Глава 5

Мира осмотрелась по сторонам, затем взглянула на вещь, которую сжимала в руках. Это оказался меч, скрытый в ножнах. Ножны были сделаны из дерева и покрыты изящной резьбой и лаком. С украшенной причудливым орнаментом рукояти меча волной спадала алая лента. Меч оказался на удивление лёгким и по весу больше напоминал кинжал. Соловьёва подумала, что неплохо бы его спрятать, и в тот же миг меч исчез. Чтобы появиться сразу по новому мысленному приказу. «Удобная штучка», – подумала Мира и снова заставила меч исчезнуть. Она стояла на вершине небольшого холма прямо перед фиолетовой преградой, от которой исходила зловещая аура. Судя по всему, за ней начинались проклятые земли, или, как их ещё называли, Гибельные. Их укрывал огромный полупрозрачный купол. Граница земель обычных фей была видна невооружённым глазом. Всё, на что обращал внимание глаз на «светлой» стороне зеленело и цвело, холмы покрывала приземистая трава цвета охры, деревья встречались редко и были маленькими, в человеческий рост. Временами, когда над землёй нависали тучи, местность тоже меняла цвет на красный, коричневый, тёмный. Но, в целом, всё тут дышало жизнью, в отличие от пугающей черноты за пределами барьера на проклятых землях. Миру посетила мысль сбежать отсюда. Куда-нибудь на край земель светлых фей. Туда, где её не примут за чужака, и она сможет «отсидеться» в покое целый год. Одна эта мысль наполнила лёгкие воздухом, а крылья – небывалой силой. Но Соловьёва не поддалась ей. За ней следят, это очевидно. Даже сейчас она чувствует чей – то взгляд, поэтому сбежать не получится. Может, это будет проще сделать после преодоления барьера? Вряд ли светлые феи сунутся на территорию врага. Приняв решение, Мира не стала медлить. Вызвав свой меч, она со всей силой нанесла удар по краю барьера и тут же почувствовала себя так, точно разбила навесное зеркало. Множество осколков устремились к ней, рассекая кожу, и она едва успела прикрыть лицо ладонью. Большинство осколков меч отразил, но руки все же оказались порезаны. Мира присмотрелась к открывшемуся проёму. Он был большой брешью в барьере в два метра высотой и уже стал покрываться тонкой плёнкой. Мира смело шагнула туда, и тут же за её спиной барьер снова восстановился. Соловьёва осмотрела свой меч и вздрогнула, заметив на лезвии маленькую трещинку. Значит, артефакт можно сломать. Только этого не хватало. С другой стороны, она все же прошла внутрь барьера. Теперь осталось лишь найти принцессу, и миссия завершена. Конечно, если её здесь не убьёт чокнутый похититель принцесс и его слуги. Земли здесь имели серые и чёрные тона. Даже трава была чёрной. И повсюду, куда ни взглянешь, тянется белая паутина. Мира устала расчищать её мечом. Никто не встретил нарушителя. Более того, по количеству дикорастущего леса Мира сделала вывод, что живых здесь вообще может и не быть. Из последних сил она всматривалась в белую дымку, что покрывала собой деревья и кустарники. И ей вдруг показалось, что очень далеко она видит очертания замка. Мира попробовала подвигать крыльями за спиной, но те будто склеились и не хотели взлетать. «Вот бы попасть сразу в замок», – размышляла Мира, когда нога угодила в липкую грязь, напоминающую болото. В ту же минуту меч в руке потяжелел и ярко засветился. Это ощущение Соловьёвой было знакомо. Она снова перемещалась в пространстве. * ** Мира оказалась на вершине башни. Очнулась, лёжа на камнях, чувствуя, как по телу гуляет холодный ветер. Удивительно – снаружи купола на землях светлых фей царило лето, а здесь в воздухе кружились снежинки. Без магии, разумеется, не обошлось. Снег не обжигал ледяным холодом тело, Мире в джинсах и футболке было вполне комфортно. Какое-то время девушка рассматривала небо над собой – такое близкое, точно в кружевных облачках. А затем смогла подняться на колени и посмотреть по сторонам. Сейчас, как никогда прежде, Мира ощущала нехватку смелости. Ей не хотелось быть исследователем этих тёмных земель. Но осмотреться пришлось. В центре башни стоял хрустальный трон. На нём неподвижно сидел темноволосый молодой мужчина, черты лица которого были столь изящны, что напоминали женские. Его длинные тёмные волосы, скрепленные лишь тиарой из золотых листьев, тёмными ручьями текли по тонким плечам. Бело-зелёные одежды, полностью скрывающие тело, напомнили Мире небожителей из китайских легенд – длинная туника в пол с широкими рукавами, перехваченная золотистым поясом. Но Мира забыла о красоте мужчины перед собой, когда увидела хрупкое тело в его руках. Она сразу поняла, что это та, кого она искала, – пропавшая принцесса Лорибэль. Глаза девушки были закрыты, она дышала глубоко и ровно. От спящей девушки исходила столь светлая энергия, что к ней хотелось припасть, прикоснуться и не отпускать. Крылья за спиной Миры дрогнули, почувствовав родственную силу. Помимо двоих, сидевших на троне, вокруг не было ни единой души. Лишь ветер перегонял по башне клубы пыли. Мира поднялась с колен и подошла к трону. Она не могла понять, почему эти двое спят. Неужели, проклятие Владыки Падшего перешло и на принцессу Лорибэль? Тогда не опасно ли для неё, Миры Соловьёвой, здесь находиться? Вдруг её тоже сморит этот вечный сон? И, по словам светлых фей, Падший Владыка заточил принцессу, но по всему выходит, что они оба стали жертвой какого-то проклятия. Соловьева потребовала у меча, чтобы тот скрылся, затем погладила принцессу по золотистым волосам и позвала ее громко: – Лорибэль, вы должны очнуться! Я пришла за вами! Но девушка никак не отреагировала. Она не просыпалась, несмотря на все её усилия – не помогли ни крики, не мольбы, ни даже пощёчина, которую Мира отвесила со злости. Принцесса фей не отреагировала даже на поцелуй. А что делать? Для исцеления от проклятия все средства хороши. Мира легонько прикоснулась губами к чужой холодной щеке. Но это нисколько не помогло. Тогда Соловьева обратила внимание на Падшего Владыку, который к слову, казался даже красивее принцессы. Ей в голову пришло, что она может отрубить голову этому спящему созданию, как в книгах про злых драконов, и вернуть душу принцессы в этот мир. Мира снова вызвала меч и собиралась уже всерьёз замахнуться, как вдруг что-то заставило её замереть на месте. «Мирик, ты не должна убивать даже паучков. Каждая душа имеет право на жизнь», – перед глазами пронёсся образ бабушки Агафьи, когда-то отчитывающей её за то, что она запирала пауков в садовой стеклянной банке. Рука с занесённым мечом остановилась, а потом и вовсе медленно опустилась вниз. Мира вдруг прикоснулась к лицу спящего красавчика, чувствуя, будто трогает нежнейший шёлк. Подхватив спящего правителя за подбородок, Соловьёва вдруг задумалась, какого цвета глаза могут быть у столь совершенного парня. Ей даже пришло в голову – а что, если поцеловать этого спящего красавца? Может в этой сказке, в которую она попала, все по-другому, и от поцелуя проснётся принц, а не принцесса. Ну а принцесса, само собой, проснется следом за ним. Только представив поцелуй с незнакомым парнем, Мира поморщилась, отчаянно надеясь, что не краснеет, и в этот момент в её сознании мелькнуло странное воспоминание – она поднимается со дна моря. На ней белое платье, в воде плотно облегающее фигуру и к груди привязан тяжёлый булыжник. Чьи-то сильные руки тянут её наверх, и он пытается рассмотреть своего случайного спасителя. Лучистые глаза цвета залитого солнцем шафрана, светлозеленые волосы перевиты нитями с жемчугом, а вместо ног у спасителя… рыбий хвост. Потянувшись к звенящим украшениям на волосах и пропуская их сквозь пальцы, Мира очнулась лишь, когда понял, что поглаживает чёрные кудри спящего короля. Или ранее спящего… В эту минуту мужчина перед ней открыл знакомо-золотистые глаза и встретился взглядом с Мирой, после чего неожиданно схватил её за руку: – Гардарика! Это ты? – Кто?! – растерялся Мира, – не знаю никого с таким именем. – И я не знаю, – золотистые глаза потемнели, – сам не знаю, почему назвал тебя так. Но у тебя получилось разбудить меня. В ту же минуту над их головами разошлись тучи. Лучи полуденного солнца осветили вершину башни. Падший Владыка слегка тряхнул девушку в своих руках, и о чудо! Она проснулась, сладко потягиваясь. – Какой красивый мужчина! – воскликнула принцесса Лорибэль, – и как долго я спала? – Ты не просто спала, ты была под заклятием, – вклинилась с объяснениями Мира, – и тебя ожидают в королевстве светлых фей. Я пришла, чтобы вернуть тебя. Девушка, пошатываясь, встала с чужих коленей, глядя по сторонам: – Но, что произошло? Помню только, как играла в саду с друзьями, а потом всё изменилось. – Тот мужчина, что сейчас стоит позади тебя, украл тебя. Я должна вернуть тебя, вот и всё, что тебе нужно знать. – Нет, Гардарика. Я не отпущу эту девушку так просто. Она – редкое дитя, способное очищать эти проклятые земли одним своим присутствием. Мне она необходима. Принцесса обернулась и посмотрела на своего пленителя. Её глаза заблестели, как иней под зимним солнцем, а щеки порозовели. Мире показалось, что она совсем не против, немного побыть в плену. – Тогда я убью тебя и заберу её, – просто сказала Мира, вытаскивая из подпространства меч. – Гардарика, ты не сможешь убить меня, это ещё никому не удавалось, – Владыка щёлкнул пальцами, и меч в руке Соловьёвой разлетелся на две неравные половины. Мира потрясённо уставилась на сломанное оружие, хвалёный артефакт, валяющийся теперь на каменном полу перед ней. И чем теперь прикажете обезвреживать врага? Да и возвращаться назад? Мира только научилась отдавать мечу распоряжения! Заметив её расстроенный вид, Владыка произнёс: – Однако я могу отпустить принцессу с одним условием. Так будет нормально? – Каким ещё условием? – нахмурилась Мира, – я не заключаю сделки с плохими парнями. – Но тебе придётся. Светлые дали задание вернуть принцессу, и, судя по тому, что ты – иномирка, не отпустят тебя домой, пока ты не выполнишь это условие. А я могу отпустить девушку, но взамен хочу получить услугу от тебя. – И чего же ты хочешь? – Очень просто. Ты должна на этот год остаться вместе со мной. Вот и всё, что от тебя требуется. – Но разве принцесса не важна для твоих земель? – растерялась Мира. – Не принцесса пробудила Гибельные земли ото сна. Значит, ты для меня важнее. – Видимо, у меня нет выбора, чтобы вернуть принцессу, придётся заключить сделку с вами, – вздохнула Мира, – но тогда не называйте меня Гардарика. – Да, та женщина была красивее тебя, ты на на неё не похожа. Но в прошлом и я не был похож на человека. Судя по всему, я был полурыбой… Ты же видела тоже, что и я? – Вы были русалом, – поправила его Мира, – и спасли жизнь какой-то девушке, которую, то ли пытались убить, то ли она сама решила утопиться. Но причем здесь я? Может быть, я случайно вижу эти воспоминания, подсматриваю их у вас, благодаря тому, что я – иномерянка. – Нет, ты – Гардарика, я чувствую. Но, что на счёт того, чтобы прежде обсуждать нас с тобой, отправим маленькую принцессу домой к её родне? – Как я могу быть уверена, что она попала, куда следует? – нахмурилась Мира. – Феи сообщат тебе о завершении задания. Кстати, как тебя зовут сейчас? – Мира, – мрачно отозвалась девушка и сделала несколько шагов назад, отступая от принцессы и Падшего Владыки. – Хорошо, Мира. Вот преграда между нами и исчезла! – хлопнул в ладоши тёмный фей, и принцесса действительно испарилась. Зато в голове Миры отчётливо прозвучал голос феи, что отправляла его на задание: «Поздравляю! Принцесса на территории светлых! Ты можешь присоединиться к светлым феям на этот год, когда вернёшься с Гибельных земель, а потом мы отправим тебя домой!» Падший Владыка, тем временем обходил открытую площадку башни и даже насвистывал себе под нос какую-то песенку. Мира посмотрела на его расслабленный вид и не удержалась от вопроса: – А где я буду жить, и есть ли у вас тут нормальная пища? Крылья тёмного фея возбужденно заколыхались, по ним на солнце пробежали сиренево-алые разводы: – Конечно, Гардарика… то есть прости, Мира. Тебе ни в чём не будет отказа. Для начала – что бы ты хотела съесть прямо сейчас? Может быть, мороженое или пирожное? Мира испуганно подскочила на месте, когда в одной его руке материализовалось мороженое в шоколадном рожке, а в другом – пирожное на бумажном блюдце. – Я бы хотела чего-то нормального. –Тогда тарелка горячего куриного бульона будет кстати? – улыбнулся Падший Владыка и после утвердительного кивка Миры, одним движением руки создал для неё стол прямо на площадке башни. На круглом столе находилась фарфоровая супница, вокруг неё – глубокие миски и ложки. Мира в этот раз не стала спорить и с самым серьёзным видом открыла супницу. Тем временем тёмный фей продолжал болтать: – Не думай, что у меня нет слуг, которые справляются с домашними делами. Просто всем нужно прийти в себя от проклятия. На это потребуется время, конечно. А пока я и сам могу магически создать любую мне еду. А потом я провожу тебя в твою комнату. Ты же не собираешься жить, как я до этого, на вершине башни? Знаешь, почему я так спал? Мне пришлось. Это была самая высокая точка замке. Проклятие там имело свойство смещаться и рассеиваться. Время от времени я даже просыпался, но лишь затем, чтобы уснуть снова. Ты не представляешь, насколько приятно чувствовать себя живым. – Могу представить, – обронила Мира, вспомнив свою выписку из больницы после аварии. – А что с вашим проклятием? Мне сказали, оно с рождения. – Нет, не с рождения. Однажды добрый старший брат наградил меня и земли тёмных фей проклятием, потому что сам не смог здесь править. Только и всего. – Вот как? – задумчиво произнесла Мира, поднося ложку к губам и пробуя приятно пахнущий бульон. На вкус суп оказался не очень и почему-то пах лечебной ромашкой. Очевидно, обычный суп обладает лучшими вкусовыми качествами, чем созданный с помощью магии. На столе также материализовались изящные серебряные стаканы и клюквенный сок в графине. Мира, решив, что уже поздно сомневаться в пище и напитках, налила себе сока. – Значит, ваш старший брат виноват в том, что вы похитили принцессу светлых фей? – Можно и так сказать. Но я не буду полностью снимать с себя вину. Принцесса Лорибэль была нужна, чтобы остановить осквернение земли. И с её помощью это получилось, благодаря ей тёмные феи все ещё живы. – Как вы можете быть уверены? Я, пробираясь сюда, видела лишь паутину и запустение. – Я приказал всем феям оставаться в пределах замка. Они выжили, это я точно знаю. Хотите познакомиться с темнокрылыми прямо сейчас? – Я не против этого, но сначала хотела бы узнать, что такого вы сделали родному брату, что он обрёк вас на гибель. – Он должен был получить власть над землями тёмных фей, но я смог открыть Врата Истины – место, что почитается тёмными феями едва ли меньше, чем светлыми обитель снежного цветка. В этом месте мы получаем знания древних и распределяем их между собой. Врата были закрыты долгие века, но я случайно смог открыть их своим прикосновением. Тогда меня выбрали новым правителем. – Падшим Владыкой? – Так меня называют глупые трусливые белые феи. Правитель – это титул, который передается темными феями. – Мне так называть вас? – Нет, я бы предпочёл, чтобы ты звала меня просто Зельф. Ты не против? – Знаете, Зельф, вы совсем не такой плохой, каким вас считают, – признала Мира. – Во—первых, почему мы на «вы», во—вторых, кто считает? Если светлые феи, то тёмные для них – бельмо на глазу. Но ведь это не значит, что все мы подлежим уничтожению! – Но вы украли принцессу, они очень злятся, – словно не замечая перехода «на ты», продолжила спрашивать Мира. – Но войну не объявили и не объявят. Для них лучше худой мир, чем война на уничтожение. Те ещё трусы… – Но ведь и вы не начинаете такую войну. – Их больше, и нас устраивает наша территория. Ни один светлый здесь всё равно долго не проживёт. Вот почему между нашими землями сохраняется нейтралитет. Мира, давай «на ты». Я не хочу так официально общаться со своей спасительницей! – золотистые глаза недовольно сверкнули. – Хорошо, значит, на «ты», – Мира снова отпила из стакана и поморщилась от кисловатого вкуса сока, – скажи, а проклятье брата всё ещё держится, несмотря на то, что я «разбудила» ваши земли? И не проще ли разыскать брата, чтобы он снял его? – Брат не поможет, даже если бы захотел. Его изгнали из земель Тёмных эльфов много дней назад, и, покинув эти земли, он лишился своих сил. Его прощальные слова звучали так: «Никто не полюбит нового Тёмного владыку, потому что рядом с тобой будет испытывать на себе боль твоего проклятия». – И, что, кто-то уже испытывал боль? – У меня нет рядом никого особо близкого, чтобы я убедился в действии проклятия. Но раз в месяц я не помню самого себя. Так было до того, как страна погрузилась в сон. – Не помнишь, значит… То есть мне всего лишь нужно раз в месяц напомнить тебе, кто ты такой? – обрадовалась Мира. – Хотя бы попытайся. Останься со мной, Мира. – Хорошо. А теперь я хотела бы отдохнуть, если ты не против. – Конечно, подожди, я спрошу, приготовили ли тебе комнату, – на столе возник серебряный колокольчик, и Зельф позвонил в него. Тут же появился фей, своим серьёзным видом напомнивший Мире дворецкого из западных фильмов. Он был худощавым подтянутым мужчиной в очках. (Мире показалось забавным, что даже в фэнтезийном мире фей не могут справиться с проблемой близорукости) За его спиной порхали черно-золотистые крылья. – Что угодно господину? Может, покажетесь народу, который счастлив, что дождался спасения и расскажете, как вам удалось пробудить Гибельные земли ото сна? – Я обязательно сделаю это, но позже. Сейчас в нашем замке надо приготовить покои для этой юной феи, Роин. Её зовут Мира, – повелительно распорядился Зельф. – Конечно, – отозвался Роин и поклонился девушке, – пожалуйста, следуйте за мной. Мира думала, что они будут долго спускаться и кружить по лестницам, но в стене башни обнаружился закрытый ход. Именно туда её и повёл «дворецкий». Стоило отвориться двери в стене и зайти внутрь, как они переместились в пространстве. Проход в стене был сделан наподобие лифта, отличаясь от последнего тем, что останавливался не на этажах, а в разных точках замка по мысленному требованию пользующегося этим странным устройством. Они с Роином в мгновение ока оказались у высоких золочёных дверей, и, когда вошли, Мира присвистнула от удивления. В обстановке комнаты чувствовался стиль и богатство. Тут было слишком шикарно, по мнению простой жительницы московского многоквартирного дома. Кружева, оплетающее одеяло на кровати, казалось тончайшей работы. Два резных кресла, выполненные из белой кости какого-то животного, казались произведением искусства. Кровать с высоким мягким изголовьем, так и манила прилечь. Полупрозрачные гардины с серебряной нитью еле заметно колыхались, впуская воздух из разноцветного витражного окна. Вся обстановка дышала покоем и изяществом. И не сказать, что комната несколько месяцев пустовала. – В соседней комнате купальня, вы можете освежиться, – сообщил Роин, поправив очки на носу, – я распоряжусь, чтобы вам подали ужин. А теперь, с вашего разрешения, я вас оставлю. Мира дождалась, пока Роин покинет комнату, прежде чем подойти к кровати и удивленно подцепить с неё одежду, напоминающую непрозрачный пеньюар. «Очевидно, никто не думает, что я буду валяться на кровати в собственной одежде. Вдруг запачкаю постель», – хмыкнула девушка и сразу же переоделась, с удовольствием стянув порядком надоевшие джинсы и футболку. Помыться она решила потом, когда проснется, а пока забралась на кровать, завесила её балдахином от чужих взглядов и быстро заснула.