Глава 44

Утром уже без десяти шесть я была возле портальной станции. Через пару минут появился барон Дерайн. – Вы без машины? – спросила я. – Да, как-то странно было бы пребывать на курорте с автомобилем, – сказал барон. Я пыталась всмотреться в его лицо в поисках следов вчерашнего побоища, но ничего не нашла. Может, он обратился за помощью к специалисту (наверняка на этом курорте были магические целители), а может быть, и сам обладал какими-то способностями. Спрашивать не стала. После того как оказались в столице, мы разошлись в разные стороны. Я прямиком направилась в контору мистера Банни, договорившись с бароном Дерайном встретиться сразу после полудня в кафе возле юридического управления, того самого, где работал мой супруг и которым управлял Гиллард Форгейт. Настроение почему-то было прекрасное. И в конторе мистера Банни тоже повезло, потому что мне сказали, что информацию попробуют собрать быстро. Возможно, даже за несколько часов. – Как вам это удаётся, мистер Банни? – улыбнулась я. – Понимаете, госпожа Матильда, здесь всё зависит от того, о ком вы собираете информацию. Я подумала, что про певицу госпожу Орланду, скорее всего, информации в доступных источниках было много, но министр юстиции и тем более его супруга вроде бы должны быть «закрытыми» персонами. Так и спросила у мистера Банни. – Министр – публичная персона, но вот насчёт его супруги вы правы, скорее всего, здесь могут возникнуть сложности, но мы постараемся. Куда вам отправить информацию? На адрес конторы? Я сообщила, что где-то до половины дня буду в столице, в кафе напротив юридического управления, а потом вернусь туда, где провожу отпуск, – на Лазурное озеро. Мистер Банни вздохнул, возвёл глаза к небу и сказал: – Ой! Это прекрасное место! Я даже вам где-то завидую, тогда, если мы не успеем передать вам документы раньше, я пришлю вам их курьером; это, конечно, будет немного дороже, но… – Но информация вовремя гораздо ценнее, чем с опозданием, – закончила я фразу. И мистер Банни, прощаясь, поцеловал мне руку: – С вами приятно иметь дело, госпожа Камински. У меня оставалось ещё немного времени до встречи с бароном, и я решила зайти к подруге. Но когда я подошла к её магазину, оказалось, что её там нет, и не просто нет: витрины переоборудовались, и, судя по вывеске, здесь теперь был совершенно другой магазин. Я зашла и спросила у копошащихся там работников: – А где госпожа Диана, которая здесь работала? Но мне сказали, что если я о прошлой владелице, то она продала магазин и уехала. Я удивилась, что она даже не сообщила мне об этом! На всякий случай записала себе название магазина и выяснила имя того, кому магазин теперь принадлежит, после чего вернулась к мистеру Банни и добавила к основному заказу свой личный, рассказав о ситуации. Я подумала, что просто так люди не срываются с насиженного места и не продают стабильный бизнес. Когда я подъехала к кафе, барон уже был там. Кофе в кафе был вкусный, как и пирожные. Мне понравилось, что мы не говорили о делах; барон спросил, как мне нравится отдыхать на Лазурном озере, и мы дружно рассмеялись, потому что то, что мы сейчас оба находились в столице, мало соответствовало тому, что я отдыхаю. – Это совершенно потрясающе, – сказала я, – спасибо вам за виллу вашего друга, и ему тоже передайте, пожалуйста. – Я рад, что вам понравилось, – сказал барон. – Но я хотел поговорить о другом… Я чуть кофе не поперхнулась: «Ну вот, а так было здорово!» Но следующая фраза барона снова вернула мне хорошее настроение: – О вашем обучении в университете. Я заинтересованно взглянула на барона, который уже провёл там несколько лекций, один раз мне даже пришлось его спасать от воинственно настроенных студенток, поклонниц… юридического таланта барона. – Я видел, что перед отпуском вы подали запрос на защиту диплома экстерном, и хочу сказать, что и мистер Мердок подписал запрос, и многие другие преподаватели. Мужчина взглянул на меня. – Матильда, вы показываете необыкновенно высокий уровень знаний для той, кто недавно начал учиться. Это указывает на то, что вы не просто так пошли учиться этой профессии, для вас это больше, чем профессия, и адвокатское сообщество с вашим появлением приобретёт многое. Я слушала речь барона и понимала, что после такой речи обычно всегда идёт «но». Я прищурилась и даже прекратила есть пирожное, а оно, кстати, было вкусным, и… обрадовалась, что ошиблась, потому что барон сказал: – Я тоже подписал и буду счастлив, если вы пригласите меня на защиту диплома. – Конечно, господин барон, – кокетливо улыбнувшись, сказала я и, выдохнув, добавила: – Вы так об этом говорили, что я уже успела испугаться и подумать невесть что. Барон пристально взглянул на меня, выдохнул и произнёс, но так быстро, что я даже не успела понять, про что он: – Матильда, выходите за меня замуж. – Простите, барон, я не ослышалась? Вы меня зовёте замуж? – переспросила я. – Да, Матильда, я хотел сделать вам предложение по-другому, в другой обстановке, но я боюсь опоздать. Боюсь, что вас уведут у меня. Вы такая стремительная и даже не замечаете, как на вас смотрят. А я… Мне вдруг стало не по себе, не хотелось, чтобы барон начал что-то объяснять, но барон снова не подвёл, улыбнулся сногсшибательной улыбкой и продолжил: – … я чистоплотен, приучен к лотку. И я рассмеялась: – Всё шутите, господин барон. – Нет, Матильда, я не шучу, – вдруг став серьёзным, произнёс барон Дерайн, – и прошу вас, называйте меня по имени. – Скажу вам по секрету, госп… Александр, я ещё не разведена, так что ответить вам пока не могу. Мне отчего-то стало грустно. Такое ощущение бывает, когда ты получаешь билет в театр на спектакль, куда уже давно хотел сходить, а у тебя в этот день то, что ты не можешь отложить, и тебе приходится отказаться. Барон замолчал, а я вспомнила его вчерашний «разговор» с моим супругом. – А почему вы вчера подрались? – спросила я. – Мы не дрались, – совершенно серьёзно сказал мне барон. – Я видела вас. – Матильда, иногда нам, мужчинам, не хватает слов. – И барон улыбнулся. А я поняла, что он всё равно не расскажет, и снова принялась за пирожное. – Я не тороплю вас, Матильда, тем более что до диплома у вас всё равно не будет времени, ведь диплом вам надо защитить на отлично. – Теперь барон прищурился: – Но пообещайте мне. Я удивлённо взглянула на барона: «Не собираюсь я больше никому ничего обещать!» – Что вы станете лучшим адвокатом года и пойдёте со мной на ежегодный бал, – сказал барон в ответ на мой немой вопрос. – Насчёт лучшего адвоката – обещаю, – пообещала я, подчеркнув тем самым, что скромность украшает женщину, только если у неё нет других украшений. Мы ещё немного посидели в кафе. Я надеялась, что мне привезут документы, но никаких документов от мистера Банни мне не передали: видимо, не так просто оказалось найти информацию. И мы решительно двинулись к потальной станции. *** Вернулись мы на курорт примерно к пяти вечера, барон отправился к себе, а я побежала на свою виллу. Дети веселились в бассейне, свекровь лежала на шезлонге, и я, переодевшись в купальник, с разбегу прыгнула к детям. – Мама, что с тобой? – спросила старшая дочь, Амалия. – А что? – Ты вся светишься! – Просто я вас люблю, вы даже не представляете, как я вас всех люблю! – крикнула я перед тем, как нырнуть. Вынырнув, наткнулась на осуждающий взгляд свекрови и, усмехнувшись, добавила: – И вас тоже, госпожа Говард. А вечером пришёл Фредерик, и на лице у него были «последствия» разговора с бароном.