Глава 5. Магические печати. Или печали?

— Здравствуй, милая Ио.

Посреди грязных трущоб Джеймс выглядел как бриллиант, который случайно уронили в навоз. Держался он с таким достоинством, будто до сих пор украшал королевскую корону как минимум.

— Что, офис в Аттамия-сити тебе больше не по карману? — съязвила я. — Пришлось перебраться в спальный район?

— Я был уверен, ты оценишь, — ухмыльнулся Джеймс. — Ты же тоже любишь это место, да, Ио?

— Морской воздух полезен для здоровья, — кивнула я. — Только я не знала, что сюда идёт трансфер из Зазеркалья.

— Выбраться из Зазеркалья не проблема. А дальше ещё проще. Коридоры под Академией достаточно путаны и длинны.

— На картах нет хода, ведущего в порт.

— Есть. Вернее, был. Просто я нашёл его раньше всех и немного подправил карту. Располагайся, чувствуй себя как дома! Здесь, конечно, не дворцовые покои, но вполне уютно. Особенно для вчерашней бродяжки.

— Ты следил за мной, пока я жила в порту! — пронзила меня догадка.

Джеймс довольно кивнул.

— Помнишь парня, который зажал тебя в проулке?

Светлые волосы, голубые глаза… Как я могла его не узнать?

— Того, которому я надела на голову пустой бочонок? — усмехнулась я.

— Что поделать, искусство требует жертв, — вернул мне усмешку Джеймс. — Зато ты быстро поняла, что этот мир для тебя опасен. Я восхищён твоим мужеством, Ио. Правда. Ты так упорно возилась с рыбьими кишками. Я даже стал волноваться, что ты выйдешь замуж за какого-нибудь матроса. Спровадила бы его в дальнее плавание и распоряжалась бы своей жизнью как хотела. Но я сделал ставку на твоё честолюбие и не ошибся.

— Ты меня обманул, — процедила я. — И теперь просишь помощи! На что ты делаешь ставку в этот раз?

— На твоё доброе сердце, — ухмыльнулся Джеймс.

И не ошибся, гад.

— Посмотри на меня, Ио. На мою магию.

Я наконец сообразила посмотреть на него внутренним зрением. И пришла в ужас.

Тьма, что выглядела лёгким налётом, теперь почти вытеснила свет. Раньше она лишь просвечивала через молочно-белую магию. Теперь Джеймса изнутри разрывал мрак. Не знаю, как он держался так спокойно.

— Что это? — выговорила я. — Что с тобой?

Джеймс усмехнулся:

— Ты слышала что-нибудь о магических печатях?

— О магических печатях?

Я принялась рыться в памяти и вспомнила, что Марта говорила об опасности неуправляемой магии. Именно поэтому всех, кто имел магический дар, отправляли в Академию и учили обращаться с даром так, чтобы не навредить себе и другим. И ставили печати… только я тогда не спросила, как именно они работают. Тогда меня занимали другие вопросы.

— Магическая печать — что-то вроде клятвы верности, которую невозможно нарушить. Её держит сама сила Академии. Помнишь, я давал тебе ощутить магию, которой пропитаны стены, особенно в подземельях? Бороться с ней не может никто. Академия не простит мне заговор против её ректора.

— Ты знал? И всё равно пошёл против Вальдена?

— Знал, конечно. Но я был уверен, что с твоей помощью одержу победу и смогу договориться с древней магией.

Я прикусила губу. Я была виновата не только в том, что Джеймс вообще решился на заговор, но и что теперь он медленно погибал в этих трущобах. Не то чтобы я была сильно против, но не так же, в грязи и одиночестве!

— Чего ты хочешь от меня? — спросила я.

— Ты задумывалась, где источник той силы, что питает Академию?

Я покачала головой.

— Подумай, Ио.

Я подумала. И догадалась. Как я сразу не поняла!

Джеймс кивнул:

— Конечно, могила Основательницы. Каждого выпускника подводят к ней и особым образом сонастраивают потоки. Довольно противный обряд, должен сказать. Ты как бы впускаешь в себя часть магии Академии, и в дальнейшем она не позволяет тебе делать ничего, что разрушило бы её. Сила начинает буквально раздирать тебя изнутри. Это и называют магической печатью.

— Но она не помешала тебе вынашивать заговор столько лет!

— Я всегда был достаточно силён, — улыбнулся Джеймс одними уголками рта. — Зато теперь получу за все эти годы… Так вот, остановить действие печати можно, только переориентировав поток. Удалять магические потоки из моего поля бессмысленно. Они давно срослись с моими. Нужно убедить магию Основательницы, что я ей не враг. Ты сделаешь это для меня?

— Я?

Даже не знаю, что меня больше удивило — что Джеймс считает меня способной на такое сложное дело или что в принципе обращается ко мне за помощью.

— Но. корректировать потоки. Я даже не знаю, что это!

— Ты справишься. Твоей силы хватит, чтобы во всём разобраться.

— Но как? Я не знаю ни заклинаний, ничего! Ты мне их скажешь?

— Ио, разве ты ещё не разобралась, что твоей силе не нужны заклинания? Достаточно твоей воли и чётко сформулированного желания.

Я недоверчиво посмотрела на него.

— А если меня разорвёт потоком на мелкие кусочки?

— Не разорвёт. Ты ведь уже подходила к усыпальнице, верно? Когда объявляли результаты отбора, я слышал каждый твой шаг внизу. Ты подходила к усыпальнице и соединяла свою силу с её. И тебе сошло это с рук.

Я задумалась. В этом Джеймс был прав.

— Сейчас ты выйдешь отсюда через туннель, которым воспользовался я. Здесь я за тебя не волнуюсь, ты хорошо ориентируешься в подземных ходах и пещерах. Как истинный дракон. Придёшь к усыпальнице, настроишься — ничего сложного!

— И пожелаю, чтобы ты поправился, — закончила я.

— Нет! — Джеймс поднял указательный палец. — В таких делах очень важна точно формулировок. Магия — дело такое. Если что-то может пойти не так, обязательно пойдёт. Пожелаешь, чтобы я поправился, и я поправлюсь — на сотню-другую фунтов. Понимаешь?

Я представила Джеймса с пивным животом и прыснула от смеха. Он тоже улыбнулся, но одними губами. Глаза оставались серьёзными.

— Ты должна формулировать очень точно, Ио. Вернуть мне былую силу во всех сферах

— вот такой запрос точно сработает.

— Как-то не очень звучит, — сказала я. — И его тоже можно толковать двояко…

— Он сработает, Ио, — надавил Джеймс. — Я точно знаю. Просто скажи эти слова и вложи в них свою волю.

— И ты вернёшь своё положение при Академии?

— С чего бы? Обвинение никуда не денется. Ио, я не прошу тебя подменить бумаги, рассорить Совет, не прошу заступиться за меня перед Вальденом! Не прошу даже не топить меня своими показаниями. Нет, говори правду, исполняй свой долг на здоровье! Мне не уйти от суда. Я всего лишь хочу встретить свою участь достойно, в здравом рассудке.

Я всё ещё колебалась. И Джеймс обрушил на меня последний довод.

— Ради моих родителей, Ио! Пусть хотя бы увидят меня на суде в человеческом облике. Представь, если бы твои родители видели, как твоя же магия сжирает тебя изнутри!

— Ты сам виноват! — быстро проговорила я, стараясь скрыть подступившие слёзы. — Если бы вёл себя нормально, магия бы не повернулась против тебя! Ты чуть не убил меня! Ты пытался обесчестить меня ради моей силы! Ты пошёл против моего мужчины! И теперь просишь меня о помощи!

— Что поделать! Больше мне просить некого, — горько усмехнулся Джеймс.

Я смотрела на него и не знала, что делать. Разум кричал уйти и оставить его одного. А ещё лучше позвать Вадима и да восторжествует справедливость.

Но я не могла так поступить.

Память подсовывала одно приятное переживание за другим. Мы с Джеймсом танцуем на балу. Он везёт меня по магазинам. В таверну. Целует меня. Он мог быть ласковым и щедрым, я точно знала! Если бы не скверна внутри него.

А ещё мне было жаль его родителей, которые заседают в Совете. Они не заслужили видеть своего сына в таком состоянии.

— Я помогу тебе, — сказала я. — Что я должна делать?

— Для начала подумать, как укрыться от Вальдена, — сказал Джеймс. — Если он узнает, что ты мне помогаешь, не обрадуется.

— Это точно, — вздохнула я. — Но это будут мои проблемы. Так что нужно сделать?

Я шла по подземелью назад, в Академию. И шарахалась от малейшего шороха. Мне казалось, что даже камни в стенах знают, что я задумала. Ждала, что потолок запросто может обвалиться прямо на меня. Или. не знаю, что угодно могло случиться!

И зачем я согласилась на просьбу Джеймса?

В любом случае, отступать было поздно. Я шла, освещая коридоры собственной силой, и за спиной мне мерещились то шаги, то хлопанье крыльев. Не моих.

Эти коридоры были слишком древними, чтобы гулять по ним безнаказанно.

Но мне удалось пройти целой и невредимой. Я добралась до мраморного подземелье и опустилась перед усыпальницей на колени.

Сила Основательницы текла легко и свободно, как река. Я погрузилась в неё, и белая магия с готовностью подхватила меня.

Магия Джеймса была густой, как сливки, и такой же сладковатой. Магия Вадима — жгучей, как молния, и пахла озоном. Но магия Основательницы Иоланты не поддавалась описанию. Она была чистым светом. Ласковым, принимающим, всепрощающим. Я тонула в нём, как в материнских объятиях. Воспоминания комком подкатили к горлу, и я расплакалась.

В отличие от Джеймса, я не помнила родителей. Они работали на Севере, какими-то ужасно длинными вахтами. Меня вырастила бабушка. Обещала, что родители приедут через год, только заработают побольше, чтобы сразу купить в Н-ске квартиру и открыть мне счёт для безбедного будущего. Не успели. Авария на производстве, отказ оборудования, взрыв… Пока мы с бабушкой пытались осознать, что случилось, произошёл очередной финансовый обвал. Деньги, которые мои родители зарабатывали ценой здоровья и в конечном итоге жизни, обесценились. Остатков хватило, чтобы я уехала в Н-ск учиться. Я жила в общежитии и тратила только на самое необходимое. Деньги кончились одновременно с получением диплома. Я могла вернуться в маленький городок к бабушке. Но мне хотелось исполнить мечту родителей и жить в Н-ске. Устроилась на работу, сняла крошечную квартирку. Только с безбедной жизнью как-то не задалось.

Древняя сила текла сквозь меня, смывая воспоминания. Постепенно слёзы высохли. Осталась только светлая печаль.

Время было вспомнить, для чего я сюда пришла. Я сомкнула ладони, пока покалывание не стало невыносимым. И приложила руки к разноцветному мрамору усыпальницы.

Сила прошила меня от ступней до макушки. Я едва устояла на ногах. Я никогда не занималась сёрфингом, но сразу представила, что именно так балансируют на волне. Ощущение, что под моими ногами огромная могучая стихия, точно соответствовало.

Постепенно ощущения выровнялись. Мне удалось сонастроиться. Сила всё ещё была невыносимо могучей, но я была соразмерна ей.

Сколько же упорства было в Джеймсе, если он противостоял этой силище!

Я медленно вздохнула. Предстояло самое сложное.

Я вызвала в памяти самые приятные минуты с Джеймсом. Его слова, прикосновения, поцелуи. Я вливала свои чувства в магический поток, мысленно твердя: «Джеймс не враг. Джеймс не враг». Сила переполняла меня, временами было трудно дышать. Больше я не могла её удерживать.

— Я хочу вернуть Джеймсу силу во всех сферах, — выдохнула я.

Меня отбросило назад. Не сильно, но ощутимо. Я поднялась, руки и колени дрожали. Услышала ли меня Основательница? Я была уверена, что услышала.

— Спасибо, Ио.

Я вскинула голову. Перед глазами мелькали мушки. Я не сразу привыкла к сумраку подземелья, но наконец разглядела фигуру в мундире, расшитом серебром. Джеймс стоял напротив меня, скрестив руки на груди, и улыбался.

И его улыбка мне совсем не понравилась.