Глава 20

Когда Тени, наконец, переносят нас обратно в Нимерию, я тут же отворачиваюсь, незаметно открыв флакончик с зельем от Ксандра, и быстро выпиваю. Всё. Надеюсь, теперь я не буду чувствовать себя, как Наэль.

И стоит мне поднять взгляд, как я вижу Дорна.

«Может, сбежим?» — устало произносит внутренний голос. Блин, почему бы ему не появиться с другой стороны, а не с той, где видно, как я пью неизвестные зелья! К тому же, что-то меня напрягает в выражении его лица. Или это разошлась моя подозрительность после беседы с Ксандром?

Дорн подходит ко мне и кланяется. Я напрягаюсь еще больше — поклон в этот раз выглядит каким-то коротким и скомканным.

— Ваше Величество, — произносит он, — рад, что вы вернулись в добром здравии. Надеюсь, ничто не омрачило ваше пребывание… в Темных землях?

Я качаю головой, стараясь делать это уверенно.

— Хорошо, — Дорн смотрит на меня очень внимательно, — от нашего нового союзника ожидать можно чего угодно. Пожалуйста, Ваше Величество, в следующий раз при перемещении в Темные земли не забудьте про слуг и охрану. Осторожность никогда не помешает при общении с этим… человеком.

У меня немного отлегает от сердца. Кажется, он действительно поверил, что все в порядке, просто беспокоился. И, видимо, до него еще не дошло то, что Яра Наар жива… или же он очень… очень искусно скрывает свои эмоции!

И пока я рассматриваю лицо подданного, мелькает грустная мысль, что мне срочно нужно вернуться обратно в свое тело. Не могу я жить так! Все время сомневаться, кого-то бояться, не иметь возможности довериться…

Но тут же, где-то глубоко в душе поднимается нечто протестующее. Злое и темное. И упрямое. Которое возмущенно шепчет — «что ты говорииишь? А в своем мире так легко доверять людям, да? Конечно, цена доверия там не так высока, но все же… Давай вспомним, как ты искала работу… легко поверила работодателям, которые обещали огромные премии с серой зарплатой, или, все же, нет? А помнишь первого своего мужчину? Он предлагал тебе завести ребенка, обещая, что будет обеспечивать в декрете, сменит работу и возьмет ипотеку! Легко ли ты ему поверила? А кредит в банке? Договор не читала? А слова подруги «ну расскажи, и я никому не скажу!»… кончай ныть, тряпка! Поэтому у тебя в твоем мире ничерта не вышло! Решила, что лучше быть одной, чем мотать себе нервы проверками! И работу поэтому нормальную не получила! Решила, что лучше остаться на хреновой, но проверенной, чем искать лучшую, рискуя. И тут ты теперь ноешь, что все плохо, и пытаешься сбежать, а не попытаться хоть сколько-нибудь напрячься! Ты что, глупая? Используй свои мозги!»

Я смотрю на Дорна и понимаю: а что я теряю от того, что просто буду подозрительнее относиться к нему? Пусть его преданность своей королеве… или новой королеве получит подтверждение в поступках. Я пока под защитой Ксандра. Пока я могу делать все, что угодно, и наблюдать….

— Мне нужен Наэль, — спокойно произношу я, — он по-прежнему в покоях?

Дорн медленно кивает.

— Да, Ваше Величество. Ему стало лучше. Кажется, целителям удается снять хотя бы симптомы… хотя, они были настроены на менее благополучный исход.

— Пошли, — говорю я.

Дорн покорно отправляется за мной. Я поворачиваюсь, и вижу, как стража со слугами остались на своих местах. Нет, так не пойдет. Сейчас мне нужно быть внимательнее, поэтому оставаться наедине с потенциальным предателем… я не стану.

Поэтому, я жестом подзываю слуг и стражу. Дорн дарит мне странный взгляд.

— Я, все-таки, еще немного опасаюсь Теней, — как ни в чем не бывало поясняю ему я, — пусть это и подданные нашего союзника…

Настороженность, кажется, исчезает с лица слуги, и он кивает. Мы продолжаем путь. В коридоре, недалеко от покоев принца, я внезапно едва не сталкиваюсь с Лилиан, которая, вздрогнув, быстро кланяется.

— Ваше Величество! — произносит она, — простите. Я очень спешила.

— Ничего, — говорю я, — ты навещала Наэля?

На лице девушки мелькает смятение. Потом она немного неуверенно кивает.

— Да. Поинтересовалась здоровьем. Думаю, ему скучно лежать в одиночестве, поэтому, я сочла хорошей мыслью навестить его.

— Ты молодец… — произношу я задумчиво, — спасибо тебе за заботу о нем.

Она снова неуверенно кланяется и как-то спешно уходит. Вот это точно подозрительно! Стало лучше принцу, говорите? Целителям удалось снять симптомы?

Возле дверей в покои принца я останавливаюсь и внимательно посмотрев на Дорна, пооизношу:

— Я хочу переговорить с Наэлем наедине. Поэтому, останьтесь тут.

— Ваше Величество, — тихо произносит Дорн, наклоняясь ко мне, — вы что-то задумали? Если да, то позвольте… узнать — что. Я буду готов защитить вас, если что-то пойдет не так…

Это мы еще проверим! Я просто пожимаю плечами.

— Ничего особого. Попытаюсь снова наладить отношения с принцем… думаю, если разговор будет проходить только между нами двумя, шансов на это окажется больше. Он уже знает, что произошло вчера…

— Хорошо, — кивает Дорн, — пусть это будет и нелегко. Я останусь ждать вас здесь.

Я захожу в раскрытые двери.

Наэль, вздрогнув, быстро что-то прячет под одеяло и напускает на лицо нейтральное выражение. Так-так… и чем это принц тут занимается? Я мысленно хмыкаю.

— Наэль, — говорю я, приподняв брови, — как самочувствие?

Он усмехается.

— Более-менее, мать. Пришла опять читать мне лекции о пристойном поведении?

— Нет, — я обхожу его кровать. Под настороженным взглядом принца, я сажусь рядом с ним, и дарю ему милую улыбку, от которой он начинает хмуриться, — что ты прячешь?

Настороженность сметает с его лица. Теперь он смотрит на меня так, будто в любой момент готов защищаться… и в темных глазах появляется злость.

— Ничего. И даже если я чего-то спрятал — это не твоего ума дело.

Ну-ну… я внимательно рассматриваю его. Принц действительно выглядит лучше. Бледность исчезла. Его не колотит, как меня ночью. Я внезапно протягиваю руку и рывком сдергиваю с него одеяло. Наэль аж подскакивает на кровати.

— Мать! Ты офигела?! А если бы я…

— Был голым? — усмехаясь, говорю я, — что я там не видела? Если только вот это…

И я киваю на маленький флакончик, который он неудачно, видимо, пытался спрятать под собой. Неудачно — потому что этот флакончик, все-таки, выглядывает из-под задницы принца.

Наэль, резко выдохнув, быстро забирает улики и запихивает под подушку. Потом с вызовом смотрит на меня.

— Просто зелье, восполняющее силы. Заказал у целителей.

— Поэтому ты его прячешь?

— Мать! Что тебе от меня надо?!

Я складываю руки на груди. Ну, мой дорогой сынок, неужели тебе кое-кто помогает справиться с симптомами знакомым уже мне зельем? Если бы я не знала… и не встретила бы Лилиан, можно было бы и не догадаться. Но ведь ты не признаешься…

Позади нас раздается шорох. Я вижу, как глаза принца расширяются в удивлении и ужасе, и он шарит на рукой у пояса, кажется, пытаясь найти оружие. Я поворачиваюсь.

В комнате стоит Ксандр, так же, как и я, сложив руки на груди и с ухмылочкой на лице. Которая обычно означает «ну-ну, я все знаю». И смотрит он на Наэля.

— Угу… — мрачно произносит принц, настороженно смотря на него, — наш новый союзник, да, мать?

Я понимаю его испуг. Ксандр сегодня выглядит как настоящий темный маг — весь в черном. Он медленно подходит к принцу, с усмешкой наблюдая за его реакцией, в черной струящаяся мантии, которая с шорохом следует за ним. Он что, сбежал с конкурса «Самый злодейский наряд»?

— Ты недоволен этим фактом? — интонация Ксандра точно вошла бы в сборник «как говорить с человеком, чтобы он почувствовал себя не в своей тарелке». Издевка, насмешка, толика превосходства — замечательный коктейль, — ну да, я и забыл… кто-то, помнится, обвинял королеву в том, что она ведет дела с Темными землями.

— Да, недоволен, — фыркает Наэль, — в Нимерии темная магия находится под запретом. И все, что связано с Темными землями. Только моя мать, видимо, настолько поддалась соблазну использовать все запрещенное, что радостно заключила союз…

Ксандр тихо смеется. Я наблюдаю за Наэлем, который немного бледнеет. Да, не у одной меня мурашки бегают от этого звука… Темный маг, тем временем, окидывает взглядом принца, и, склонившись над ним, кладет ладонь ему на грудь.

В глазах принца появляется ужас. Он смотрит на руку Ксандра, отмеченную символами и резко втягивает воздух, напрягаясь, и замерев. Пальцы сгребают простыню и сжимают ее. Как бы Наэль не пытался держать лицо, но, видимо, маг пугает его очень сильно. Ну да, меня-то он напоил зельем… которое убирает этот страх. Могу только представлять, что испытывает сейчас принц.

— Наэль, — Ксандр приподнимает уголки губ в усмешке, — прекрасная речь, достойная принца Нимерии. Уверен, что жрецы храма Единого ее оценили бы и радостно поддержали тебя. Ведь они настолько слабы и слепы, что не в силах заметить, что у тебя в крови сейчас зелье, которое придумал и сделал я.

Наэль морщится и опускает взгляд вниз. Теперь лицо принца пылает. Я едва сдерживаю смешок. Значит, я была права.

— Убери от меня руку, — произносит мрачно принц, — если я принял зелье, то это не значит, что я хочу терпеть прикосновения кого-либо из вас…

Ксандр перестает улыбаться.

— Пользуешься тем, что придумал я и мои маги, и высказываешь неуважение? Пользуешься добротой Лилиан, и презрительно относишься к ее родине?

Рука темного мага неожиданно перемещается вверх и пальцы сжимаются на шее принца. Наэль, вскрикнув, хватается за них, пытаясь отстранить. Я вздрагиваю. Что он творит?!

— Ксандр!

— Тихо. Попробуй только закричать — и я перемещу тебя в Темные земли, где мы продолжим разговор, — маг игнорирует меня, обращаясь к Наэлю, — я пришел, чтобы помочь, но твое неуважение меня бесит. Я сделаю это только после того, как ты принесешь извинения, или, хотя бы, признаешь свою неправоту. Если нет — я уйду, и ты умрешь через, максимум, неделю. Даже при всем уважении к… твоей матери, — Ксандр, усмехнувшись, на секунду окидывает меня взглядом, — которая, к слову, твоей матерью не является, но слишком добра, чтобы плюнуть на тебя и оставить умирать. Зачем, Ольга? — он снова смотрит на меня, — стоит ему жениться и получить трон, как он сошлет тебя куда подальше, и попытается разорвать союз со мной. Может, я сделаю так, чтобы он скончался? Маги и целители не увидят ничего подозрительного в его смерти. Я просто сделаю так, что Тьма внутри сожрет его… в кратчайшие сроки.

Теперь уже я в ужасе смотрю на Ксандра. Он что, серьезно? Боже мой, они все тут долбанутые!

— Ты с ума сошел? — вырывается у меня растерянно, — мы договаривались о другом! Не смей этого делать, или… или… — я заминаюсь.

Он приподнимает бровь. Я выдыхаю протяжно и заканчиваю фразу мысленно — «или все наши взаимоотношения ограничатся союзным договором, не более». Мне не хочется злить мага. Особенно, когда он в шаге от того, чтобы просто убить принца.

— Я знаю, о чем ты думаешь, — произносит внезапно Ксандр, — у тебя на лице написано.

И, подарив мне холодный взгляд, снова смотрит на Наэля, убрав руку с его шеи.

— Ваши маги и целители полные идиоты. Вливать в тебя силу, чтобы Тьма разожралась и быстрее убила… — он усмехается, — не знай я ситуации, и я бы подумал, что от наследника хотят избавиться таким способом. Тебе стоит переживать не о союзе с королевством Темных земель. Ваши светлые глупые маги и жрецы скорее приведут Нимерию к упадку. Будь моя воля — и я бы смог получить ваше королевство, просто создав необходимые условия… Например, вынуждал бы людей чаще обращаться к Темным землям… продавая им разные зелья, и наладив этот процесс. Или свои услуги… знатным домам. Которым, например, уже давно известно мое имя. Потом, потихоньку можно было бы ввести культ темных богов… все равно ваш светлый бог отвернулся от вас.

Я и Наэль переглядываемся. Получается, Ксандр уже давно пытался получить Нимерию, и я просто удачно подвернулась? Боже мой, с этой зубастой акулой мне точно невозможно конкурировать, или обвести вокруг пальца.

— Впрочем, в итоге все сложилось удачнее для нас двоих, — хмыкает Ксандр, подтверждая мои мысли, — ну так что, Наэль? Будешь гордо умирать? Или, все-таки, извинишься передо мной, за то, что я помогаю тебе, хотя, это даже не играет мне на руку… точнее, это мне абсолютно не нужно.

Принц внимательно смотрит на темного мага. Потом на меня, и в его взгляде мелькает что-то… грустное, что ли. Он на секунду прикрывает глаза и вздыхает.

— Ладно. Я принесу извинения. Мне, по правде, было плевать на то, что кто-то использует запрещенные зелья… и обращается к Темным землям, если это необходимо. Было бы, если бы я не знал что моя мать хочет меня убить. И что она убила короля. Я… — он задумчиво смотрит куда-то в стену, — я не хотел, чтобы кто-то, кроме нашей династии получил трон. И чтобы однажды Нимерия потеряла независимость. Зная свою мать, это могло бы случиться. Ради власти она спокойно пошла бы на любые условия с Темными землями. Поэтому, я и попытался посадить ее в темницу… точнее, тебя. Ты не моя мать, — Наэль смотрит на меня, и усталость тенью ложится на его лицо, — она, скорее бы, радостно наблюдала, как я умираю, или, действительно, ускорила бы этот процесс. Я не знаю, кто ты… и не знаю, что ты ему пообещала за спасение меня, — он кивает на Ксандра, — прости. Я ошибался. Ты сделала для меня больше хорошего, чем когда-либо делала моя мать. Хотя, мне, если честно, по-прежнему неприятно смотреть на тебя, потому что ты носишь ее обличье, — он морщится, — и поэтому каждое твое слово у меня вызывает только сомнения и насмешку.

Он протяжно вздыхает. Потом смотрит на Ксандра, приподняв брови.

— Я приношу свои извинения. Но не жди от меня такой же проникновенной речи, потому что пять минут назад ты признался, что пытался получить Нимерию достаточно подлыми способами. Но за помощь я тебе признателен. Буду… что касается Лилиан — к ней я не испытываю отрицательных чувств. И не оскорблял ее. Просто пытался тебя задеть. Всё.

— Мне и этого достаточно, — произносит спокойно Ксандр, — хорошо. Теперь ты должен мне пообещать, что не будешь орать и дергаться, даже если тебе будет не сильно приятно. Я освободу тебя от души Тени. Я гарантирую, что будет неприятно. И больно. И страшно, — он ехидно улыбается на последних словах, — или мне тебя усыпить? Только потом я не желаю видеть подозрительные взгляды и обвинения, в том, что я сделал с тобой что-то еще.

— Не надо, — быстро говорит Наэль, — я потерплю.

— Твое дело.

В комнате начинают появляться маги. Снова четверо. Наэль, нахмурившись, смотрит на них.

— А они… зачем?

— На тот случай, если что-то пойдет не так, — с ухмылкой произносит Ксандр, — чью-то душу не так просто достать, особенно, если она уже… прижилась в тебе.

Принц поджимает губы. Потом коротко вздыхает и кивает.

Ксандр кладет руку обратно на грудь принца и смотрит на него. Не знаю, что ощущает в тот момент Наэль, но меня передергивает от взгляда мага. Что-то мрачное и темное появляется в нем, и я на секунду даже начинаю сомневаться, что принца действительно собираются спасать. Наэль меняется в лице, и вот вместо наследника, будущего короля Нимерии, на постели лежит просто перепуганный юноша… который изо всех сил старается держать лицо. Он упирается руками в постель, и, кажется, пытается отползти. Я вижу, как Ксандр заставляет его остановиться, усилив нажим.

— Лежи, — коротко говорит он, и Наэль замирает, растерянно нахмурившись, — я только начал.

О, эта прекрасная фраза! От которой чувствуешь всю безысходность. Как в детстве у врача, когда ты уже трясешься, пытаясь не упасть в обморок, а тебя мило «успокаивают» — «я еще ничего не сделала!». Как?! Будет еще хуже и страшнее?! И от этого в обморок хочется упасть еще сильнее.

Наэль делает внезапно резкий вдох… и по руке темного мага начинает подниматься дымок. Четверо магов протягивают руки, что-то шепча, и дымок на глазах превращается в пепел, медленно падая на кровать.

Неожиданно на лице принца появляется ужас. Он растерянно смотрит на Ксандра, открывает рот, чтобы что-то сказать… или вскрикнуть, и внезапно, вздрогнув, закатывает глаза. Дымок превращается в светлый, почти белый. Нет! Я подскакиваю, бросившись к нему. На лице Ксандра появляется странное торжествующее выражение, у меня мелькает мысль, что он нас обманул, как неожиданно он резко поворачивается, и хватает кого-то… невидимого, подняв в воздух.

— Попалась, птичка, — хрипло смеется темный маг, а я, в ужасе поднимаю к лицу руки. Кто-то призрачный барахтается в воздухе, пытаясь отбиться от захвата темного мага, — думала, что удастся незаметно занять тело принца?

Наэль огромными глазами смотрит на Ксандра, сжав руку к груди.

— Давайте попробуем угадать, кто нам попался, — темный маг со смешком смотрит на нас, — даю подсказку: первая буква — Я. Последняя — а. Очень легкая загадка, потому что отгадать вам нужно всего одну букву.

«Крутите барабан!» — радостно кричит внутренний голос, — «буква Рэ!.

— Яра Наар, — мрачно говорю я.

— Молодец. Собственной персоной.

— Она пыталась занять мое тело? — Наэль зло смотрит на призрака в руке мага, но в голосе звучит неподдельное изумление.

— Да. Она думала, что никто ее не видит, пока она отирается здесь. Поэтому я демонстративно попытался изгнать тебя из тела, чтобы она воспользовалась шансом. Отличная идея… можно было бы многое провернуть под личиной наследника. Я могу прямо сейчас избавить вас от этой проблемы… но я предпочту избавиться сразу от двух. Для этого мы немного подождем. Десять секунд… — Ксандр ухмыляется, — раз. Два. Три. Четыре…

В этот момент распахиваются двери, и в покои вваливается куча стражников… вместе с тенями, магами, целителями и жрецами.

— …десять, — насмешливо заканчивает темный маг, пропустив несколько цифр.

Я вижу Дорна, который растерянно смотрит то на Ксандра, то на призрака в его руках. Один из теней показывает в сторону Ксандра пальцем и торжественно произносит:

— В его руках настоящая королева. А эта, — он показывает уже на меня, — фальшивка! Вырвите из неё душу!

* * *

Маги переглядываются друг с другом. Потом неуверенно смотрят на жрецов. Те, нахмурившись, смотрят на теней. У меня мелькает подозрение, что мало кто из этой толпы понимает, что тут происходит.

— Простите, — произносит один из магов, — это нужно проверить. Мы не можем вот так просто изгонять души из людей. Если вы утверждаете…

— Я вас не подпущу ближе, — прерывает его Ксандр.

Маг недоуменно смотрит на него.

— Почему?

— Это, — он кивает на теней, — не мои подданные. Вы всегда верите первому встречному на слово? Королева, — он с усмешкой смотрит на меня, — у вас во дворце бардак.

Дорн и стражники достают оружие. Маги поднимают руки. Тени материализуют в руке кинжалы, и все мрачно переглядываются. Мне становится стыдно, и в то же время хочется обреченно закрыть лицо руками. Этот идиотизм меня когда-нибудь доканает!

* * *

В покоях воцаряется напряженная тишина. Первым отмирает Дорн.

— Кому вы служите, и по какому праву находитесь без приглашения в замке?

— Ее Величество попросила нас о помощи, — пафосно изрекает один из Теней.

— Ее Величество никого ни о чем не просила, — хмыкает Дорн.

Тень показывает рукой на призрака.

— Я говорю о настоящей королеве. А не о той, кто сейчас занимает ее тело.

— Это еще нужно доказать. Верить жителям Темных земель опасно… даже если это так, то Тени не могут быть подданными Нимерии. У вас есть король или королева в Темных землях, — Дорн внимательно смотрит на них, — и вы не можете самостоятельно вмешиваться в дела правящей семьи другого королевства. По чьему приказу вы прибыли, и почему он не донёс эту информацию для начала наследнику? Сейчас ваше присутствие здесь выглядит как нарушение границ… или шпионаж.

Тени напряженно сверлят взглядом Дорна. Потом переглядываются между собой. Один из них убирает кинжал и складывает руки в молитвенном жесте.

Ксандр смотрит на своих магов, потом едва заметно кивает куда-то в сторону. Меня начинают напрягать эти безмолвные гляделки, и возникает чувство, что в замке пахнет жареным.

— Королева, — произносит неожиданно темный маг, — я буду признателен, если вы подойдете ближе.

Я послушно делаю шаг к нему. Внезапно Ксандр прищуривается, и на его лице появляется странное выражение…

В этот момент меня окутывают клубы серого дыма, а потом кто-то приставляет к шее холодное, острое лезвие.

— Не делайте этого… — произносит низкий голос прямо над моим ухом. Воображение сразу рисует сурового нордического воина с бородой. Я испуганно замираю. Кажется, прибыл собственной персоной король этих теней, и он настроен явно не мирно вести переговоры.

— Можно сказать, что я этого не ожидал, — Ксандр мрачно смотрит мне за спину, — хотя, почему я не предусмотрел этот вариант? Наверное, потому что он казался очевидным, что было сложно поверить. Я уже отобрал у тебя земли. И надеялся, что больше мы не увидимся. И ты, вроде бы, сидел в своем замке и трясся, как побитая собака, занимаясь внутренней политикой и безопасностью. Пытался найти шпионов, предателей, воспитывал своих подданных. Когда я услышал, что кое-кто обратился к тебе, я подумал… что ты не рискнешь вмешаться. И ожидал, что этот кое-кто пойдет за помощью в соседние королевства. Ну, ладно… оказывается, ты рискнул.

— Все сказал? — хмыкает голос, — твоя любовь к словоблудству меня до сих пор раздражает.

Ксандр раздраженно выдыхает.

— Что тебе пообещали? Яра Наар в моих руках. Я предпочту сейчас убить ее, разорвать союз с Нимерией, ввязаться в еще одну войну, но не стану договариваться с тобой. Слишком жирно.

— И о чем же ты хотел договориться, и кого ожидал? Меня устроит любой вариант, который ты сегодня выберешь, — в голосе появляются издевательские нотки, — Яра Наар пообещала мне прекрасные отношения между нашими королевствами, которые приведут к процветанию, и твоим богам тут места не найдется. Ты не получишь Нимерию, какой бы из вариантов не выбрал — отпустить ее, что ты точно не сделаешь, или убить… Побарахтайся еще, выполняя свои обязательства перед темными богами. Ты обещал Тьме, что она сможет шагнуть дальше в королевства…придется это обещание выполнить. Пока ты занят войной с Нимерией, я откушу у твоего королевства кусок. Или другие откусят. Ты не сможешь воевать со всеми сразу.

Ксандр приподнимает брови. Потом смотрит на Наэля.

— Ты готов к войне со мной, или мы договоримся полюбовно, если я убью твою мать?

Мои брови взлетают едва ли не на макушку. Я даже не знала, что они способны на такое изумление!

Наэль смотрит на темного мага, и на лице принца прямо светится вопрос «а может, ну его нахрен, этот престол?».

— Не ищи у него поддержки. Принца казнят, если узнают, что он участвовал в заговоре против королевы. Ему ведь известно, что Яра Наар покинула тело… и Нимерией правил кто-то со стороны… подданные этого не простят. Ни маги Братства, ни жрецы Единого. А доказать это будет несложно: стоит только сдать ее магам… — и он хлопает меня по плечу, — или дать зелье правды. Думаю, она сможет рассказать много интересного, о том, что сегодня увидела.

Теперь на лице Наэля появляется эмоция «твою ж мать». Я мысленно перевариваю сказанное, с грустью прикидывая свои шансы выжить в очередной патовой ситуации.

— Я не знал, что это не моя мать, — быстро говорит принц.

Человек смеется.

— У меня найдутся доказательства, которые я любезно предоставлю.

— У тебя нет доказательств!

— Есть. Напомни — разве она, — он опять трогает меня за плечо, — не признавалась тебе, что попала в это тело случайно? Ты сохранил ее тайну. И после позволил моему дорогому племяннику не только заключить союз с ней, а еще и помочь тебе, избавив от души Тени.

Племянник?! Да уж, похоже, в этом мире не существует теплых родственных отношений. Мать заказывает смерть сына, племянник отхапывает какие-то земли у дяди. Как мило! Хотя, непонятно, почему у них такие отношения. Может, этот добрый дядюшка, как в «Короле льве», скинул папу Ксандра со скалы? Не удивлюсь…

Снова воцаряется тишина. Мне кажется, что я буквально слышу, как у всех скрипят думательные шестеренки в мозгах, просчитывая ситуацию. Ксандр, судя по задумчивому взгляду, в котором вспыхивает какой-то безумный огонек, пялится на того, кто стоит за моей спиной. Дорн с магами и целителями смотрят то на темного мага, то на меня, видимо, переваривая услышанный минуту назад разговор. Тени, сжимая в руках кинжалы, просто напряженно взирают.

Было бы круто, если появилась бы внезапно четвертая сторона. Какой-нибудь мега-злодей свалился бы нам на голову, спикировав на черных крыльях, расмеялся самым жутким злодейским смехом, а потом поведал бы всем, что собирается захватить мир. И всех поставить на колени. В угол. На горох. Мы бы объединились, и, победив зло, поняли, что можем просто договориться… полюбовно.

Потому что все эти споры оказались бы такими глупыми, по сравнению с Настоящим Злом…

И пока я все это обдумываю, я неожиданно понимаю, что Настоящее зло может зародиться прямо тут и сейчас. Я упоминала про безумный огонек в глазах Ксандра? Пока все дружно пялятся друг на друга и думают, я замечаю, что огонек превращается в пламя. И лицо темного мага меняется. Самодовольная ухмылка пропадает. С таким лицом нажимают, наверное, большую красную кнопку — с этой вот мрачной решимостью.

— Хорошо, — произносит коротко маг, и меня прошибает холодный пот от тона его голоса, — пусть будет по-твоему.

И он сжимает пальцы на руке, которая держит призрака.