Глава 50

Утыкаюсь Свете в шею, тяжело дыша, попутно втягивая сладкий запах и мысленно закипаю от бурлящих эмоций. Пришел называется помириться — вот так бы всегда. Усмехаюсь в голос и с неимоверным усилием отрываюсь от Светиной шеи.

— Ты как? — шепчу ей в губы, кое-как удерживая вес на дрожащей руке. Чувствую себя пацаном в ожидании оценки за экзамен. Причем самый сложный экзамен. Это же Зайка, что у нее вообще сейчас творится в голове не только сложно, но и страшно представить. — Свет?

— Все хорошо, — открывая глаза, хрипло шепчет она, при этом на ее лице, к моему облегчению, появляется что-то наподобие улыбки. — Правда, хорошо, — легонько поглаживая мои плечи, произносит тяжело дыша.

— Это хорошо, что хорошо, — улыбаюсь в ответ как дебил, и запечатлев короткий поцелуй в губы, перекатываюсь на бок.

Перевожу взгляд на Свету, которая, как ни странно, не спешит натягивать на себя одеяло. Находясь в какой-то прострации, прижав руки к груди, она лишь сводит ноги, чуть сгибая в коленях.

— В какой-то момент я думала, что меня парализовало. Ноги в смысле, — сглатывая, добавляет она.

— И что в итоге, не парализовало?

— Нет, — закусывает губу, прикрывая глаза. — Я не так себе это все представляла, а получилось, как… хорошо, в общем, получилось, — кто бы мог подумать — улыбается. — Только мне…, - запинается, резко открывает глаза, приподнимая голову вверх, и начинает рассматривать свой живот. — Надо это смыть.

— Это, это что, Светик? — не скрывая усмешки интересуюсь я. Поправляю прилипшую прядь волос с ее лба. Гореть мне в аду, но не могу не забавляться ее реакциями.

— Ты знаешь что, — поворачивая голову в мою сторону, тихо произносит она.

— Нет, не знаю, произнеси вслух, что за «это», Зайка?

— Сперма, — после значительно паузы наконец-таки выдает Света, в очередной раз вызывая во мне приступ смеха, который я старательно в себе подавляю.

— Даздраперма.

— Что?

— Ничего, Светик. Это типа — да здравствует первое мая. Ну у нас, правда, это шестое мая. Надо в календаре пометить сию дату, — подтягиваю край простыни и протираю ее живот. — Во избежание глупостей, которые возможно вылетят из твоего рта, мы это белье потом постираем. И хозяйка тебя не съест, понятно?

— Хорошо. Так мне в душ можно?

— О, Господи, иди сюда, проблемное дитя из Джунглей, — перекидываюсь на спину и тяну Свету на себя. — Ну кто из нас женщина? А поговорить после секса не хочется?

— Я думала сначала в душ, а потом поговорить.

— Индюк тоже думал, да в суп попал.

— Индюк… точно, ты кушать хотел.

— Шикарно у тебя, конечно, работает голова. Мне иногда хочется в нее залезть, но потом я понимаю — страшно. Касательно «кушать» — я пока тобой насытился, но да, поедим чуть позже. Но вообще, я не ужин с тобой собирался обсудить.

— А что?

— Все, — зарываясь пятерней в ее волосы, вполне серьезно произношу я. — О чем хочешь говорить, о том и поговорим. А жор устроим поздно ночью, после душа, так уж и быть. Ну давай, Светик, мне из тебя вытягивать надо что ли все?

— Ну помолчать иногда тоже хорошо, — положив руку мне на грудь тихо произносит она и начинает не смело водить пальцами. И все как-то без слов понял — ушла в себя.

— Свет, ну я же вижу, что ты загружаешься. Что не так? Разрешаю нести тебе даже самую редкостную чушь, только вслух, пожалуйста. А не про себя.

— На самом деле я тебе соврала про…, - приподнимает голову, заглядывая мне в глаза.

— Про «хорошо»? Ну не сейчас, так завтра. Все будет, не бойся.

— Что? Нет, я не про это. А про то, что…

— Ну?

— У меня не безопасные дни. Я наврала. Теперь мне стыдно и не от того, что могут быть последствия, а то, что… да, собственно, соврала.

— Нашла из-за чего париться. Я это и так знал.

— Знал? Откуда?!

— Ты сама мне говорила, что, когда и как, когда я в «гинеколога» играл.

— И ты запомнил это?!

— Это профессиональное, Света. Я фильтрую чушь, воспроизводимую пациентами, запоминая главное. Видимо, я уже тогда рассматривал, когда же тебя можно совратить.

— Это шутка?

— Скорее всего, с легкой долей правды.

— Ну если ты знал, то почему продолжил?

— Потому что сам хотел, неужели непонятно? Расслабься, Светка. Это все, что тебя волнует сейчас, только честно?

— Я выпью таблетки, — игнорируя мой вопрос, быстро добавляет она, вновь укладывая голову мне на грудь. — Знаю какие нужно, я читала.

— Не надо ничего пить. Вероятность того, что ты забеременеешь не так уж и велика, а вообще она откровенна говоря мала.

— А если забеременею?

— Значит родишь. Кто там мне говорил однажды, что хочет троих детей?

— Шутишь?

— Вообще-то нет. Неужели так сложно расценить, когда я шучу, а когда нет?

— Вообще-то сложно. Ты сказал, что не хочешь детей.

— Ну ты бы меня еще спросила это, когда я сидел на унитазе.

— Значит ты не против детей?

— Всему свое время, Света. Я считаю, что тебе их рано иметь от слова «совсем», но если уж так получится, значит придется быстрее «повзрослеть». Давай забудем об этом на время, и будем решать проблемы по мере их поступления. И все же, если будут последствия, ты мне об этом скажешь. Ведь скажешь?

— Ага.

— Свет?

— Что?

— Не скажешь, я проведу реальный осмотр гинеколога, — вместо возмущений, уткнувшись лицом мне в шею, Света начинает откровенно смеяться, ничуть не сдерживаясь.

— Можно узнать причину столь приятного смеха?

— Да меня так ни один гинеколог не смотрел и уж тем более не трогал, так что это был очень глубокий осмотр. И все же, — поднимает голову, устремляя на меня взгляд.

— Ну, что Светик? — не сдерживая ответной улыбки интересуюсь я.

— Мне бы в душ, у меня там все… влажно.

— Еще б там не было влажно, я так старался.

— Ну прекрати, — вновь заливаясь смехом и прикрывая лицо ладонью, еле произносит Света. — А вообще это все так… нереально.

— Ты о чем сейчас?

— То, что мы делали только что, и то, что я лежу на тебе сейчас голая, — вполне серьезно произносит Света, не отводя взгляда. — Касаюсь тебя голой грудью и не только ею. Это так необычно. Странно. Не знаю, как объяснить. Я не думала, что это все когда-нибудь у меня будет по-настоящему. Нет, ну мечтать, конечно, мечтала, что у меня будут муж, дети, но то, что вот так все повернется — нет, никогда. В общем тебе это сложно понять, а мне объяснить.

- Смешная ты, Светка, и по-прежнему, как будто из мультика. А ты почему вдруг решилась пойти ко мне, да еще и раньше установленного тобой же срока?

— Не знаю. Захотелось. Это как-то спонтанно пришло, я не планировала заранее. После телефонного разговора вдруг что-то щелкнуло и побежала в ванную намываться, а потом белье, макияж и прочее. И только спускаясь по лестнице запал немного прошел.

— Почему?

— Потому что до меня вдруг дошло, что я ничего не умею. Готовиться к этому как-то надо, а у меня проблемы с…

— С чем?

— С физкультурой. Точнее с повторениями движений. Гибкость, выносливость — с этим все нормально, а вот повторить что-то могу только, сделав это несколько раз, да и то пересмотрев по телевизору кучу уроков с упражнениями. Теряюсь я как-то с тем, как ногу поднять, руку… ну и тут так же… непонятно куда девать конечности.

— И? — осторожно допытываюсь, пытаясь подавить в себе неуместный смех на столь откровенное признание. — Как бы ты готовилась?

— Если честно, не увидь я тебя на лестнице с цветами, скорее всего вернулась бы домой и нашла бы кино для взрослых.

— Есть все-таки на свете высшие силы, хорошо, что не нашла.

— Почему?

— Потому что порнушка порнушке рознь. Нашла бы еще какой-нибудь тройничок, и все, ищи тебя потом точно в Джунглях. Прости, прости, я не с тебя смеюсь, так, просто… смешинка в рот попала, — быстро оправдываюсь я, глядя на то, как Света меняется в лице. — Представляю твою реакцию на порно. Надо вместе посмотреть.

— Зачем мне уже?

— В смысле уже?

— Ну зачем уже, если все и так случилось и конечности сами нашли куда им деваться?

— Ааа… то есть дальше стараться не надо? Акробатические навыки проявлять после первого раза уже нет смысла?

— Ну, я не это имела в виду. Давай сменим тему. Мне она не нравится.

— Ладно, ладно, я пошутил про «стараться» и «акробатические навыки», ты же понимаешь это?

— Понимаю.

— Почему-то мне кажется, что ты сейчас херни какой-то надумала себе.

— Нет.

— Точно нет?

— Да, точно. И без порно разберусь что да как.

— Бесспорно. Я то уж точно, а ты подтянешься.

— А ты часто такое смотришь?

— Ха-ха… то есть пошли уже такие вопросы?

— А что, нельзя? Ты не говорил о чем можно говорить, а где табу.

— Можно, можно, все можно, Светик. Ответ — нет, не часто. Чего мне его смотреть часто, если у меня и без такого кинА был секс.

— А как часто он у тебя был с этой Ритой?

— Ну начинается… а так все хорошо было. Вот ты зачем сейчас о ней сказала?

— Я не имела ничего такого. Ну мне просто интересно сколько раз в неделю ты занимался с ней этим.

— Задай правильно вопрос, и так уж и быть я отвечу.

— Сколько раз в неделю ты занимался с ней сексом. Так правильно?

— Ну вот можешь же, когда захочешь. Скоро научу тебя по-человечески общаться. Понедельник, среда, пятница.

— То есть три раза. На выходных она, наверное, не могла, потому что у нее сын.

— Да ты просто Шерлок, не иначе.

— Значит ты был бы не против почаще. А сколько тебе надо раз в неделю?

— Хороший вопрос, Светлана Васильевна. А это как захочется. А вообще, — резко переворачиваю Свету на спину и нависаю над ней. — Затрахаю я тебя, Светка, не сейчас, конечно, чуть позже, но это неизбежно. Ты только не бойся, тебе понравится.

Обхватив лицо Светы двумя руками, прижался к ее сочным, чуть распухшим от поцелуев губам. На уме только одно — не целоваться мне сейчас хочется, а в прямом смысле есть ее. Сожрать. Нельзя так, нельзя. Понимаю, а остановиться дико тяжело, почти невозможно.

— Все, — с трудом отрываюсь от ее губ, ел е дыша. — Вот теперь пойдем в душ. Там продолжим говорить и не только.

Резко поднялся с кровати, и пока Света не успела толком осознать, подхватил ее на руки и понес в ванную.

— Нет, Кирилл, я хочу одна мыться. Это уже слишком, пожалуйста.

— У меня в ушах что-то застряло, я плохо слышу.

— Ну, Кирилл!

Поставил на пол в душевой кабине, и тут же вошел сам, закрыв за собой дверь. Несколько секунд изучал ее растерянное выражение лица и, включив воду, притянул к себе, и без того в маленьком пространстве.

— Ну это все очень странно.

— Что?

— Мыться вместе.

— То есть сексом заниматься нормально, а мыться вместе нет? Что там передает матушка настоятельница и Святой Отец?

— Ну вот зачем ты сейчас это сказал?

— Да чтобы ты снова покраснела, а то бледная стала, как только член мой увидела.

— Ну, пожалуйста, хватит.

— Да что я такого делаю?

— Ничего.

— Ну вот и все, глупышка. Мы всего лишь помоемся, а потом ты меня покормишь, да?

— Да, — кивает в ответ.

— Свет, я тебя уже голой видел, понимаешь? Ну чего ты так нервничаешь?

— Не знаю. Непривычно это.

— Ну вот поэтому помоемся вместе, чтобы быстрее привыкнуть. Я мою тебя, ты меня. Давай, Светик, — подаю ей мочалку, она неуверенно берет ее в руки и поднимает на меня взгляд. — Что?

— Я не сказала тебе кое-что важное.

— Ну так говори, — притягиваю ее к себе и начинаю массировать плечи. — Ну?

— Потом, после душа.



— Света?

— Я хочу, чтобы ты…

— Что?

— Чтобы ты научил меня расшифровывать ЭКГ.

— Обязательно научу, — не скрывая смеха выдаю я. — Но что-то важное я жду так уж и быть после душа.