Глава 6

Мире снился её мир. Сначала школа, прошлый год. Тогда, переехав в другой район Москвы вместе с приёмным отцом, девушка пошла в новую школу. Она пришла в школу в октябре, и весь класс уже разделился на компании, куда её не брали. Может, конечно, она и сама вела себя слишком тихо, стараясь не привлекать лишнего внимания, разве только обижать себя не давала. Но и в друзья ей никто не набивался, а делать шаг первой очень не хотелось. После учёбы Мира приходила в пустую квартиру, варила пельмени и включала сериалы. Каналов у приёмного отца было очень много, но она всегда выбирала канал корейских дорам. Несмотря на некоторую наивность сюжетов и частые ссоры персонажей, актёры казались ей невероятно близкими и живыми. Опекун не возвращался до позднего вечера, или приезжал, когда она уже спала. Он работал в фирме по производству мебели и часто отправлялся в командировки. Всегда оставлял пухлый конверт с деньгами на столе, Мира только удивлялась, как он не понимает, что она тратит деньги не на еду, а на все, что касается компьютерных игр – внешний вид персонажей, аккаунты и прочее. Да, также деньги уходили на украшения из дорам. Мире казалось это верхом крутости – иметь тот же браслетик, что у какого-нибудь смазливого молодого корейского актёра. Пару раз девчонки замечали за ней стремление к необычным украшениям, хвалили её вкус, но на этом отношения с классом заканчивались. Мира не горевала, было бы гораздо хуже, если бы её расспрашивали об аварии. Но в Москве новости быстро стареют, и никто из новых одноклассников не пытался рыться в её прошлом. Дома было одиноко и грустно, и настроение повышал только рыжий кот Евгеша, который всегда терся своей круглой мордой Мире в коленки и начинал её вылизывать, как котёнка. Кота привезли со старой квартиры, которая сейчас пустовала. Её опекун так и не принял решение сдавать квартиру родителей Миры, а она не могла найти решимости посетить своё прежнее жильё. Во сне Мира неожиданно поняла, что хочет назад, в свой мир. И хоть здесь и не к чему особенно было возвращаться, там жила её семья. Даже дядя Слава, который мог неделями не появляться дома, стал частью её. И здесь же был её любимый художественный колледж, который принял её по специальности «графический дизайн», где она проучилась ровно год. Мира как раз разбирала свои рекламные баннеры, которые придумала для разных сетевых сайтов, когда её окликнул вернувшийся опекун: – Мира, привет. Уже ужинала? – Приготовила пюре с котлетами, всё на столе. Я уже поела. А ты снова опоздал. – Прости меня, Мира. Знаешь, я думаю, тебе непросто оставаться одной в этом доме. По этой причине я решил найти для нас обоих человека, который станет для тебя… второй мамой. Ты же не против? Завтра я приглашу ее на ужин в корейский ресторан. Ты же любишь всё корейское, пойдёшь с нами? Мира растерянно хлопала глазами. Точно, это был их последний разговор с опекуном. Как же она тогда разозлилась на него! И ведь надо же – пригласил свою любовницу в ресторан, воспоминания о котором всегда ассоциировались у Миры с приятной компанией старых друзей. Сейчас Мира не чувствовала злости. Она даже бы с удовольствием сходила бы с дядей Славой и его женщиной в совершенно любое место. Но мир вдруг начал вращаться, и комната с компьютером стала удаляться на глазах. Очнулась Мира на огромной постели, рассматривая причудливый узор на потолке, имитирующий звёздное небо. Здешние созвездия не были похожи на те, что и в реальности Миры. Она не нашла Большую медведицу или Ориона. Местные созвездия имели по десять —пятнадцать углов и сверкали серебром на белом, словно снег, потолке. Мира сходила в соседнюю комнату, умылась и даже почистила зубы каким-то специальным средством фей, позже оглядела себя и поняла, что пришло время переодеться. Она собиралась было вновь облачиться в джинсы и футболку, когда увидела недалеко от кровати вешалку с пятью платьями из тонкой ткани. Никаких пышных юбок и кринолинов – просто удобные платья с длинным или коротким рукавом, из нежного хлопка, льна и шёлка. Мира соблазнилась примерить одно, напоминавшее ей прибалтийские платья из детства, которые из командировки однажды привёз отец. Это было светло-зелёное платье, которое невероятно подходило её коротким белокурым волосам. К платью прилагались туфли—лодочки, которые мягко сели на ногу. Покрутившись возле большого навесного зеркала, Мира раздумывала, как бы сбежать от присмотра и активировать крылья феи, чтобы полетать по замку в одиночестве, но тут открылась дверь. На пороге появился тот самый мужчина, которого боялись за пределами гибельных земель. Зельф сегодня красовался в алых одеждах – в приталенной тунике поверх светлых брюк. На плечах поблескивали золотые полосы, а над правым карманом радужно переливался символ, похожий на бабочку. – Родовой знак, я обязан носить его, – произнёс князь, теребя край своей длинной тёмной косы, в которую аккуратно были заплетены его длинные волосы. – Я же вас об этом не спрашивала, – попыталась скрыть смущение из-за своего отчаянного любопытства Мира. –А я рад, что вы переоделись в платье. Вам очень идёт. Ваши вещи уж слишком мужские. – А мне нравятся! – вступилась Мари за свои любимые джинсы. – Но сейчас мы во дворце, я прошу вас придерживаться нашего этикета. Вы, понятное дело, о нём не слышали. Но я подберу для вас учителя… – Обойдёмся и платьем! – перебила Зельфа Мира, не собиравшаяся надолго задерживаться в мире фей, и, особенно, в Гибельных землях. – Что ж… Мне кажется, Гардарика, твой образ нужно чем-то дополнить. Например, этим, – усмехнулся он и начертил правой рукой круг прямо в воздухе. Мире показалось, что перед ней вспыхнули разом десяток солнц. А потом спину вдруг стало оттягивать что-то вниз. Минуту спустя она потрясённо рассматривала полутораметровую белокурую косу, в которую превратились её короткие волосы, так еще и заплелись тремя разноцветными лентами. – Что это? – возмущённо спросила Мира, наматывая косу на запястье, – зачем вы наколдовали мне лишние волосы? – У Гардарики были волосы до пят. Так ты больше на неё походишь. Это красиво, разве нет? – прохладно улыбнулся Зельф, демонстрируя идеально белые острые зубы. – Хорошо, я обрежу их при первой же возможности! – воодушевилась Мира, на что Зельф ответил смешком: – Пока ты в этом мире, можешь стричься сколько угодно, волосы будут отрастать наутро вновь. Таково мое заклятие. И запомни, резать магические волосы – довольно болезненная процедура. Радуйся красоте волос и цени их, Мира. Говорят, в них сила женщины и её здоровье. – Тебе бы придумывать слоганы рекламы средства от облысения, – раздражённо ответила Мира, неосознанно поглаживая волосы, и понимая, что впервые они стали такими сильными и густыми. – Лучше скажи, чем сегодня хочешь заняться в первую очередь? – спросил её Зельф. – Увидеть самое красивое место в Гибельных землях, – отозвалась Мира, – но сначала перекусить. – Пища фей очень простая. Особенный нектар и специальный хлеб, нам не нужно ничего больше, – Зельф взял её за руку, и они переместились в королевскую обеденную. Это оказался огромный зал с овальным столом, вокруг которого замерли слуги в тёмной одежде с белыми стоячими воротничками. Усадив гостью рядом с собой, Зельф приступил к трапезе. Вопреки его словам, здесь было много всего – фруктов, блинов, варенья и мёда. Мира быстро утолила голод, после чего они с князем отправились на прогулку в сад. Сад оказался «висячим», в прямом смысле слова. Трава и растения парили в двух метрах от основного пласта земли. – Этот сад возвышается между небом и землей, это наша особенная гордость. Когда-то светлые феи скинули проклятие на эту землю, чтобы она никогда не была плодородной, раз выбрала другого короля. Тогда мой предок, открывший Врата Истины, смог остановить проклятие, разделив землю на две части – Гибельную и Живую. И теперь все земли у нас разделены на два пласта – один парящий в воздухе, второй – хранящий и отдающий тепло земли. Мира ступила на парящие земли и прошла под парящими яблонями и вишнями. Здесь были также деревья с незнакомыми ей фруктами. Она почувствовала острое желание взлететь и материализовала крылья. Тут же со спины она услышала презрительный шепот: «Светлая фея на нашей территории!» «Это же наша спасительница – иномирянка!» Мира не стала оборачиваться, просто распахнула крылья и полетела на встречу к солнцу и ветру. Зельф тоже взлетел на своих белых крыльях и оказался на самой макушке яблони быстрее, чем она. – Дар фей, они оставят его тебе навсегда? В твоём мире он будет полезен. – Если научусь перемещаться мгновенно на большие расстояния. Например, вот я в Москве, а завтра на побережье Мексиканского залива… – мечтательно произнесла Мира, – и никаких самолётов. – Упустим, что я не знаю, что такое Москва, Мексиканский залив и самолёты. Но думаю, что крылья везде пригодятся. – Да, пожалуй, крылья будут полезны. И на работу не нужно ехать, минуя пробки и толпы людей. Просто подумала, где хочешь оказаться – и раз, совершил скачок. Хотя так можно привлечь внимание спецслужб. – Не думай об этом пока. Взгляни, этот мир ты пробудила ото сна. Тебе он нравится? Мира окинула взглядом бескрайние зелёные поля, залитые солнцем, макушки деревьев, теряющиеся в утреннем тумане, дорожку синеватой речной глади, что крадучись стекает к стенам замка, поля, полные луговых цветов и кустов шиповника, и сказала: – Здесь очень хорошо. Я рада, что получилось спасти это место. – Но ты спасла не всех. На территории Гибельных земель есть ещё места, которые мы назвали «Непробуждёнными». Тёмные феи и природа там всё ещё в состоянии глубокого сна. Я не знаю, почему это произошло. Но верю, если ты отправишься со мной туда, мы сможем спасти всех. – Я сделаю, что могу. – Но сначала тебе нужно отправиться со мной к Вратам Истины, – внезапно сказал Зельф. – Подойти близко к святыне тёмных фей? А это не слишком? Разве меня, иномирянку, подпустят к достоянию ваших предков? – Ты – наша спасительница, и можешь открыть кое-какие тайны, к которым до этого никто не мог прикоснуться. Но это – только повод. Для меня важнее узнать, как познакомились я и Гардарика. И, если ты будешь со мной у Врат Истины, я уверен, мы узнаем, что же случилось в прошлом. – Ты думаешь, они, в прошлом, любили друг друга? – Я знаю, что любил тебя. Хотелось бы, чтобы и ты вспомнила свои чувства. – А что, если окажется, что я тебя ненавидела? Ты будешь расстроен? – Переживу. И сделаю так, что в этой жизни ты меня полюбишь. Мира почувствовала, как краска бросается в лицо. Она так отчаянно противилась мысли влюбиться в кого-то, потому что близкие люди её покидали. И уж меньше всего хотела, чтобы её второй половинкой стал мужчина из другого мира. От возмущения она всплеснула руками и вдруг почувствовала, что теряет концентрацию и камнем летит вниз, а крылья за спиной совсем не движутся – исчезли. Мгновением позже у самой земли её подхватил на руки Зельф: – Похоже, твои крылья очень хрупкие. Обещаю больше не смущать тебя, когда мы в воздухе. Или, может, лучше всегда носить тебя на руках? – Нет уж, обойдусь, – поспешила заверить его девушка. – Мира, хочешь, я познакомлю тебя с хорошим другом? Девушка, которую уже поставили на землю, кивнула: – Я не против. – Тогда следуй за мной, – сказал князь, и направился в ту сторону рядом с замком, где в саду были развешены бельевые верёвки. Девушке пришлось пару раз нагнуться под верёвками с развешанной на ней простынями, прежде чем Зельф сказал: – Вот и она, мой друг. Её зовут Росита, и она работает горничной в замке. Здравствуй, Роси. Хочу тебя познакомить с девушкой, чья чистая душа пробудила Гибельные земли от вечного сна. Девушка с большим тазиком из-под чистой одежды повернулась к Мире и Зельфу. Она была одета в чёрное скромное платье, стянутое на осиной талии ремнём, белый чепец, из-под которого выглядывали длинные рыжие локоны и аккуратное белое болеро на груди. Незнакомка была прекрасна и эфемерна, как ночная бабочка. Глаза девушки были тёмными и таинственными, как лесная чаща. Она низко поклонилась Мире, не выпуская из рук тазик с высушенной одеждой: – Меня зовут Росита, а вас? – Мира, – просто ответила та, раздумывая, как простая служанка могла подружиться с князем. Тот, словно прочитав её мысли, поспешил ответить: –Мы с Роси вместе выросли в этом замке и много раз выручали друг друга в детских проделках. Она была для меня ближе, чем родной брат. Тонкие губы рыжеволосой тронула тёплая улыбка: – Мы выросли, но князь может рассчитывать, что я по—прежнему буду оставаться на его стороне. – Роси, ты хотела бы стать горничной у Миры? – спросил Зельф, и та лишь на секунду замерла, после чего снова поклонилась, теперь уже князю: – Я буду счастлива, служить нашей спасительнице. С моей помощью она быстро освоится в замке. – Тогда, с этой минуты, ты работаешь в бежевых комнатах – там сейчас живёт Мира. А мы не будем отвлекать тебя, у нас ещё есть дела. – Я понимаю, господин, – присела в очередном поклоне Росита, бросив внимательный взгляд в сторону чужестранки. …Когда Мира и Зельф скрылись с глаз, Росита уронила таз прямо на землю и со злостью пнула его. Не о таком будущем она мечтала. Конечно, многие жители Гибельных земель сказали бы, что жизнь горничной в замке – это чудесная, спокойная и сытая жизнь, но не для Роситы. Опустившись на скамейку и сдёргивая с головы чепец, позволяя рыжим локонам рассыпаться по спине и скрыть злое выражение лица, Роси вспоминала, как сама в первый раз появилась в замке Зельфа. Ей не везло с самого рождения. Шестой ребенок в бедной семье беженцев с границы Гибельных земель, она стала только обузой для своей семьи. Да к тому же ей не посчастливилось родиться светлой феей, и, несмотря на то, что светлые феи рождались в их роду, отец посчитал, что жена ему изменила. Он ненавидел младшую дочь настолько, что кормил её лишь отбросами со стола, а в какой-то момент вовсе собрался увезти её в лес и бросить там. Но потом передумал и решил, что сможет на ней заработать. Он запер маленькую девочку в клетку и привёз в город на базар продавать. В тот день младший сын князя сбежал из замка и пробрался на рынок. У него с собой было достаточно монет, чтобы купить то, что он хочет. Но он впервые растерялся, увидев, что продают ребёнка. Работорговля была официально запрещена, однако сделки с пленными светлыми феями иногда случались. Девочка, сидящая в клетке, была светлой феей. Зельф, не задумываясь, отдал все карманные деньги за ребёнка, а после сказал ей: – Можешь идти, куда хочешь. Ты свободна. И с этими словами пошёл к следующему торговому лотку. Вот он удивился, когда обернувшись, увидел девчонку, следующему за ним как привязанную. – Почему ты не уходишь? Теперь ты свободна! – попытался донести до неё юный Зельф, но та замотала головой: – Мне некуда идти, и я голодна. Я пойду с тобой. Зельф понял, что ребёнок не выживет без его помощи, и привёл девочку в замок. Там она стала помогать на кухне, но частенько воровала еду. Один раз кухарка заметила, что она съела весь свежеиспечённый хлеб. Она собиралась наказать Роситу, но за неё вступился Зельф. Сказал, что сам съел этот хлеб. Удивительно, но пробегающий мимо старший брат Зельфа подтвердил, что видел, как младший слопал выпечку. Тогда Зельфу досталось по полной программе. Сначала кухарка отстегала его по рукам, а потом, с разрешения князя, его побили хворостиной под коленками, чтобы больше не таскал еду с кухни. Зельф не мог встать с кровати несколько дней. Росита промывала его раны лекарственным раствором и клялась, что больше никогда не украдёт, и Зельфу больше не придётся вступаться за неё. А потом и сама частенько покрывала шалости Зельфа, помогала сбегать ему с уроков, играла вместе с ним. При взгляде на лицо князя, даже сейчас она вспоминала того озорного мальчишку, что гонял по двору кур и помог ей выбраться из той вонючей клетки, в которой могла бы пройти вся её жизнь. Прошло время, и они с Зельфом повзрослели. Старший сын князя Таэм лишился прав на престол и был изгнан из Гибельных земель. Зельф стал полноправным правителем, и Росита надеялась, что она однажды станет достойной парой ему. Но тут он похитил принцессу светлых фей, а, когда проклятие спало, принцесса исчезла, зато появилась какая-то девица из другого мира. Что же ей делать? Лучше находиться поближе, чтобы избавиться от соперницы. Это единственная причина, почему гордая Росита согласилась прислуживать ненавистной иномирянке.