6. Начало пути

Дорога не располагала к большой компании, поэтому в итоге Варлан проехал вперед — на мое счастье, оставив нас с Тинарисом вдвоем.

— А ты говорила, что принц в состоянии маленького ребенка, — Тин, до этого пристально наблюдавший за Асарилом, а точнее — за его спиной, впервые обратился ко мне.

— Ты просто с ним пока не разговаривал, в седле-то он нормально держится.

В последней фразе я не могла скрыть зависти. Езда на лошади без должных навыков и умений — удовольствие сомнительное.

— Далеко еще? Когда мы уже приедем? — громко спросил принц, будто специально подтверждая мои слова.

Я выразительно посмотрела на Тинариса.

— Ладно, в любом случае я благодарна, что ты с нами. Даже не буду спрашивать, как тебе удалось так быстро решить все свои дела и собраться.

— А вот спросила бы! — добавил обиженные нотки в голос маг. — Между прочим, это было нелегко!

— Хорошо, Тинарис, скажи: как же тебе удалось всё провернуть?

— Я бы сказал, что это было примерно так же сложно, как одолеть пятерых волкодлаков в одиночку. Нет, сложнее, потому что магию применять нельзя, только врукопашную. Поскольку в отпуске я не был почти четыре года, работая в нечеловеческих условиях по выходным и в праздники, то я ворвался к начальству с заявлением в руках и заявил, что мне жизненно необходим длительный отпуск немедленно, начиная с сегодняшнего дня. Для этого пришлось написать еще два обоснования: одно из-за срочности, второе из-за неопределенного времени выхода на работу.

Точно, все миры одинаковые! Эльфы, драконы, магия — а бюрократия существует и процветает везде, где есть люди. Интересно, как здесь всё устроено у других рас? Имеется ли, например, у эльфов коллегия по выдаче справок?

— Так что я, считай, сразился с чудовищем ради прекрасной дамы, — заиграл бровями Тинарис. — И заслуживаю какого-нибудь вознаграждения.

— Могу угостить ужином, — предложила я.

— Разве у нас поход не за счет короны? — удивился Тин.

— Ее самой, но я, как глава отряда, распоряжаюсь выделенными средствами, — важно ответила я.

— В любом случае я бы рассчитывал на что-нибудь поинтереснее, — снова включил брови маг.

— Ты же у нас не любитель походных условий, сам говорил: москиты, нечисть…

Тинарис явно собирался что-то возразить, но наш отряд резко замедлил ход и начал спешиваться. Это что еще за новости? Едем от силы час!

— Что происходит? — поинтересовалась я, не спеша слезать с коня, потому что слезать у меня получалось отчего-то еще хуже, чем залезать.

— Принц устал, — ровно пояснила охрана, привыкшая к закидонам вечно юного наследника.

— С чего он устал? — Я бы еще поняла, если бы с нами был настоящий трехлетний ребенок, но по физическим данным это взрослый мужчина!

— Он устал сидеть, — пояснили мне, будто самая маленькая и неразумная в отряде именно я.

На первый раз подобный тон я списала на привычку охранников (которых пока запомнила как двух блондинов, двух брюнетов и одного рыжего) общаться с принцем, но взяла на заметку поработать над субординацией в команде.

— И что теперь? Если мы будем каждый час останавливаться, мы не то что к этой — и к следующей зиме до гномов не доберемся. Асарил, — окликнула принца я. — давай обратно в седло!

— Не пойду. Я устал, — принц уже вовсю копался в повозке, вытаскивая своих солдатиков.

Нет, ну это уже чересчур!

Пришлось мне, свирепея от одной мысли, что придется сначала слезть с лошади, потом залезть, таки сваливаться на землю и идти накручивать кому-то уши.

Подойдя к повозке, я чуть за голову не схватилась: мои худшие опасения подтвердились с лихвой — повозка была доверху забита игрушками! В уголке, правда, нашлось место для пары тюков с одеждой и холодного короба с деликатесами. Небось, высочество-то к каше на воде не приучено.

— Так, — строго начала я, — собирай все свои игрушки обратно, и выдвигаемся в путь. До обеда никаких остановок.

— Но вы же обещали поиграть! — начал протестовать принц.

— Будешь хорошо себя вести — вечером поиграем.

— А я хочу сейчас! — топнул ногой Асарил.

— Нет, если продолжишь капризничать — отдам все твои игрушки лесным волкодлакам! — пригрозила я.

Хотелось и самого принца нечистью припугнуть, но не уверена, что охрана правильно расценит мои педагогические методы воспитания.

— Не надо отдавать игрушки волкодлакам! — испугался наследник. — Они злые и плохие! Они их съедят.

— Тогда собери всё, и едем дальше, пока волкодлаки не пришли.

Принц надулся, но игрушки собирать начал. Жаль, хватило его запала ненадолго.

— Я хочу писать, — с самой что ни на есть детской прямотой и непосредственностью выдал Асарил, а я не сдержала горестного вздоха.

— Вот кустики, только далеко не уходи.

Конечно, охрана не могла оставить принца в одиночестве, так что сразу двое пошли охранять его высочество в кустики. От волкодлаков, наверное. За это время я успела сунуть свой нос в холодный ящик: там нашлось много вкусного — есть чем поживиться и слегка подлечить мои расстроенные нервы.

— Хочу кушать, — поступило следующее требование, когда принц сделал свои дела и вернулся.

Чувствую, кто-то просто не хочет собирать игрушки и ехать.

— Кушать будем в обед, когда остановимся где-нибудь в таверне.

— Хочу сейчас! — заныл принц.

— Так! Чувствую, мы и правда оставляем все игрушки здесь!

Принц в ответ на это начал усиленно шмыгать носом — вот-вот разревется. Да что ж такое-то!

От истерики нас спас крик рыжего:

— Опасность!

Все маги, включая Тинариса и Варлана, до этого стоявших в стороне, встрепенулись на крик, я тоже обернулась. Прямо на нас по веткам неумолимо и неотвратимо прыгал зум! Сверкнувшие заклинания пролетели в опасной близости от моей нечисти!

— Нет-нет! Не трогайте его! Тин!

И все-таки боевой маг, постоянно поддерживающий и оттачивающий мастерство и навыки, несомненно круче, чем сидящие в няньках принца и утирающие ему сопли охранники. Тинарис успел-таки накинуть щит на зума до того, как остальные смогли нормально прицелиться.

— Ты что творишь? — обернулись к Тину коллеги.

— Сам не знаю, — пожал плечами мой любимый маг. — Все вопросы к ней, пожалуйста.

— Это моя нечисть! — решила я предвосхитить события и глупые вопросы. — Запомните его и больше не обижайте!

— Не обижать? Ты серьезно? — рыжий почему-то смотрел по-прежнему на Тина, обращаясь ко мне.

— Серьезней некуда. Я тут видела буженину…

Я полезла в телегу с игрушками. И все-таки нужно сбагрить часть куда-нибудь, а потом свалить на волкодлаков, «которые унесли в лес».

— Зачем тебе буженина? Только не говори, что для зума!

Да, такого наша доблестная охрана, похоже, еще не видела.

— Для него, конечно. Он каждый раз, когда хочет есть, идет на меня охотиться, потому что случайно укусил. Вот мы с ним и договорились, что он меня больше не кусает, а я его за это подкармливаю. Кстати, в Авардоне я его не встречала, так что он, поди, бедствовал все эти дни. Отощал, мой маленький пушистик. Кушай, хороший, расти большой.

На самом деле я не собиралась сюсюкаться с зумом, но реакция неподготовленных и толком не знакомых со мною магов оказалась просто неописуемой. Да, к такому их жизнь не готовила: что нечисть, которую всегда не глядя уничтожали, будут кормить и жалеть. Я бы и за ушком почесала, но слишком свежи были воспоминания об острющих зубах, так что, пожалуй, воздержусь.

— Покушал, малыш, — улыбнулась я зверьку, когда тот дожевал увесистый, в полкило, кусман, нашпигованный ароматными приправами. У меня самой слюнки текли. Зум отряхнулся, потянулся и не торопясь, вразвалочку пошел прочь. Да, после такого плотного обеда тяжело, наверное, по веткам шустро прыгать.

— Я надеюсь, теперь и мы можем тронуться в путь? — поинтересовался Тинарис, с улыбкой наблюдавший за нами. Варлан что-то строчил в блокноте — небось, новое исследование придумал на тему «Кормление мелкой нечисти. Как дать ей с руки мясо и при этом сохранить все пальцы?».

Возражать никто не стал, только косились на меня, пока шагали к лошадям и выезжали на дорогу. Даже принц притих и не выступал больше со всякими требованиями типа «писать», «кушать», «устал» и прочее.

Маги из королевской охраны выглядели глубоко шокированными и потрясенными: всё время до следующей остановки на обед они ехали кучкой, постоянно переглядывались и переговаривались. Наверное, их мир больше никогда не станет прежним. Бедные ребята, а мы ведь даже уйти далеко не успели. Но ничего, пусть привыкают, у нас еще два месяца впереди — и это как минимум. То ли еще будет!

К сожалению, радовалась я недолго, ровно до обеда (хвала небесам, до трактира доехали без капризов и приключений!). Дорога стала оживленной, приходилось постоянно с кем-то разъезжаться или кого-то объезжать, осень — время сбора урожая и ярмарок, на которые все спешили в столицу. Из Авардона также шел приличный поток людей, успешно продавших свой товар и закупивших что-то взамен, чтобы порожняком домой не возвращаться. Так что особо разговаривать не получалось — приходилось только и делать, что следить за дорогой: то придерживать лошадь, пропуская вперед очередную груженую телегу, то, наоборот, ускорять, чтобы успеть проскочить до целого каравана повозок.

В общем, в придорожный трактир я заходила в надежде отдохнуть и наконец-то расслабиться, но не тут-то было. Ведь с нами ехал сам принц.

— Асарил, нужно покушать, — упрашивали его охранники, придвигая одну тарелку за другой.

— Не буду я эту гадость есть! — воротил нос от очень даже неплохой крупы с мясом принц.

— Но тогда у тебя не будет сил на дорогу.

— Не буду!

Я не влезала, сидя с самого края стола и делая вид, что мы не вместе. С самого начала говорила, что брать с собой избалованного недоросля — дурацкая затея, но все же умные, куда до них глупой степной орке? Вот пусть теперь ответственные товарищи и мучаются. По мне, так поголодает денек-другой — и сразу начнет всё есть как миленький. А сейчас, видите ли, это слишком соленое, это совсем пресное, это уже остыло, а вот это просто невкусное. Сюда бы Ульта, а то еда оплаченная — жалко, если пропадет.

— Я сказал: не буду! — вконец разошелся принц и спихнул все тарелки на пол.

Глиняная посуда падения не пережила, разбившись на множество черепков, еда растеклась по полу. Посетители, и до того на нас косившиеся, открыто развернулись, чтобы не пропустить, что же будет дальше.

Ну всё, мое терпение лопнуло.

Отставив свою тарелку, я поднялась и схватила негодника за ухо.

— Подъем!

— Да что ты себе… — начал принц.

Охрана тоже вскочила.

— Всем остальным сидеть! — рыкнула я. — А ты пойдешь в угол!

— Да как ты смеешь?!

Наследник попытался вырваться, а это вам не тщедушный Луаронас, но все-таки и не его старший брат, уложивший меня на лопатки. С принцем я бы справилась, но ведь он был не один, с ним путешествовало еще пятеро, не одобрявших подобные методы.

— Гхыш, ты перегибаешь палку, — вмешался один из брюнетов, глядя, как я скручиваю упирающегося Асарила.

— Разговорчики в строю! Вы сейчас обедаете — и выезжаем.

На этом я потащила наследника на улицу. Охрана не смогла остаться в стороне и вышла за нами.

— Значит так, — начала я. — Ты ешь то, что дают. Если не ешь — едешь голодный. Это раз. Никаких представлений на публике, иначе все твои игрушки полетят в костер. Это два. И три: ты сегодня наказан, так что никаких обещанных игр не жди. Вот начнешь себя хорошо вести — тогда и поиграем.

— Какая ты злая, — разрыдался принц. — Я хочу играть!

— А будешь плакать — вообще дружить с тобой не стану. Отправлю домой к маме и папе, пусть сами с тобой разбираются, и никаких походов!

— Я больше так не буду! — совсем разошелся принц. — Только не надо домой, я хочу в поход!

— Тогда иди и ешь, — сжалилась я. — Вот покушаешь нормально, я на первый раз тебя прощу, и вечером поиграем.

— Хорошо…

Несчастный и зареванный Асарил поплелся в зал, где уже успели убрать осколки и разлитую еду, а потом нехотя, но все-таки съел тарелку каши. Ел, конечно, долго, показательно мучаясь и морщась, но осилил.

— Молодец, — похвалила принца я. — Теперь можно ехать.

— А вечером поиграем?

— Обязательно, если ты, конечно, и дальше продолжишь себя хорошо вести.

Принц кивнул и направился к выходу.

— Гхыш, можно тебя на пару слов, — подошел всё тот же брюнет из охраны.

— Конечно, только напомни, пожалуйста, как тебя зовут?

— Меня зовут Полей, я глава охраны наследника, — представился мужчина, когда мы отошли в сторону от нашей компании.

— Очень приятно, Полей. Так что ты хотел мне сказать?

По правде, я догадывалась, почему глава охраны решил со мной поговорить.

— Мне не нравится, как ты ведешь себя с Асарилом, — предсказуемо начал Полей. — Я бы попросил тебя воздержаться от рукоприкладства и не повышать голос в разговоре с его высочеством.

— Во-первых, до рукоприкладства я еще не дошла, не нужно приписывать мне того, чего не было. Во-вторых, почему я должна терпеть его выходки?

— Потому что он принц, — сказал очевидную вещь охранник.

— И что?

— Как — что? — не понял собеседник.

— Что от того, что он принц? Мы сейчас путешествуем инкогнито, так что особое отношение только привлечет еще больше совершенно ненужного внимания. Я уж не говорю о том, что есть банальная вежливость и правила поведения.

— Можно доносить до него все правила по-хорошему, — не соглашался со мной Полей.

— Вы попробовали по-хорошему, у вас не получилось. Я сделала по-плохому, и принц всё съел. Так какие методы действеннее?

— Это неправильная логика, он же ребенок, — наседал охранник.

— Так, всё, я обещаю, что ремнем его бить не буду, хотя не помешало бы, но в остальном поступаю по собственному усмотрению.

— Боюсь, тогда мы будем вынуждены вмешаться.

— Без проблем. Только учтите: если к принцу из-за его статуса и уровня развития я физическую силу применять не стану, то на вас подобные ограничения не распространяются. На этом разговор закончен.

— Нет, не закончен! — остановил меня мужчина. — Я не собираюсь выслушивать подобное от какой-то дикой, неграмотной орчанки. Мы, знаешь, тоже не последние люди в королевстве!

Так они еще и из благородных, теперь всё понятно. Абы кого не приставят к наследнику.

— Не забывайся, — осадила я охранника. — Ты говоришь мало того что с той единственной, которая твоего ненаглядного принца может спасти, так еще и с официальной невестой его высочества. Так что давай не будем мериться, кто круче, идет?

— Я тебя предупредил, — оставил-таки за собой последнее слово Полей и первым направился к лошади, позволяя мне лицезреть прямую как палка спину, обтянутую сшитой на заказ формой.

А я еще думала, что больше всего проблем станет доставлять принц, но с ним-то мы как раз легко договорились. Даже хорошо, что ему нагрузили целую повозку игрушек, — теперь у меня имеется отличный рычаг воздействия. А что мне сказать этим пятерым? «Мы не возьмем вас играть в солдатиков»? Та еще угроза.

— Всё в порядке? — тихо спросил Тинарис, когда мы поехали дальше.

Я только рукой махнула. Конечно, хочется иметь хорошие отношения внутри команды, но знаю я этих аристократов: им палец в рот не клади — куснут похлеще зума. И вряд ли ситуацию можно будет легко переломить, с учетом, что я для этих людей никто и звать меня никак.

— Гхыш, — тихо, чтобы больше никто не услышал, начал Тин. — Если тебе нужна будет какая-то помощь, ты всегда можешь на меня рассчитывать.

— Спасибо, но мне бы не хотелось тебя втягивать в разборки с этими высокородными личностями, так что постараюсь справиться сама.

Ведь кое-кому здесь еще жить, а кое-кто вполне может зайти во Врата в один конец…

— Постарайся не идти с ними в открытую конфронтацию, — дал совет маг. — Соглашайся, но делай по-своему.

Я бы не прочь делать всё по-своему, но, если охрана начнет активно вмешиваться, промолчать не смогу. И что тогда? По правде, без охраны идти было бы даже проще, а тут еще с этими считаться.

Короче, время до ужина я провела в напряжении не столько от поездки в седле, сколько от самого факта предстоящего ужина, во время которого принц опять может раскапризничаться и мне придется разбираться с ним, потом с его охраной.

На мое счастье (и счастье охраны), Асарил всё съел без лишних замечаний. И не успел доесть, как выдал:

— Я всё скушал! Пойдем играть!

Ну да, глупо было надеяться, что он забудет (но, признаюсь, я всё же надеялась).

— Сейчас все доедят, и пойдем.

Не могу сказать, что мне совсем не хотелось играть (в прошлый раз получилось очень неплохо), но с дороги я бы предпочла отдохнуть пассивно — сидя, а еще лучше лежа. Лежа на животе, поскольку то, что ниже спины, отдавалось болью из-за целого дня в седле. И спина тоже напоминала о себе. Но обещания надо выполнять.

— Вижу, все уже поужинали, — коварно начала я, так как понимала: отдохнуть хочется каждому, но мы же команда, не так ли? Так почему я должна страдать одна? — Идем играть в солдатиков! Все вместе, — уточнила я специально для охраны, которая, судя по расслабленным позам, решила, что их это не коснется.

Нет уж, дорогие, считайте это тимбилдингом!

Даже Варлан, уткнувшийся в свои записи, не горел желанием идти играть, так что пришлось вытаскивать его из-за стола и заставлять убрать блокнот, чтобы не отвлекался. Вообще, маг из Башни вел себя до того тихо, что о его присутствии можно было забыть. Сначала я не понимала и удивлялась, а к вечеру догадалась, в чем причина: он первый раз в сознательном возрасте покидает изученный вдоль и поперек Авардон и всё, что сейчас видит, для него в новинку.

В комнате принца на втором этаже, самой большой в этом постоялом дворе, мы начали раскладывать карту, а принц — доставать заранее принесенных солдатиков.

— Ух ты! — Тинарис взял одну коробку и начал по очереди доставать фигурки. — У меня в детстве такие же были! Помню, как мы с братом дрались за набор с темными эльфами, потому что у них есть драконы! Чур, я ими и играю!

— А ты так хорошо помнишь свое детство? — спросила я у мага.

Мне выбирать было не из чего: я за орков, без вариантов.

— Мое детство продлилось до двенадцати лет, пока я беззаботно жил в родительском доме. Матушка очень не хотела отдавать меня магам и не отдала бы, но батюшка настоял.

— А почему? Ему не нужен был лишний наследник?

— Скорее, ему не нужен был лишний хулиган. Брат у меня без дара, зато с выдумкой, да и у меня фантазия неплохо работала. Мы с ним такое вытворяли — весь замок вверх дном ставили, один раз в прямом смысле. Приехали гости, а я перенес всю мебель и всю обстановку гостиной на потолок: стол, стулья, еду на столе вместе с посудой. А поскольку умел мало (что с самоучки возьмешь?), то вложил столько магии, что провисело всё несколько дней и отодрать от потолка ничего не получилось. Потом само упало. Лучшие сервизы разбились, ковер испортился, стол сломался. После этого меня и отправили в Башню.

— А разве берут в Башню таких взрослых? — спросил Варлан.

— Им никто не дал выбора. Отец привез и оставил меня магам, сказав: делайте с ним что хотите, но назад я его не заберу. Через полгода, правда, приехал и попытался, но я уже сам не захотел возвращаться. Начал учиться, вошел во вкус — понял, что при помощи магии можно не только предметы к потолку крепить. Ух, что мы только с мальчишками не делали! Я же самый старший оказался и был главным заводилой, а остальные меня слушались. Наверное, поэтому меня и заставляли больше учиться, чтобы экзамены за несколько лет сдавать и быстрее по курсам переводиться. И при распределении, не задумываясь, в магический контроль направили — подальше от Башни.

— Отец пожалел, что отдал тебя? Не пытался уговорить бросить магию?

— Пытался, конечно, и точно жалел. Я же старший брат, на меня большие надежды возлагали — обучали, готовили. А я вот ничего не оправдал и совершенно не жалею и не раскаиваюсь. Пусть младший брат отдувается. Нечего было моих солдатиков в детстве отбирать!

— Давайте уже играть! — Асарил, давно всё выбравший и расставивший, ерзал от нетерпения.

— Нас слишком много, нужно разделиться, — предложил Тин, явно отлично знавший правила и умевший играть. Вот бы попасть с ним в одну команду. — Придется, конечно, четыре на пять, но наборов возьмем по пять, чтобы как-то уравнять шансы.

Ну и чтобы всё было совсем справедливо, мы тащили жребий. Длинные соломинки против коротких. В итоге я играла впятером с Варланом и тремя охранниками: Полеем, Ильзисом и Наилом.

Поскольку огромный замок остался во дворце (впрочем, я бы не удивилась, если бы любящие родители и его отправили, выделив для этого отдельную повозку), то сейчас мы играли на карте. Карта поначалу представляла из себя самый обычный плотный и плоский лист картона, в разложенном виде где-то два на четыре метра. Но после активации заклинания появился ландшафт: на карте вздулись холмы, вытянулись деревья, зажурчала широкая речка, вдоль которой выстроились наши противники во главе с войсками Тинариса, который сумел абсолютно незаметно, тихой сапой, захватить лидерство в команде и стать главнокомандующим с основной ударной силой — темными эльфами. Всадников на драконах у них в наборе было всего пятеро — впрочем, я не питала иллюзий: пять драконов вполне могли решить исход боя, если их вовремя не нейтрализовать. Надо было до ужина разделиться и продумать тактику!

В нашей команде, к сожалению, всё было не так просто. Нормально сработаться не получалось: каждый тянул одеяло на себя и уступать другому не спешил.

— Наша главная проблема — драконы, — вмешалась я в бурную дискуссию мужчин, безусловно, понимающих больше, но что-то никак не предлагающих нормальную тактику. — Смогут маги с ними разобраться?

— Драконы даже более устойчивы к магии, чем орки. Но ваши шаманы умеют с ними сражаться.

— Хорошо, значит, мои шаманы втроем попробуют справиться с драконами. Есть еще эльфийская пехота с длинными мечами в авангарде и лучники, закрытые человеческими латниками. С ними сражайтесь сами.

Легко сказать, потому что драконы летают быстро, а шаманам даже в игре нужно время. В итоге, пока орки пытались что-то предпринять, драконы жгли не по-детски и выжгли почти всех магов (не понимаю, что делали в этот момент сами маги и те, кто за них играл), а там эльфы перебрались через речку и добили остальных, включая моих орков, которых в срочном порядке пришлось бросать в самое пекло в надежде хоть как-то «затащить» сражение. Лучники почти не тратили стрел.

— Всё, — я поднялась, видя, что ловить здесь нечего. — Моих всех вынесли, я пошла спать.

— А как же поболеть за своих? — попытался пристыдить меня Полей.

— Обещаю, что буду очень активно болеть за вас во сне. Так что вы еще выиграть должны с моей бесценной моральной поддержкой.

Обидно было проигрывать, имея численное преимущество! Теперь я понимаю принца: настроение перед сном испортилось безвозвратно.

Но в одном я не соврала: после тяжелой ночи и не менее тяжелого дня спать тянуло ужасно. Казалось, стоит прислониться к любой поверхности — и сон найдет меня сам.

Поэтому, когда я почти рухнула на кровать, приготовилась сразу смотреть сны.

Сны не спешили. Я перевернулась на другой бок, но при том, что от усталости едва ли не темнело в глазах, заснуть не удавалось. Спустя несколько часов (по моим внутренним ощущениям), когда я пересчитала всех, кого могла, темное и вязкое марево сна все-таки поглотило меня, чтобы, пережевав, выплюнуть с диким сердцебиением от какого-то кошмара. Я встала, прошлась туда-сюда, умылась, но успокоиться не получалось. Что происходит? Прошлой ночью возможно списать мой плохой сон на мандраж перед дорогой, а сегодня-то что не так?

Я села на кровать, потом опять легла, но сон не спешил возвращаться. И только с первыми лучами рассвета я снова незаметно для себя уснула…

— Ну ты и соня!

Я кое-как продрала глаза. Передо мной стояли Вар и Тин.

— Мы уже думали, с тобой что-то случилось!

— Уже утро, да?

Сказать, что я снова не выспалась, — ничего не сказать.

— Уже давно утро, а ты всё спишь. Первая ушла и последняя встала, и то не сама.

Да, с их точки зрения это и правда выглядело забавно, а вот мне было не до смеха. Что за внезапные проблемы со сном? Откуда они взялись? Происки потустороннего принца?

— И выглядишь ты как-то не очень, — продолжал Тинарис. — Цвет лица нездоровый.

— Слишком зеленый?

— Слишком бледно-зеленый.

— Сейчас умоюсь и буду как огурчик, — пообещала я.

Стоя над тазиком холодной воды и разглядывая отражение, я пришла к неутешительным выводам: выгляжу я действительно неважно. И чувствую себя соответственно.

И почему мы не захватили с собой ни одного целителя?

За завтраком я ела так плохо, что даже принц управился с тарелкой быстрее и смотрел на меня взглядом победителя.

— А мы вас вчера победили! — похвастался Асарил.

— Молодцы, но с драконами каждый дурак победить может. Не зря Тинарис так любит за них играть.

— За них тоже надо уметь играть! — не согласился Тин. — Попробовала бы ты взять и с ходу ими выиграть.

— Сегодня вечером и попробуем, когда наши команды поменяются наборами. Если принц будет себя хорошо вести, — уточнила я хлопающему в ладоши наследнику.

— Буду! — радостно пообещал Асарил.

Все остальные, кстати, возражать не стали. Видимо, одним хотелось отыграться, а другим — доказать, что они с любыми войсками могут победить.

В седле я клевала носом — Тинарис с Варланом только и делали, что следили, чтобы я не грохнулась с лошади. А после обеда, прошедшего для меня как в тумане, зарядил дождь. Холодные капли если не вернули мне бодрость, то сонливость отогнали. Но лучше бы я засыпала.

— Давай остановимся на ближайшем постоялом дворе? — предложил Тин. — Дождь всё расходится, и небо совсем почернело — чувствую, сейчас польет как из ведра.

— Договорились.

Хотелось, конечно, проехать подальше, но дорога становилась всё сложнее, а дождь всё сильнее. Так что мы с радостью заехали на первый же постоялый двор, сдали лошадей и прошли внутрь, где было тепло, а главное — сухо. Только вот комнат свободных осталось всего три, да и те не комнаты, а так — комнатушки.

— Вы как хотите, но я дальше не поеду, — прокомментировала я рассуждения охраны о том, что негоже наследнику останавливаться в таких неподобающих условиях.

— А как же игра? — заныл Асарил. — Ты же обещала…

— Поиграем внизу. Когда все разойдутся, мы раздвинем столы и разложим карту.

На ужин у «взрослых» был согревающий глинтвейн, а принцу досталось теплое молоко. Причем трактирщик сначала решил, что мы хотим подшутить над молодым человеком, а потом во все глаза смотрел, как Асарил пьет теплое молоко. Вот такой он у нас трезвенник и язвенник.

После окончания ужина нам разрешили разместиться в углу, так что принц сбегал за картой и фигурками — и мы принялись заново расставлять наши войска. За ужином мы немного обсудили с нашей командой тактику: я играла за эльфийских лучников, мужчины разобрали себе солдат ближнего боя, Полей объявил, что берет драконов (оставалось надеяться, что играет он ими не хуже Тинариса).

Не успели мы разложить карту, как в зал начала стекаться местная малышня. Трактирщик гонял их, но дети — существа любопытные и шли на любые ухищрения, лишь бы посмотреть, во что мы играем. Забегали с другого хода, прятались под столами, думали, что незаметно подбираются к нам, маскируясь под табуретки.

А наша партия тем временем началась. И тут выяснилось интересное: маги способны очень даже неплохо сражаться против драконов! Всего-то требуется воздействовать не на самих драконов, а на сторонние предметы. Например, против ураганного ветра драконы практически бессильны и лететь не могут. А восьмерка магов устраивает такой ураган, что наших драконов сдувало на край карты. Надо ли говорить, что в сильный ветер лучникам очень тяжело целиться и они также бесполезны, а в легкой броне еще и беззащитны? Латники совершенно неповоротливые и медленные — ими только от обороны и играть.

Вывод напрашивался сам собой: не так круты драконы, как те, кто играет за них должным образом. Но сдаваться просто так я не собиралась! Ведь в итоге у нашей игры какое главное назначение? Правильно: научиться взаимодействовать друг с другом. Значит, учимся и взаимодействуем. Имелся только один сильно отвлекающий фактор.

— Да прекратите вы их пугать! — рыкнула на трактирщика я. Мужчина пытался выгнать из зала всё прибывающих ребят, чем только больше мешал нам. — Кому интересно, можете тихонечко подойти и встать рядом.

Теперь играть стало еще интереснее, потому что стоять спокойно ребятня не умела, но тут же включилась в процесс активным болением или подсказками: «Смотрите, вас обходят с тыла!» Зрители быстренько разделились на два лагеря: одни болели за нас, другие — за команду Тинариса. У нас болельщиков набралось больше: драконы оказались очень популярны! Так что мы превозмогали, шли вперед и старались не ударить в грязь лицом. У темных эльфов также имелись маги, слабее человеческих, но вполне способные отвлекать на себя внимание, а еще быстрые и мобильные. С третьей попытки драконы все-таки долетели до вражеских отрядов, но к этому времени шаманы вовсю шаманили, так что сильно нам с воздуха не помогали, но опять же оттягивали внимание на себя. А когда латники наконец дошли до противников, я почти поверила, что у нас есть шанс. К сожалению, орки все-таки оказались сильнее, и битву мы проиграли, но это было настоящее боевое поражение, за которое не стыдно.

Всё, теперь можно и спать. Сегодня я не спешила уходить, пусть устала еще сильнее, чем вчера. Одна мысль, что я снова прободрствую полночи, а потом проснусь от кошмара, совершенно не радовала. К тому же в этот раз в одной комнате со мной разместились Тинарис и Варлан. Не хотелось показывать слабину: ведь я вроде как главная, а не успели от столицы отойти — уже расклеилась.

— Не расстраивайся, — положил мне руку на плечо Тин, — в следующий раз выиграете, вам всего чуть-чуть не хватило, вы быстро учитесь.

— Спасибо, — ответила я после небольшой паузы.

Не сразу поняла, к чему маг начал свою речь. Пусть думает, что из-за проигрыша расстроилась.

У кровати я только сапоги стащила и легла, не раздеваясь, отвернувшись от спутников к стене. Тинарис что-то тихо рассказывал Вару; сложно было уловить, о чем именно шел разговор, да я и не пыталась. Спать хотелось, но сон не шел. Да что ж такое-то?

— Хватит уже болтать! Спать не даете! — рыкнула на мужчин я.

Разговор прекратился, но заснуть мне так и не удалось. Я ворочалась, пытаясь найти удобное положение, но только еще больше злилась на скрипучую кровать.

— Гхыш, ты спишь? — негромко спросил Тинарис.

— Нет, не сплю.

Я села на кровати, подтянула ноги к груди и обняла колени, уткнувшись в них лицом. У меня есть проблема, с которой справиться самостоятельно не получается.

— Тебя что-то беспокоит? — Тин подсел ко мне.

— Только то, что я не сплю. Вернее, сплю, но плохо. И мало.

— Странно, после целого дня должна хорошо засыпать.

— Сама не знаю, в чем причина, — пожаловалась я. — Скоро на наше сопровождение думать начну.

— Не стоит, с твоим иммунитетом к магии никто из магов не страшен.

— А вещества?

— Не строй теории заговоров. Сомневаюсь, что кто-то из охраны всерьез решился бы тебе навредить.

— Тогда в чем дело?

— Пока не знаю. Но мы разберемся, не волнуйся.

— Легко тебе говорить: не волнуйся. Ты же нормально спишь!

— Я сказал, что мы разберемся. Или ты мне не доверяешь?

— Доверяю.

Если я кому-то и доверяла в своей команде, то только Тинарису.

— Тогда ложись и постарайся уснуть. Хочешь, я полежу рядом?

— Не надо, но посидеть рядом можешь, — разрешила я.

Не знаю, сколько Тин сидел со мной, но я все-таки уснула и проспала всю ночь, первый раз за последние дни отдохнув и выспавшись.

А утром за завтраком нас поджидал новый сюрприз. Вчерашняя детвора, наблюдавшая за игрой, снова прибежала в общий зал да еще и друзей со всей округи привела. Глядя на столпотворение разновозрастной малышни, я почувствовала себя на школьной линейке первого сентября или на новогоднем представлении. И пусть дети явно старались вести себя хорошо, но получалось это далеко не у всех. И стоило нам спуститься, как эта пищаще-галдящая толпа побежала навстречу. Я начала судорожно оглядываться в поисках помощи, но поймала только злорадный взгляд хозяина заведения. Видимо, ему эта орава порядком надоела, и наконец пришла наша очередь мучиться.

— А вы будете сегодня сражаться? — доносилось со всех сторон.

Даже девчонки, стоявшие, по обыкновению, в сторонке, затаили дыхание в ожидании положительно ответа.

— Нет, — Асарил был единственным, кто не растерялся среди своих сверстников, — мы завтракаем и выезжаем.

— Ну почему? Ну пожалуйста! Немножко!

Каждый старался перекричать друг друга, и различались только отдельные слова.

— Мы подумаем, — ответила за всех я. — А теперь нам надо пройти.

В ожидании завтрака, который трактирщик, конечно же, назло нам подавать не спешил, у меня придумалось кое-что. Осталось реализовать.

— Асарил, — я подошла к принцу. — Ты ведь хороший мальчик?

— Конечно! — не задумываясь ответил принц.

— Посмотри на детей вокруг: они тоже очень хорошие, но слишком бедные, чтобы иметь дорогие игрушки, — начала издалека я. — Так, может, проявишь истинное королевское великодушие и подаришь бедным детям часть своих игрушек?

— Фигурки с картой не отдам! — испугался принц.

— Что ты! Их я сама не отдам! — На самом деле игры оказались отличным вариантом досуга и развлечения в пути. К тому же моя команда так и не выиграла. — Но у тебя целая повозка всего что только можно. Я предлагаю оставить карту со всеми наборами войск и тренировочные мечи, а остальное подарить.

— Нет, там всё мое! — расставаться со своим добром Асарил не спешил.

— Послушай, нужно уметь делиться. У тебя целая повозка и дома гора игрушек, а у кого-то совсем ничего.

— А почему я должен делиться? Пусть делится кто-то другой!

— Запомни: никогда не перекладывай добрые дела на других. Здесь и сейчас есть только ты и дети, которым можно помочь. Не жадничай. А когда в следующий раз ко мне придет зум, я разрешу тебе его покормить.

— Правда?

Судя по резко закашлявшейся охране, им идея не понравилась. Но главное, что я нашла, чем купить нашего великовозрастного ребенка.

— Честное слово!

Мне чужих пальцев не жалко!

— Хорошо, но не забудь, что ты обещала!

Наследник в сопровождении охраны встал и направился к выходу. Я поманила за собой остальных. Увидев свои игрушки, принц на минуту засомневался, но я напомнила ему про зума, и он уверенно взял часть вещей и пошел обратно. Мы подхватили оставшееся.

Что началось внутри! Настоящая куча-мала! Конечно, подаркам обрадовались все. Так что пришлось заставить детей построиться вдоль стены и выдавать игрушки, начиная с самых маленьких, так как вначале я не была уверена, что всем достанется. В итоге даже несколько лишних осталось, которые мы долго думали, как именно раздать. Кидать жребий среди двадцати с лишним человек?

— А кто здесь знает песенку, стишок или хотя бы считалочку? — вспомнила я свои ранние годы в детском саду. — У нас еще три игрушки, троим самым смелым и подарим!

Двое бойких мальчишек нашлись сразу с какими-то местными частушками, а третьей выступила очень стесняющаяся девочка, зато изумительно поющая. Вот так мы скоротали время до завтрака.

— Мне понравилось! — неожиданно заявил Асарил. — Дарить подарки тоже интересно!

— Вот видишь, как удачно получилось, — согласилась я, прикидывая, сколько всего мы теперь сможем положить в повозку. Да там теперь спать можно! Кстати, хорошая мысль…

— Ну разве я не молодец? — хвалила себя я, пока мы складывали в повозку все седельные сумки и заплечные мешки.

— Молодец, молодец, отлично придумала, — поддержал меня Тин.

Хорошее настроение после нормальной ночи и утреннего позитива запаслось на целый день, который не казался мерзким, несмотря на накрапывающий дождь. Ближе к обеду погода немного разгулялась: пусть небо по-прежнему удручало свинцово-серым цветом, но низкие темные тучи ушли.

Асарил, всё еще находившийся под впечатлением своего поступка, не переставал нам рассказывать, как он раздарит все свои игрушки (или почти все) по возвращении домой. Я тоже на это искренне надеялась — как и все остальные, впрочем. Хотелось верить, что наш поход пройдет не зря и игрушки принцу больше не понадобятся. К полудню я перестала обращать внимание на его болтовню, поглубже надвинув капюшон. У меня бы уже язык заболел, а кто-то всё мелет и мелет.

— Смотрите! — неожиданно закричал принц, привлекая всеобщее внимание. — Дракон!

— Да ладно! — не поверил Варлан, судорожно доставая блокнот с ручкой.

— Не может быть! — раздавалось со всех сторон.

Дракон летел достаточно низко и странно: зигзагами, то набирая высоту, то опять теряя. И буквально в паре сотен метров от нас окончательно сдался, камнем полетев вниз, путаясь в длинных, враз ставших бесполезными, крыльях.

— Нет! Тин! Пожалуйста!

Мой крик оглушил даже меня. Я вообще плохо соображала в этот момент, потеряв рассудок от ужаса. Не раздумывая, спрыгнула с лошади практически на ходу, забыв о том, что вообще-то с трудом могу спешиваться, и понеслась к падающему дракону.

Не знаю, кто именно из магов смог замедлить его падение, но на землю дракон опустился аккуратно — правда, ему это не сильно помогло. Ящер был на последнем издыхании. Сосуды в больших желтых глазах полопались от усталости и напряжения, дыхание из пасти выходило с хрипами, по высунутому языку тянулась тонкая струйка алой крови.

— Ультик…

Я дрожащими руками прикоснулась к шершавой морде. Передо мной лежал мой умирающий друг.