Глава 13

Орденские учёные мужи и дамы уравновешенностью характеров не отличались. Наверное, такими являлись не только Викины умники, но утверждать это ответственно попаданка могла лишь за своих, на Земле она в научных кругах не вращалась. От непомерно раздутых гордыни и самодовольства до уныния и самобичевания у университетских преподавателей и исследователей был всего-то один шаг.

В полученном из Лейнгарда кратком сообщении информации, необходимой для полноценного анализа, почти совсем не содержалось. Голубь не вол, он много на себе не унесёт. Две тряпичные ленты длиной максимум по двадцать сантиметров и шириной в сантиметр-полтора — много ли букв на них уместишь?

Тем не менее, этого хватило, чтобы Флемм Орваль и его команда принялись искать возможные причины неудачных целительских практик в методах лечения и составах препаратов. Как водится, переругались, и повелительнице Ордена пришлось вмешиваться в их споры.

Вика тоже не могла назвать причину странных событий вокруг лейнгардского госпиталя, но в том, что её ребята столкнулись с актами саботажа и диверсии, не сомневалась.

Вечером она в своей резиденции беседовала с Лагисом. Великий магистр привёз ей всю переписку с отделениями Ордена за последние месяцы. В пухлой папке, которую он положил на стол перед госпожой Тень, содержались и подробные доклады, пересылаемые через торговцев различными путями — морскими или сухопутными, и краткие сообщения, вроде последнего, вызвавшего переполох.

Пока попаданка внимательно изучала бумаги, Лагис граф Акула молчаливо сидел на диване, попивал вино и с каким-то грустным обожанием посматривал на свою благодетельницу и начальницу.

— Слава Семерым, похоже, что эта ситуация пока единична, — Вика захлопнула папку и улыбнулась великому магистру, — Предпосылок для подобных событий где-либо ещё я не увидела. В Лейнгарде у нас стандартные пятёрки?

— Нет, только рыцарей. А ассасинов шестеро, поровну лекари и учителя. Как ты и приказывала, в дальние отделения специалистами посылаем ассасинов — выпускников университета.

— Понятно. Впрочем, будь специалисты и охранна отдельно, это мало бы что изменило. Всё же наши ребята воины, а не дознаватели, и за пределами своих учреждений могут убивать, но не находить, кого следует отправить к чертогам Смерти. Зато у меня кое-какие знания имеются, и порталы вовремя открылись. Повоюем. Лагис, пожалуйста, не смотри ты на меня так.

— Я скучаю по тебе, Вика. А ты, даже когда возвращаешься из своих постоянных путешествий, всё реже посещаешь прецепторию.

— Так сам виноват. Отлично справляешься и без моих мудрых указаний. Спасибо. А тебя я всегда рада видеть, сам знаешь. Приезжай ко мне в любое время без приглашения, вон, как Рудий с Эдориком делают. Разве я тебя когда-нибудь прогоняла? А вообще, жениться тебе пора, батенька.

— Да я же не в том смысле! — вскинулся граф Акула, — Вика, ты мне как родная мать или дочь. Не смейся, я сам запутался.

— Кажется, я от тебя нечто подобное уже не раз слышала. Составь мне компанию на ужине, расскажешь, как поживают мои товарищи Барк с Баркой, Миока и прочие, прочие. А то, я ведь и вправду оторвалась от коллектива.

— А про Юнту не хочешь узнать новости?

— Что это чудо опять выкинула? Очередные любовники?

— Понесла от Гричера. Или не от него, — ухмыльнулся великий магистр, — но король считает, что это он отец будущего ребёнка.

Вошедший с поклоном лакей доложил, что стол для вечерней трапезы накрыт.

— Хорошо, мы идём, — попаданка взмахом руки прогнала раба, — Отличная новость, Лагис, — Какие у нас теперь замечательные перспективы в Даторском королевстве! — она поднялась из кресла, — Я на обратном пути из Лирена, — так называлась столица Лейнгарда, — сначала загляну в Милонег. Повидаюсь с Юнтой.

— Она уже во дворец переселилась. Едва этим бунт среди придворных не вызвала. Там Фелис с Никаром ситуацию успокоили.

— Молодцы близнецы. Я в них верю.

За стол вместе с повелительницей Ордена и великим магистром сели Крелан с Петелией, Бон, и прибывшие в резиденцию буквально в последнюю минуту Гнеш и Эдорик. Адмирал, когда не выходил в море, использовал любую возможность посетить замок Тени в надежде на халявный кальвадос из императорской коллекции. Госпожа его хоть иногда и бранила, но не жадничала на элитные напитки, лишь следила, чтобы было без переборов.

— Этот Кью оказался очень толковым, — сказал канцлер, ездивший в строящийся Лас-Вегас и вернувшийся оттуда два часа назад, — Не только с водокачкой помог решить проблему, но и вовремя подсказал насчет канализации. Перемерили высоты, и точно, надо переносить третий каскад стока южнее. И котлован нужно углублять. Иначе в сильные дожди отводы не справятся, и образуются зловонные лужи. Пришлось бы переделывать. Хорошо, что ты эритейца не повесила.

— Вот ещё, — фыркнула Вика, — И не собиралась. Так, только попугала бы, да и заменила верёвку на плётку. Правда, задницу ему приказала бы превратить в кровавую кашу. Не дело было в его скотском положении хамить мне. Всё хорошо, что хорошо кончается. Ты тоже присмотрись к нему. Толковых мастеровых у меня не так много. Может я всё же решу в университете и другие, ремесленные, факультеты открыть.

При этих словах Гнеш посмотрел на сестру.

— А смысл, если ты договорилась с псковским государем, что к нему на учёбу своих ребят будешь посылать?

— Посмотрим. Как бы не получилось, что побывавшие в Пскове всеми правдами и неправдами будут стараться там и остаться. Такие примеры ведь уже есть. Да?

Попаданка отпустила брату толстый намёк на его частые просьбы дать какое-нибудь поручение в столицу империи Олега.

Помимо той беседы, которая состоялась между нею и Гнешем в новогоднюю ночь, Вика ещё дважды обсуждала с братом тему его влюблённости. Кажется, её мысль, что рано или поздно Камина освободится от пут безнадёжного обожания великого императора, и надо просто подождать, братик воспринял с пониманием, однако опасался, как бы освободившаяся актриса, пока он находится вдали от неё, не нашла себе нового кумира или возлюбленного.

Говорить на это Гнешу, что искренне думала: "и слава была бы Семерым", попаданка, не желавшая родному человеку в спутницы жизни актрису, не стала. Пообещала, что в следующую поездку в Псковскую империю отправится не Нюра, а он.

Камина как девушка Вике нравилась — талантливая, честная, приветливая, спокойная, да ещё и магиня, но москвичка примерно представляла, что такое жизнь служительницы Мельпомены. Магистру ассасинов жить с актрисой будет крайне сложно, а театр Камина никогда не бросит.

Засиделись допоздна, слушали рассказы Лагиса и Эдорика, затем по просьбе друзей Вика исполнила полюбившуюся мужчинам песню про чёрного ворона и романс "Гори, гори, моя звезда".

Прежде, чем отправиться спать, Вика посетила баню, точную копию той, что имелась у Олега в Пскове. Уснуть сразу не получилось — вернулся Бегемот, как всегда грязный и с очередной дохлятиной хозяйке в подарок.

Пришлось использовать заклинание Замедления и отмывать гуляку. Зато с котом в обнимку спалось крепче.

С утра Вика посетила лагерь ассасинов и провела там более двух часов. Она теперь использовала для занятий со своими спецназовцами всё свободное время. То, что её ассасины намного образованней ниндзей Олега — это хорошо, а вот чуть меньшие боевые умения её ребят по сравнению с воинами земляка — плохо. Она решила по возможности ситуацию с ассасинскими навыками улучшить.

Вернувшись из лагеря и приняв душ, Вика стала собираться в дорогу, выслушивая явившуюся с докладом Нюру на ногах, расхаживая по своей гардеробной в нижнем белье и показывая служанке, что класть в одну стопку — для Пространственного Кармана, а что в другую — для дорожной сумки.

— Спасибо, конечно, и Уле с Клеменией, и Ивесу, но я не люблю лишний раз быть кому-нибудь обязанной, — Вика приняла из рук вошедшего лакея фридландскую кольчугу, покачала её в руке, поморщилась и вернула, — Уноси, ни к чему на себе лишнюю тяжесть таскать. К тому же, я никак на горскую воительницу не потяну, те крупнее и белокурые. Так вот, Нюра, строить орденские учреждения будем за свой счёт. Деньги у нас в достатке. А Дебор, говоришь, со своими людьми в Орос направился?

— Да, только не напрямую из Бирмана, куда его королева Саарона доставила, — магистр ассасинов, сделав небольшую паузу, многозначительно посмотрела на госпожу, но та сделала вид, что ей не интересно, кто кого провожает, и девушка продолжила: — Он перешёл вначале в Датор, а уж оттуда в Орос. Не захотел, чтобы его сразу же со Псковом связали.

— Мудро, — Вика взяла у рабыни бриджи и стала их надевать сама, — Магистр большая умница и великолепный дипломат. Он знает, что делает. Ну, а как дела у самого императора?

— Он ведь мне ничего не рассказывал. Всё больше про тебя спрашивал. А в конце аудиенции передал тот подарок, и всё. Но я пока в поезде ехала газеты свежие читала. Тревожно у Пскова.

— И не удивительно, — попаданка уже начала обуваться в ботфорты, недавно пошитые под цинарский стиль, с острыми носами, — Взбаламутил вокруг себя болото.

— Пишут о наглых агрессорах, которые мешают мирному государю Олегу в полной мере отдаться заботам о благополучии своих подданных, но войны почему-то идут за пределами его империи.

Вика негромко рассмеялась и заступилась за земляка:

— Ну, так он на то и мудрейший из мудрейших, чтобы громить врага на чужой земле и малой кровью. Про Ивеса меня не спрашивай. Письмо его меня растрогало, и всё же ответа не будет.

— Вы с ним во Вьеже встречались! Я это поняла.

— Ты меня обвиняешь, что ли? Какая разница, встречались или не встречались? Если он тебе понравился, так сама и подружись с ним, я не против. Так, Нюра, Гнеш послезавтра на Тарпецию отправится с моим поручением, я буду отсутствовать где-то неделю. Тренировки в школах на твоих плечах. Ты у меня лучшая. Справишься.

Вика прижала дочь Неллиного друга к себе, хлопнула на прощание по плечу, надела сумку, убрала часть вещей в Пространственный Карман и Прыжком переместилась к замковому гаражу.

Архитектурные критики в Викином родном мире ругались, что возведённый Дворец Съездов испортил исторический вид московского Кремля. Чтобы не нарушать красоты своей резиденции — ей ещё здесь Олега в гости принимать — госпожа Тень вписала ангар для своего мопеда между восточной башней и караулкой. Получилось совсем незаметно, не нарушающе средневековый стиль, хотя размерами гараж был приличный — на четыре автомобиля. Попаданка нисколько не сомневалась, что в обозримом будущем здесь окажутся и мотоциклы, и машины. Соотечественник на достигнутом не остановится.

Прикрепив сумку к багажнику, повелительница Ордена через ворота и по улицам Викинга выехала на свою гранитную трассу, по которой и домчалась до портала.

Лирен, столица королевства Лейнгард, располагался в центральной части восточного побережья Алернии, но не у самой кромки океана Бурь, а в двух километрах от него, соединённый с портом широкой дорогой, по обе стороны от которой располагались многочисленные постоялые дворы, таверны, склады, загоны для скота, рабские бараки, магазины и лавки.

В отличие от земных античных афинян, догадавшихся защитить путь от Пирея, своей гавани, до города каменной стеной, лейнгардские короли сделать подобное не захотели. Видимо, им всегда не хватало средств на строительство, или войск для обороны такого длинного коридора, или считали, что сохранность построек — это проблема их владельцев.

Как следствие, война часто стирала прежние сооружения, и всё возводилось заново, отчего Лирен встречал путешественников новостройками.

Лейнгардский портал, окружённый стеной с единственной башней-воротами, располагался вне пределов столицы в трёхстах метрах от дороги, соединяющей город и порт.

Вика знала эти и другие подробности, потому что к своим путешествиям всегда готовилась.

В момент её пространственного перехода нужная попаданке площадка была задействована и в магозрении смотрелась красной точкой. Для госпожи Тень такая ситуация проблемной не являлась.

Уйдя в Скрыт, она разорвала путь, проложенный неизвестным магом, переместилась в нужную точку и сразу Прыжком оказалась на дороге, почти по её центру.

Она успела сместиться к обочине и встать возле рядя продуктовых лавок, чтобы освободить путь колонне гребцов, которых гнали со стороны порта.

Железом рабы не гремели — кандалы с них снимали на галерах — но кровавые потёртости на запястьях или левых или правых щиколотках, а, главное, тот ужасный смрадный запах, от которого Вика избавилась на кораблях своего флота, не оставляли сомнений в предназначении бедолаг.

Госпожа Тень могла бы и не выходить из Скрыта, раз уж таково её реноме, только вот самой искать в запутанных улочках средневекового города своих ребят ей не хотелось, а спрашивать прохожих, находясь в невидимости — людей пугать.

В сотне метров от ворот, там, где колонну гребцов завернули в сторону бараков, попаданка нашла подходящее укромное местечко между стеной пакгауза и забором постоялого двора, чтобы сбросить заклинание.

У воротной арки, как обычно, происходило столпотворение людей, коней, повозок. Смешалось в кучу. Разве что, залпы тысячи орудий не слились в протяжный вой.

Чем-то повелительница Ордена не приглянулась сидевшему в подвешенной клетке и обезумевшему от жажды и голода преступнику, попытавшемуся с диким смехом швырнуть в неё через решётку камнем, которым его самого кто-то попотчевал.

Понятно, что Вика легко уклонилась, ловко ввинтилась в толпу, протиснулась между приказчиками и их рабом, быстро перебежала через ров по самой кромке моста и оказалась перед стражником, который в этот момент извлёк из-под вороха тряпья на телеге бараний окорок, ударил им по голове крестьянина и присвоил копчёное мясо себе, прихватив его подмышку.

— А говорил, что нет ничего запрещённого, урод! — злобно сказал вояка, — Готовые продукты в город могут ввозить только те, кто купил разрешение. У тебя оно есть?

— Господин, — заплакал мужик, в которого вцепилась худая женщина, явно супруга, не дочь, — Я ведь не на продажу. Самим поесть. Денег на трактир нет.

— Меня это волнует, кретин? — стражник сильно толкнул крестьянина в грудь, и тот ударился бедром о борт своей телеги.

Намечавшееся избиение мужика предотвратил подошедший десятник.

— Гармард! — гаркнул он, — Долго ты с ним копаться будешь? Смотри, какая толпа образовалась. Подъедет кто-нибудь из благородных, опять в морду получишь. Пропускай дурака или заворачивай.

— Вот это правильно, — одобрила слова десятника Вика и тремя шагами оказалась между ним и стражником с копчёной бараньей ногой, — Я пройду? — всунула она медяк в пять гардов унтер-офицеру.

— Иди, наёмница, — хохотнул десятник, не спеша убирая монету в карман, — Откуда ты такая красивая к нам приплыла? И к кому?

— Из Алапана, ищу местных орденцев, просили им кое-что передать по пути. Где их найти?

— Труподелов-то? — вступил в разговор Гармард, всё же разрешивший крестьянину проезд в город, — В Сером районе где-то ищи. Сразу за воротами поверни направо. Там по дороге спросишь ещё.

— За что ты их так? — поинтересовалась попаданка.

— Так уж пару десятков нищих к Единому, то есть, нет, к Смерти отправили. Я-то ничего. Меньше помойных крыс — в городе только лучше. А есть такие, кому твои адресаты просто очень не нравятся.

Поблагодарив кивком за информацию, Вика прошла в арку, а выйдя из неё свернула в указанном направлении.

День был солнечный, но идти попаданке пришлось в тени близко расположенных доходных домов, из которых в любой момент могли выплеснуть всякую гадость вроде той, что хлюпала под ногами. Вика незаметно извлекла из Пространственного Кармана плащ с капюшоном и накинула на себя. Теперь, если польют сверху мерзостью, будет неприятно, но не фатально.

Госпожа Тень хотела как всегда найти себе компас на ножках, только попадавшиеся ей дети выглядели откровенно глупыми и несведущими. Район не очень благополучный, хоть и не трущобы.

Пройдя метров двести, она оказалась на небольшой площади, с краю которой сидели три пожилые торговки овощами и зеленью, живо обсуждавшими событие возле трактира — там двое стражников стащили с крыльца какого-то мужика в потрёпанной одежде и повалив на землю что-то ему говорили. Тот пытался отвечать, но получал за это зуботычины.

— Вон и чужак тот, который кошель у сына уважаемого Лапсора спёр, — злорадно засмеялась одна из торговок, — Завтра посмотрим, как ему кости ломать будут.

— Извините, уважаемые, — прервала беседу Вика, — Мне бы в Серый район попасть.

— Так и иди также, как шла, — ответила самая молодая из троицы, — Всё время не отдаляйся от башен городской стены. Пять кварталов пройдёшь и окажешься перед конным подворьем. Вот там и начинается Серый.

— Спасибо, уважаемые, — поблагодарила госпожа Тень и пошла через площадь.

Краем глаза она заметила, что обвиняемый был ещё достаточно молод, лет тридцати, а то и меньше, просто его старили свойственные местному простонародью плохие зубы, сальные волосы и сероватая от въевшейся грязи кожа. Потрёпанная одежда, когда-то бывшая солдатской формой, только без знаков различия, свежести

Один из стражников схватил бедолагу за волосы.

— Поднимайся, скотина, пойдём с нами, — прорычал он, — Если мы тебя понесём, то только на пинках.

— Да, говорю же, не брал я у него деньги. Обыщите! Нос разбил. А денег не брал!

— Ничего. Дознаватели у тебя всё выпытают, — весело рассмеялся второй охранник порядка, — Вспомнишь и этот кошель и другие. Обещаю.

Попаданка прошла мимо, чуть ускорила шаг и вдруг услышала за спиной:

— Да чтоб вы тут все сдохли, твари! Какие же вы мерзкие уроды! Ненавижу!

Вика встала как вкопанная и без зеркала поняла, что побледнела. Причиной тому явилось то, что схваченный бедолага выругался на чистом русском языке, да ещё расцветил свои слова трёхжтажным матом.