Глава 2. Здесь что, не кормят?

Дни тянулись медленно. Я решила не менять облик своего мира. Я спала прямо на песке, благо он был мягким, как перина, и совсем не забивался в нос и волосы. Утром меня будил рассвет, небо расцветало золотым и алым. А перед сном я любовалась великолепными багровыми закатами.

Вот только не обошлось и без затруднений. Например, я как-то не учла, что в Зазеркалье не будет еды. Я могла выловить из моря что угодно и даже приготовить, но это была иллюзия. Насыщения эти блюда не приносили. А создавать еду и посуду из ничего я не могла.

Конечно, первым делом я пошла к Зеркалу и попросила меня выпустить.

— Что, нагулялась? — спросило Зеркало.

— Нет. Я быстренько проберусь на кухню и вернусь.

Зеркало вздохнуло.

— Ты думаешь, это так просто — пропустить через себя целого человека? Ты вообще об этом не думаешь! А ты представь!

Я представила. И залилась краской. Картины, которые нарисовались в моём воображении, решительно не хотелось обсуждать даже с Зеркалом.

— То-то! — кипятилось Зеркало. — Ощущения не очень, поверь! А ты хочешь бегать туда-сюда!

— Нет, — растерялась я. — Но… мне надо как-то есть! Я же не Зеркало! Я не выживу без еды!

— Я вижу, что ты не Зеркало! Знавало я одного мага, который хотел стать Зеркалом. Лет двести назад.

— И что, ему удалось? — вздохнула я.

— Какое там! То есть зеркалом-то он стал. Только кривым. В наказание ректор повесил его в парадном зале…

— Какой ректор? Вальден?

— Да какое там! Говорю же, было это лет двести назад!

— Ой всё! — разговорчивость нападала на Зеркало в самый неподходящий момент и всегда не на ту тему.

Я прислонилась к стене и беззвучно застонала. Нет, это же надо! Вернуть магию, убежать от врагов, как колобок, спастись там, где никто не будет искать — и страдать от банального голода!

Ах, с какой тоской я вспоминала роскошные обеды с Джеймсом! Мне бы сейчас тот суп из рыб-чернильниц, который мы ели в «Трёх острохвостах». Или креветок. хотя бы одну ма-а-аленькую креветочку!

Нет, это невыносимо! Может быть, попробовать перенести что-то с кухни? Типа телепортировать? Но я не знала заклинания, а экспериментировать боялась. Ещё разнесу полкухни и кто знает, не привлеку ли я тогда внимание вообще всей Академии! Кто знает, удастся ли отсидеться в Зеркале, если Джеймс явится сюда с подмогой?

Да и кухню было жалко. Мы с Мартой так уютно там сидели! Стало грустно, когда я вспомнила приветливую круглолицую девушку, которая так ловко наливала мне чай взмахом руки. Увидеть бы её ещё разок!

Я отошла от зеркала на всякий случай. Эх, как же есть-то хочется! Думай, Ирка, думай!

Где-то через полчаса я совсем отчаялась. Всё шло к тому, что придётся покинуть Зазеркалье и скрываться в лабиринтах Архива. Это было опасно. Стоит воспользоваться магией — и меня вычислит Джеймс, особенно если подключит других магов. Их сил и способностей я не знала совсем.

А ещё был Вальден-Вадим, мысли о котором я старательно гнала прочь. Единственное знакомое лицо в этом мире — и хочет меня убить. Потому что я не могу быть его Истинной.

Нет, конечно, не могу. Вот ещё не хватало. Я возьму и вообще не буду о нём думать, вот и всё. Будем решать проблемы по мере их поступления.

Я собрала книги, которые брала с собой. В последний раз оглянулась на море. Как же не хотелось уходить из безопасного уголка! Но умереть от голода, да ещё в Зеркале, было попросту глупо.

Я подошла к зеркалу — и остановилась, не веря своим глазам. По ту сторону стояла Марта. Та самая девушка с кухни. Я видела её со спины, но узнала сразу — по округлым формам, узлу светлых волос и плавным движениям полноватых рук.

Вот так удача! Вот это совпадение!

Я рванулась вперёд, прижалась к стеклу. Зеркало недовольно заворчало. Марта оглянулась — и я увидела, что она разговаривала с Кассиопеей.

Я отшатнулась. Сердце отчаянно колотилось — не столько от испуга, сколько от ярости. Я не могла позвать Марту, чтобы не привлечь внимание смотрительницы. Значит, Марта сейчас уйдёт, и я не смогу с ней перемолвиться! Даже показаться ей не смогу!

Живот подводило от голода. Я ничего не ела и не пила три дня. Меня поддерживала магия, но долго так не могло продолжаться. Ух, как я была зла! Я не я, когда голодна!

А скоро ещё и пить захочу. И станет совсем плохо.

Кассиопея, карга ты старая, уйди! Может, уронить на неё шкаф?

— Даже не думай, — буркнуло Зеркало. — Мне проблемы не нужны.

— Ты-то тут при чём, — фыркнула я.

— Этот ваш Джеймс меня уже не любит, — пожаловалось Зеркало. — Теперь ещё эта возненавидит. Возьмут и перевесят меня в подвал. Я и так там пылилось добрых лет пятьсот, и совершенно не хочу…

— Ох, уймись! — шикнула я.

Хоть бы послушать, о чём говорит Марта с этой каргой! Я осторожно усилила слух магией, как уже делала в портовой таверне.

— Я точно видела у вас этот сборник рецептов, — говорила Марта. — Вспомните, франне. Большая книга с бронзовым переплётом, верхняя застёжка держится на одном креплении.

— Ты точно путаешь! У меня книги в полном порядке! Зря теряешь время, Марта!

— Да нет же, книга точно была здесь!

Кассиопея строго посмотрела на неё и скрестила руки на груди.

— Хочешь сказать, я плохо делаю свою работу? Иди-ка на кухню и занимайся делом, к которому предназначена! А книги оставь мне!

Да уйди же ты! — прошипела я про себя. Что за вредная змея!

Кассиопея на секунду прикрыла глаза.

— Ладно, — сказала она, смягчаясь. — Я не оставлю тебя без новых рецептов.

— Старых, франне Кассиопея, старых! Сами знаете, страхохвостов к празднику нужно мариновать уже сейчас, а наш рецепт маринада недостаточно хорош! Солить красножаберников способом Лейца-Марица тоже надоело.

— Избавь меня!.. — Кассиопея отмахнулась и недовольно загремела ключами. — Сядь пока.

Я не верила своим глазам, когда смотрительница наконец убралась в Архив.

— Марта! — позвала я, снова прижавшись к стеклу. — Марта! Это я, Ио!

— Она тебя не слышит, — флегматично заметило Зеркало.

— Так сделай, чтобы услышала! — взвыла я. — Иначе я умру тут от голода и отравлю твоё прекрасное Зазеркалье!

— Своё, — бросило Зеркало. — У каждого своё Зазеркалье.

Я уже была готова отчаяться, но Зеркало смилостивилось и окликнуло Марту само.

— А теперь сделай так, чтобы она меня видела! — потребовала я.

Зеркало промолчало. Но если бы оно могло страдальчески закатить глаза, уверена, оно так и сделало. По гладкой поверхности прошла рябь, и я немедленно высунула в зал голову.

— Ой, мамочки! — Марта взвизгнула и отпрыгнула назад.

— Не бойся! — самым приветливым голосом заговорила я. — Это я, Ио. Помнишь меня?

Марта смотрела на меня как на двухголовую корову. И я её понимала. Когда стоишь себе, никого не трогаешь, ждёшь, когда тебе вынесут книжечку, и вдруг из зеркала появляется встрёпанная рыжая голова — явно не реверанс сделаешь!

— Это я, Ио! — повторила я. — Ты была права насчёт Джеймса! Он пытался меня… соблазнить, и я спряталась здесь. Мне нужна твоя помощь, Марта!

— А. почему ты не выйдешь? Ну, целиком?

— Зеркало не пустит меня обратно, — терпеливо объяснила я. — Марта, пожалуйста, мне нужна твоя помощь.

— Тогда скажи, о чём мы говорили, когда ты приходила в кухню! — Марта всё ещё держалась настороженно.

— Мы пытались сплетничать о Джеймсе, но ты не могла из-за чар. Зато если ты не потратила свои полсотни слов за сегодня, я с радостью послушаю об этом наглеце!

На круглом лице Марты расплылась улыбка.

— Ох, Ио, это и правда ты!

— А давайте вы посплетничаете в другой раз, — хмуро вмешалось Зеркало. — Не очень-то приятно, когда из тебя торчит голова.

— Мне нужна еда, Марта, — быстро проговорила я. — Всё, что не надо готовить. Пожалуйста, найди способ принести её вечером или ночью. Никаких изысков, я съем что угодно — хлеб, сыр, креветок там или копчёных острохвостов…

Зеркало фыркнуло. Но Марта серьёзно кивнула.

— Я помогу, Ио. Я вижу, что ты в беде. Так вот, Джеймс тут такое учудил.

Но узнать, что такого учудил мой наглый дракон, я не успела. Вернулась Кассиопея с огромным фолиантом — таким тяжёлым, что она везла его на специальной тележке. Марта так и кинулась к книге. Широкая улыбка на её лице была достаточно красноречива, чтобы понять — книга была та, что она просила. Затем она ушла, толкая тележку перед собой.

Я наблюдала за этим с обратной стороны Зеркала. Обернулась и побрела к своему безлюдному порту. Одна.

Кажется, впервые волшебный морской пейзаж меня не радовал, а наоборот нагонял тоску.

***

— Джеймс совсем ополоумел, — торопливо рассказывала Марта, пропихивая в Зеркало корзинку с едой. Зеркало упрямилось и пропускать корзинку отказывалось. — Где-то месяц назад устроил настоящую охоту за какой-то портовой бродяжкой. Поднял гвардейцев, отозвал им в помощь половину охраны Академии, поднял на уши поисковых магов.

— Да что ты говоришь! — Я ослабила хватку, и Зеркало торжествующе выплюнуло корзину.

— Ах, чтоб тебя, вредная стекляшка! — схватилась за голову Марта. Подняла плетёный короб и снова налегла на него. — Ио, тяни!

Думаю, со стороны это здорово напоминало попытку дать таблетку своенравному коту. Зеркало было непреклонно — хотя я в красках расписала, что не в его интересах уморить меня голодом. Заявило, что чего-чего, а корзины, да ещё с едой, в Зазеркалье не пытались пронести ни разу на его памяти. Мне ничего не оставалось, как попытаться подарить ему этот незабываемый опыт.

— Так что Джеймс? — пыхтя, спросила я.

— Переполошил, говорю, всю Аттамию, — также натужно отозвалась Марта. — Только не нашёл свою беглянку. До самого отбора ходил мрачный, как варёный чернильник. Потом резко повеселел. Это у него всегда, когда находит новую девчонку. А дня три назад опять.

Марта охнула и уставилась на меня. На этот раз она выпустила корзинку, и я удерживала её изо всех сил — Зеркало норовило снова её выплюнуть.

— Ио! Так это ты укрылась от него в Архиве! И это тебя он искал в порту! Точно, ты же исчезла как раз в те дни! Ох, Ио, что же случилось?

— Моя магия оказалась чуточку сильнее, чем мы думали, — уклончиво объяснила я. — Давай, пихай корзинку, иначе я останусь без еды!

— Я вообще не знала, что у тебя есть магия, — ахала Марта, с новыми силами атакуя Зеркало. — Я не видела её! Значит, ты сильнее меня. Гораздо сильнее…

— Я и магию Джеймса видела, — пропыхтела я. — Только что-то не заметила, чтобы была сильнее него.

— Это пока, — уверенно заявила Марта. — Ох, Ио, не знаю, радоваться за тебя или бояться! Большая сила приносит большие возможности и такие же большие проблемы!

— Пока что в этой силе никакого толка, раз мы не можем одолеть какое-то зеркало!

— Не какое-то. А древнейший магический артефакт, — бубнило Зеркало. — Меня сама Основательница Иоланта тряпочкой протирала! Никогда такого не было, чтобы сквозь моё стекло пихали еду! Да ещё в корзинке! А отходы потом будешь обратно выкидывать? Фу, гадость какая!

— Зеркало, милое! У нас нет времени! В любой момент сюда могут заявиться Кассиопея или Джеймс!

— Не заявятся. Они на состязаниях отбора. Я Зеркало, я всё слышу. Об этом говорили с утра.

Я устало прислонилась к стене, не выпуская корзинку из рук.

— Ладно. Марта, так что Джеймс? Намерен вытаскивать меня из Зазеркалья?

— Он не сможет этого сделать, пока ты прячешься в неведомых ему уголках памяти, — успокоила меня Марта. — Но если всё-таки найдёт, превратит твою жизнь в кошмар. Онто вхож в Зазеркалье, когда ему вздумается.

— Как это? — я похолодела.

— В свой мир, — поспешила закончить Марта. — В своём уголке ты в безопасности. А так маги-драконы свободно ходят в мир по ту сторону Зеркала. Я, например, могу пройти туда только по особому приглашению Зеркала. Но не хочу. Моя сила не настолько устойчива, чтобы выдержать искажения отражением, да ещё и создать свой мир.

— Я и драконов не пускаю, если не хочу, — отрезало Зеркало. — Эту пустило, только потому что обещало. Зазеркалье не резиновое!

— Но ведь не все маги — драконы? — уточнила я, не обращая внимания на Зеркало.

— Нет, конечно, — мотнула головой Марта. — Только верхушка. Магический и городской советы. И Истинный среди них только майнере Вальден, наш ректор.

— Не хотела бы я быть драконом, — вздохнула я. — Как я магом-то оказалась, в толк не возьму. Жила, никого не трогала. Перебирала бумажки. Ну книжки читала о всяких там крылатых чудищах и прекрасных принцессах…

— Не знаю, Ио. Одно могу сказать — твои родители боялись за тебя, раз спрятали тебя так далеко от Академии. Только силу в мешке не утаишь. Ты всё равно пришла в Академию — пусть по Закону Порога, а не по праву высшей магии.

— Да не было у меня никаких родителей! — возразила я. — Они на Севере вкалывали, добывали не то алмазы, не то золото. И погибли оба от взрыва. Меня бабушка вырастила, в деревне. Я потом уже перебралась в город, всё мечтала вырваться из грязи и нищеты! А бабушка отказалась переезжать.

Я оборвала себя на полуслове. Марте ничего не скажет загадочный «Север», здесь у них мир наверняка совсем другой. Но она смотрела на меня с сочувствием.

— Я не знаю, кем были твои родители, — мягко сказала она. — Но уверена, что если тебе грозила опасность, они сделали бы всё, чтобы защитить тебя. Даже если бы тебя потребовалось обречь на нищету и одиночество.

Я задумалась. Даже почти перестала тянуть корзину. Зеркало, казалось, тоже заслушалось и перестало так отчаянно её выталкивать.

Я никогда не была на могиле родителей. И живыми их не помнила. Даже фото не сохранилось. Мы с бабушкой не получили их личных вещей. Мог ли рассказ об их гибели быть выдумкой?

Но если так — получается, меня спрятали в том, обычном мире? Но почему? Если маги спокойно живут, получше простых людей?

— Может, ты тоже Истинный дракон? — задумчиво спросила Марта. — Может, ты вообще воплощение Основательницы Иоланты?

Зеркало возмущённо дёрнулось, как будто подавилось.

— Толкай! — заорала я.

И мы пропихнули корзинку сквозь него! Уфф!

— Ну, по крайней мере, одной проблемой меньше, — выдохнула я. — Спасибо, Марта! Знали бы раньше, что Зеркало можно пронять шуткой, не страдали бы так долго.

— Беспредел! — буркнуло Зеркало.

— Беспредел — морить голодом! — заявила я. — Как благодарить тебя, дорогая? Этой корзинки мне хватит на неделю, если не дольше.

— Лишь бы ничего не протухло, — забеспокоилась Марта.

— Об этом я позабочусь, — заверила её я. — Уж остановить размножение бактерий я смогу.

В глазах Марты мелькнуло уважение, смешанное с лёгким испугом. Вот она, магия умного и непонятного слова!

— Спасибо тебе, — поблагодарила я её в последний раз. — С твоей помощью я обязательно справлюсь.