Глава 5

Путь к дому прошел незаметно, а все потому, что я не сводила глаз со своей правой руки, на которой теперь находилось массивное серебряное кольцо. Именно в него превратился внезапно обретенный хранитель. Дракончик наказал никогда не снимать кольца и заверил, что посторонние его не увидят. Ещё бы он предупредил, что я сама буду видеть его с огро-о-омнейшим трудом. Чтобы различить контуры кольца, приходилось расфокусировать зрение и смотреть как бы сквозь руку. На ощупь оно не ощущалось, словно его и не было. Я было полностью погружена в захватывающий эксперимент, когда прозвучало резкое:

— Кто он?!

— Светик, — на автомате ляпнула я. Уж больно грозно прозвучал вопрос Шандора.

А ещё стало обидно из-за того, что я доверилась серебряному пройдохе. Теперь доказывай, что это кольцо мне передали не как шпионке серебряных драконов. А пусть сначала докажет, что я использовала это кольцо! Моя якобы магия заблокирована, сам так говорил.

Резко вскинув голову, приготовилась защищаться и обомлела. Шандор по-хозяйски располагался на ступенях моего дома, но поразило меня не это. Возле крыльца теперь рос куст белой сирени. Ну как рос, он был воткнут в землю, причем не особо аккуратно. Всё-таки драконьи лапы не предназначены для садовых работ.

— Светик?! — Теперь в его голосе сквозило недоумение, Шандор явно не мог припомнить дракона с таким именем.

Убедившись, что его гнев вызвало не кольцо, а куст, я мгновенно сориентировалась и зачастила:

— Сказочка такая. Свет мой, зеркальце, скажи да всю правду доложи, я ль на свете всех милее…

Ой! Кажется, я не ту сказочку выбрала, уж больно ассоциативная. Лично я тут же подумала о волшебном зеркале в башне Повелителя.

— Так, значит, ты, Серебряна, любишь сказки? — несколько задумчиво поинтересовался Шандор.

— Исключительно добрые и светлые. Где все живут долго и счастливо. А ещё в этих сказках всегда возвращаются домой.

— Забудь! Ты принадлежишь Гардонору!

Вот так думаешь, что попала в сказку, а потом выясняется, что ты в неё… вляпалась!

Дракончик отреагировал на мои слова легким шевелением, отчего кольцо на моей руке ожило и начало медленно вращаться вокруг пальца. Светик явно подавал мне какой-то знак. Да ладно, я и сама уже догадалась, что разболталась ни на шутку.

— Итак, ты успела обзавестись поклонником. — Шандор протянул руку, буквально кончиками пальцев прикоснулся к ветке сирени. — Белый цвет для драконов Гардонора — символ платонической любви и веры в то, что однажды отношения перерастут в нечто большее.

А с чего это Каддар решил подарить Брианне такую сирень? У них же двое детей! Как-то поздновато для белых цветочков. Или дракон наверстывает упущенное?

Резкий рубящий взмах драконьей лапы — и крупное белое соцветие полетело на землю.

— Не надо! — Я испуганно уставилась на руку Шандора, покрытую до локтя бронзовой чешуей.

— Да неужели? — Драконьи когти с легкость срезали еще одну веточку.

Было бы разумно промолчать. В конце концов, это был всего лишь куст сирени, вырванный из земли в подарок другой. Но благодаря драконьим закидонам этот куст оказался посажен возле моего крыльца, и это делало его моим. А свое я без боя не отдам! Отчего-то эта мысль, прочно обосновавшаяся у меня в голове, вытеснила все остальные.

Я медленно приблизилась к Повелителю, осторожно обогнула его по дуге и, быстро поднявшись по ступеням крыльца, свесилась через перила. Теперь я была выше Шандора и это помогало выдержать его взгляд.

— Я запрещаю вам портить мои цветы! — отчеканила я, с огромнейшим удовольствием отмечая, как вытянулась физиономия Повелителя бронзовых драконов.

Впрочем, мой триумф длился недолго, всего пару секунд, пока Шандор не ступил на крыльцо. Он поднимался нарочито медленно, откровенно наслаждаясь моей реакцией. С каждым его шагом мое преимущество в росте уменьшалось, Шандор надвигался на меня суровым бронзовым исполином, таким же угрожающе неприступным, как и башня, в которой он обитал.

“Все башни Гардонора отражают характер своих владельцев”.

Это новая мысль прозвучала в моей голове так ясно, что я уже не была уверена, являлась ли она моей.

Шандор закончил подъем, подошел ко мне вплотную, после чего протянул руку и… толкнул дверь у меня за спиной. Оказывается, всё это время, пока он понимался, я отступала.

— Пригласишь? — Голос Шандора был низким, глубоким, практически гортанным.

— Нет! — пискнула в ответ я.

А что, если драконы, как вампиры из земных легенд? Пока не позовешь в гости — порога не переступят. А я Шандора точно к себе не приглашала, а значит…

Не успела я почувствовать себя в безопасности, как меня подхватили на руки и внесли в дом.

— З-з-зачем? — запинаясь спросила я.

— Всего лишь помог определиться с выбором. — Вместо того чтобы поставить меня на ноги, он продолжал удерживать меня на весу с такой легкостью, словно это ему ничего не стоило.

Каждый раз, когда Шандор приближался ко мне, я ощущала нечеловеческую силу, исходящую от него. Я была ниже, слабее, инстинкт самосохранения прямо-таки вопил, что мне нужно держаться подальше от рук, способных переломить меня пополам, но вот сейчас эти самые руки обнимали меня так бережно, что я невольно почувствовала себя в полной безопасности. Мое тело обмякло, а голова непроизвольно уткнулась в драконью грудь. Единственным, что находилось в поле моего зрения, была расстегнутая на две верхние пуговицы красно-коричневая рубашка и полоска бронзовой кожи.

Шандор ничего не говорил, не делал, и только сердце билось часто-часто в твердой, как камень, груди.

— Что происходит? — прошептала я.

— Я даю тебе время привыкнуть, — еле слышно выдохнул он.

И всё! Волшебству наступил полный и безоговорочный… конец!

— Отпустите меня! — Я протестующе дернулась всем телом.

— Как пожелаешь… Ариана.

Рука, поддерживающая меня под ноги, переместилась чуть выше, а потом Шандор развернул меня спиной к себе и позволил медленно скользнуть вдоль его тела. Провокационно медленно! Меня бросило в жар, и я не была уверена, что лишь мое смущение было тому причиной. Внезапно стоящий позади мужчина стал очень горячим, я ощущала жар его ладоней, по-хозяйски лежащих на моей талии.

— Не могли бы вы отодвинуться? Пожалуйста…

— Нет. Мне и так хорошо, — последовал совершенно возмутительный ответ!

— А мне нет!

— Врешь, — самодовольный смешок.

— И… долго мне так стоять?

— Полагаешь, мне пора перейти к более активным действиям?

Теплое дыхание пощекотало ухо, отчего меня прошил разряд странной дрожи, словно ток пробежал по всему телу. А ещё я уловила едва различимый запах кофе с корицей. Небо! Неужели в Авендоре есть кофе?!

— Полагаю, вам пора сообщить причину, по которой вы посетили мой дом, — едко произнесла я в попытке скрыть нарастающую панику.

Откровенно признать, я была в ужасе! Но в этот раз не от Шандора, а от реакции собственного тела на близость Повелителя бронзовых драконов. Шандор мне ни капли не нравился. Властный, самоуверенный, да у этого типа девиз по жизни: “Лучший способ убеждения — это принуждение”.

Шандор развернул меня к себе лицом, пристально посмотрел в глаза и отчеканил:

— Ан-дароу Серебряна, я хочу, чтобы вы стали моей дракайной и приняли Огонь моего пламени. Я гарантирую вам защиту, вы ни в чем не будете нуждаться. Когда жар нашей страсти угаснет, я подберу вам подходящего супруга, достойного стать отцом ваших детей.

— Детей? — эхом повторила я последнее слово. Происходящее всё больше и больше смахивало на ночной бред.

— Вы ждет почет и уважение соплеменников, даже драконы с пониманием отнесутся к моему выбору, однако я не смогу дать вам детей. Я никогда не обреку своего ребенка на существование в теле низшего, лишенного крыльев существа.

Ярость, холодная ярость разлилась во мне подобно полноводной реке, которой наконец-то удалось сбросить ледяные оковы.

— Так, значит, мы для вас низшие существа? — не прошипела, буквально выплюнула я.

В ответ Шандор сложил руки на груди и кивнул.

— Ан-дары уступают полноценным драконам во всем.

— Но именно эти ущербные притягивают вас как магнит! То-то вы над деревней разлетались!

— Я намерен разгадать и эту загадку, — неожиданно мягко произнес Шандор. — Прежде ан-дароу никогда меня не привлекали. Ариана, я не знаю, как вам жилось в Эридаре, но могу предположить, что участь единственной ан-дароу не была простой…

Да нормальная у меня была жизнь! Пусть и не такая интересная, но я четко знала, что меня ждет завтра. У меня были планы, как и у любой девушки моего возраста. Я хотела получить диплом, найти работу, нормального парня, с которым смогу создать настоящую семью. У меня и в мыслях не было стать постельной игрушкой наглючего дракона, считающего меня существом второго сорта!

— Твоя жизнь станет иной, Ариана, — тоном змея-искусителя продолжал увещевать Шандор. — Я не могу изменить твою природу, но сумею пробудить в тебе настоящую драконицу.

— От-т-куда такая уверенность? — срывающимся голосом выдохнула я.

— Отсюда… — Загадочно улыбнувшись, Шандор склонился к моему лицу.

А я не сделала ничего, чтобы ему помешать.

Прикосновение губ было таким сладким, что я почувствовала его всем телом, ноги стали ватными, я вцепилась в плечи Шандора и тут же ощутила его руки на своей талии. Он поддержал меня, не давая упасть, мне же захотелось податься навстречу, сделать поцелуй глубже, чувствительнее, прижаться всем телом, ощутить под ладонями горячую кожу…

Резкая боль, пронзившая тело, вырвала меня из дурмана наваждения. Внезапно я осознала, что подпираю спиной стену и совершенно бесстыже обнимаю Шандора, причем ногой, а длинная юбка в пол, последний оплот девичьей скромности, сбилась чуть ли не до талии. Повторная вспышка боли заставила меня сосредоточить внимание на руке, на указательном пальце которой с бешеной скоростью вращалось кольцо или, если быть точнее, мой серебро-чешуйчатый хранитель!

— Пустите…

Я просунула руку и уперлась в грудь Шандора, чтобы оттолкнуть, но дракон и не думал отступать. Моя ладонь оказалась в плену его пальцев, Шандор поднес её к губам и поцеловал запястье с внутренней стороны. Медленно, чувственно, он поцеловал каждый палец, и от прикосновения его губ вдоль моего позвоночника разливалась горячая волна. Пришлось крепко стиснуть зубы, чтобы удержать стон, рвущийся с губ. Рука, попавшая в плен, дрожала, и Шандор это прекрасно видел. Прижав ладонь к своей щеке, он посмотрел мне в глаза, и я тихо ахнула: в его темных, как сама ночь, глазах полыхал огонь, внешнее кольцо радужки стало золотистым, и по ней разбегались оранжево-красные молнии, точно лава, проступающая сквозь толщу земли и пепла. И снова меня накрыло странное ощущение, захотелось закрыть глаза и, послав всё к чертям, позволить Шандору все, чего так желало моё тело.

Но мелкий хранитель не сдался и снова от души цапнул меня за палец, чем окончательно привел в чувство.

— Не надо… — пролепетала я.

— Почему? Ты же сама хочешь этого. — Шандор казался сбитым с толку.

И этот недоуменно-оценивающий взгляд расставил все на свои места. Мгновенно вспомнилось пренебрежительное отношение Шандора к людям. Я не могла отдаться тому, кто считал меня низшим существом. Интимные отношения между мужчиной и женщиной всегда казались мне естественным продолжением эмоциональной связи. Я знала, что мой любовник будет мне другом, и уж тем более не желала, чтобы первый раз произошел у стены в крошечной гостиной.

— Ариана, доверься мне. Ты такая красивая, твое тело сводит меня с ума. Даже когда тебя нет рядом, я слышу твой голос, ощущаю твой аромат, он преследует меня и днем и ночью.

— Но это же неправильно! — в панике выкрикнула я.

Шандор презирал людей, а я была человеком, он ненавидел серебряных драконов, а я, по его разумению, принадлежала этой стае. Что бы Шандор ко мне ни испытывал, это было всего лишь мимолетное помешательство, и его следовало развеять. Причем немедленно! В противном случае я пропала.

— Это наведенное ощущение, фальшивое. На самом деле вы меня не хотите… — совсем уже слабо выдохнула я, потому что глаза Шандора стремительно потемнели. Свечение исчезло, уступив место непроглядной тьме.

— Поясни, — отрывисто приказал он.

Я не знала Шандора, практически ничего не знала ни о серебряных, ни о бронзовых драконах, но каким-то непостижимым образом нужные слова нашлись сами.

— Там, в пещере, пока моя магия была при мне, я на вас повлияла и заставила меня желать.

Дракон отшатнулся с такой поспешностью, словно я внезапно превратилась в отвратительнейшее чудовище, и я незамедлительно закрепила результат.

— Это был приказ Эваларда. Его последний приказ мне.

Шандор горько усмехнулся.

— Зачем?

— Ни одна серебряная драконица не признает бронзового своим возлюбленным.

Хотела добавить, что именно поэтому вместо неё Эвалард и подсунул меня, но внезапно Шандор прижал меня к стене, сильные пальцы сжали мой подбородок, вынуждая запрокинуть голову и встретиться взглядом.

— Драконица? В тебе нет ничего от драконицы. Ты такая же лживая и фальшивая, как все серебряные змеи.

Шандор смотрел на меня с такой ненавистью, что у меня от страха перехватило дыхание.

— Не попадайся мне на глаза, Серебряна, или, клянусь Первородным Огнем, тебя не убережет даже обещание, данное мной Эваларду.

Стоило Шандору перестать меня удерживать, как я рухнула вниз. Плечи тряслись от сдерживаемых из последних сил рыданий. Никогда в жизни мне не было так горько и противно. Да, я солгала, но только чтобы защитить себя. А какие были оправдания у Шандора? Он и не искал их. Шандор был уверен в своей правоте и в своем праве, ведь здесь, на землях Гардонора, он был Повелителем.

***

С уходом Шандора мой дом начал погружаться во мрак. За окном стремительно темнело, но я не пыталась разжечь огонь, а продолжала сидеть на полу, уставившись на угольно-черный провал камина. Общение с Повелителем высосало из меня все силы, ещё и так называемые хранители отличились. Во время моего отсутствия мелкие пакостники устроили в гостиной разборки. В результате пол в ней был заляпан чем-то темным и мокрым. Присмотревшись к кусочкам покрупнее, поняла, что это саламандра пыталась попасть в золотую рыбку угольками, та не отставала и отстреливалась водой, а пострадал пол и… мои нервы. Мандрагора со змеем тоже что-то не поделили, вернее, занавески с окна. Теперь белоснежная ткань отмокала в грязной луже под столом.

Как же они меня все достали. “Улыбайтесь — завтра будет хуже…” — это как раз про меня. Ещё с утра я была полна энергии и желания разбиться в лепешку, но добраться до Эваларда, чтобы вернул меня в мой мир, но сейчас не могла себя заставить встать на ноги.

— Хорошо-с сидишь. Монументально-с.

Я посмотрела на правую руку. Так и есть, кольца на ней больше не было, зато у ног копошился некто серебро-чешуйчатый.

— Смотри наступлю, — буркнула я.

— Не грози-с-с… Для этого тебе придется подняться.

— Отвали. И так тошно.

— Жалеешь, что прогнала Бронзового? — несколько обеспокоенно спросил Светик.

— Ещё чего!

— Тогда-с хватит кис-снуть. Пора превратить эту халупу в драконье логово!

— А ты скромный, — проворчала я, но с пола всё же встала.

Как там говорила Брианна? Духи помогут по хозяйству? Да конечно! Спешат и падают помогать!

Я подошла к камину и полюбовалась на погасшие угли.

— Знаешь, Светик, меня обманули. Не тянет эта живность на роль домашних хранителей… — в сердцах бросила я.

— Стихийники-с… От них проку мало. То ли я — твой родовой хранитель.

Дракончик, успевший забраться на стол, теперь стоял в лунном свете и пыхтел от осознания собственной значимости. И у столь явной демонстрации появились зрители: выползла из горки углей саламандра, прилетел воздушный змей, мандрагора показала из листвы древовидное лицо, и даже золотая рыбка всплыла на поверхность. На месте Светика я бы заволновалась, но тот как ни в чем не бывало продолжал свой монолог:

— Гони ты в шею этих нахлебников-с! От них больше мороки, чем пользы! — И взгляд такой хитрый и явно намекающий, что духам пора указать, кто в доме хозяин.

— Так я могу от них избавиться? — медленно произнесла я, точно оценивала саму возможность.

Резкий порыв ветра ударил в лицо, и под потолком зажегся бледно-голубой шар, воздушный змей потыкался в него мордой, шар разгорелся ярче, после чего дух воздуха метнулся в противоположный угол, где создал ещё один светильник. Легкое потрескивание, чередующееся с шипеньем оповестило о розжиге камина — это расстаралась саламандра. Я повернулась к мандрагоре:

— А ты чем меня удивишь?

В самом деле, какой толк от орущего куста? Разве что прикопать возле крыльца — будет вместо сигнализации. Мандрагора сморщила и без того рельефную физиономию, поднатужилась и… запела чудеснейшим мелодичным голосом. Слова я не понимала, но мелодия успокаивала. Я опустилась на стул и громко вскрикнула, когда мне на макушку шлепнулось мокрое полотенце — золотая рыбка решила доказать, что она тоже может быть полезной.

— Миленько… Миленько вы тут без меня поиграли! И кто выиграл?!

Я обвела суровым взглядом свою ненормальную живность. Хвастаться успехами никто не рискнул, зато саламандра выскочила из камина, схватила с пола занавеску и принялась шустро шуровать ею по полу. Мандрагора тоже решила поучаствовать в уборке: отрастив усики, она подхватила умывальный таз и подтащила к бочке, из которой в него тут же плеснули воды. Воздушный змей перехватил инициативу и перенёс таз поближе к саламандре. Осознав, что её нагло эксплуатируют, огненная ящерица попыталась плюнуть в змея огнем, но потом вспомнила, что я рядом, и продолжила мытье полов.

— Любишь свинячить — люби и убираться, — мрачно обронила я.

Намек был понят с первого раза, и теперь уже трое хранителей драили доски занавеской, по-братски разодранной на куски. Одна золотая рыбка не участвовала, зато всплыла на поверхность и виновато таращила глаза, дескать, не ругайся, хозяйка, я тебе ещё пригожусь.

— Ладно. Допустим, вы меня убедили, — милостиво объявила я, когда пол был вымыт, а куски занавески исчезли в пламени камина. — Но впредь чтобы не смели ссориться! Или оставлять меня одну! Особенно с ним! — Тут я перехватила недобрый взгляд мандрагоры, направленный на Светика. — Под “ним” имелся в виду Повелитель Шандор.

Издав испуганное “уи!” мандрагора прикрылась листиками, ещё и усики втянула, словно их и не было.

— Да ладно-с тебе вянуть от страха. Настоящий дракон хранителя не обидит, — заверил её Светик и уже тише добавил: — Разве что этот хранитель враждебной стаи.

— А поэтому про Светика ни слова! — подхватила я.

— Цыпа, если ты еще не заметила, эти тварюшки не умеют болтать-с по-драконьи.

А я, получается, умею?! До этого момента я и не задумывалась, как так вышло, что, очутившись в другом мире, я всё равно всех понимаю.

Легкий стук в дверь заставил меня подскочить на месте. Прежде чем её открыть, я выглянула в окно, и убедилась, что это Брианна.

— Заходи, — я посторонилась, чтобы пропустить её внутрь.

Девушка сделала протестующий жест рукой, а потом прижала пальцы к губам и всхлипнула:

— Теод и Нэд пропали. Я сообщила им о предстоящем отъезде. Они расстроились, и мы немного повздорили. — Брианна в ужасе посмотрела в сторону гор. — Если они ушли далеко…

Брианна не смогла озвучить, что же произойдет с мальчиками ночью в лесу, но я и так поняла — нечто ужасное. Тогда почему она пришла ко мне?! Надо сообщить драконам!

Словно в ответ на мои мысли, по земле скользнула огромная тень, и перед крыльцом, едва вписавшись в свободное пространство между домами, опустился дракон в своей истинной форме.

— Каддар! Наши мальчики… — голос Брианны сорвался.

Каддар раскрыл пасть, и из неё вырвалось низкое утробное рычание, в котором всё же можно было разобрать слова.

— Повелитель поднял в воздух всех свободных членов стаи. Мы отыщем наших детей.

— Мы? — неверяще спросила Брианна.30f6fc

Каддар склонился чуть ниже и расправил крыло. Брианна бросилась к нему без дальнейших расспросов, ловко вскарабкалась по кожестой “лестнице” и устроилась на спине дракона между двух костяных гребней. Она проделала это настолько быстро и уверенно, что сразу стало понятно — она практиковала подобное не раз.

— Это наши дети, и мы спасем их вместе! — уверенно прорычал дракон и мягко оторвался от земли.

Пожалуй, этот бронзовый не так безнадежен, как мне казалось. Я следила за полетом Каддара с ощущением щемящей тяжести в груди. Вероятно, это была тревога за детей Брианны. Осознание собственной бесполезности в сложившихся обстоятельствах не самое приятное чувство. Я бы страдала и дальше, если бы из темноты не прозвучало деловитое:

— Шо застыла? Пора выдвигаться. Или ты уже раздумала спасаться?

— Прямо сейчас? — слегка растерялась я.

— А что тебя смущает-с? Небо ясное, луна полная, драконы при деле, самое время рвать когти-с в Эридар. Да не дергайся, нас подберут, как только мы пересечем-с границу земель бронзовых драконов-с.

Я растерянно обернулась на дом. Только начала обживаться — и надо идти дальше.

— А как же духи?

— Они не сразу ощутят-с твой уход и создадут-с видимость твоего пребывания поблизости. Если повезет-с, тебя никто не хватится до завтрашнего вечера. — Дракончик выступил на свет и протянул небольшой холщовый мешок: — У тебя в кладовой было не густо, так что не обессудь-с.

Я оценила вес мешка и поморщилась. Припасов было явно маловато. С другой стороны, здесь меня тоже разносолами не баловали, так какая разница, где сидеть на диете?

— И куда дальше?

Дракончик вытянул лапку в сторону гор, а я помнила, что те покрыты густым лесом — и кто знает, что за твари в нём водятся?

Озвучив эту мысль, получила в ответ:

— Зато нас не будет-с видно с воздуха, а в поле мы окажемся как на ладони. Решайся! Ты со мной или с Шандором?

Ответ был очевиден, поэтому я уверенно зашагала за внезапно обретенным проводником.

***

Дети ан-даров слабее дракончиков. Это бесспорная истина. Проклятые малыши рождаются беспомощными комочками мяса. Такие мерзкие! Уродливее детенышей горных огров. Те хотя бы покрыты шерстью и орут не так противно. И все-таки Каддар ими дорожил.

После рождения первенца братец тронулся умом от счастья и не желал видеть очевидного — его сын навсегда останется парией. Шандор надеялся, что со временем Каддар всё осознает, но тот умудрился заделать своей дракайне ещё одного ребенка. Вопиющая безответственность!

Из глотки Повелителя бронзовых драконов вырвался гневный рык. Дракон злился, причем не только на Каддара. Он сам пустил ситуацию с Брианной на самотек, позволил этой связи окрепнуть. Если бы после гибели родителей он больше времени уделял Каддару, тот не торчал бы безвылазно в деревне ан-даров и не сблизился бы с Брианной. Тогда бы сейчас Шандору не пришлось лететь над горами, страшась ежесекундно обнаружить два растерзанных тела!

Шандор лично возглавил спасательную операцию, хотя у него хватало иных забот. Этой ночью он хотел облететь заброшенные храмы Алуны на землях бронзовых драконов и убедиться в сохранности печатей. Лишь лунный свет мог указать точное нахождение святилища. Одно из них находилось совсем рядом, но Шандор вслушался в звуки ночи и выбрал другое направление. Долг Повелителя был превыше всего. Сыновья Каддара родились в Гарданоре и принадлежали его стае, а у той имелись свои законы.

Бронзовые друг друга не бросают.

Ан-дары не покидают Гардонор после заката.

Так какого ляда Каддар не научил своих сыновей следовать правилам?!