Глава 57

Глава 57

Глава 57. Покушение на Пронского

Глава 57. Покушение на Пронского

— Алексей Михайлович жив? — голос супруга доносился из соседней комнаты. Я осталась в спальне, но в приоткрытую дверь было слышно всё, о чём говорили мужчины.

— Жив, слава богу, — поспешил сообщить адъютант. — Преступник ночью пробрался в его личные покои, но светлейший князь не спал и убил нападавшего. Его Светлость не пострадал.

— Получается, преступника не допросить, — с сожалением вздохнул Илларион. — Его личность установили?

— Пока нет. Заседание Совета император не стал отменять, — добавил мужчина. — Всех ждут к назначенному часу.

— Хорошо, мы с супругой будем вовремя, — отчеканил князь, и послышались шаги.

Через секунду муж вернулся в спальню.

— Всё слышала? — нахмурился он.

— Да. Выходит, у преступников сдали нервы. Пронский сошёл с дистанции и помирился с тобой. Значит, может отдать голос за тебя, как, впрочем, и я. — Понять, откуда ветер дует, несложно.

— Всё так. Они совершили ошибку — это хороший признак того, что их план рушится, — согласился Илларион. — Душа моя, ешь скорее. Нужно собираться на заседание.

— Что-то не хочется после утренних новостей, — вздохнула я, но всё же отпила глоток кофе и откусила тост.

В положенный час мы прибыли в аудиенц-зал в Большом дворце. Все члены Совета собрались за столом, но на этот раз карточку с именем князя Ромадановского камер-фурьер положил справа от меня, чему я была рада.

Пронский выглядел отлично: чёрный мундир, сидящий на нём идеально, здоровый румянец на щеках — ничего не выдавало того, что ему угрожала смертельная опасность.

Император появился в зале со своей неизменной свитой в в лице цесаревича и министра Лорис-Меликова. После приветствия началось заседание.

— Как вы уже слышали, дамы и господа, ныне ночью произошёл вопиющий случай, — начал говорить Александр Второй. — Светлейшего князя Пронского пытались убить.

Все, конечно, были в курсе и только молча кивнули. Я наблюдала за Плещеевым — холодный самоуверенный взгляд. Бутурлин тоже держал лицо, не выражая никаких эмоций.

— Такого прежде не случалось ни с одним членом Совета Десяти, — продолжал между тем император. — Есть опасения, что покушение связано с предстоящими выборами главы Ковена.

— Что вы имеете в виду, Ваше Императорское Величество? — подал голос Плещеев. — Алексей Михайлович снял свою кандидатуру.

— Да, но теперь он вправе голосовать за других, — ответил граф Лорис-Меликов. — Преступник видел, как вчера давние враги помирились, а значит, у светлейшего князя Ромадановского может появиться дополнительный голос.

— Вы ведь не думаете, что это я устроил покушение? — усмехнулся кандидат. В его глазах не было паники. Он пытливо взглянул на Ромадановского.

— У меня тоже нет резона убивать Алексея Михайловича, — спокойно произнёс Илларион, смотря открыто на оппонента.

— Я действительно отказался в пользу светлейшего князя Ромадановского и готов отдать голос за него, — подтвердил Пронский.

— Значит, кто-то хочет очернить меня, чтобы выборы сложились в его пользу, — Плещеев сверлил взглядом моего супруга.

Между ними вспыхнула схватка взглядов. Напряжение повисло в зале, казалось, вот-вот электрический разряд проскочит в воздухе.

— Достаточно, господа, — властный голос самодержца прервал их незримую дуэль. — Я услышал ваши точки зрения по этому вопросу. Жандармы Третьего отделения уже расследуют это дело. Они навестят каждого из вас и допросят. Надеюсь, в скором времени мы узнаем, кто за всем этим стоит.

В зале на мгновение воцарилась тишина. Я украдкой посмотрела на Плещеева. Он бросил недобрый взгляд на Бутурлина и снова стал невозмутимой скалой.

Голос министра нарушил образовавшуюся паузу. Заседание продолжилось. На этот раз обсуждали развитие Кавказского региона. В этом вопросе я была не сильна и доверила супругу отвечать за нас обоих, соглашаясь с его доводами.

После заседания нам снова предложили второй завтрак. Когда император покинул зал, участники молча разошлись. Илларион проводил меня до корпуса под гербом, где уже ждал жандарм. Мужчина допрашивал нас с супругом где-то час и потом ушёл. Но только он покинул гостиную, как появился адъютант Лорис-Меликова и срочно вызвал Иллариона на аудиенцию.

Долго ждать мужа не пришлось.

— Елена, — он вошёл прямо в мои личные покои, закрыл плотно дверь и наложил тёмное заклинание, чтобы никто не смог подслушать, — медлить нельзя. Преступники допустили оплошность, и министр требует, чтобы ты прямо сегодня поговорила с Бутурлиным. Ужин будет проходить на террасе — место, удобное для приватного разговора.

— Согласна, нельзя давать князю передышки. Думаю, после вашего неожиданного примирения он запаниковал и решил убрать Пронского, — я старалась говорить спокойно, но моё волнение не укрылось от Иллариона.

— Я всегда рядом, помни об этом, — супруг обнял меня, и дышать стало легче. — Кстати, Екатерина тоже приглашена на ужин.

— Превосходно, — улыбнулась я. — Познакомим кузину с Алексеем поближе. Пойду обрадую её. Она давно грезит быть представленной императору.

— Вижу, ты настроена решительно, — ухмыльнулся Илларион и коснулся моих губ, унося меня в вихрь чувственного восторга.

Вечер наступил быстро. Дул лёгкий прохладный ветер, но дождя не предвиделось. Я надела новое платье с длинными рукавами и глубоким декольте, поэтому пришлось на плечи накинуть палантин.

Кузина пришла в неописуемый восторг, когда узнала, что приглашена на ужин к императору. Несколько раз меня спрашивала, как она выглядит, рассматривая своё отражение в зеркале. Екатерина волновалась, лёгкий румянец не сходил с её щёк, но он только украшал девушку.

Столы накрыли на террасе с видом на Большой каскад. Навес защищал гостей от сюрпризов погоды, расставленные по бокам ширмы сдерживали лёгкий ветер, а масляные лампы ждали заката. Музыканты расположились на соседней площадке, и негромкая мелодия услаждала слух гостей. Собрались все те же лица: члены Совета, их жёны и наследники как будущие преемники.

— Чудесный вечер, — восторженно произнесла кузина, подойдя к балюстраде. Она не отводила глаз от золотой фигуры Самсона, разрывающего пасть льва.

— Статуя Козловского сильно отличается от варианта Растрелли, — прозвучал ироничный голос за нашими спинами. — Доброго вам вечера.

— Алексей! — супруг сразу узнал подошедшего друга и повернулся к нему. — Рад, что ты в строю.

Мужчины пожали друг другу руки, затем наступила моя очередь, и я протянула ладонь для условного поцелуя.

— И как выглядела первая статуя? — не удержалась Екатерина от вопроса, когда Пронский посмотрел на неё.

— Истинно как библейский герой: с длинными волосами и бородой, в плаще до пят, — мягко улыбнулся князь, заложив руки за спину. — Жаль, свинцовая статуя не выдержала напора воды и сурового климата — пришлось заменить.

— Статуя Козловского мне нравится больше, — смело призналась Екатерина.

— Даже не сомневаюсь в этом, — он иронично изогнул бровь, но я заметила проблеск интереса в его взгляде. Кажется, девушка ему симпатична.

Вдруг стало тихо, и громкий голос церемониймейстера объявил:

— Его Императорское Величество!

Кузина побледнела и перестала дышать, когда на террасе появился государь в окружении супруги и сыновей. Ужин начался сразу, но по программе после трапезы нас ждала развлекательная программа в виде музыки и танцев. На террасе даже выложили временный паркет. Вот тогда мне и представится момент, чтобы выполнить первую часть плана.

Ужин, как всегда, прошёл чинно, с налётом лёгкого пафоса. Нас с Илларионом не разлучили, снова посадив за стол рядом. Наверное, таково было распоряжение императора. Смена блюд, светские беседы, потом гости ненадолго разошлись, гуляя вдоль балюстрады, пока не заиграл полонез. Императорская чета вышла на паркет первой. Танец был обязательным для всех, поэтому мы с Илларионом тоже вышли. Екатерину пригласил Пронский, чему я была очень рада.

Кадриль, вальс, полька. В перерывах между танцами гостей развлекали артисты императорского театра, исполняя арии из оперных постановок. Один вальс я подарила мужу, второй обещала Пронскому. Бутурлин не танцевал. Он был уже не в том возрасте, чтобы гарцевать на паркете, поэтому я отказывалась от других приглашений и тщательно следила за ним, чтобы не упустить из вида.

Солнце село за горизонт, но приближение белых ночей уже чувствовалось, небо не торопилось утонуть во кромешной мгле. Атмосфера мероприятия стала более свободной и романтичной, особенно когда зажгли масляные фонари. Гости, желающие отдохнуть от шума, гуляли в парке. Только я не сводила глаз с Бутурлина, ожидая подходящий момент. И он скоро наступил.

— Пора, — тихо произнесла я, когда заметила князя в компании его сообщницы-невестки. Ольга и Бутурлин спускались по лестнице, направляясь в парк.

— Пойдём провожу тебя, пусть все думают, что у нас романтический променад, — кивнул супруг, подставив локоть.

Я предупредила кузину, чтобы она никуда не уходила с террасы и ждала нашего возвращения. Илларион попросил Пронского приглядеть за девушкой, пока мы гуляем. Муж сразу смекнул, кому можно доверить защиту Екатерины.

Спустившись по лестнице в парк, мы шли в отдалении за Бутурлиными. Они свернули на дорожку, скрывшись за деревьями. Я отпустила руку Иллариона и прибавила шаг.

Оглянувшись через пару метров, я не увидела мужа за спиной, но промелькнувшая среди деревьев тень дала мне понять, что князь рядом и следит. Это придало мне уверенности, и я быстро догнала парочку. Прекрасно, что они вдвоём.

— Чудесный вечер! Не правда ли? — восторженно произнесла я, когда Бутурлин услышал мои шаги и обернулся. Сердце в груди учащённо забилось. — Ах, какой волшебный воздух!

— Елена Викторовна? Что вы тут делаете да ещё одна? — сначала мужчина удивился, потом подозрительно прищурился. Ольга недовольно поджала губы, вздёрнув подбородок, но промолчала. Кажется, я нарушила их планы пошушукаться вдали от любопытных ушей.

— Решила немного прогуляться перед сном, — наигранно улыбнулась я, приближаясь к ним. — Илларион остался приглядывать за моей кузиной. Она ещё так молода и неопытна. Я вам не помешаю?

— Чего вы хотите, Ваша Светлость? — князь выпрямился в струнку. А он не дурак, сразу сообразил, что встреча наша не случайна.

— Жажду сообщить вам, многоуважаемые Василий Фёдорович и Ольга Константиновна, что на званом вечере у графа Демидова вы были весьма неосторожны, — покачала я головой. — И я совершенно случайно подслушала ваш приватный разговор в уборной. Теперь мне известны ваши планы.

Глаза у Ольги расширились, она замерла, изумлённо смотря на меня. И только Бутурлин проявил выдержку.