*103* Последствия

Лив, Хлоя и Саманта сидели за столом, обхватив руками гудящие головы. Отпустило их только после заката — по совершенно непонятным причинам. Хотя Зефирос и Вэйлор путем долгих логических рассуждений вывели предположение о связи кристаллов и солнц.

Научной ценности в этой гипотезе было мало, но других вариантов все равно не имелось. Каждая из девушек смутно помнила странные видения, яркую вспышку света, прикосновение к Осколку — и на этом воспоминания обрывались.

— У меня болит мизинчик, — трагическим голосом объявила Лив, медленно растекаясь по столу. — И горло.

Судя по интонации, она сообщала о последних минутах своей жизни.

— Конечно болит, — вздохнул Зефирос. Он сидел на полу у стены, откинув голову и прикрыв глаза. — Ты весь день орала как ненормальная.

— Я всегда ору.

— В какой-то момент ты выдала такую ноту, что я решил, будто на дом напал дракон. — Зефирос потер уши и приоткрыл один глаз. — Драконы бы улетели в панике.

Саманта фыркнула в кружку. Хлоя тихо застонала и опустила голову на стол рядом с Лив.

— У меня тоже все болит. Плечи, кисти, ноги. И на коленях огромные синяки… Такое чувство, будто я с кем-то дралась.

Нокс, который спокойно сидел на полу рядом с Зефиросом, вдруг с огромным интересом принялся разглядывать вид за окном. От Хлои это не ускользнуло. Наемник был не из тех, кто наслаждается пейзажами, думая о смысле жизни.

— Нокс, что произошло? Я и правда подралась? — голос ее напоминал писк щенка. — С кем?

— Со всеми. Но на поединок ты вызвала меня.

— Я что?!

— Пять раз.

— ПЯТЬ?!

— Первые четыре раза я отказался, но на пятый ты начала угрожать мне табуреткой, — благоразумно заменил Нокс ножи на что-то более безопасное. Хлоя бы не вынесла такой детали.

Лив в этот момент заинтересовано оторвала голову от стола, а Саманта потерла виски, пытаясь свыкнуться с короткой амнезией. Человеку, зацикленном на контроле, смириться с подобным стечением обстоятельств было невыносимо сложно.

— Пожалуйста, скажи, что я проиграла сразу.

— Не сразу. Но надо признать, ты держалась очень достойно для девушки, которая не умеет сражаться.

— Ты хотя бы не поранился? — тихо спросила Хлоя.

— Я? — Нокс рассмеялся. Затем поднялся, присел перед Хлоей на корточки и бережно перехватил ее ладони, всматриваясь в лицо. — Серьезно, ты переживаешь за меня? — Он опустил взгляд на покрасневшевшие запястья девушки. — Я-то в норме, а вот себя ты не пощадила. Болит? — Его пальцы осторожно коснулись небольшого синяка.

— Нет… Даже не помню, как его получила.

— Ты попыталась провести бросок.

— Я не умею делать броски...

— Табуретками — умеешь.

Никто не стал выдавать Нокса и ножи. Тем более, что все режущие предметы к обеду оказались под замком, ключ отдан на хранение Милане, а саму Милану отправили на рынок.

— Мне пришлось тебя связать, иначе бы ты поранилась. Или поранила кого-то кроме меня. Но ты очень упрямая, когда задаешься целью.

— Это точно, — подтвердил Зефирос. — Ты рухнула вместе со стулом на пол и поползла в сторону врага, пытаясь его укусить. И при этом громко возмущалась: «Как ты посмел меня в себя влюбить!». Ну или что-то в этом духе.

Глаза Хлои расширялись так быстро, что вот-вот могли объедениться в один большой.

— Кляп совать было грубо, — продолжил колдун. — Поэтому мы примотали твой стул к столу и слушали любовные признания до самого вечера.

— Мог бы и промолчать, — Нокс наградил Зефироса тяжелым взглядом.

Тот лишь устало повел плечами в знак извинения — сил фильтровать слова у него не осталось. Выспаться ему так и не удалось, а без сна колдун становился сварливым, недовольным жизнью стариком.

— Вот это я понимаю, ролевые игры, — Лив уткнулась лбом в столешницу, содрогаясь от беззвучного хохота.

— Тебе смешно, а вот матушка не оценила, когда вбежала в гостиную, — сокрушенно вздохнул Валериан. — Разбираться, кто прав, а кто виноват, она не стала и просто отлупила нас всех метлой. — Он покачал головой, переживая глубокую душевную травму. — Знаете, она никогда раньше не била меня метлой.

— Все когда-нибудь случается впервые, — не удержалась Саманта.

Она невозмутимо отпила чай и искоса посмотрела на пирата.

— Госпожа Саманта, а вы знаете, что еще может случиться впервые? — с наигранным уважением спросил Валериан. — Воспитательные мероприятия. Например, порка. И уверяю вас, сегодня я был очень близок к тому, чтобы организовать ее лично.

Саманта брызнула чаем, закашлявшись. Лив смеялась уже в открытую, постукивая ладошкой по столу. Хлоя покраснела, наблюдая, как прикрыл глаза от смеха и Нокс перед ней. А Валериан посмотрел на Саманту с таким довольным видом, что та сразу поняла: этот разговор он будет припоминать ей еще долго.

И основания для воспитания у пирата имелись самые что ни на есть серьезные.

Он весь день носил Саманту на руках, потому что королевам положено. Потом катал ее на спине, потому что королеве внезапно понадобился пони. Затем устроил бал с кружениями и поклонами, потому что свежесшитое из шторы платье требовало выхода в свет. Мог ли он этого не делать? Мог. И все равно делал, потому что наказывать за это Саманту будет ох как приятно.

Но Валериан недооценил масштаба проблемы. В какой-то момент Саманта решила, что каждым уважающим себя королю и королеве требуется семейное гнездышко.

Сначала Валериану идея показалась безобидной и даже романтичной. Под чутким руководством Саманты он стаскивал со всего дома подушки и стулья, чтобы та, в итоге, успешно построила замок. Но он никак не мог ожидать, что после этого его засунут внутрь проверять вместительность. В итоге пират сидел там: обнимал колени, колени обнимали уши, а достоинство покинуло помещение через ближайшее окно.

— Я против насилия, — вздохнул Вэйлор, устраиваясь поудобнее у стены рядом с остальными. — Но в данном вопросе я на стороне Валериана. Держался он героически. Мне пришлось оживить сердечки с карты, чтобы тебя как-то отвлечь и дать ему возможность отдохнуть.

— Да что я такого сделала?! — возмутилась Саманта. — Объясните уже! И желательно с деталями, которые могут использовать против меня в суде. — Она многозначительно посмотрела на пирата, намекая на вполне конкретный суд. И тот прекрасно все понял. — Гипотетическом.

— Нет уж, это сокровище я приберегу. Собираюсь до конца наших дней пользоваться твоей потерей памяти, — продолжил Валериан. — Станет моим преимуществом в любом споре.

— Это шантаж.

— Это награда за пережитое.

Саманта недовольно скрестила руки на груди, но спорить дальше оказалось неожиданно трудно. Валериан смотрел на нее так спокойно и уверенно, словно вопрос их совместного будущего давно решен, а единственная проблема заключалась только в том, когда сама Саманта это признает.

Жар поднялся к ее щекам, что было совершенно нелепо. Во-первых, она взрослая женщина. Во-вторых, адвокат. В-третьих, еще ничего не решила, по поводу предложения остаться. Но эта спокойная уверенность пирата смущала ее сильнее, чем любые шутки про королев, пони и семейные гнезда из подушек.

— А ты чего так заливаешься, котенок? — Зефирос перевел на Лив внимательный взгляд. — Думаешь, меньше всех хлопот доставила?

— Я всегда доставляю хлопоты, это мой базовый режим, — отмахнулась та.

— Тут не поспоришь, — согласился колдун.

— Но?

— Помнишь огромный книжный шкаф, который сейчас живописно лежит посреди гостиной? Твоих рук дело.

— Всего лишь? — Лив заметно расслабилась и махнула рукой. — Подумаешь, шкаф уронила. Великая трагедия.

— На меня.

— Ты удивишься, но это все еще звучит не так уж страшно. Другой вопрос — с чего вдруг я это сделала? Ты ко мне приставал?

Лив поиграла бровями, намекая на непристойности, забыв, что Вэйлор, Валериан и Нокс тоже там были и правду знают.

— Второй раз этот прием не сработает, — припомнил Зефирос мост в Башню и слова Лив о его влюбленности, чтобы оставить за собой последнее слово в споре.

— Ошибаешься, потому что это правда. Ты безума от меня и признание на мосту тому доказательство.

— Так и знал, что ты это скажешь, — а заметив любопытство остальных, добавил. — Не было никого признания. Она выдумывает.

— Ну конечно. В любви не признавался и прыгнуть за мной хоть в бездну не клялся?

— Я даже спорить не буду.

— Потому что правда.

— Потому что бесполезно, и потому что я устал. Твоя взяла.

Аргументы у Зефироса закончились. Они всегда капитулировали в этом месте. И тем не менее Лив виновато покосилась на колдуна и, поймав его взгляд, одними губами беззвучно произнесла: «Прости». Тот улыбнулся и кивнул в ответ, принимая извинения.

— А давайте мы устроим вам завтра праздничный ужин? — неожиданно предложила Хлоя. Она оглядела присутствующих и даже немного выпрямилась на стуле. — В качестве извинений. Ну и благодарности. Например, приготовим блюда из нашего мира. Что скажете, девочки?

Лив кивнула: ребята заслужили отдыха и заботы. Саманта нахмурилась, но согласилась. Можно не готовить, а, например, помочь с нарезкой.

— Только без рыбы, — поспешил вклиниться Зефирос, хитро покосившись на Лив. — Из ее рук лещи получаются слишком болезненными.

— И без овощных супов, — добавил Валериан.

Зефирос понимающе переглянулся с пиратом, а Хлоя озадаченно уставилась на подруг. Саманта сделала вид, что ее безумно интересует маникюр. Лив с глубоким научным интересом принялась рассматривать потолок.

— Ладно… А у тебя есть пожелания? — Хлоя мягко коснулась пальцами руки Нокса.

Он так и не поднялся с корточек, продолжая согревать ее ладони своими. Смущение отступило, оставив лишь приятное чувство безопасности.

— Что-нибудь вкусное, — негромко ответил Нокс.

— Пока мы не разошлись отдыхать, позвольте мне все таки вернуть вас к теме сегодняшнего вечера, — вмешался Вэйлор. — Рисунки Саманты натолкнула меня на отличную мысль. Мы оживляли сердечки, цветочки и даже острова с карты. Так почему бы нам не нарисовать корабль? Я бы смог и его перенести с бумаги в реальность. Только полотно понадобиться огромное и красок побольше.