Глава 3. Злодейке никто не верит

Глава 3. Злодейке никто не верит

Глава 3. Злодейке никто не верит

Кайрел не стал ждать, пока Раук вернется со старого моста.

Он выслушал Тарена, еще раз уточнил имя всадника и приказал отправить к Эверсу Майну человека, который должен был записать все, что происходило с Сайром до сегодняшнего срыва. Отдельное распоряжение касалось командирских знаков: до окончания проверки старшие офицеры должны были снять их и не использовать рядом с грифонами без прямого приказа.

— Все девять башен? — уточнил Тарен.

— Пока нет. Если остановить систему целиком, мы сами закроем небо над столицей. Начнем со знаков и Северной башни. Центральную тоже проверить в первую очередь.

— А патрули?

— Оставить. Командиры идут без знаков, пока не получат новые распоряжения. Если кто-нибудь захочет узнать причину, скажешь, что проводится внеплановая проверка.

Тарен уже собирался уходить, когда Кайрел добавил:

— И Гарвен.

Офицер на секунду задумался, затем вспомнил.

— Бывший слуга леди Весс.

— Его должны были искать с утра.

— Уточню.

Я не вмешивалась. Несколько часов назад все происходящее касалось одного грифона, которого герцог пришел забирать с моей крыши. Теперь распоряжения расходились сразу по нескольким частям Небесной стражи, а я начинала понимать, почему Кайрел командовал ею столько лет.

Он не тратил время на громкие обещания и не пытался сразу определить виновного. Сначала ограничивал возможный вред, потом собирал сведения.

Этот подход мне нравился куда больше утреннего требования открыть ворота.

Тарен ушел, а Кайрел обратился ко мне:

— Мы едем во дворец.

— Почему во дворец?

— Потому что управление Башен Ветра относится к городской службе, а ее архив находится там. Кроме того, после того, что произошло с Сайром, я обязан доложить о возможной угрозе Небесной страже.

Я посмотрела в сторону площадки старого моста, куда улетел Раук.

— А он?

— Тарен приведет его, когда убедится, что Сайр спокойно стоит на земле.

— Если Раук согласится идти с ним.

— Согласится.

Уверенность прозвучала естественно, но после короткой паузы Кайрел все же добавил:

— Надеюсь.

Утром он не допустил бы последнего слова.

Это была небольшая перемена, но я ее отметила.

— Во дворец мне обязательно?

— Вы хотели разобраться.

— Хотела.

— Тогда обязательно.

Он сделал несколько шагов, затем остановился.

— И ключ возьмите.

Я машинально коснулась кармана платья.

Темный ключ с девятью насечками лежал там с того момента, как я нашла его в спальне.

— Вы все еще думаете, что он связан с башнями?

— После сегодняшнего утра я стараюсь не отбрасывать вещи только потому, что не понимаю их назначения.

— Разумно.

— Не привыкайте соглашаться со мной. Это начинает настораживать.

Я посмотрела на него и впервые не сразу поняла, шутит он или говорит серьезно.

Кайрел уже пошел дальше.

Карету предоставил ближайший пост городской стражи. Ехать пешком обратно через половину столицы после нескольких часов на ногах не хотелось даже мне, хотя утро я начала с решимости не задавать лишних вопросов о собственном состоянии.

Внутри кареты мы сидели друг напротив друга. Кайрел оставил свой командирский знак в закрытой коробке у Тарена, поэтому на мундире осталось пустое место, куда раньше уходили две тонкие цепочки.

Я несколько раз возвращалась к этому месту глазами.

Не потому, что оно особенно меня интересовало.

Мне не давала покоя последовательность событий.

Двадцать два дня назад знаки проходили проверку.

Около двух недель назад изменилось поведение Раука.

Неделю или полторы назад похожие странности заметил начальник Северной башни у собственного грифона.

Сегодня Сайр вышел из строя рядом с командиром, который носил такой же знак.

А прежняя Лиарена за три недели до сегодняшнего дня закрыла от слуг башенную часть собственного дома.

Слишком много событий собиралось вокруг одного времени.

— Когда именно Лиарена потеряла доступ к Небесной страже? — спросила я.

Кайрел не сразу ответил.

— Три месяца назад.

— После письма вашей сестры.

— Да.

— К управлению Башен Ветра запрет тоже относился?

— Нет.

— Почему?

— Потому что это не Небесная стража. Башни обслуживают воздушные пути всего города. Через них идут торговые маршруты, почта, королевские службы и частные перелеты. Управление гражданское.

— Значит, я могла туда приходить?

— Вы могли приходить куда угодно, если вас не успевали остановить у двери.

— Очень обнадеживает.

— Вы сами просили рассказывать вам правду.

— И пока не передумала.

Карета повернула, и через окно я увидела дворец.

Утром мне уже казалось, что столица построена человеком, который плохо относился к ровной земле. Дворцовый комплекс окончательно подтвердил это впечатление. Несколько зданий занимали разные уровни скалы и соединялись широкими переходами. Над самой высокой частью поднимались светлые башни, но Кайрел велел кучеру ехать не туда.

Мы остановились возле длинного бокового корпуса.

— Не главный вход? — спросила я.

— Вам хочется пройти через парадный двор?

— Судя по тому, как на меня смотрели на улицах, нет.

— Разумное решение.

Он первым вышел из кареты.

Я последовала за ним.

Во дворце меня узнали еще быстрее, чем в городе.

Стражники у служебного входа пропустили Кайрела после короткого приветствия. Увидев меня, один из них явно решил, что ошибся. Второй бросил быстрый взгляд на герцога, но спрашивать ничего не стал.

В коридоре встреченная нами женщина прижала к груди папку с бумагами и отступила к стене.

Молодой чиновник, шедший навстречу, сбился с шага.

Никто не говорил ничего прямо.

От этого происходящее выглядело еще убедительнее.

Лиарена Весс не была женщиной, которую просто недолюбливали.

От нее ждали неприятностей.

— Далеко? — спросила я.

— Второй этаж.

— Хорошо.

Кайрел покосился на меня.

— Вы нервничаете?

— Нет. Пытаюсь не спрашивать каждого встречного, чем именно я испортила ему жизнь.

— Это заняло бы слишком много времени.

— Спасибо.

— Вы просили правду.

— Я уже начинаю жалеть о формулировке.

На втором этаже нас встретили двое офицеров Небесной стражи. Один протянул Кайрелу несколько листов.

— Первые сведения, ваша светлость. Мы подняли записи за последний месяц.

Герцог остановился прямо в коридоре и начал читать.

Я не подходила ближе.

Офицер смотрел на меня откровенно недовольно, но Кайрел сам протянул мне верхний лист.

— Читайте.

Мужчина едва не возразил.

Я взяла бумагу.

Записи были короткими. Имя всадника, имя грифона, дата и причина обращения к смотрителям. За последние четыре недели встречались отказы выходить на площадку, нежелание проходить возле нескольких участков стен, один случай, когда грифон внезапно развернулся перед посадкой, и три жалобы на беспокойство животных во время вечерних построений.

Ничего впечатляющего, если читать каждую запись отдельно.

Вместе они выглядели иначе.

— Сколько таких записей обычно бывает за месяц?

Офицер посмотрел не на меня, а на Кайрела.

Тот спокойно произнес:

— Леди Весс задала вопрос.

— От трех до пяти, ваша светлость.

На листах было семнадцать.

— Когда количество начало расти?

— Примерно две недели назад.

— Все случаи рядом с башнями?

— Нет.

— А рядом с командирскими знаками?

Он нахмурился.

— Это в записях не указывали.

— Почему?

— Никому не приходило в голову связывать одно с другим.

Я вернула лист Кайрелу.

— Теперь придется.

Он передал бумаги офицеру.

— Поднимите имена всех командиров, которые находились рядом в каждом случае. Если был вечерний строй, укажите, кто его принимал. Если полет, кто вел группу.

— Да, ваша светлость.

— Отдельно соберите все, что происходило возле Северной и Центральной башен.

Офицер ушел.

Мы продолжили путь.

— Семнадцать, — сказала я.

— Я умею считать.

— Не сомневаюсь.

— Тогда что?

— Если обычное количество три или пять, а сейчас семнадцать, странно, что никто не заметил раньше.

— Каждый случай сам по себе ничего не означал. Усталость, непривычный маршрут, смена всадника, ошибка при построении. За неделю через Небесную стражу проходят сотни полетов.

— Значит, проблема хорошо спряталась среди обычных мелочей.

— Или мы пытаемся связать события, которые не связаны.

— Такое тоже возможно.

Он открыл дверь в конце коридора.

За ней находилась небольшая служебная приемная. Вдоль стен стояли шкафы с папками, за двумя столами работали чиновники.

Когда вошла я, оба перестали писать.

Кайрел этого не прокомментировал.

— Реестр проверки командирских знаков за этот год.

Один из чиновников поднялся.

— Сейчас, ваша светлость.

Он ушел к шкафам.

Я осталась у двери, решив ничего не трогать. С моей нынешней репутацией даже случайно переставленная папка могла превратиться в государственный заговор.

Кайрел, похоже, подумал о том же.

— Вы можете сесть.

— Здесь есть кресло, которое Лиарена еще не успела использовать против владельца?

Первый чиновник уронил перо.

Кайрел посмотрел на него, потом на меня.

— Вон то, возле окна, считается безопасным.

Я села.

Через несколько минут на стол лег толстый журнал.

Кайрел открыл нужный раздел.

— Все командирские знаки принимали в один день?

Чиновник подошел ближе.

— Нет, ваша светлость. В течение трех дней. Но основную часть действительно проверили в первый.

— Кто проводил работу?

— Управление Башен Ветра. В этом году порядок изменили.

— По чьему распоряжению?

Мужчина перевернул несколько страниц.

— Совместное предписание городской воздушной службы и дворцовой канцелярии.

— Причина?

— После жалоб на расхождение маршрутов в западном секторе решили проверять знаки на том же оборудовании, которым настраивают башни.

Кайрел поднял голову.

— Какие жалобы?

Чиновник начал искать другой журнал.

Я тем временем увидела на открытой странице знакомую дату.

Двадцать два дня назад.

Рядом стояли номера знаков, фамилии владельцев и подписи тех, кто принимал предметы на проверку.

Имя Кайрела было первым.

Ниже шли другие.

— Дайрен здесь, — сказала я.

Кайрел проследил за моей рукой.

Командир сегодняшнего Центрального патруля сдал знак в тот же день.

— Начальник Северной башни?

— Он не относится к Небесной страже, — пояснил чиновник. — Его знак проходит по другому реестру.

— Принесите и его.

Мужчина снова ушел.

Дверь открылась прежде, чем он вернулся.

В комнату вошел худощавый мужчина лет сорока пяти. Одежда была строгой, темно-серой, без военных знаков. На воротнике крепилась небольшая эмблема из девяти соединенных дуг.

Он сразу направился к Кайрелу.

— Мне сообщили, что вы подняли архивы проверки без предварительного запроса. Надеюсь, причина достаточно серьезна.

— Один грифон сегодня покинул патруль. Второй ночью ушел из крепости. Еще у нескольких за последние две недели изменилось поведение рядом с башнями.

Незнакомец перестал смотреть на журнал.

— Несколько?

— Семнадцать записей за месяц.

— Это еще ничего не доказывает.

— Поэтому проводится проверка.

Мужчина заметил меня.

Его реакция отличалась от остальных.

Ни страха, ни демонстративного отвращения.

Только короткая задержка.

— Леди Весс.

— Мы знакомы?

Он слегка приподнял брови.

— Не настолько близко, чтобы этот вопрос мне польстил.

Кайрел вмешался:

— Севран Кельт, глава управления Башен Ветра.

Вот теперь появление мужчины приобретало смысл.

— Значит, вы можете объяснить, почему один и тот же командирский знак вызывает у грифона разную реакцию в разных частях города.

Севран не стал спрашивать, откуда я вообще знаю о знаках.

— Может вызывать?

Кайрел коротко описал наши утренние проверки. Без предположений, только места, расстояния и реакцию Раука.

Севран слушал внимательно.

— У Северной башни сильнее всего?

— Из проверенных мест, — уточнила я. — У моего дома тоже сильная реакция. На Восточной дороге значительно слабее.

— Где именно находится ваш дом, я помню.

Фраза не понравилась мне больше, чем должна была.

— Тогда вам будет проще сравнить сектора.

Севран подошел к большой схеме на стене. Я до этого приняла ее за обычную карту города. Теперь заметила девять окружностей, частично накладывающихся друг на друга.

— Дом Весс находится внутри Центрального сектора, но близко к старой границе Восточного. Вот Северная башня. Вот участок, где вы проводили проверку.

Он указал нужные места.

— Теоретически подобной разницы быть не должно. Командирский знак не создает собственный сигнал. Он принимает ориентир башни и передает его всаднику. Грифон воспринимает тот же ориентир напрямую.

— Тогда почему Раук реагирует на знак сильнее, чем на саму башню? — спросила я.

— Вы уверены, что именно сильнее?

— Без открытого знака он подошел к Северной башне дальше. Когда знак показали, развернулся.

Севран провел пальцем по линии сектора.

— Это уже интереснее.

Кайрел достал из кармана сложенный лист с первыми донесениями.

— Проверить можно?

— Можно проверить все девять башен, но для этого потребуется снять их управляющие ключи по очереди.

Я вспомнила темный предмет в своем кармане.

— Что такое управляющий ключ?

Севран повернулся ко мне.

— Вы серьезно?

— Сегодня это довольно частый вопрос.

Кайрел произнес:

— Объясните.

Глава управления явно считал происходящее странным, но спорить с герцогом не стал.

— В каждой Башне Ветра установлен свой управляющий ключ. Он задает рисунок сектора. Башня усиливает его и передает дальше. Девять ключей отличаются друг от друга, поэтому грифоны и знаки различают направления.

— Их можно заменить?

— Физически можно заменить почти все.

— Кто имеет доступ?

— Начальник конкретной башни, два мастера управления и я.

— Во время проверки знаков?

— К оборудованию допускается больше людей. Но к управляющим ключам они отношения не имеют.

Я достала темный ключ.

— А это?

Севран взял его не сразу.

Сначала посмотрел на Кайрела.

Герцог подтвердил, что можно.

Мужчина принял ключ двумя пальцами, поднес к свету и провел ногтем по девяти насечкам.

Его спокойствие впервые дало трещину.

— Где вы это взяли?

— В своей спальне.

— В спальне?

— Именно поэтому я и спрашиваю.

Севран еще раз осмотрел предмет.

— Это не управляющий ключ.

— Уже хорошо.

— Это эталонный.

Кайрел подошел ближе.

— Старого образца?

— Очень старого. Такими пользовались до перестройки системы. Инженер мог взять эталонный ключ на контрольную площадку и проверить, насколько точно башни держат исходные направления.

Я вспомнила пустое отделение в деревянной коробке башенного кабинета.

— Почему на нем девять линий?

— Потому что он хранит девять базовых ориентиров. По одному для каждой башни.

— Хранит?

Севран поднял ключ за плоскую головку.

— Если открыть его под прямым небом, он дает слабый контрольный импульс. Недостаточный для работы городской системы, но грифон рядом его почувствует.

— Как открыть?

Мужчина нажал на край головки.

Одна из девяти линий сместилась.

Внутри ключа что-то тихо щелкнуло.

Я ничего не почувствовала.

Кайрел тоже.

Севран сразу вернул линию на место.

— В помещении бесполезно. Нужен открытый участок и прямая связь с небом.

— Может Раук услышать его издалека?

— Если ключ сильный и находится высоко, возможно. Но я не могу сказать, на каком расстоянии. Эти вещи не используют много лет.

Кайрел спросил:

— Почему такой ключ оказался у леди Весс?

Севран посмотрел на меня.

— Это как раз я хотел спросить.

— Ответа у меня нет.

Он вернул предмет.

— Где именно вы его нашли?

— В нижнем ящике туалетного столика.

— А перед этим?

— Не знаю.

Севран чуть повернулся к Кайрелу.

— У нее действительно проблемы с памятью?

— Сейчас это не предмет проверки.

Такого ответа я не ожидала.

Еще утром Кайрел почти требовал объяснить каждую странность моего поведения. Теперь он закрыл тему перед человеком, который мог бы начать задавать те же вопросы.

Не доверие.

Но уже не желание немедленно выставить меня виновной во всем происходящем.

Севран не настаивал.

— Эталонные ключи выдавались только старшим инженерам.

— Сколько их осталось? — спросила я.

— По официальным данным, три. Все хранятся в архиве управления.

Я подняла предмет между пальцами.

— Значит, четыре.

— Если этот настоящий.

— Проверим.

— Не советую пользоваться неизвестным ключом возле грифона.

— Почему?

— Потому что мы не знаем его состояние.

— А проверить состояние можно?

— Можно. Я заберу его в управление.

Я убрала ключ обратно в карман.

— Пока нет.

Севран удивился.

Кайрел не вмешался.

— Леди Весс, вы только что сами спросили, можно ли его проверить.

— Спросила. Но утром я уже узнала, что вещи, которые проходят проверку, иногда начинают вызывать у грифонов странную реакцию.

Несколько секунд никто не говорил.

Севран первым отвел глаза от моего кармана.

— Справедливо.

Я ожидала раздражения.

Он, напротив, признал довод слишком легко.

— Тогда проверяйте в присутствии герцога. Если понадобится помощь, я предоставлю мастера.

Кайрел спросил:

— Вы можете поднять сведения обо всех девяти управляющих ключах?

— Уже могу приказать.

— Не приказать. Поднять лично.

Севран посмотрел на него.

— Вы подозреваете моих людей?

— Я подозреваю систему, которую пока не понимаю.

Ответ мне понравился.

Севрану, похоже, тоже было трудно возразить.

— Хорошо. Через несколько часов получите номера, даты установки и сведения о последнем доступе.

— И без предупреждения башен.

Теперь мужчина нахмурился.

— Если вы хотите сверить ключи, их придется снять.

— Сначала только архив.

— Как скажете.

Он направился к двери, но остановился рядом со мной.

— Леди Весс, вы интересовались Башнями Ветра и раньше.

Я не сразу отреагировала.

— Насколько раньше?

— Несколько недель назад.

Кайрел повернулся к нему.

— Что именно она спрашивала?

— Не у меня. В архиве управления. Запрашивала старые схемы до перестройки городской сети.

Вот и еще одна неприятность.

— Есть записи? — спросила я.

— Разумеется.

— Покажите.

Севран чуть склонил голову.

— Не сейчас. Они в другом корпусе.

— Тогда пришлите копии.

Кайрел произнес:

— Оригиналы.

— Хорошо.

Севран ушел.

Я осталась возле стола с темным ключом в кармане и совершенно новым знанием о прежней Лиарене.

Она не просто случайно получила странную вещь.

Она заранее интересовалась системой, с которой эта вещь была связана.

— Теперь можете сказать, что совпадений слишком много, — произнесла я.

Кайрел закрыл реестр.

— Пока скажу другое. Вы задавали правильные вопросы раньше, чем перестали помнить ответы.

— Это должно меня утешить?

— Не думаю.

Чиновник принес второй журнал.

Знак начальника Северной башни действительно проходил проверку в тот же период. На полях рядом с записью стояла отметка о совместной настройке с управляющим контуром.

Я показала ее Кайрелу.

— Что означает эта запись?

Чиновник прочитал.

— После проверки его оставляли в башне до следующего утра для уточнения отклика.

— Кто оставлял?

— Здесь подпись мастера.

— Имя.

Он назвал фамилию, которую я слышала впервые.

Кайрел записал ее.

— Он сейчас на службе?

— Насколько мне известно, да.

— Пусть Тарен проверит, где он находился сегодня ночью.

Чиновник осторожно спросил:

— Ваша светлость, проводится официальное расследование?

— С этого момента да.

Он сразу выпрямился.

Так я впервые поняла, в какой момент обычная проверка превратилась во что-то, что завтра будет обсуждать весь дворец.

Дверь оставалась открытой.

За ней уже стояли два офицера, ожидавшие распоряжений.

По коридору быстро прошел чиновник с кипой журналов.

Кто-то отправился в управление башен.

Кто-то за отчетами Небесной стражи.

Кайрел распределял работу, а я все сильнее чувствовала себя человеком, который случайно оказался в центре чужого расследования и при этом был записан в список подозреваемых еще до его начала.

Через полчаса положение стало хуже.

Из архива управления принесли журнал запросов.

Мое имя встречалось там пять раз.

Первый визит состоялся почти два месяца назад.

Второй через четыре дня.

Потом еще два с интервалом примерно в неделю.

Последний — двадцать четыре дня назад.

За два дня до проверки командирских знаков.

— Что она запрашивала? — спросил Кайрел.

Чиновник прочитал список:

— Общую схему старой сети. Порядок хранения эталонных ключей. Перечень изменений после перестройки. Сведения о контрольных точках старого города. И... порядок допуска к ежегодной проверке знаков.

Последняя строка решила все.

Один из офицеров, стоявших у двери, посмотрел на меня уже без попытки скрыть выражение лица.

Я могла его понять.

Если бы передо мной лежала подобная последовательность, я бы тоже начала с самого очевидного вывода.

— Кто выдавал сведения?

— Каждый раз разные сотрудники.

— Она приходила лично?

— Дважды. Остальные запросы подавали через доверенных людей.

Кайрел спросил:

— Имена доверенных?

Чиновник назвал трех человек.

Двоих герцог явно знал.

— Конечно, — произнес он.

— Что?

— Первый торговал для вас сведениями из дворцовой канцелярии. Второй дважды попадался на передаче частной переписки. Третий мне неизвестен.

Мне хотелось сказать, что они работали не для меня.

Технически это было бы правдой.

И совершенно бессмысленной правдой.

В глазах всех присутствующих я оставалась Лиареной Весс.

Женщиной, которая за несколько недель до проблем с грифонами собирала сведения о башнях, ключах и проверке командирских знаков.

— Это все? — спросила я.

Чиновник пролистал журнал.

— Есть еще отметка о заказе копии старой схемы.

— Она ее получила?

— Да.

— Где схема сейчас?

Он посмотрел на меня.

— Полагаю, у вас.

— Логично.

Кайрел закрыл журнал.

— Возвращаемся в ваш дом.

— Потому что там должна быть схема?

— И потому что я хочу понять, что еще вы успели узнать раньше меня.

Формулировка задела неожиданно сильно.

Не из-за обвинения.

Из-за того, что он был прав.

Прежняя Лиарена знала больше нас обоих.

И по какой-то причине не поделилась этим ни с Небесной стражей, ни с управлением башен.

Я поднялась.

— Хорошо.

Мы вышли из архивной комнаты.

У лестницы нас остановил один из дворцовых служащих.

Он приблизился к Кайрелу и передал короткую записку.

Герцог прочитал.

— Что-нибудь важное?

— Гарвена пока не нашли.

— У сестры тоже?

— По известному адресу никто не живет уже несколько месяцев.

Еще один тупик.

— Он мог знать, куда Лиарена ездила вчера ночью.

— Если именно поэтому вы его уволили, то мог знать гораздо больше.

Я посмотрела на него.

— Вы по-прежнему считаете, что это сделала я?

— Я считаю, что это сделала Лиарена Весс.

— Разница для вас появилась?

Он не ответил сразу.

— Пока слишком маленькая.

Честно.

И неприятно.

Мы спустились во двор.

Обратная дорога заняла меньше времени. Я почти не разговаривала.

Перед глазами стояли даты из журнала.

Прежняя Лиарена начала интересоваться башнями задолго до того, как Раук стал отказываться от полетов.

Она запросила сведения о проверке знаков за два дня до самой проверки.

Кто-то мог объяснить это только одним способом: она участвовала в происходящем.

Но тогда возникал другой вопрос.

Зачем женщине, которая так тщательно собирала чужие тайны, хранить у себя эталонный ключ старой системы?

Если она хотела навредить Кайрелу, зачем ей понадобился правильный ориентир?

Ответа не было.

У дома нас встретила Эмриса.

Она явно провела последние часы в ожидании неприятностей.

— Миледи.

— Список готов?

— Да.

Она протянула мне несколько листов.

Я быстро просмотрела имена. Гарвен был вычеркнут последним. Рядом стояла дата вчерашнего дня.

— Где Раук?

— Во дворе.

Кайрел остановился.

— Он вернулся?

— Его привел офицер Тарен. То есть... они пришли вместе. Не знаю, кого из них правильнее считать сопровождающим.

Я невольно улыбнулась.

— А Тарен?

— Уехал по приказу его светлости.

Кайрел направился во двор.

Я задержалась.

— Эмриса, кто-нибудь входил в мои комнаты после нашего ухода?

— Нет, миледи.

— В башенный кабинет?

— Нет.

— Хорошо. Мне понадобится ваша помощь.

Лицо женщины стало настороженным.

— Конечно.

— Ничего страшного. Просто хочу еще раз осмотреть кабинет.

— Вы уже были там утром.

— Именно поэтому хочу второй раз. Утром мы торопились.

Она немного расслабилась.

Я поднялась наверх вместе с ней.

Кайрел догнал нас возле двери башенной лестницы.

— Вы собирались начать без меня?

— Вы разговаривали с Рауком.

— Он переживет несколько минут.

— Не уверена, что он с вами согласен.

— Сегодня в мою работу вмешивается удивительно много существ.

— Возможно, проблема в руководстве.

Эмриса опустила голову, пряча выражение лица.

Кайрел открыл дверь.

— После вас, леди Весс.

В первый кабинет мы вошли втроем.

Ничего не изменилось.

Стол, шкафы, полки.

Во второй комнате все выглядело так же, как утром. Деревянная коробка стояла на столе, рядом чернильница и стопка чистой бумаги. Пыль возле двери была нарушена нашими следами.

Я подошла к столу.

— Копию схемы где-нибудь видели? — спросила я у Эмрисы.

— Нет, миледи.

— Лиарена приносила сюда свертки или бумаги?

Женщина задумалась.

— Иногда.

— Откуда?

— Не знаю. Чаще привозила сама.

— Кто убирал кабинет до запрета?

— Неста.

Вот и служанка, которую утром Эмриса предлагала позвать.

— Она дома?

— Да.

— Позовите.

Экономка ушла.

Я открыла деревянную коробку.

Пустое отделение все еще раздражало своей формой.

— Эталонный ключ туда не подходит, — сказал Кайрел.

— Я помню.

— Тогда что вы ищете?

— То, чего не увидели утром.

— Очень точное определение.

Я сняла коробку со стола и поставила на кресло.

Под ней ничего.

Открыла ящики.

В первом лежали перья и обрезки бумаги. Второй был почти пуст.

Третий не выдвигался полностью.

Я потянула сильнее.

Он остановился примерно на двух третях глубины.

— Заедает?

Кайрел подошел.

— Возможно.

Я провела пальцами по внутренней стенке.

Дерево было гладким.

— Стол глубокий.

— И?

— Ящик слишком короткий.

Он опустился рядом, не касаясь мебели.

— Может быть конструкция.

— Может быть.

Я вытащила верхний ящик целиком.

Потом второй.

За ними оставалась обычная задняя стенка.

Третий пришлось слегка приподнять. Он вышел тяжелее.

Я поставила его на стол.

За ним обнаружилась деревянная перегородка.

Кайрел нажал на нее.

Не сдвинулась.

— Видите щель? — спросила я.

В правом углу проходила тонкая линия.

Он достал из кармана маленький складной нож и осторожно вставил кончик.

Панель отошла.

За ней находилось пространство глубиной примерно с ладонь.

Внутри лежали бумаги.

Много.

Я не сразу потянулась к ним.

Кайрел тоже молчал.

Вот теперь прежняя Лиарена была рядом почти физически.

Не в рассказах герцога.

Не в испуганных ответах Эмрисы.

В том, что она сама спрятала от людей.

Я достала верхний сверток.

Он был перевязан серой лентой. На небольшом ярлыке стояла фамилия, которой я не знала.

Второй сверток был подписан другой.

Третий.

Четвертый.

Несколько отдельных конвертов имели вскрытые печати.

Кайрел взял один.

— Я знаю этого человека.

— Хорошо или плохо?

— Это не имеет значения.

Он вернул конверт.

Я развязала первый сверток.

Внутри лежали копии писем и короткие заметки на отдельных листах.

Почерк был тем же, что на нескольких подписях, которые я успела увидеть в спальне.

Судя по всему, почерк Лиарены.

Я прочитала первую запись.

"Голосование в Совете через восемь дней. Напомнить о письме только при отказе."

Следующая была еще короче:

"Сын должен деньги. Через него можно получить доступ к архиву."

Я отложила лист.

Кайрел ничего не сказал.

Мне этого и не требовалось.

В другом свертке нашлось письмо замужней женщины. Я прочитала только первые две строки и сразу сложила обратно.

Там не было ничего, что касалось башен.

Там была чужая жизнь, которую прежняя Лиарена сохранила как инструмент.

— Хватит, — сказала я.

— Что?

— Читать это без необходимости.

Кайрел смотрел на бумаги.

— Раньше необходимость находилась всегда.

— Сейчас ее нет.

Я достала следующий сверток, не открывая конвертов внутри.

Под ним лежала тонкая тетрадь.

На страницах шли фамилии, даты, суммы, обещания и короткие пометки.

Не бухгалтерия.

Учет чужой зависимости.

Кто кому должен.

Кто с кем встречается.

Кому нужен доступ во дворец.

Кого можно заставить передать письмо.

Кому нельзя доверять.

Я листала медленно.

Некоторые страницы были перечеркнуты.

У нескольких имен стояло слово "исполнено".

У других — "ждать".

— Она действительно все записывала, — сказала я.

Кайрел ответил не сразу.

— Поэтому я требовал вернуть материалы, связанные с моим домом.

— Они здесь?

— Ищите фамилию Сорн.

Она нашлась ближе к середине.

Я остановилась.

Рядом стояли четыре записи.

Одна касалась сестры Кайрела.

Вторая — слуги, через которого Лиарена получила письмо.

Третья — какого-то приглашения.

Четвертая была написана позже остальных.

"К. закрыл доступ. Через него больше не работать. Башни отдельно."

Я перечитала.

— Кайрел.

Он подошел.

Я передала тетрадь.

Герцог прочитал строку.

— "Башни отдельно", — повторила я. — Что это может значить?

— Что после моего запрета вы решили искать другой путь.

— Или что башни вообще относились к другому делу.

— Возможно.

Он вернул тетрадь.

Не стал использовать запись как готовое доказательство моей вины.

Еще одна небольшая перемена.

За тетрадью лежала сложенная в несколько раз бумага большого размера.

Я развернула ее на столе.

Перед нами появилась схема столицы.

Девять Башен Ветра были обозначены кругами. Между ними шли линии, часть сплошными, часть пунктиром. По краям стояли технические обозначения, которые мне ничего не говорили.

Кайрел наклонился над схемой.

— Это старая сеть.

— Та, копию которой Лиарена заказывала в архиве?

— Похоже.

Я достала темный ключ и положила рядом.

Девять насечек на его головке почти повторяли маленький рисунок в углу схемы.

— Здесь он изображен.

Кайрел придвинул бумагу.

Рядом с условным знаком ключа стояли несколько строк.

— Можете прочитать?

— Могу. Здесь сказано: "Эталонный ключ. Проверка базового направления с открытой контрольной точки".

Ниже была еще одна пометка, сделанная чернилами другого оттенка.

Не печатная.

Рукописная.

"Север — повторить.

Центр после вечерней смены.

Не через управление."

Кайрел прочитал ее дважды.

— Ее почерк?

Я сравнила с тетрадью.

— Похож.

— Значит, вы уже проверяли башни.

— Лиарена проверяла.

Он не стал поправлять меня.

За схемой находились еще три листа с датами.

На одном были перечислены Северная, Центральная и Восточная башни.

Рядом с Северной стояли четыре даты.

С Центральной — три.

У Восточной — только одна.

Последняя запись была сделана два дня назад.

"Север опять дает лишний отклик. Проверить с эталоном."

Я положила лист на стол.

— Вот почему у нее был ключ.

Кайрел прочитал запись.

— Возможно.

— Она что-то заметила раньше нас.

— И никому не сказала.

— Это на нее похоже?

— Очень.

— Почему?

— Потому что знание для Лиарены всегда было ценнее, пока им не владел никто другой.

Мне не понравилось, насколько хорошо эта логика подходила к найденным бумагам.

Прежняя хозяйка тела могла обнаружить проблему с башнями и не предупредить никого.

Не потому, что была причастна.

А потому, что сначала хотела понять, как выгоднее использовать открытие.

От этой версии она не становилась лучше.

Только сложнее.

Эмриса вернулась вместе с молодой женщиной.

Я узнала ее по утреннему упоминанию.

Неста остановилась у двери и сразу побледнела, увидев разобранный стол.

— Миледи?

— Вы раньше убирали этот кабинет?

— Да.

— Знали о тайнике?

— Нет.

Ответ прозвучал слишком быстро.

Кайрел тоже это заметил, но я подняла ладонь, не позволяя ему вмешаться.

— Неста, я задам несколько вопросов. Если не знаете ответа, говорите "не знаю". Если знаете, говорите правду. За ответ вас сегодня никто не накажет.

Она посмотрела на Эмрису.

— Вы можете остаться рядом, — сказала я экономке.

Неста немного расслабилась.

— Хорошо.

— Видели эти бумаги раньше?

— Нет.

— Эту схему?

— Нет.

— Темный ключ?

На этот раз пауза была заметной.

— Видела.

— Где?

— У вас.

— Когда?

— Несколько раз за последние недели.

Кайрел приблизился на шаг.

— Что леди Весс с ним делала?

Неста растерялась.

— Не знаю, ваша светлость. Носила с собой.

— В башню?

— Да.

— На крышу?

Она посмотрела на меня.

— Один раз я видела, как миледи выходила наверх.

— Когда? — спросила я.

— Недели две назад.

— Ночью?

— Вечером.

— Еще?

— Я не знаю. После того случая вы запретили мне входить сюда без вызова.

— Почему?

Неста опустила голову.

— Я спросила, зачем вам старый ключ.

— И что получила в ответ?

— Вы сказали, что мне платят не за вопросы.

Ничего особенно страшного.

Но Неста произнесла фразу так, словно тогда услышала продолжение.

— Еще что-то?

— Вы сказали, что если я начну интересоваться чужими делами, придется искать новое место.

Я помолчала.

— Понятно.

Она не ожидала, что на этом все закончится.

— Миледи?

— Можете идти.

Неста осталась на месте.

— Все?

— Все.

Она посмотрела на Эмрису.

Та едва заметно подтвердила.

Только после этого служанка вышла.

— Она вам не поверила, — сказал Кайрел.

— Я заметила.

— Вас это удивляет?

— Уже нет.

Я начала складывать бумаги обратно.

Не в тайник.

На стол.

Кайрел следил за моими действиями.

— Что вы делаете?

— Собираю все.

— Зачем?

— Отдам вам.

Он решил, что ослышался.

— Мне?

— Вы ведете расследование.

— В этих бумагах далеко не только башни.

— Я вижу.

— Там могут быть доказательства преступлений Лиарены Весс.

— Я тоже вижу.

— Вы понимаете, что часть этих документов может быть использована против вас?

Я выпрямилась.

— А что вы предлагаете? Вернуть их в тайник и надеяться, что среди чужих писем нет ничего важного?

— Я ничего не предлагаю. Я хочу понять, понимаете ли вы последствия.

— Понимаю достаточно. Если прежняя Лиарена делала что-то незаконное, мне не поможет уничтожение бумаг. Зато, если здесь есть сведения о башнях, их сокрытие может навредить людям, которые вообще к ней отношения не имели.

Кайрел не ответил.

Я сняла серую ленту с одного свертка и перевязала ею тетрадь вместе со схемой.

— Личные письма тоже?

— Да.

— Вы даже не хотите сначала проверить, что там?

— Именно поэтому и отдаю.

Он долго смотрел на документы.

Потом взял сверток.

— Раньше вы никогда не отдавали сведения бесплатно.

— Вы уже рассказывали.

— Даже если понимали, что человеку они нужны больше, чем вам.

— Тогда считайте, что сегодня неудачный день для прежних привычек.

— Как мне вас считать, Лиарена?

Вопрос прозвучал без привычной насмешки.

Я не знала ответа.

И не собиралась придумывать красивый.

— По тому, что делаю сейчас.

Кайрел перевел внимание на бумаги.

— Прошлое от этого не исчезнет.

— Я не прошу, чтобы исчезло.

Он взял второй сверток.

Я собрала остальные документы и передала ему.

Эмриса наблюдала за нами из дверей.

Мне захотелось спросить, что она думает.

Я не стала.

Если эта женщина несколько лет училась угадывать безопасный ответ, требовать от нее немедленной откровенности было бы еще одной формой давления.

— Эмриса, — сказала я, — тайник пока не трогать. Никого сюда не пускать без меня или герцога.

Она автоматически ответила:

— Да, миледи.

Потом на ее лице появилось беспокойство.

— И меня?

Я поняла, почему она спросила.

— Вас тоже. Не потому, что вам не доверяю. Потому что теперь здесь идет расследование. Если что-то пропадет, я не хочу, чтобы подозревали вас.

Эмриса несколько секунд молчала.

— Поняла.

Это было первое "поняла" вместо привычного "да, миледи".

Я решила не обращать на это внимания.

— Теперь крыша, — сказал Кайрел.

Мы взяли только схему и эталонный ключ.

Остальные бумаги герцог передал одному из своих людей, который прибыл к дому вслед за нами, и приказал отвезти их в закрытый архив Небесной стражи под расписку.

Подниматься на крышу второй раз оказалось легче.

Я уже знала каждую ступень лестницы и больше не отвлекалась на устройство башенки.

Кайрел первым открыл верхнюю дверь.

День стал заметно теплее. Отсюда открывался почти весь центральный сектор Сайдара. Между крышами виднелись несколько Башен Ветра, а далеко внизу двигались экипажи.

Раук находился во дворе.

Когда мы вышли наверх, он поднял голову.

— Что теперь? — спросила я.

Кайрел развернул схему.

— Здесь указано, что эталон нужно открывать на свободном месте.

— Насколько свободном?

— Достаточно, чтобы между ним и башнями не было стены.

— Значит, подходит.

Я достала ключ.

— Подождите.

Кайрел подошел к краю крыши.

— Раук.

Грифон поднялся.

Герцог был без командирского знака, поэтому животное подошло к стене дома спокойно.

— Пусть остается внизу, — сказала я. — Так мы хотя бы увидим реакцию с расстояния.

Кайрел согласился.

Я нажала на край головки так, как показывал Севран.

Ничего.

— Не туда, — сказал герцог. — Центральная линия.

Я посмотрела на девять насечек.

— Какая из них Центральная?

Он сверился со схемой.

— Пятая.

Я сдвинула пятую линию.

Внутри ключа раздался тихий щелчок.

Для меня больше ничего не изменилось.

Раук внизу вскинул голову.

До этого он стоял у стены, немного разворачивая корпус к воротам.

Теперь повернулся к нам полностью.

— Он слышит, — сказала я.

Кайрел не ответил.

Раук сделал несколько шагов.

Потом остановился прямо под башней.

Ни напряженной шеи.

Ни попытки увеличить расстояние.

Ни готовности уйти.

Я закрыла ключ.

Раук поднял голову выше.

Открыл снова.

Грифон сразу успокоился.

— Еще раз, — попросил Кайрел.

Я закрыла.

Раук начал переступать на месте.

Открыла.

Он прекратил.

Герцог спустился на несколько ступеней и вернулся с закрытой деревянной коробкой.

Внутри находился его командирский знак.

— Не спешите, — сказала я.

— Я хочу проверить оба сигнала одновременно.

— Именно поэтому не спешите.

Он поставил коробку у двери, в нескольких метрах от меня.

— Готовы?

Я активировала эталонный ключ.

Кайрел открыл коробку.

Раук напрягся.

Но не отступил.

Утром, когда знак появлялся во дворе, он сразу увеличивал расстояние.

Сейчас темный эталонный ключ оставался открыт у меня в руке.

Кайрел достал свой знак.

Раук переместил вес на задние лапы, но остался под башней.

Герцог сделал еще один шаг на крышу.

Грифон не ушел.

— Закройте эталон, — сказал Кайрел.

Я закрыла.

Реакция последовала сразу.

Раук отступил от стены.

— Откройте.

Я вернула пятую линию в рабочее положение.

Грифон остановился.

Мы повторили проверку дважды.

Результат не изменился.

Эталонный ключ не устранял реакцию полностью, но рядом с его сигналом Раук переставал стремиться уйти от командирского знака.

Кайрел убрал свою пластину обратно в коробку.

— Значит, старый ключ правильный.

— Мы знаем только, что Раук ему доверяет.

— Двенадцать лет он летал по сигналам Башен Ветра. Если этот вызывает нормальную реакцию, а нынешние нет, вывод очевиден.

— Очевидный вывод утром привел вас к моим воротам с двенадцатью стражниками.

Кайрел закрыл коробку.

— Хорошее замечание.

Я снова открыла эталон.

Раук неожиданно развернулся и побежал вдоль стены.

— Что он делает?

Кайрел подошел к краю.

Грифон расправил крылья.

На этот раз никто не пытался его удержать.

Раук поднялся почти вертикально, сделал широкий круг над домом и сел на крышу в нескольких метрах от нас.

Черепица жалобно хрустнула.

Я убрала ключ ниже.

Раук прошел туда, где сидел утром.

Точно к угловой башенке.

Остановился.

Потом лег, сложив передние лапы перед собой.

Кайрел смотрел на него, забыв про меня.

— Он так делает, когда считает место безопасным?

— Да.

— Значит, утром он пришел не ко мне.

Герцог повернулся.

Я указала на ключ.

— Он пришел сюда.

Кайрел перевел внимание на темный металл.

— К месту, где использовали эталон.

Я вспомнила стертый слой пыли возле верхней двери.

Прежняя Лиарена могла выходить на крышу ночью.

Эмриса после одиннадцати уходила к себе.

Гарвен оставался внизу, а утром оказался уволен.

— Если Лиарена открывала этот ключ ночью, Раук мог услышать его?

— Из крепости?

— Севран сказал, что расстояние неизвестно.

Кайрел задумался.

— Вчера вечером Раук был на внешней площадке почти до полуночи. После построения его не смогли сразу увести в загон.

— Значит, мог услышать.

— Мог.

Я посмотрела на грифона.

— Потом оказался заперт.

— А между двумя и четырьмя сломал защелку.

— И полетел туда, откуда раньше услышал нормальный сигнал.

Кайрел подошел к Рауку.

Грифон не возражал.

— Ты поэтому пришел сюда?

Разумеется, ответа не последовало.

Раук только положил голову на переднюю лапу.

Но объяснение впервые связывало его действия без необходимости приписывать ему человеческие намерения.

Он не искал женщину.

Не выбирал сторону.

Не пытался сообщить нам тайну.

Он нашел ориентир, который не вызывал у него желания уйти, запомнил место, а когда смог покинуть крепость, вернулся туда.

Все.

Для животного этого было достаточно.

Для нас — более чем.

— Теперь хотя бы понятно, почему он оказался на моей крыше, — сказала я.

— Частично.

— Что вам не нравится?

— Почему вы открывали здесь эталонный ключ ночью.

— Мне это тоже не нравится.

— Судя по записям, вы проверяли Северную и Центральную башни.

— Лиарена проверяла.

— Да.

Он снова принял это разделение без спора.

— И что-то обнаружила.

Я посмотрела на рукописную пометку на схеме.

"Север опять дает лишний отклик."

— Она знала, что проблема есть.

— По крайней мере, подозревала.

— Но не сказала вам.

— Нет.

— Не сказала Севрану.

— Насколько нам известно, нет.

— Вместо этого продолжила проверять сама.

Кайрел провел пальцем по краю схемы.

— Потому что хотела получить доказательства.

— Зачем?

— Вы лучше меня знаете, как прежняя Лиарена использовала доказательства.

Это было справедливо.

Мне хотелось найти другой ответ.

Не более приятный, просто другой.

Пока его не существовало.

Снизу донесся голос Эмрисы:

— Ваша светлость!

Кайрел подошел к краю.

— Что?

— Приехал офицер Тарен.

Через несколько минут мы спустились.

Раук остался на крыше.

Внизу Тарен ждал нас возле входа. За утро он успел потерять часть обычной невозмутимости.

— Есть результаты проверки.

Кайрел направился к нему.

— Сайр?

— Спокоен. Эверс говорит, что в последние пять дней тот дважды пытался увеличить расстояние до командира Дайрена перед построением. Они решили, что его раздражает соседний грифон.

— Еще?

— Я поднял все записи, какие успели собрать. Уже двадцать один случай за месяц. В пятнадцати рядом находился старший офицер с командирским знаком.

— Остальные шесть?

— Пока не знаю.

Кайрел протянул руку за бумагами.

Тарен не отдал.

— Это не главное.

Герцог остановился.

— Говори.

— Вы приказали проверить архив управляющих ключей без предупреждения башен. Я отправил двух людей с дворцовым хранителем записей. Они сверяли номера по старому реестру, не трогая сами башни.

— И?

— Восемь совпадают.

Кайрел ничего не сказал.

Я уже знала, какой вопрос последует.

— Какой не совпал?

— Северный.

Тарен достал отдельный лист.

— В реестре указан ключ номер С-четыреста семнадцать. При последней большой проверке год назад стоял он же. В документах управления после этого замены нет.

— А сейчас?

— С-четыреста девяносто два.

— Может быть ошибка записи?

— Проверили три журнала. Старый номер везде один.

Кайрел забрал лист.

— Когда последний раз управляющий ключ Северной башни снимали официально?

— Одиннадцать месяцев назад.

— Кто имеет право менять его?

— Начальник башни, два мастера управления и глава службы.

Тарен помолчал.

— Но никто из них замену не оформлял.

Я вспомнила, как утром Раук развернулся у Северной башни сразу после того, как Тарен открыл коробку со знаком.

Вспомнила рукописную строку на старой схеме.

"Север опять дает лишний отклик."

Прежняя Лиарена заметила это раньше.

Возможно, гораздо раньше.

Кайрел перечитал номер еще раз.

— Снять Северную башню с основного режима. Перевести сектор на соседние ориентиры.

— Уже?

— Немедленно.

— Севран будет возражать. Без его подписи...

— Тогда пусть возражает мне лично.

Тарен убрал пустую папку под мышку.

— И еще одно.

— Что?

— Номер С-четыреста девяносто два тоже существует.

Кайрел поднял голову.

— Где?

Тарен ответил:

— Этот ключ должен находиться в архиве управления. Его списали восемь лет назад и оставили как резервный образец.

Я посмотрела на темный эталонный ключ, который все еще держала в руке.

Кто-то не изготовил новый управляющий ключ и не ошибся при записи.

Кто-то взял существующий, официально хранящийся в архиве, перенес его в Северную башню и сделал так, чтобы почти годовой реестр продолжал считать, что там стоит прежний.

И впервые за весь день вопрос был уже не в том, виновата ли Лиарена Весс.

Вопрос был в том, кто имел возможность подменить одну из девяти частей системы, от которой зависело все небо над Сайдаром.