32

Это было неожиданно.

Нет я, конечно, едва не пела от радости, пока меня несло невидимым потоком голубого дыма подальше от настырных ручонок драконьей стражи…но петь вдруг резко перехотелось, стоило лишь больно удариться филеем об асфальт.

— А что б тебя… — выругалась я, со стоном поднимаясь с дорожки и оглядываясь вокруг.

Благо, летом возле родного общежития всё просто вымирало. Не бегали заполошные студенты, не хлопали форточки, не орал комендант… Снова повезло, в общем-то.

И, пока откуда-нибудь неожиданно не возникла погоня, я поспешила в сторону входа.

— Далеко собралась? — приветствовал меня недоброго вида пожилой сторож.

Вальяжно раскинувшись в старом кресле у дверей, он сложил ноги на облупленный стол, обмахиваясь рекламной газетой от мух.

— К себе, — нахмурилась я, оглядывая явные свидетельства вялотекущего ремонта.

Повсюду валялись мешки с цементом и сильно пахло побелкой.

Где-то на верхних этажах перекрикивались маляры.

— Нет никакой «себе»! — передразнили меня, — общежитие закрыто на лето.

— У меня там вещи! Я уезжала и не могла забрать, а теперь вот пришла.

— Пришла она, зрасти! — сощурился сторож. — Четыреста семнадцатая что ли?

Я кивнула, и тот вытянул откуда-то из-под стола нужный мне ключ.

— Туда и обратно.

Ага, конечно. Попробуй выкури меня теперь оттуда! Я прописана тут вообще-то, и договор действует до сентября. Так что никакие сторожа мне не указ.

Взбежав по лестнице, я открыла дверь и шагнула в родную комнату, где с облегчением опустилась на диван.

Соседка, судя по отсутствию вещей, съехала. И неудивительно. Наверное, только я припозднилась, не сдав эту чертову начерталку. Кстати, о ней…

Стянув с себя иномирное платье, я открыла шкаф, чтобы переодеться в привычные леггинсы и свободную рубашку.

И вдруг замерла, глядя на свое отражение в дверце.

А ведь мне всё-таки удалось… Я свободна. Теперь дракон меня не достанет.

Подняв руку, я невольно коснулась пальцами чуть припухших губ. В груди кольнуло странное чувство потери. Словно мне будет очень грустно больше никогда не увидеть этих сиреневых глаз…

Но потом я тряхнула головой, прогоняя назойливые мысли. Это всё истинность! И она вскоре выветрится, как страшный сон!

А сейчас мне надо подумать о насущном будущем. Том самом, где есть диплом, работа и поиск жилья, а не властные драконы с сиреневыми глазами.

Можно было вздохнуть с облегчением. Прощай, Авертальд…

Однако амулет универсальной защиты — маленькая льдинка так и болтался на груди, служа невольным напоминанием. Оставить, или… ладно, пусть будет. А что насчет… черт побери! Я совсем забыла об артефакте переноса!

Схватив сумку с документами и начерталкой, я метнулась вниз по лестнице, едва не забыв запереть комнату.

Промчавшись мимо прикорнувшего в кресле сторожа, я пробежалась до того самого места, куда меня уронило порталом. Оглядевшись, с досадой выругалась. Это ж надо быть такой растяпой! Камешек пропал, словно и не было. Видимо кто-то успел подобрать.

Эх, Злата! Сто рублей убытку!

Хотя, с другой стороны, разве он мне теперь нужен? Как раз-таки и нет. Так стоит ли переживать?

Пожав плечами, я тряхнула головой и направилась в сторону главного корпуса.

— За дипломом, Терентьева? — поинтересовалась Алевтина Борисовна, улыбчивая седовласая женщина, заведующая по учебной части.

Поздоровавшись, я немного опешила, глядя, как та достает из шкафа заветную алую папку и кладет передо мной на письменный стол.

— Эт-то что?

— Твой диплом, конечно же, а ты чего хотела?

— А как же…начерталка? Ведь Людмила Вавлерьяновна так и не поставила мне зачет.

— Почему не поставила? — глянули на меня удивленно поверх очков, — Поставила.

Я недоверчиво шагнула к столу, взяла дрожащими пальцами выстраданную книжечку и принялась рассматривать содержимое.

И правда…все зачеты проставлены. А как иначе, если вот он диплом, у меня в руках.

А вот выпускной, очевидно, я профукала. Ну что ж, не до него мне было. Кому расскажешь — не поверят.

— Спасибо вам большое!

Та кивнула, снова погружаясь в бумаги.

— Удачи, Терентьева.

Да, удача никогда не помешает.

Свежий воздух с ароматом цветущих яблонь закружил голову не хуже карусели. Выйдя в последний раз на крыльцо главного корпуса, я глубоко вдохнула, чувствуя, как падает с меня груз ответственности.

Ай да Валерьянка…хитрая ведьма.

Но это не значит, что я ей простила. Перетопчется. Наоборот, стоило лишь представить себе эту вредную женщину, как тут же хотелось проредить ей прическу.

Надеюсь, что никогда ее больше не увижу.

Напевая на ходу и прижимая к гуди заветный диплом, я зашагала обратно в общежитие. Следовало собрать вещи и позвонить знакомой насчет квартиры. Помнится, мне обещали помочь с жильём. Какие-то накопления на карте водились, так что это не станет большой проблемой.

Предполагаемая работа тоже была. Директор рекламной фирмы, в которой я стажировалась пару месяцев назад, обещал взять меня на испытательный срок.

Так что с этим тоже проблем быть не должно.

День прошел незаметно. Пока я собирала свой нехитрый скарб в старенький чемодан, пока прибирала вмиг осиротевшую комнату, на которую было потрачено столько памятных лет, пока совершала нужные звонки и пила чай с печеньем…время плавно подкатило к вечеру.

Удача мне сегодня благоволила. Всё удалось, как и было запланировано. Договоренности насчет квартиры оказались в силе, и переезд состоялся.

Однако я очень удивилась, когда затаскивала чемодан в новое жилье.

Словно чувствуя мою потребность, позвонил будущий работодатель, предложив не откладывать встречу и пересечься в офисе уже сегодня в конце рабочего дня.

Пожав плечами, я согласилась. А почему нет? Свободного времени у меня теперь было предостаточно, а офис располагался в паре кварталов от моего нового жилья.

Успев только принять душ, переодеться и перехватить на ходу пару печенек с чаем, я поспешила на встречу.

Высокое стеклянное здание было заметно издалека. Я торопливо цокала каблучками по асфальту, то и дело поглядывая на время, чтобы не опоздать.

Войдя в просторный холл, сразу направилась к лифту. К этому времени, кажется, в офисе остался только охранник, да трудоголик-директор, которому явно не терпелось нанять новую сотрудницу в моём лице.

И я успела вовремя.

Вышла из лифта, пробежалась по знакомому коридору со стеклянной стеной с видом на город и постучала в высокие двери с золотистой табличкой. Директор, пожилой уже мужчина, как и договаривались, должен был встретить меня там.

Взволнованно вздохнув, я одернула строгую юбку-карандаш и пригладила блузку.

И всё же, постучавшись и шагнув в кабинет, я-таки задумалась о странной спешке. Почему бы не отложить встречу на утро? Но тут же отбросила ненужные мысли, видя, кто ожидал меня внутри.

Это был вовсе не тот старичок, которого я запомнила по стажировке пару месяцев назад.

В кабинете царил непривычный сумрак, а у панорамного окна замерла смутно знакомая широкоплечая фигура в деловом костюме. Заслышав стук входной двери, мужчина обернулся, заставляя меня попятиться.

Уж этого увидеть здесь я ну никак не ожидала. Дракона, стражу, ведьму, но не его!

— Альберт⁇

* * *

Губы блондина дрогнули в ироничной усмешке.

Повинуясь его жесту, дверь за моей спиной щелкнула замком, отрезая путь к бегству.

Так, спокойно, он ничего мне не сделает. Благо, у меня хватило ума оставить защитный амулет. На него теперь вся надежда.

— Привет, Злата. Давно не виделись, — ведьмак окинул меня одобрительным взглядом.

Я испуганно выдохнула, замечая, что тот пытается разглядеть мою метку, скрытую под волосами. Хорошо, что я не стала убирать их в прическу. Опасалась, что работодатель неоднозначно воспримет наличие у меня странной татуировки.

Пока та не исчезла, я так и планировала ходить с распущенными.

— Ты что тут делаешь? — мой голос, хоть и пытался казаться гневным, прозвучал скорее тревожно, и старый знакомец не мог этого не заметить.

— Скучала?

Отвечать подобным образом мог только человек крайне нахальный, а значит, очень уверенный в собственном положении. И я не сомневалась, что именно так оно и было. Уж чересчур гармонично Альберт смотрелся в этом директорском кабинете и своем темно-синем деловом костюме без галстука.

— Куда ты дел директора?

— Теперь я тут директор…

Невольно шагнув назад, я уперлась спиной в закрытую дверь и тут же пожалела о своем решении. Взгляд ведьмака зажегся знакомой желтизной, как у кота, заметившего аппетитную мышь.

А ведь он маг. Как его мать когда-то заняла место преподавателя начертательной геометрии, так и он с легкостью вжился в роль директора рекламной фирмы.

Вопрос — для чего? Хотя интуиция мягко намекала на верный ответ.

— Зачем?

Тот плавно шагнул вперед, сокращая расстояние. Я не стала унижаться, пытаясь открыть запертую дверь. Знала, что бесполезно.

Да и поворачиваться к нему спиной было чревато. Амулет защищал от магии, и только. Против физического воздействия он был бессилен.

— Мы не договорили с тобой в прошлый раз.

И я едва не зарычала, вспоминая тот самый «раз», когда вовремя появившийся дракон уберег меня от расправы.

Исподлобья я наблюдала, как ведьмак неспешно приближается, не отрывая от меня внимательного взгляда, и замерла, не шевелясь. Жаль, в моём арсенале не завалялась парочка действенных амулетов против лживых магов, иначе Альбертику было бы несдобровать. Но, чего нет, того нет.

— Так договаривай. Чего ты хочешь?

Он остановился напротив, разглядывая меня сверху-вниз и не торопясь отвечать.

А ведь, казалось бы, я сбежала из Авертальда, бросила дракона, и теперь продолжение драконьего рода было под вопросом. Пусть царственные братья испытывают судьбу в поисках более сговорчивых Истинных. Я же конкретно выразила свое мнение по данному поводу.

Так что ещё от меня нужно этому лживому ведьмаку?

— Тебя, — услышала я, чувствуя, как по спине ползёт неприятный холодок.

Ещё один… а не много ли их таких на меня одну?

— Хотеть не вредно.

Мужчина согласно кивнул. Я не уловила его жеста, настолько тот был быстрым. Волосы сдуло с моего лица резким порывом ветра, и ведьмак вдруг оказался очень близко, едва не прижимая меня своим телом к двери.

Чужие пальцы вскользь прошлись по моей шее до ключиц, касаясь тускло сияющей метки.

А потом я опомнилась и оттолкнула его что есть сил. Мужчина шагнул назад, лениво усмехаясь.

— Хочу предложить тебе сделку.

— Сразу нет!

— Зря, зря…

Стараясь успокоить сердцебиение, я глубоко вдохнула, с тоской осознавая, что вовсе и не сбежала из Авертальда. Он никуда не делся, и даже более того, последовал за мной.

Стоило избавиться от настырного дракона, как нарисовался не менее настырный ведьмак. Но если к дракону в моей душе теплилась частичка уважения, то Альбертика я с недавних пор просто презирала.

И тогда я решила, что лучшая защита — это нападение.

— Ты мне лгал и угрожал, а еще напал. Так какие могут быть сделки?

— Я тебя спас, — бросил он, растеряв всю насмешливость, — забыла?

— Так спас, что потом от тебя спасать пришлось!

— Так что ж ты не осталась со спасителем, м-м? Сбежала при первой же возможности!

Тебе то что? — хотелось заорать, но я понимала, что открытая конфронтация может только навредить. Поэтому стоило быть мягче. Всё-таки я не дракон, чтобы полыхнуть огнём, а потом довольно любоваться на безмолвную горстку пепла, оставшуюся от дерзкого врага.

Я женщина, так что орать и драться — это последнее, что следовало делать.

Значит будем действовать хитростью.

Незаметно выдохнув, я пригладила растрепанные волосы, неспешно отошла от ведьмака и грациозно опустилась в ближайшее кресло.

— Что ж, давай обсудим твоё предложение. В чём оно заключается?

Усмешка снова вернулась на чужое лицо. Кажется, в его взгляде даже проскользнуло нечто вроде восхищения.

Усевшись в кресло напротив, ведьмак чуть подался в мою сторону.

— Я хочу тебя, Злата.

Я постаралась ничем не показать, насколько сильно мне захотелось огреть его ближайшим стулом в ответ. Думается, ведьмак — не дракон, стоять не останется. Но я мысленно себя одернула. Хитрость, Злата. Лучшее женское оружие на все времена.

— Зачем?

Светлые брови взметнулись вверх.

— А зачем мужчина может хотеть женщину?

Я невольно поморщилась.

— Ближе к делу, Альберт. В чем заключается сделка?

Откинувшись на спинку кресла, ведьмак скользнул взглядом по моим обнаженным ногам. Тёмная деловая юбка едва приоткрывала колени, но от подобного внимания я вмиг почувствовала себя голой.

— А сделка в том, — вкрадчиво поделился тот, — что в обмен я спасу тебя от неминуемой смерти.