоплечая, с суровым, обветренным лицом и коротко стриженными темными волосами, в которых уже виднелась седина. Одета она была просто, в темное практичное платье, и держалась прямо, глядя на меня без тени улыбки или подобострастия. Просто смотрела, оценивающе и спокойно.

За ней, чуть поодаль, выстроились остальные. Мужчина средних лет, такой же суровый и молчаливый, как и женщина. Еще двое крепких парней, взгляд которых был внимательным и настороженным – явно не лакеи. И несколько женщин помоложе – одна совсем юная, с любопытными глазами, другая постарше, со спокойным, внимательным лицом, и еще одна, державшаяся чуть особняком, с корзинкой в руках, от которой исходил тонкий аромат трав.

– Леди Тиана, – голос старшей женщины был низким и немного хриплым, без каких-либо формальных приветствий. – Добро пожаловать в поместье «Каменный страж» лорда Вайрос. Меня зовут Вада. Я здесь старшая горничная и слежу за порядком. Это Джад, он отвечает за дом и мужскую прислугу. Остальных представим позже. Прошу в дом. Ужин скоро будет готов, наш повар Сэм уже заканчивает.

Вада развернулась и вошла в дом, не дожидаясь моего ответа. Джад коротко кивнул, а остальные слуги молча последовали за ней, лишь юная горничная бросила на меня еще один быстрый, любопытный взгляд.

Я вздохнула. Да уж, похоже, меня тут не особо ждали с распростертыми объятиями. Ну, хоть накормят, и на том спасибо. Одно я знала точно: я голодна. А это уже какая-никакая, а мотивация двигаться дальше.