Глава 5. Девять башен

Глава 5. Девять башен

Глава 5. Девять башен

В половине седьмого следующего утра Кайрел вошел в мой двор без командирского знака, без свиты и с такой папкой под мышкой, что я сразу перестала жалеть о раннем подъеме.

Раук заметил его раньше меня. Грифон поднялся возле галереи, несколько секунд наблюдал за приближающимся мужчиной, а затем сам пошел навстречу. Кайрел не ускорился и не стал звать его. Только остановился, когда между ними осталось два шага.

Раук приблизился первым.

За вчерашний день я уже видела эту сцену несколько раз, но сегодняшняя отличалась одной важной деталью: никто ничего не проверял. Не было Тарена с очередной пластиной, Севрана со старым прибором, людей, считавших расстояние и записывавших реакцию. Кайрел просто пришел, а грифон просто подошел к нему.

Герцог положил ладонь ему на шею, после чего Раук совершенно спокойно отправился обратно к галерее.

— Доброе утро, — сказала я.

Кайрел посмотрел на меня.

— Вы действительно встали.

— Я тоже удивлена.

— В шесть тридцать.

— Не разрушайте редкий момент похвалой.

Он протянул мне папку.

— Тогда займитесь этим.

Внутри оказались копии вчерашних записей, таблица проверки семи башен, даты обращений Лиарены в архив и несколько листов из ее тетради. Оригиналы по-прежнему хранились в закрытом архиве Небесной стражи.

Я пролистала бумаги.

— Вы всю ночь работали?

— Часть ночи.

— Тарен тоже?

— Он считает, что сон портит дисциплину.

— А на самом деле?

— На самом деле он сейчас спит и ненавидит меня во сне.

Я подняла голову.

— Не знала, что вы умеете шутить до завтрака.

— Не распространяйтесь.

Эмриса появилась на крыльце как раз вовремя, чтобы спасти нас от дальнейших открытий характера герцога.

— Миледи, стол накрыт.

Я ожидала, что Кайрел откажется. Вместо этого он спросил:

— Можно?

Эмриса растерялась не меньше меня.

— Разумеется, ваша светлость.

Еще вчера он входил в этот дом как человек, готовый предъявить обвинение. Сегодня впервые спросил разрешения остаться на завтрак.

Изменение было небольшим, но в последнее время я стала уважать небольшие изменения.

Мы устроились в комнате на первом этаже, окна которой выходили во двор. Раук был виден между колоннами галереи. Он улегся там, где мог одновременно наблюдать за воротами и домом.

Кайрел разложил бумаги рядом с тарелкой.

— Я еще раз поднял даты.

— Уже вижу.

— Есть кое-что новое.

Я перестала смотреть на список.

— Гарвен?

— Нет. Его по-прежнему не нашли.

— Плохо.

— Смотря для кого.

Это тоже было справедливо.

— Что тогда?

Кайрел нашел нужный лист.

— Вчера мы считали, что первый интерес Лиарены к Башням Ветра появился через три дня после официального подтверждения международной встречи.

— Сорок девять дней назад.

— Да. Но запрос в архив был не первым действием.

Он положил передо мной другую запись.

Я прочитала дату.

Пятьдесят один день назад.

— Что это?

— Посещение управления Башен Ветра.

— Моей фамилии здесь нет.

— Потому что это журнал приглашенных. Вас провел сотрудник управления как личного гостя.

— Кто?

Кайрел назвал фамилию.

Она была мне незнакома.

— Тот самый третий человек, которого вчера не узнали в списке доверенных Лиарены?

— Да.

Теперь последовательность менялась.

Международную встречу подтвердили пятьдесят два дня назад.

На следующий день Лиарена уже оказалась в управлении башен.

Еще через два дня начала официально запрашивать старые схемы.

— Очень быстро.

— Согласен.

— Кто этот сотрудник?

— Работал в архиве управления. Полгода назад получил доступ к резервному хранилищу.

— Где он сейчас?

Кайрел отложил ложку.

— Исчез три дня назад.

Я перестала есть.

— Уволен?

— Нет. Взял выходной и не вернулся. Вчера его отсутствие посчитали обычным. Сегодня утром Севран распорядился найти его.

— Севран уже знает, что это человек Лиарены?

— Пока нет.

— Почему?

— Потому что я хотел сначала поговорить с вами.

Я посмотрела на него.

— Со мной?

— Он фигурирует в вашей тетради.

Кайрел открыл копию на нужной странице.

Запись была короткой:

"Архив. Доступ через западную лестницу. Платит не деньгами. Боится Кельта больше, чем проверки."

Ниже стояла дата.

Пятьдесят один день назад.

Я перечитала дважды.

— Это он привел Лиарену в управление.

— Похоже.

— И чего он боялся?

— Вот это нам предстоит выяснить.

Я отодвинула тарелку и начала раскладывать листы по датам.

Кайрел наблюдал, но не вмешивался.

— Пятьдесят два дня назад подтверждают международную встречу. Через день Лиарена идет в управление через своего человека. Через два дня делает первый официальный запрос. Что было дальше?

Он передал следующий лист.

— Второй запрос через четыре дня.

— Старая сеть.

— Да.

— Потом?

— Перечень изменений после перестройки.

Я положила запись ниже.

— Потом сведения о контрольных точках старого города.

— Верно.

— Потом порядок хранения эталонных ключей.

— И последним — допуск к ежегодной проверке командирских знаков.

Получалась не случайная коллекция любопытных вопросов.

Лиарена двигалась от общего к частному.

Сначала устройство старой системы.

Потом изменения.

Потом места, где систему можно проверить независимо.

Потом эталон.

И только в самом конце — командирские знаки.

— Она искала не способ вмешаться, — сказала я.

Кайрел не ответил сразу.

— Почему вы так решили?

— Если бы Лиарена с самого начала хотела изменить командирские знаки, зачем начинать со старой сети и контрольных точек? Она добралась до проверки знаков последней.

— Возможно, искала самый удобный способ.

— Возможно. Но тогда зачем ей эталонный ключ?

— Чтобы проверить результат.

— После вмешательства?

— Например.

Я не стала спорить.

— Нам не хватает первого вопроса.

— Какого?

— Что привело ее в управление через день после объявления встречи. Она еще ничего не проверяла. Значит, кто-то или что-то уже дало ей причину заинтересоваться башнями.

Кайрел посмотрел на запись о сотруднике архива.

— Этот человек мог сообщить ей что-то.

— Мог.

— Тогда надо найти его.

— Согласна. Но пока его нет, можно попробовать понять, что Лиарена узнала потом.

Я взяла копию страницы с фамилиями и стала искать записи, связанные с башнями.

Большинство пометок не имели для меня смысла. Имена без пояснений, суммы, даты, короткие слова, которые наверняка что-то значили для прежней хозяйки тела и теперь были бесполезны.

Потом я нашла фамилию Кельт.

Не Севран.

Инициал и фамилия.

"С. Кельт. Север. Резерв без записи. Не знает или делает вид."

Ниже:

"Сначала подтвердить. Потом цена."

Я пододвинула тетрадь Кайрелу.

Он прочитал.

— Вот и ответ, — сказал он.

— На какой вопрос?

— Почему вы не сообщили о проблеме.

— Потому что Лиарена собиралась использовать ее против Севрана.

— Именно.

Отрицать было бессмысленно.

Запись была достаточно ясной.

Прежняя Лиарена обнаружила что-то, связывающее Северную башню, резерв и Севрана Кельта. Вместо того чтобы предупредить Небесную стражу, решила сначала подтвердить сведения, а потом определить цену.

В ее стиле.

К сожалению.

— Что могло означать "резерв без записи"?

— Управляющий ключ С-четыреста девяносто два.

— Мы знаем это сейчас.

— А она могла узнать раньше.

— Через человека в архиве.

— Да.

Я нашла следующую запись.

Она стояла через девять дней после первой.

"Кельт закрыл внутренний архив. Поздно. Север уже не совпадает."

Еще через два дня:

"Эталон нужен у меня. Через управление не проверять."

Вот почему старый ключ оказался в спальне.

Не как инструмент саботажа.

Как средство независимой проверки.

Прежняя Лиарена не доверяла управлению Башен Ветра.

И судя по следующей строке, особенно не доверяла его главе.

"Если Кельт знал о замене — заплатит за молчание. Если не знал — заплатит за то, что не уследил."

Я откинулась на спинку стула.

— Какая удивительно неприятная женщина.

Кайрел взял тетрадь.

— Это для вас новость?

— Масштаб продолжает впечатлять.

Он перечитал запись.

— Зато теперь мы знаем, чего она хотела.

— Не совсем.

— Деньги или влияние.

— Это понятно. Я о другом. Что именно она считала подменой.

Кайрел показал на номер Северного ключа.

— Разве мало?

— Вчера мы выяснили, что проблема не только в Северной башне. Четыре сектора из семи дают отклонение командного слоя. Если Лиарена считала, что кто-то подменил один ключ, она могла вообще не понимать, что происходит с грифонами.

— Тогда зачем проверка знаков?

Я задумалась.

Даты стояли передо мной.

Последний запрос о проверке командирских знаков был сделан двадцать четыре дня назад.

Через два дня знаки приняли в управление.

Странности с Раухом начались примерно через неделю после этого.

Лиарена уже интересовалась Северной башней до проверки знаков.

— Она сначала нашла проблему в башне, — сказала я. — Потом узнала, что в тех же числах через управление пройдут командирские знаки. Возможно, решила проверить, связаны ли эти вещи.

— И?

— И не успела.

— Почему?

Я показала на последнюю запись, сделанную два дня назад:

"Север опять дает лишний отклик. Проверить с эталоном."

— Два дня назад она все еще проверяла Север. Если бы уже знала про старшие знаки и поведение грифонов, написала бы об этом. Но ничего такого нет.

Кайрел провел пальцем по краю листа.

— Значит, она недооценила масштаб.

— Похоже. Для нее это была история про подмененный ключ, плохой учет и Севрана, которого можно прижать к стене. Она не знала, что изменения затрагивают командиров.

— Тогда вчерашняя встреча...

Я вспомнила записку из шкатулки.

"После девяти. Старый вход. Без сопровождения.

Если снова попробуете изменить условия, разговор будет последним."

— Могла быть связана с этим.

— Гарвен видел, выходили ли вы после возвращения.

— И оказался уволен в тот же день.

Кайрел сложил записи.

— Я найду его.

— Вы вчера уже сказали.

— Сегодня говорю серьезнее.

— Боюсь представить, как выглядела первая версия.

Он не ответил.

В дверь вошла Эмриса.

— Ваша светлость, у ворот господин Кельт.

Мы с Кайрелом одновременно посмотрели друг на друга.

— Рано, — сказала я.

— Он умеет вставать раньше меня, — ответил герцог. — За это я его уже не люблю.

Севран появился через несколько минут.

Сегодня он выглядел менее безупречно, чем вчера. Темно-серая одежда осталась такой же строгой, но воротник был застегнут неровно, а под мышкой он нес две папки и свернутую схему.

— Надеюсь, мне предложат хотя бы чай, прежде чем герцог снова начнет обвинять мое управление в разрушении столицы.

— Я вас еще не обвинял, — сказал Кайрел.

— Тогда утро можно считать удачным.

Эмриса поставила перед ним чашку.

Севран поблагодарил ее, сел и сразу заметил раскрытую тетрадь.

— Это документы леди Весс?

— Копии, — ответил Кайрел.

— Нашли что-то?

Я повернула страницу к нему.

— Вас.

Севран прочитал первую запись.

Потом вторую.

На третьей задержался дольше.

"Если Кельт знал о замене — заплатит за молчание. Если не знал — заплатит за то, что не уследил."

Он поставил чашку.

— Очень в ее духе.

— Вы знали, что Лиарена интересуется Северной башней? — спросила я.

— Да.

Кайрел перестал листать папку.

— Вчера вы сказали только про запросы в архиве.

— Потому что считал их обычным любопытством леди Весс к вещам, которые могут оказаться полезны.

— А сейчас?

Севран посмотрел на записи.

— Сейчас понимаю, что надо было рассказать больше.

— Рассказывайте.

Он не стал спорить с тоном Кайрела.

— Примерно три недели назад леди Весс пришла ко мне лично. Без записи. Она уже знала номер Северного управляющего ключа и утверждала, что он не совпадает с реестром.

— С-четыреста девяносто два?

— Да.

— И что вы сделали?

— Проверил учет.

— Не сам ключ?

Севран помолчал.

— Нет.

Я не смогла скрыть удивление.

— Почему?

— Потому что по учету С-четыреста девяносто два находился в резервном архиве. А в Северной башне должен был стоять С-четыреста семнадцать. Я решил, что Лиарена получила старую или ложную информацию.

— Она сказала, откуда знает?

— Нет.

— Вы спросили?

— Конечно. Она предложила мне назвать источник после того, как я соглашусь на ее условия.

— Какие?

Севран посмотрел на меня.

— Доступ к закрытым журналам управления и право получать сведения о служебных расследованиях до их завершения.

Я медленно выдохнула через нос.

— Скромно.

— Я использовал другое слово.

— Полагаю, не при ней.

— Как раз при ней.

Кайрел спросил:

— Она угрожала?

— Не напрямую. Объяснила, что потерянный управляющий ключ способен испортить мою репутацию, особенно перед международной встречей. И что ей будет жаль, если слух дойдет до дворца раньше, чем я успею разобраться.

— Шантаж.

— Да.

Севран не пытался смягчить.

— Я отказал и закрыл ей доступ к внутреннему архиву.

— Запись подтверждает, — сказала я.

— После этого она еще приходила?

— Один раз. Уже с эталонным ключом.

Я сразу подалась вперед.

— Когда?

— Примерно две недели назад.

Неста видела Лиарену с ключом в те же сроки.

— Что она сказала?

— Что Северная башня дает неправильный отклик.

— Вы проверили?

Севран на этот раз ответил не сразу.

— Новым стендом.

— Который вчера показал норму даже там, где старый прибор видел отклонение.

— Да.

Ему явно не нравилось произносить это вслух.

Кайрел отложил папку.

— И вы снова решили, что она лжет.

— Я решил, что она пытается создать проблему, которой нет.

— Учитывая ее репутацию, логично, — сказала я.

Севран посмотрел на меня с благодарностью, которой не ожидал.

— Именно.

— Но ошибочно.

— Теперь это очевидно.

— Что произошло с эталонным ключом?

— Я предложил оставить его на проверку.

— Лиарена отказалась.

— Сразу.

Я вспомнила собственный вчерашний ответ Севрану.

Тот же самый.

По той же причине.

Если вещь, прошедшая через управление, вызывала вопросы, отдавать единственный независимый ориентир туда же было неразумно.

На этот раз поступок прежней Лиарены мне не хотелось критиковать.

— Значит, она спрятала ключ после разговора с вами, — сказала я.

— Вероятно.

— Потому что считала его единственным эталоном, которому можно доверять.

— Возможно.

Кайрел развернул папку, принесенную Севраном.

— Что у вас?

— Резервный архив и журнал выдачи управляющих ключей.

— С-четыреста девяносто два?

— Нашел.

Севран достал лист.

— И теперь я понимаю, почему Лиарена зацепилась за него.

В журнале была запись двадцатипятидневной давности.

"С-492. Временная передача на настройку контрольного стенда перед ежегодной проверкой старших летных знаков."

Ниже стояла подпись.

Севран Кельт.

Я посмотрела на него.

— Вы сами разрешили вынести ключ из архива.

— Да.

— Вчера сказали, что видели его там весной.

— Потому что так и было. А эту передачу я не помнил.

Кайрел произнес:

— Вы подписали выдачу резервного управляющего ключа и забыли?

— Я подписываю десятки технических разрешений за неделю.

— Это не ответ.

— Другого нет.

Севран выдержал его недовольство.

— Перед ежегодной проверкой новый стенд начал давать расхождение с архивным шаблоном. Старший мастер запросил резервный ключ старой серии для сравнения. Я разрешил.

— Почему именно С-четыреста девяносто два?

— Он подходил по типу.

— Кто получил?

Севран перевернул страницу.

Строка была пустой.

Я наклонилась ближе.

— Получателя нет.

— Вот поэтому я приехал сюда, а не вызвал вас в управление.

Кайрел прочитал запись.

— Кто должен был расписаться?

— Человек, который забрал ключ.

— А возврат?

Севран перевернул еще страницу.

Не было.

— То есть вы разрешили вынести его из резервного архива, но никто официально не получил и не вернул.

— Да.

— После чего этот же ключ оказался в Северной башне.

— Если номер на корпусе настоящий.

Я спросила:

— Почему Лиарена знала об этом раньше вас?

Севран ответил с явным неудовольствием:

— Потому что ее человек работал в архиве.

— Тот, который исчез три дня назад.

Теперь настала его очередь удивляться.

Кайрел передал ему копию.

Севран прочитал фамилию.

— Он?

— Вы его знаете, — сказал Кайрел.

— Разумеется. Он имел доступ к выдаче резервов.

— И вчера вы не вспомнили его среди людей Лиарены.

— Потому что не знал, что он с ней связан.

Севран быстро просмотрел остальные записи.

— Если он передал ей сведения о С-четыреста девяносто два, все объясняется.

— Пока только то, откуда она узнала о подмене, — сказала я.

— Этого уже достаточно.

— Нет.

Он поднял голову.

— Почему?

— Потому что нам по-прежнему неизвестно, кто поставил резервный ключ на Северную башню и что именно изменили в командном слое.

Кайрел поддержал:

— И кто работал со старшими знаками двадцать два дня назад.

Севран встал.

— Тогда едем.

— Куда? — спросила я.

— В резервный архив. Потом в Северную башню. После этого проверим остальные восемь изнутри.

Я посмотрела на Кайрела.

— Все девять?

— Вчера вы сами хотели полную проверку.

— Вчера я не знала, что успею возненавидеть лестницы Сайдара за один день.

Севран забрал папки.

— Могу обещать только одно: внутри башен лестниц еще больше.

— Вы удивительно плохо приглашаете людей на прогулку.

Кайрел поднялся.

— Привыкайте. Сегодня будет длинный день.

В резервном архиве управления не было ничего, что соответствовало бы моим представлениям о тайниках, государственных секретах или заговорщиках.

Низкий потолок, два ряда металлических шкафов и человек за столом, который явно хотел, чтобы мы поскорее ушли и позволили ему вернуться к своим журналам.

Севран предъявил личный допуск.

Кайрел подписал лист посещения.

Меня вписали как сопровождаемую свидетельницу.

Последнее определение мне особенно понравилось.

Сорок восемь часов назад я не знала, что такое Башни Ветра.

Теперь присутствовала при проверке их резервного хранилища.

Севран открыл дальний шкаф.

Внутри лежали металлические футляры с номерами.

— С-четыреста девяносто два должен стоять здесь.

Ячейка была пустой.

— Давно? — спросила я.

— Судя по пыли, не вчера.

Кайрел наклонился, но не стал касаться полки.

— Можете определить точнее?

— Нет.

Севран открыл соседний футляр.

Там находился другой управляющий ключ.

Я ожидала увидеть что-то похожее на мой эталонный, но этот был шире, тяжелее и имел сложную металлическую рамку вокруг центральной пластины.

— В Северной башне такой же?

— По типу. Другой рисунок.

Кайрел спросил:

— Можно проверить, соответствует ли номер ключа корпусу?

— Для этого надо снять Северный.

— Значит, снимаем.

Севран сразу покачал головой.

— Не посреди рабочего маршрута.

— В какое время можно?

— Через сорок минут будет окно между утренними потоками. Семь минут без прохода крупных групп.

— Хватит?

— Если Тарен уже там.

Тарен был там.

Он встретил нас у Северной башни, недовольный ранним утром, лестницами и, возможно, существованием государственной службы как явления.

— Старшие командиры работают без знаков, — доложил он. — За утро ни одного отказа у грифонов.

Кайрел остановился.

— Вообще?

— Ни одного из тех, что отмечали раньше. Дайрен провел две группы по Центральному сектору без командирского знака. Сайр шел в строю нормально.

Это было первое подтверждение, полученное не в искусственной проверке.

Мы убрали измененный элемент.

Поведение животных изменилось.

— Хорошо, — сказала я.

Тарен посмотрел на меня.

— Мне теперь записывать каждое ваше "хорошо"?

— Только если очень хочется.

— Уже не хочется.

Севран открыл внутреннюю дверь Северной башни.

Доступ в управляющую часть оказался устроен серьезнее, чем я ожидала. Сначала обычный замок, потом металлическая пластина, в которую Севран вставил личный ключ, затем еще одна дверь.

Перед ней стоял дежурный работник.

— Господин Кельт? Проверка не назначена.

— Теперь назначена.

— В журнале нет распоряжения.

Севран достал заранее подготовленный лист.

— Теперь есть.

Дежурный прочитал.

— Вскрытие управляющего контура?

— На семь минут.

— Для чего?

— Несоответствие реестра.

Мужчина посмотрел на Кайрела, потом на Тарена и только после этого заметил меня.

Выражение его лица стало таким, будто несоответствие реестра внезапно перестало быть самой большой проблемой дня.

Севран сказал:

— Леди Весс присутствует по моему разрешению.

— Я ничего не спрашивал.

— Но очень убедительно собирались.

Дежурный открыл дверь.

Внутри находилась круглая комната без окон. В центре стояла конструкция из нескольких металлических дуг. Между ними крепился управляющий ключ.

С-четыреста девяносто два.

Я уже знала номер, поэтому сначала смотрела именно на него.

Севран подошел к установке.

— Не трогайте ничего, пока не закроется маршрут.

Тарен проверил карманные часы.

Мы ждали меньше минуты.

Потом сверху прозвучал короткий сигнал.

— Окно открыто, — сказал дежурный.

Севран отключил контур.

Я ничего не услышала и не увидела, но стрелка на небольшом приборе у стены опустилась.

— Теперь можно.

Он освободил два фиксатора и снял ключ.

Кайрел наблюдал за дверью.

Тарен — за Севраном.

Я — за ключом.

Севран перевернул его.

На обратной стороне стоял тот же номер.

С-492.

— Корпус настоящий, — сказал он.

— Можно подделать номер? — спросила я.

— Можно переделать поверхность. Здесь не переделывали.

— Значит, это действительно резерв.

— Да.

Он положил ключ на стол.

— Теперь самое интересное.

— Мне уже не нравится эта формулировка, — сказала я.

Севран достал тонкую металлическую пластину и провел ею вдоль края корпуса.

В одном месте она остановилась.

— Вот.

Я ничего не увидела.

— Что?

— Пломба.

Кайрел подошел ближе.

— Нарушена?

— Снималась и ставилась заново.

— Когда?

— Не определить.

— Что внутри?

— Настроечный блок.

— Тот самый командный слой?

— Частично.

Севран посмотрел на часы.

— У нас четыре минуты. Я не буду вскрывать его здесь.

— Почему?

— Потому что, если внутри изменена настройка, после вскрытия мы не сможем доказать, что ее не изменили сами.

Разумный человек.

Мне это в нем нравилось все меньше, потому что с каждой такой фразой становилось труднее решить, насколько сильно ему можно доверять.

— Ставим обратно? — спросил Тарен.

Севран ответил:

— Да.

Кайрел не согласился.

— Нет.

— Маршрут через четыре минуты.

— Поставьте С-четыреста семнадцать.

Севран посмотрел на него.

— Его нет здесь.

— Где?

— Если реестр верен, он должен быть в техническом хранилище снятых ключей.

— Сколько времени?

— Десять минут минимум.

— Тогда возвращайте этот.

Севран установил С-492 обратно.

Через несколько секунд стрелка поднялась.

Башня продолжила работу.

Когда мы вышли в коридор, Кайрел сказал:

— Следующее окно используем для замены.

— Сначала найдем С-417, — ответил Севран.

— Найдем.

— И оформим все официально.

Кайрел остановился.

— Зачем?

— Потому что вы сейчас хотите вмешаться в действующую городскую систему. Я могу разрешить техническую замену, но она должна быть записана.

— Записывайте.

— И подпишите как командующий Небесной стражей, что запрос связан с безопасностью полетов.

— Подпишу.

Я посмотрела на обоих.

— Может, еще позовем человека из дворца?

Кайрел повернулся ко мне.

— Зачем?

— Потому что через несколько часов мы собираемся утверждать, что глава управления разрешил снять ключ, которого официально в башне вообще не существует. Чем больше правильных документов будет до начала действий, тем меньше возможностей потом сказать, что мы что-то придумали.

Севран ответил первым:

— Согласен.

Кайрел тоже не спорил.

— Тарен, отправь человека за дворцовым хранителем реестров.

Тот уже направился к лестнице.

Я добавила:

— И пусть не говорит, какой ключ проверяем.

Тарен остановился.

— Это уже привычка?

— Что?

— Дополнять приказ командующего.

Кайрел сказал:

— Выполняй.

— Понял. Привыкаю.

К полудню я окончательно перестала различать башни по внешнему виду и начала различать их по количеству ступеней.

Южная была терпимой.

Западная длинной.

Северную я уже ненавидела лично.

Центральная, судя по всему, строилась человеком, который считал лестницу единственным достойным способом проверить характер посетителя.

Но именно к полудню у нас появилась первая полная картина.

Мы не разбирали управляющие блоки без необходимости. Севран сверял номера, пломбы и архивные отметки. Тарен записывал. Кайрел следил за порядком доступа и не позволял никому из случайных работников оставаться рядом дольше, чем требовала работа.

Я смотрела на то, что они не считали важным.

Из девяти управляющих ключей восемь соответствовали реестру.

Только Северный был заменен.

Пломбы на трех других башнях имели следы старого вскрытия, но записи о тех работах существовали и совпадали с датами.

На Северном — нет.

Зато в четырех секторах старые приборы фиксировали отклонение командного слоя.

— Значит, физическая подмена только одна, — сказала я, когда мы вернулись в небольшую комнату управления.

На столе лежала схема девяти башен.

Севран отметил четыре проблемных сектора.

— Да.

— А отклонение в четырех.

— Да.

— Может Северный ключ влиять на все четыре?

— При обычной работе нет. При пересечении верхних маршрутов — частично.

— Значит, чего-то еще не хватает.

Севран взял карандаш.

— Старшие знаки.

Кайрел посмотрел на него.

— Их проверяли на общем стенде.

— И для проверки использовали резервный ключ.

— С-492.

— Именно.

Севран провел линию от Северной башни к условному обозначению стенда.

— Если этот ключ был уже изменен до ежегодной проверки, новый стенд мог принять неправильный командный рисунок за базовый и записать коррекцию в старшие знаки.

Я не до конца понимала техническую сторону, но причинная цепочка была ясна.

— То есть одного измененного ключа хватило, чтобы испортить все командирские знаки?

— Не испортить полностью. Добавить смещение в дополнительный слой.

— А потом эти знаки начинают взаимодействовать с обычными сигналами башен.

— Да.

— Поэтому отклонение проявляется в нескольких секторах по-разному.

— Именно.

Кайрел сказал:

— И при полной синхронизации все станет сильнее.

Севран положил карандаш.

— Намного.

У меня появилась еще одна мысль.

— Тогда зачем оставлять измененный ключ в Северной башне после проверки знаков?

Оба мужчины повернулись ко мне.

— Если цель состояла только в том, чтобы записать неправильную настройку в командирские знаки, ключ можно было вернуть в архив. Никто бы не заметил.

Севран медленно произнес:

— А если он нужен для полной синхронизации...

— Тогда должен оставаться в системе.

Кайрел посмотрел на схему.

— Северная башня запускает верхний общий маршрут.

Севран сразу понял.

— Не сама. Но ее сектор первым принимает внешние группы с северо-востока.

— Откуда прибывает какая делегация?

— Орсейн.

Кайрел спросил:

— Остальные?

Севран показал на карту.

— Тарвал входит с запада. Лерия через южный коридор.

— Три направления.

— И сходятся над центральным дворцом.

Я провела пальцем по линиям.

— Значит, в день встречи Северный ключ не просто будет работать рядом с командирскими знаками. Его сигнал станет частью общей сети.

— Да.

— И все старшие знаки уже несут смещенную настройку, полученную при проверке.

Севран ничего не ответил.

Ему не требовалось.

Лиарена действительно недооценила происходящее.

Она нашла украденный резервный ключ.

Поняла, что Северная башня дает неправильный отклик.

Узнала, что ключ вынесли из архива с разрешения Севрана.

И решила, что получила прекрасный рычаг против главы управления.

Возможно, ей казалось, что Кельт допустил нарушение, которое можно выгодно скрыть.

Она не знала, что несколько десятков грифонов постепенно учатся избегать старших командиров.

Не знала, что через двенадцать дней, а теперь уже через одиннадцать, все девять башен должны соединить свои сигналы над городом.

И не знала, что Раук окажется достаточно упрямым, чтобы первым отказаться продолжать.

— Крылья лгут меньше людей, — негромко сказал Тарен от двери.

Я обернулась.

Он вошел так тихо, что никто не заметил.

— Что?

— Вчера вы все пытались понять, кто говорит правду. Леди Весс, Севран, архив, командиры. А Раук просто отходил от того, что ему мешало.

Кайрел посмотрел на своего офицера.

— Ты философствуешь после бессонной ночи?

— Больше не буду.

— Хорошо.

Тарен положил на стол еще один документ.

— Нашли С-417.

Севран быстро взял лист.

— Где?

— В техническом хранилище Северного участка. Лежит под номером списанного С-492.

Несколько секунд мы молчали.

— То есть их поменяли местами, — сказала я.

— Не совсем, — ответил Севран. — В хранилище ключи учитываются по карточкам, а не по корпусам. Кто-то мог положить С-417 в ячейку С-492 после того, как вынес резервный.

Кайрел спросил:

— Карточка выдачи сохранилась?

— Сохранилась.

Тарен достал второй лист.

— И там есть подпись.

Севран не взял бумагу.

Я уже поняла почему.

Кайрел прочитал первым.

Потом передал мне.

Внизу стояла подпись Севрана Кельта.

Не похожая.

Та же самая, которую я видела утром в журнале.

Рядом находилась короткая запись:

"Разрешаю временное использование С-492 при настройке общего стенда. После проверки передать на Северный контур для контрольного сопоставления."

Я прочитала еще раз.

— "Передать на Северный контур".

Севран медленно сел.

— Я этого не писал.

Кайрел положил лист перед ним.

— Подпись ваша?

— Похожа.

— Печать?

Севран осмотрел нижний угол.

— Моя.

— Тогда объясните.

— Не могу.

Кайрел не повышал голоса.

— Вы только что сказали, что разрешили использовать резерв на стенде.

— Да.

— А здесь разрешение после стенда поставить его на Северную башню.

— Я не давал такого приказа.

— Но документ есть.

— Вижу.

Я посмотрела на дату.

Двадцать три дня назад.

На следующий день после начала ежегодной проверки командирских знаков.

— Лиарена могла видеть это?

Севран ответил не сразу.

— Если ее человек имел доступ к карточкам, да.

— Вот что она имела в виду под "Кельт знал или делает вид".

Он закрыл лицо ладонью на несколько секунд, затем убрал ее.

— Я думал, она пытается заставить меня заплатить за чужую ошибку.

— Она и пыталась, — сказала я. — Только ошибка была не чужой. По документам она ваша.

Севран посмотрел на меня.

— Вы мне верите?

Вопрос был неожиданным.

Я могла ответить так, как еще вчера отвечал Кайрел.

Не знаю.

Не обязана.

Доказательства говорят против вас.

Все было бы правдой.

— Я верю, что вы сейчас не понимаете, как эта запись здесь появилась.

— Это не одно и то же.

— Другого пока не предлагаю.

Кайрел забрал карточку.

— Я передам это королю.

Севран поднялся.

— Я пойду с вами.

— Нет.

— Почему?

— Потому что до разговора с королем вы остаетесь человеком, чья подпись стоит на разрешении, позволившем измененному ключу попасть в действующую башню.

— Поэтому я и должен присутствовать.

— Поэтому вы останетесь здесь и никому не сообщите, что мы нашли.

Севран смотрел на него несколько секунд.

— Вы мне не доверяете.

— Сейчас я не доверяю никому, у кого был доступ к системе.

Он перевел внимание на меня.

Я подняла брови.

— Даже ей? — спросил Севран.

Кайрел ответил:

— Лиарене Весс я доверяю ровно настолько, насколько позволяют ее действия последних двух дней.

Не самый романтический ответ.

Но мне он понравился больше красивых заверений.

Севран тоже это понял.

— Тогда возьмите еще мой сегодняшний письменный допуск на проверку всех девяти башен.

Он достал третий лист и подписал при нас.

— Чтобы через час никто не сказал, что командующий Небесной стражей самовольно вскрывал городские контуры.

Кайрел принял документ.

— Разумно.

— Запомните, что вы это сказали.

Тарен положил оба листа в плотную папку.

Кайрел запечатал ее своей печатью.

— Тарен, едешь со мной.

— Да, ваша светлость.

Он посмотрел на меня.

— Вы возвращаетесь домой.

Я ждала продолжения.

Его не последовало.

— Это приказ?

Кайрел немного подумал.

— Настойчивая просьба.

— Становитесь лучше.

— Стараюсь.

— А почему домой?

— Потому что разговор с королем может затянуться. И потому что я не хочу, чтобы вы оказались в центре дворцовой проверки раньше, чем мы поймем, что происходит.

— Учитывая мою репутацию, разумно.

— Именно.

Я забрала со стола эталонный ключ.

Севран заметил.

— Его тоже надо показать королю.

Кайрел посмотрел на темный металл в моей руке.

— Нет.

Севран удивился.

— Почему?

— Потому что карточки и вашего разрешения достаточно, чтобы начать официальную проверку. Эталон пока останется у леди Весс.

— Это важное доказательство.

— Именно поэтому.

Он сказал это слишком спокойно.

Я поняла раньше Севрана.

Кайрел делил доказательства.

Не все должно было ехать одной дорогой и лежать в одной папке.

— Хорошо, — сказала я.

Севран хотел что-то добавить, но передумал.

Я спрятала ключ во внутренний карман.

Тогда мне казалось, что мы перестраховываемся.

Через три часа я узнала, что недостаточно.

Кайрел приехал ко мне уже после четырех.

Один.

Без Тарена.

Без папки.

Я ждала новостей в маленькой гостиной у окна. Работать, читать или заниматься домом не получалось. Эмриса несколько раз заходила с вопросами, и каждый раз я ловила себя на том, что отвечаю невпопад.

Когда во дворе остановилась карета, я вышла раньше, чем слуга успел открыть входную дверь.

Раук поднялся возле галереи.

Кайрел вышел из кареты.

Грифон направился к нему, но остановился на середине двора.

Я тоже.

На Кайреле не было формы Небесной стражи.

Утром он ушел в темном мундире, пусть и без командирского знака.

Сейчас на нем был обычный черный сюртук.

— Что произошло?

Он закрыл дверцу кареты.

— В дом.

— Кайрел.

— В доме меньше свидетелей.

Вот теперь мне стало по-настоящему не по себе.

Мы прошли в гостиную.

Эмриса увидела лицо герцога и сама закрыла дверь, не дожидаясь просьбы.

Кайрел остался стоять.

— Меня временно отстранили от командования Небесной стражей.

Я смотрела на него.

Слова были понятны по отдельности.

Вместе им требовалось несколько секунд.

— За что?

— За превышение полномочий и незаконное вмешательство в городскую систему Башен Ветра.

— Вы ничего не меняли без Севрана.

— Теперь выясняется, что менял.

— Что значит "выясняется"?

Кайрел достал из кармана сложенный документ и передал мне.

Приказ был коротким.

До завершения расследования герцог Кайрел Сорн отстранялся от руководства Небесной стражей. Его распоряжения, касающиеся городской воздушной сети, подлежали отдельной проверке. Доступ к служебным архивам и командным системам временно прекращался.

— Кто подписал?

— Королевская канцелярия.

— Король знает?

— Приказ издан от его имени.

— Это не ответ.

— Нет. До короля я не дошел.

Я подняла голову.

— Почему?

— Нас остановили в западной приемной.

— Кто?

— Дворцовая проверка. Кто-то подал официальное сообщение, что сегодня утром я вместе с вооруженными офицерами вошел в несколько Башен Ветра и потребовал вскрыть управляющие контуры без законного основания.

— У нас было разрешение Севрана.

— Было.

Я посмотрела на него.

— Было?

— Папку изъяли до разговора с королем.

— На каком основании?

— Как материалы по делу о незаконном вмешательстве.

— Карточка с подписью Севрана тоже там?

— Была.

— А сейчас?

Кайрел ответил не сразу.

— Сейчас ее нет.

Я подошла ближе.

— Как это возможно?

— Мне вернули опись изъятого. Карточки в ней нет. Разрешения Севрана на сегодняшнюю проверку тоже.

— Вы же запечатали папку.

— Да.

— Тарен видел.

— Да.

— Севран видел.

— Да.

— Я видела.

— Да.

— Тогда где документы?

— Если узнаете, сообщите.

Я отвернулась и прошлась до окна.

Раук стоял во дворе, продолжая наблюдать за домом.

— Что говорит Севран?

— Что не выдавал мне разрешения на вскрытие контуров.

Я повернулась.

— Что?

— Именно так.

— Он подписал документ при нас.

— При вас, мне и Тарене.

— И теперь отрицает?

— Не совсем. Он утверждает, что разрешил провести внешнюю проверку, но не давал права снимать управляющие ключи.

Я вспомнила утро.

Севран сам открыл внутреннюю дверь.

Сам отключил Северный контур.

Сам снял С-492.

Сам подписал разрешение после того, как я предложила оформить все правильно.

— Он лжет.

— Или его заставили изменить показания.

— Какая разница сейчас?

— Для него большая.

Мне хотелось сказать что-нибудь о Севране, но фактов не хватало.

Еще вчера он помог нам найти отклонение.

Сегодня сам принес журнал выдачи.

Не скрыл свою подпись.

Открыл все девять башен.

Предложил документ, который должен был защитить Кайрела.

А через несколько часов этого документа не существовало.

Слишком быстрый переход от союзника к противнику.

Я не доверяла ему.

Но и удобный вывод о его виновности принимать не собиралась.

— А карточка с разрешением передать С-492 на Северный контур?

— Исчезла.

— Из папки?

— Да.

— Остальные бумаги?

— На месте.

Вот это было хуже.

Не потеряли папку.

Не перепутали документы.

Кто-то знал, какие именно два листа надо убрать.

— Кто имел доступ после изъятия?

— Мне не сообщили.

— Вы потребовали?

— Разумеется.

— И?

— Мне напомнили, что я временно отстранен.

Кайрел произнес это спокойно.

Слишком спокойно.

Вчера я уже научилась различать его настоящее спокойствие и состояние, когда он просто не позволяет себе сделать то, что хотелось бы.

Сейчас было второе.

— Тарен?

— Отстранен от расследования и отправлен в крепость. Формально он остается на службе.

— Он может подтвердить документы.

— Может. Он мой подчиненный.

— Значит, его словам не поверят.

— Поверят меньше, чем независимому свидетелю.

Я поняла, кого он имеет в виду.

— Севрану.

— Да.

— Который уже изменил показания.

— Да.

— А мне?

Кайрел посмотрел на меня.

Я сама ответила:

— Конечно. Лиарена Весс, известная своей честностью и уважением к государственным правилам.

— Именно.

— Удобно.

— Очень.

Я села.

— Значит, человек, который это устроил, теперь знает, что мы нашли подмену.

— Почти наверняка.

— И знает, что мы проверяли все девять башен.

— Да.

— Полная синхронизация через одиннадцать дней.

— Да.

— Кто теперь командует Небесной стражей?

Кайрел назвал должность заместителя, но имя мне ничего не сказало и сейчас было неважно.

— Он знает про командирские знаки?

— Тарен передал мой приказ утром. Старшие офицеры сегодня без них.

— После вашего отстранения приказ отменят?

— Уже отменили.

Я встала так быстро, что край кресла ударился о стену.

— Что?

— С завтрашнего утра командиры должны вернуться к обычному порядку службы.

— После Сайра?

— Дворцовая проверка считает, что связь между поведением грифонов и знаками не доказана.

— Двадцать один случай.

— Материалы расследования изъяты.

— Старые приборы.

— Управление башен заявило, что отклонения находятся в пределах допустимого технического разброса.

— Севран?

— Доклад подписан его заместителем.

— А сам Севран?

— Недоступен.

Я начала ходить по комнате.

Ситуация изменилась за несколько часов.

Еще утром у нас были Кайрел с полномочиями командующего, Тарен, открытые архивы, Севран с доступом во все башни и два документа, которые связывали резервный ключ с Северным контуром.

Теперь Кайрел был отстранен.

Тарен лишен доступа к расследованию.

Севран исчез из разговора.

Документы пропали.

А старшие командиры завтра снова должны были надеть знаки, от которых грифоны уже начали уходить.

— Когда вы должны передать служебную печать?

— Уже передал.

— Командирский знак?

— Он в крепости со вчерашнего дня. После нашей проверки я его не забирал.

— Хорошо.

— Почему хорошо?

— Потому что Раук сможет к вам подходить.

Кайрел посмотрел в окно.

Грифон по-прежнему стоял во дворе.

— Раук теперь не моя главная проблема.

— Для него вы, возможно, все еще главная.

Он ничего не сказал.

Через несколько секунд я спросила:

— Что вы собираетесь делать?

— То, что могу без должности.

— А именно?

— Найти Гарвена. Найти сотрудника архива, который работал на Лиарену. Установить, кто получил С-492. И добиться разговора с королем.

— Вас допустят?

— Не сегодня.

— А завтра?

— Возможно.

Он ответил слишком ровно.

— Вы не верите.

— Я рассматриваю варианты.

— Как всегда.

Кайрел подошел к столу.

— Покажите эталонный ключ.

Я достала его.

Он проверил, что все девять линий закрыты, и вернул.

— Никому не отдавайте.

— Даже вам?

— Особенно мне.

Я не сразу поняла.

— Почему?

— Потому что если меня официально обвинят в повреждении городской системы, все найденное у меня будет изъято.

— Вы ожидаете обвинения?

— Я ожидал отстранения только после разговора с королем. Ошибся.

Он достал еще один лист.

— Поэтому есть второй вопрос.

— Какой?

— Вы уедете из столицы сегодня ночью.

Я посмотрела на него.

— Нет.

— Я еще не объяснил.

— Объяснение не изменит ответ.

— Лиарена, не начинайте.

— Вы приехали в мой дом после того, как вас отстранили, и решили, что самое разумное — снова начать отдавать мне бессмысленные приказы?

— Это не приказ.

— Тогда тем более нет.

Кайрел положил лист на стол.

На нем был маршрут через западные ворота и название места, которого я не знала.

— У меня есть дом в двух днях пути от Сайдара. Там никто не станет искать вас в первые дни. Эмриса и люди из дома могут поехать вместе с вами, если захотят.

— Очень заботливо.

— Это не забота.

— Разумеется.

— Это расчет.

— Еще лучше.

Он не отреагировал на тон.

— Если меня отстранили в течение нескольких часов после того, как мы нашли документы Севрана, значит, человек внутри дворца или управления действует быстро. Вы сейчас единственная, у кого остался эталонный ключ и кто не находится под служебным контролем.

— Именно поэтому вы хотите убрать меня подальше?

— Именно поэтому я хочу, чтобы вы остались живы и сохранили ключ.

Я остановилась.

Он продолжил:

— Ваша репутация больше не защищает. Наоборот. Если завтра объявят, что Лиарена Весс участвовала в незаконной проверке Башен Ветра вместе с отстраненным командующим, половина столицы поверит до того, как дочитает сообщение.

— И вы предлагаете мне уехать.

— Да.

— Что будет с Раухом?

— Останется здесь до утра. Потом Тарен попробует перевести его в мой городской дом или на частную площадку.

— Со знаками старших командиров вокруг?

— Нет.

— Вы уверены?

Кайрел не ответил сразу.

Этого хватило.

— Вот поэтому я не поеду.

— Я решу вопрос с Рауком.

— Как? У вас больше нет права отдавать приказы Небесной страже.

Фраза вышла жестче, чем я хотела.

Он принял ее без реакции.

— Найду способ.

— А Сайр?

— Лиарена...

— Еще двадцать один случай за месяц. Завтра командиры снова наденут знаки. Через одиннадцать дней все девять башен должны работать одновременно. Вы хотите, чтобы я уехала и надеялась, что кто-нибудь разберется?

— Я хочу, чтобы вы не оказались в тюрьме рядом со мной, если дело пойдет хуже.

— Это аргумент.

— Наконец.

— Но недостаточный.

Кайрел отвернулся к окну.

Я подошла к столу и убрала маршрут обратно к нему.

— Я не остаюсь ради вас.

— Хорошо.

— И не ради желания доказать всем, что Лиарена Весс теперь замечательная женщина.

— Еще лучше.

— Я остаюсь потому, что видела Раука у Северной башни. Видела Сайра над городом. И знаю, что произойдет, если десятки грифонов получат тот же сигнал одновременно.

Кайрел повернулся.

— Вы не знаете, что произойдет.

— Хорошо. Знаю достаточно, чтобы не проверять это во время международной встречи.

— У вас нет полномочий.

— Уже заметила, что они не всегда помогают.

— У вас нет доступа к башням.

— Зато есть эталонный ключ.

— Который вы должны сохранить, а не размахивать им перед человеком, способным подменить государственные документы.

— Я и не собираюсь.

Он прошел через комнату и остановился напротив.

— Вы не понимаете, во что ввязываетесь.

— Конечно, не понимаю. Еще позавчера утром я даже не знала, что грифоны существуют. Но это не отменяет того, что я уже увидела.

— А если завтра обвинят и вас?

— Тогда придется отвечать.

— За поступки Лиарены?

— За них мне все равно рано или поздно придется отвечать.

— Вы можете уехать.

— Могу.

— Тогда почему не хотите?

Я посмотрела на него.

Ответ был простым, но мне понадобилось время, чтобы сформулировать его без красивых слов.

— Потому что человек, который все это устроил, рассчитывает, что каждый будет защищать только свое. Севран — управление. Вы — Небесную стражу. Дворец — встречу. Лиарена защищала свои тайны и выгоду. Если я сейчас уеду, я тоже выберу самое удобное для себя.

— Вы никому здесь ничего не должны.

— Раук тоже ничего мне не должен. Однако вчера он первым показал, что с системой что-то не так.

Кайрел некоторое время молчал.

— Вы сравнили себя с грифоном?

— Не уверена, что это худшее, с чем меня сравнивали за последние два дня.

Он почти улыбнулся, но настроение разговора не позволило этому стать шуткой.

— Вы останетесь, даже если я запрещу?

— Теперь вы временно не командующий. Пользуйтесь свободой и не отдавайте приказы.

— Как быстро вы освоились с моим отстранением.

— Приходится искать преимущества.

Кайрел покачал головой.

— Невыносимая женщина.

— Это хотя бы соответствует репутации.

Он отошел.

Я решила, что спор закончен.

Ошиблась.

— Если останетесь, Раук остается здесь.

— Герцог, вашего грифона я не отдам.

Кайрел повернулся так быстро, что я сама услышала, насколько двусмысленно прозвучала фраза.

— Именно это вы обещали три месяца назад.

Я закрыла глаза на секунду.

— Прекрасно. Эту формулировку снимаю.

— Поздно.

— Я имела в виду, что не позволю вернуть его туда, где рядом снова появятся командирские знаки.

— Я понял.

— Тогда зачем напоминаете?

— Потому что впервые за два дня вы сказали что-то настолько похожее на прежнюю Лиарену, что мне почти стало спокойно.

— Рада быть полезной.

На этот раз он действительно улыбнулся.

Недолго.

Потом выражение изменилось.

— Я не хочу, чтобы вам пришлось отвечать за мои решения.

— Не придется.

— Уже приходится.

— Нет. Вчера вы решили проверить башни. Я согласилась. Сегодня вы решили передать документы королю. Я считала это правильным. Теперь я решаю остаться. Не присваивайте себе ответственность за мой выбор.

Кайрел опустил глаза на маршрут, лежавший на столе.

— Вы всегда так разговариваете с людьми, которые пытаются вас защитить?

Вопрос заставил меня остановиться.

— Не знаю.

— Удобный ответ.

— Зато честный.

Он сделал шаг ближе.

Теперь между нами оставалось слишком мало места для обычного разговора, но я не отступила.

Кайрел тоже.

— Утром я был уверен, что смогу решить это служебным приказом, — сказал он. — К вечеру выяснилось, что приказ можно отменить за час.

— Неприятное открытие.

— Очень.

— Зато полезное.

— Вы находите пользу в удивительно неподходящих местах.

— Иначе второй день в этом мире оказался бы совсем плохим.

Он смотрел на меня без привычной настороженности.

Я впервые подумала, что мы оба слишком устали, чтобы продолжать делать вид, будто этот разговор касается только башен.

Но говорить об этом вслух не хотелось.

Кайрел тоже не торопился.

За окном Раук прошел вдоль галереи. Где-то в доме закрылась дверь. Обычные звуки напомнили, что вокруг нас существует целый дом и что на лестнице наверняка ходят слуги.

— Вам надо ехать, — сказала я.

— Да.

Он не двинулся.

— И мне надо попытаться поспать.

— Согласен.

Ни один из нас ничего для этого не сделал.

Потом Кайрел поднял руку, но остановился раньше, чем коснулся меня.

Не жест человека, привыкшего брать то, что решил взять.

Вопрос.

Я могла сделать вид, что не поняла.

Вместо этого сама сократила оставшееся расстояние.

Поцелуй получился коротким.

Без красивой осторожности и без попытки превратить два тяжелых дня в обещание, которого никто из нас не мог дать. Я коснулась его плеча, скорее чтобы сохранить равновесие в совершенно новой для наших отношений ситуации, и через несколько секунд первой отстранилась.

Кайрел не удерживал.

Мы посмотрели друг на друга.

— Это была плохая идея, — сказала я.

— Да.

— Хорошо, что хотя бы здесь мы согласны.

— Не слишком хорошо.

Я не стала спрашивать почему.

Он провел большим пальцем по моей щеке, почти сразу убрал руку и отступил.

Вот теперь расстояние вернулось.

— Никаких обещаний, Лиарена.

— Я не просила.

— Я тоже.

— Тогда договорились.

Кайрел взял со стола маршрут.

Порвал пополам.

Потом еще раз.

— Что это означает?

— Что вы все равно не поедете.

— Начинаете учиться.

— Слишком поздно.

У двери он остановился.

— Эталонный ключ держите при себе.

— Да.

— Никому не показывайте.

— Да.

— Если ночью появится человек от моего имени...

— Не отдам.

— Даже Тарену.

— Не отдам.

Он посмотрел на меня.

— Вот теперь мне спокойнее.

— Странный у вас способ выражать доверие.

— Другого пока нет.

Кайрел вышел.

Я осталась в гостиной.

Поцелуй не решил ни одной проблемы.

К лучшему.

Если бы после него пропавшие документы вернулись в папку, Севран признался во всем, а дворец восстановил Кайрела в должности, я бы начала подозревать, что попала не в другой мир, а в очень плохую книгу.

В реальности у нас оставались одиннадцать дней, эталонный ключ и все меньше людей, которым можно было его показать.

Утром меня разбудил не стук в дверь.

Раук.

Он находился во дворе и издал низкий протяжный звук, которого я раньше от него не слышала.

Я быстро оделась и вышла.

Небо только начинало светлеть.

Эмриса уже стояла на крыльце в накинутой поверх платья шали.

— Что случилось?

— Не знаю, миледи. Он несколько минут смотрит на ворота.

Раук не был испуган так, как в первое утро при появлении командирского знака.

Он был собран.

Голова поднята.

Корпус развернут к улице.

Я подошла ближе, не пересекая его направление.

— Кто там?

Эмриса прислушалась.

— Карета.

Через несколько секунд за воротами действительно послышались колеса.

Потом еще одни.

Слишком много для одного посетителя.

Я коснулась внутреннего кармана.

Эталонный ключ был на месте.

— Эмриса, идите в дом.

— Миледи...

— Не запирайте дверь. Просто уведите остальных с первого этажа.

Она посмотрела на меня.

Еще два дня назад начала бы выяснять, сердита ли я.

Теперь только спросила:

— А вы?

— Останусь здесь.

— Поняла.

Она ушла.

В ворота постучали.

Не так, как Кайрел в первое утро.

Три ровных удара.

— Леди Весс, откройте по приказу королевской канцелярии.

Я не успела ответить.

Раук повернул голову к крыше.

Потом обратно к воротам.

— Спокойно, — сказала я.

Не знала, помогает ли слово ему.

Мне немного помогло.

Ворота открыли слуги.

Первой вошла дворцовая стража.

Шесть человек.

За ними еще четверо.

И только потом Кайрел.

Он шел без оружия, без формы и без знака.

Рядом находился человек в темной одежде с гербовой папкой.

Я спустилась с крыльца.

Кайрел увидел меня.

Ничего в его поведении не изменилось, но он остановился на полшага раньше сопровождавшего.

Раук сразу пошел к нему.

Один из стражников поднял руку.

— Удержите животное.

— Не трогайте его, — сказала я.

Человек с папкой повернулся ко мне.

— Леди Весс, вам лучше отойти.

— Если ваши люди не будут приближаться к Рауку, он никому не помешает.

— Это боевой грифон.

— Я в курсе.

Кайрел сказал:

— Делайте, как она говорит.

Стражник опустил руку.

Раук подошел к Кайрелу и остановился рядом.

Герцог провел ладонью по его шее.

Только один раз.

Потом повернулся к человеку с папкой.

— Читайте.

Тот раскрыл документ.

— Герцог Кайрел Сорн, на основании распоряжения королевской канцелярии вы задерживаетесь до завершения первичной проверки по делу о незаконном вмешательстве в систему Башен Ветра, сокрытии служебных сведений и действиях, создавших угрозу воздушным маршрутам столицы.

Я не сразу уловила последнюю часть.

— Создавших угрозу?

Чиновник не посмотрел на меня.

— Леди Весс, это вас не касается.

— Ошибаетесь.

Кайрел повернулся.

— Лиарена.

— Вы вчера проверяли систему вместе со мной.

— Именно поэтому молчите.

— Не собираюсь.

— Я заметил.

Человек с папкой продолжил:

— До отдельного решения герцогу Сорну запрещается покидать дворцовый охраняемый корпус, связываться с действующими офицерами Небесной стражи и получать доступ к любым материалам расследования.

Кайрел выслушал до конца.

— Основание для задержания кроме вчерашней проверки?

— Оно будет предъявлено в установленном порядке.

— Значит, нет.

— Ваша светлость...

— Я уже не командующий. Можете не выбирать слова так тщательно.

Чиновник закрыл папку.

— Прошу следовать с нами.

Кайрел посмотрел на Раука.

— Он остается здесь.

Чиновник возразил:

— Грифон относится к Небесной страже.

Раук повернул голову в его сторону.

Я подошла ближе.

— Сегодня нет ни одного действующего основания возвращать его в крепость рядом с командирскими знаками.

— Леди Весс...

— Он остается.

Чиновник явно не привык обсуждать государственные решения с женщиной, которую половина столицы считала профессиональной шантажисткой.

Кайрел избавил его от необходимости.

— Раук сейчас официально отстранен от полетов после вчерашнего происшествия. Приказ оформлен до моего отстранения и не отменен. Забрать его можно только отдельным распоряжением нового командования.

Человек с папкой помолчал.

— Проверим.

— Проверяйте.

Кайрел еще раз коснулся Раука, после чего отошел.

Грифон хотел последовать.

— Раук, — сказал Кайрел.

Тот остановился.

Я ожидала приказа вернуться.

Кайрел вместо этого посмотрел на меня.

Вчера вечером мы договорились не давать обещаний.

Никаких признаний.

Никаких красивых слов.

Сейчас это оказалось полезно.

Не нужно было прощаться так, будто кто-то из нас уже решил, что происходит последнее.

— Ключ, — произнес он.

Чиновник сразу насторожился.

— Какой ключ?

Я ответила раньше Кайрела:

— От моего башенного кабинета. Герцог вчера просил не терять.

Кайрел выдержал паузу.

— Именно.

Чиновник посмотрел на нас обоих, но ничего не сказал.

Эталонный ключ лежал у меня во внутреннем кармане.

Кроме Кайрела, Тарена и Севрана никто не должен был знать, что он остался у меня.

Если Севран теперь играл против нас, знали четверо.

Если нет, трое.

Уже слишком много.

Стража окружила Кайрела, не касаясь его.

Он пошел к воротам.

Я двинулась следом.

Кайрел остановился и повернулся.

— Лиарена.

— Что?

— Не вмешивайтесь.

Два дня назад я, возможно, решила бы, что он действительно надеется на послушание.

Теперь знала его лучше.

Он сказал это не потому, что верил в результат.

Он сказал это потому, что рядом стояли люди, которым нужно было услышать именно эти слова.

Я остановилась.

— Конечно, ваша светлость.

На этот раз удивился даже он.

Кайрел ничего не ответил и вышел за ворота.

Стража последовала за ним.

Кареты одна за другой двинулись по улице.

Раук остался рядом со мной.

Я дождалась, пока звук колес станет тише, после чего достала из кармана темный ключ с девятью насечками.

До полной синхронизации оставалось десять дней.

Кайрел был под арестом.

Тарен лишился доступа к расследованию.

Документы исчезли.

Севран изменил показания.

А человек, который работал на прежнюю Лиарену в архиве Башен Ветра, пропал за три дня до того, как Раук прилетел на мою крышу.

Кайрел просил не вмешиваться.

Очень разумная просьба.

И впервые за два дня он отдал мне приказ, которому я совершенно точно не собиралась подчиняться.