ПРОЛОГ

— Вы уверены?— Ты бы ещё спросил меня, уверен ли я в том, что дышу, — проворчал старик в своей манере. — Лучше приготовься. Там уже пришли. Ты же тоже хотел отдохнуть, отвлечься.— О чём вы? — опешил я, оглядываясь на входную дверь.

Когда обернулся обратно, старика уже и след простыл.

— Серьёзно?

Последовал стук в дверь, и, не дожидаясь ответа, её открыли.

— Прошу прощения, мне сказали, вы можете помочь… — в проёме появился сифиец, о чём говорила его одежда и аура. Самого лица я не видел — на голове был капюшон.— Смотря в чём.— Проклятие души, — глухо ответил незнакомец, наконец скидывая капюшон.

Не знаю, чему я был удивлён больше: личности пришедшего сюда или его проблеме.

— Увы, если душа уже растворилась…— Нет. Дело в том, что проклятие было адресовано моей супруге, когда она была беременна… Возможно, боги сжалились надо мной, и супруга не пострадала, но проклятие перешло на мою дочь, когда она ещё была в утробе.— Что вы хотите этим сказать?— Душа Каены расколота, но она не исчезла… во всяком случае, пока. Если ничего не сделать, т

о тогда так и произойдёт, а моя дочь… — на последней фразе голос мужчины и вовсе оборвался.

А старик знает, когда сбегать. Но я не против — пожалуй, дело обещает быть интересным.

— Мне необходимо кое-что проверить. Я свяжусь с вами в скором времени.— Благодарю вас, — ответил он и ушёл.

Кажется, он и сам не верит в успех, но цепляется за любую возможность, чтобы спасти дочь. Знаю не понаслышке, каково это — терять дорогого тебе человека.

***

— Шон, ты не можешь вот так взять и разорвать помолвку.

Девушка смотрела на парня широко раскрытыми от удивления глазами и явно не понимала, что происходит.

— Могу и сделаю. Каена, эта помолвка изначально была ошибкой. Ты ведь понимаешь, что я люблю другую, — парень даже не скрывал своей привязанности к новой пассии, которую он завёл уже будучи в отношениях.— Розарика? — тихо, но зло спросила девушка.

Снова это имя. Как долго оно будет преследовать Каену? Скольких ещё эта ненасытная у неё отобьёт?

— Это не имеет значения. Просто прими этот факт и всё.— Значит она.

Злость внутри поднималась с новой силой, а с ней и непонимание. Что такого есть в этой Розарике, чего нет у неё? Ах да, племянница королевы, да ещё и с сильным даром, в отличие от Каены, у которой не было ни малой крупицы даже никчёмной силы. Но раз она такая невероятная, то какого черта она прицепилась к ней, к Каене?

— Брось, только давай без слёз и истерик. Я понимаю, что ты меня сильно любишь, но… прости, я нашёл ту, с кем действительно хочу провести всю свою жизнь. Ведь она такая невероятная, женственная, — на последнем слове он бросил скептический взгляд на собеседницу, которая стояла в мужской, чуть свободной одежде и с мечом на поясе. Слегка резкий взгляд, грубая, даже больше мужская манера речи.— Значит, нашёл ту неповторимую? — повторила девушка.

Её глаза и правда щипало от непрошеных слёз. Только сложно было понять, были ли это слёзы от боли, предательства или же от злости.

— А хочешь, я тебе расскажу, как дальше с тобой поступит твоя единственная? Она бросит тебя сразу же, как только объявят о разрыве нашей помолвки.— Я понимаю, ты обижена и ревнуешь, но это ничего не изменит. Можешь говорить про неё любые гадости — это ничего не изменит. Да и тебя не красит. Извини, мне пора.

Парень, не дожидаясь ответа, развернулся и направился прочь, во избежание неприятной сцены женской обиды. Он не видел, как побледнело лицо его бывшей невесты. Девушке явно стало нехорошо, и она медленно осела на землю, жадно хватая ртом воздух, чтобы сохранить сознание и не отключиться прямо тут.

— Розарика Монсент, боги видят всё, и тебе это обязательно вернётся стократ.

***

— Апчхи! — чихнула в очередной раз так, что в ушах зазвенело и голова пошла кругом.— Ну, мать, ты совсем что-то скисла. Стареешь? — усмехнулась Элька, глядя в зеркальце и поправляя свой макияж.— Иди ты, сама знаешь куда, — беззлобно ответила подруге, выкидывая очередную бумажную салфетку с соплями.

Но она права: в последнее время я постоянно болею. Уже по врачам даже ходила, но они ничего толком не говорят. Только горы всяких таблеток назначили, от которых ничего не поменялось.

— Да брось, я же любя. Кто же ещё нам будет делать такие крутые проекты, если не ты? А со мной кто сегодня пойдёт? Вот кто?— Возьми Светку, она вроде тоже не знала, чем себя занять. Я только всех распугаю и забрызгаю своими соплями во время очередного чиха.

Подруга, смеясь, покачала головой и снова принялась наводить марафет.

— Всё равно без тебя будет не так. Ты, кстати, своего козла послала?— Ещё нет, сегодня как раз хотела поговорить. Чтобы на выходных убраться после него.— Ой, наивная. А он прям такой послушный, вот сразу возьмёт и свалит? Ага, держи карман шире. И как тебя вообще угораздило связаться с ним? Не понимаю. Это же не какой-то там бездомный милый котёнок, а мужик… — тут Элька на какое-то время зависла, размышляя над чем-то, и следом выдала: — Нет, мужик — это не про него.— Слушай, с одной стороны да, но посмотри на это с другой стороны: что не убивает нас, то делает сильнее.— Оно и видно, — бросила она на меня скептический взгляд.

Сама знаю, что выгляжу сейчас не очень.

— Ладно, хватит. Я тоже девочка взрослая. Сама виновата, что повелась. Прорвёмся, — подмигнула Эльке и снова уткнулась в проект. Надо было ещё кое-что доделать.— Так, давай договоримся. Если этот козёл не захочет сваливать, звонишь мне, я сама приеду и выпру его! Ещё и много чего сопутствующего пожелаю. Пусть только попробует вякнуть.— Ты хочешь лишить меня удовольствия на посошок оторваться от души?— Ну что ты, мы это сделаем вместе. Ладно, зайка, мне пора, долго не сиди. Жду звонка по итогу.

Подруга поцеловала меня в щёку и упорхнула. Но она права: ещё пять минут — и я тоже домой, избавляться от «ненужного хлама».

Пять минут обернулись для меня целым часом. Грёбаная программа. Вечно виснет, когда не надо. И какой криворукий её создавал? Мне ещё предстоит сложный разговор с моим парнокопытным, который в последнее время только и делал, что свои шары заливал да кичился непонятной крутизной. Только что там и в чём его крутость — я как ни пыталась, так понять и не смогла. Видать, «корона» ему по наследству досталась. Я наивная думала: всё исправлю, сможем создать нормальную семью, но увы… это были лишь мои призрачные надежды. Реальность оказалась куда более жестокой.

Внезапно голова сильно закружилась, и лёгкие обожгло огнём, словно в них длительное время не поступал кислород. Дышать стало невероятно трудно.

— Пусть две части одного целого снова объединятся… — услышала я странный голос, как из-под толщи воды, хотя в радиусе видимом и невидимом не было ни единой живой души.— Каена, справа!

Дальше было ещё страннее: ещё один незнакомый голос, но на фоне звуков борьбы, как на поле боя. Звон от удара стали о сталь, чьи-то предсмертные хрипы, чавкающие звуки, крики и бог пойми чего ещё. Следом за этим пустой коридор, по которому я шла, стал постепенно размываться, меняя свои очертания. Тьма превращалась в дневной свет, мутные силуэты мелькали туда-сюда, но и они постепенно обретали чёткие очертания, всё стремительнее и стремительнее.

Спустя всего лишь минуту я вдруг очутилась на самом настоящем поле боя. Шум, удары, взрывы, причём какие-то странные, не похожие на взрывчатку.

— Каена! — крикнул какой-то парень справа.

Даже не успела ничего осознать, как прямо передо мной сначала нарисовался какой-то монстр, а следом чужая спина, взмах руки — и вот уже мохнатая часть тела неведанного нечто покатилась по земле.

— И давно вы спите с мечом в руках на поле боя? Это не место для отдыха, — обернулся наконец парень и внимательно посмотрел на меня.

Что? О чём он? Меч? Тут мой взгляд переместился на мои руки. Не мои руки, которые держали меч, броня. Какого черта? Что происходит?

— Каена, ты чего? Неужели расстроилась из-за разрыва помолвки с этим придурком? Да брось, не стоит он того, — к нам подошёл ещё какой-то мужчина и ободряюще хлопнул меня по плечу, не забывая при этом оценивать окружающую обстановку.

Чего? Кто? Каена?

Очередной звук взрыва, чей-то получеловеческий, полузвериный рев, свист от взмаха меча — и на меня попадает какая-то странная горячая жидкость. Внутри всё сжимается в тугой комок от отвращения и страха. Твою мать? Что происходит? Где я?

— Вы что тут встали? Каена, ты… — ещё один нарисовался. Старичок в тёмно-коричневом плаще с бородкой.

Его цепкий взгляд сначала смотрел на меня с недоумением, а потом с каким-то внезапным осознанием.

— Нана, забирай Каену и за мной, — и, уже подойдя ко мне, совсем тихо добавил: — Не отходи от меня и демоницы, остальное потом объясню.— Д-демоницы? — севшим, не моим голосом спросила я, что даже сама вздрогнула.— Чего стоишь? Идём.

Откуда-то сверху приземлилась красивая черноволосая девушка с невероятными глазами и посмотрела на меня с насмешкой.

Кажется, новое лекарство, назначенное терапевтом, явно подделка…