Глава 45

Я как раз была наверху, приводила себя в порядок перед тем, как пойти поужинать. Сегодня мы решили сходить на ужин в ресторан курорта, потому что дети заявили мне, что меня не было почти весь день, а значит, я должна их вывести в ресторан, тем более что сегодня за ужином будет живая музыка. Когда я спустилась, Фредерик уже был в гостиной, сидел на диване вместе со своей мамой, а в руке у него был стакан с водой. Госпожа Говард с осуждающим видом смотрела в мою сторону. – Фредерик? – с удивлением спросила я. – Что ты здесь делаешь? Но вместо Фредерика ответила мне госпожа Говард: – Лучше бы ты спросила, откуда у него эти страшные синяки! Я взглянула на Фреда и по привычке улыбнулась; я так всегда делала, когда свекровь выражала своё мнение. – Меня не интересуют синяки Фредерика, госпожа Говард, меня интересует, что он здесь делает. Поэтому я ещё раз спрошу: Фред, что ты здесь делаешь? Может быть, ты пришёл отдать мне документы на развод? С лестницы спустились дети. Эрвин и Виола встали возле меня и молча смотрели на отца, а вот Амалия подошла и поцеловала отца в щёку. – Вы что, дети, даже не поздороваетесь со мной? – спросил Фредерик. – Здравствуй, отец, – по-взрослому сказал сын, но не двинулся с места. Я видела, что младшая дочь хочет подойти и обнять папу. – Если хочешь поздороваться с папой, иди поздоровайся, – сказала я дочке, и, заметив, что Эрвин крепко держит её за руку, добавила: – Эрвин, отпусти её. Стоило Эрвину разжать руку, как Виола побежала и обняла папу. И она же у него спросила: – Папа, ты что, подрался? Откуда у тебя такие синяки? – Я упал, – сказал Фредерик. – И ударился. А я опять удостоилась осуждающего взгляда свекрови. Я оглядела всех. – Все готовы? Фредерик, извини, мы опаздываем на ужин. Мы забронировали себе столик, и там сегодня живая музыка. – Тильда, я хотел с тобой поговорить, – сказал Фред. – Это надолго? – спросила я. – Я бы не хотел спешить, – ответил Фредерик. Я предложила ему прийти после ужина, но Фреду, как обычно, всё нужно было срочно. Тогда я отправила свекровь с детьми в ресторан: – Идите, а то там через десять минут наш столик займут. А я к вам присоединюсь чуть позже. Сын не тронулся с места: – Мама, я останусь с тобой. – Не волнуйся, милый, иди, – улыбнулась я. Какой у меня защитник вырос. – Я скоро приду. Младшая дочка снова обняла папу, но потом сын взял её за руку, и они пошли за бабушкой. На всякий случай я вышла на веранду и закрыла дверь. Мне не хотелось оставаться с Фредериком в доме одной. – Я слушаю тебя, Фред. – Ты видишь эти следы на моём лице? – сказал он. – Вижу, только слепой бы не увидел, ты ещё так выставлял их напоказ. Неужели нельзя было сходить к лекарю и убрать это? – То есть ты видела, что сделал твой ухажёр? – Я видела, как вы разговаривали с бароном Дерайном, и, кстати, у моего, как ты говоришь, ухажёра никаких следов сегодня утром не было. – Значит, всё-таки это правда?! – возмущённо сказал Фредерик. – Что правда, Фред? – спросила я. – То, что ты уже нашла мне замену? – Та-ак, а с этого момента поподробнее. – Я скрестила руки на груди. – Откуда информация? – Оттуда, – сухо ответил Фред и нахмурился. – То есть ты утверждаешь, что я нашла тебе замену? А что тогда сделал ты? – удивлённо спросила я. – А я, между прочим, – неожиданно прозвучало от Фредерика, – собирался вернуться в семью и признать свои ошибки. Услышав это, я в какой-то момент вдруг поймала себя на мысли, что что-то внутри меня обрадовалось. Какая-то маленькая девочка внутри меня начала прыгать и хлопать в ладоши: «Он вернётся! Он вернётся!» Но Матильда взяла девочку за руку, посадила на стульчик и, сложив руки на груди, сказала: – Фредерик, тебе некуда возвращаться, я больше не желаю, чтобы ты был моим мужем. – Значит, всё-таки ухажёр, – сделал вывод мой, как оказалось, недалёкий супруг. – Нет, Фредерик, я пока не стала тебя никем заменять, но вот сейчас я об этом задумалась. Фред сел на шезлонг и изумлённо спросил: – Ты не хочешь, чтобы я вернулся? Почему? – Я больше тебе не верю, Фред, – сказала я. – Это была ошибка, Матильда. Я… Ну хочешь, я встану на колени? – Нет, Фредерик, я не хочу, чтобы ты вставал на колени. Я просто не хочу, чтобы ты возвращался. Мне кажется, что вы с Софией очень друг другу подходите. – Но у нас же дети! – Дети?! – сказала я. – Как вовремя ты об этом вспомнил. – Значит, ты мстишь мне! – вдруг прозвучало от Фреда. – Это низко. Я вздохнула: «Таким макаром этот разговор мы не закончим никогда, а меня там, между прочим, дети ждут, и мистер Мердок, а может, и барон Дерайн». – Фредерик, я не собираюсь тебе мешать общаться с детьми. И посмотри, тебе уже удалось наладить отношения с Амалией. Эрвин, конечно, ещё на тебя злится, но тут всё зависит от тебя. Я точно не буду его настраивать против тебя. Но… но я не хочу обратно в ту жизнь, которая у меня была. – Разве ты была несчастлива? – Фред сник, и вопрос его прозвучал вымученно. Я задумалась. – Нет. Я была счастлива, но это была не я. Моё счастье было неполным, я всё время под кого-то подстраивалась. Я больше так не хочу… И, Фред, принеси уже, пожалуйста, документы на развод. Я встала, чтобы уйти. И вдруг на лице Фреда появилось неприятное выражение, и даже голос его стал неприятным. Он сказал: – Я принесу, но теперь я сделаю по-другому. Я удивлённо остановилась. В интонации Фреда была угроза, и мне стало любопытно. – Теперь, когда у меня есть доказательства твоей измены, если ты рассчитываешь, что ты останешься жить в доме, ты очень ошибаешься. Я вздрогнула и усмехнулась, потому что такого не ожидала. – Фред, ты слышишь себя? О какой моей измене может идти речь? Он вытащил конверт. – Вот, посмотри. В конверте были фотографии: где я танцевала с бароном Дерайном, где я ужинала с ним в ресторане, где он подавал мне руку, чтобы я вышла из его машины. – И это считается доказательством? – Да. В суде, если до этого дойдёт, это можно будет доказать. А я вдруг поняла, что моя работа, особенно последнее дело господина Ашфорда, предоставила мне возможность выбора. Дом был жалко, но не настолько, чтобы не пожалеть себя. И я улыбнулась. – Если тебе нужен дом, Фред, забирай как есть: со своей мамой и с рыбками. – Что, думаешь, тебя твой любовник будет содержать? – прозвучали от Фреда неожиданные выводы. – А вот это уже тебя не касается, – сказала я и ушла на ужин. Я не успела дойти до ресторана, Фред меня догнал. – Тильда! Прости! Я наговорил глупостей! Я на самом деле ничего такого делать не собираюсь! Я… Мне пришлось остановиться и повернуться к нему, чтобы сказать: – Фред, мне всё равно, собираешься ты что-то делать или нет, я тебе тоже всё сказала. Возвращайся к Софии. И я желаю вам счастья. А на ужине, который прошёл великолепно, всё было вкусно, играла живая музыка; правда, никто не пел, но пианист играл так, что ноты разбегались по залу мягкими звуками, перенося в другую реальность, где не было всей этой суеты вокруг развода. Мне принесли пакет из столицы от мистера Банни прямо к столу, и мы с мистером Мердоком, который присоединился к нам на ужине, договорились после ужина вместе изучить документы. Барона Дерайна на ужине не было. И после ужина, проводив детей и, к счастью, не встретив больше ни Фредерика, ни Софии, я пошла к мистеру Мердоку, чтобы вместе посмотреть, что же там есть скрытого в мотивах каждой из сторон нашего нового дела. Около часа мы потратили только на то, чтобы прочитать документы, вникнуть в то, что же в них было написано, а также просмотреть фотографии. Когда мы изучили весь материал, мистер Мердок взглянул на меня – на лице его было написано удивление – и спросил: – Вот вы могли себе такое представить, Матильда? – Нет, мистер Мердок, – искренне ответила я. – Даже не представляла, что именно так всё может быть.