Глава 33,

– Колэ, – произнёс Тион и тут же перевёл. – По-человечески это будет уголь.

– А можно сделать так, чтобы он прочертил линию на пергаменте?

Палец ректора упёрся в другой значок, и он отрывисто произнёс:

– Гоэ! Это означает «идти», – антрацитовый элементаль зашевелился и медленно пополз, оставляя на светлой древесине прерывистый тёмный след. Затем последовал новый символ. – Сквар, то есть «квадрат», – и уголёк начертил довольно косой квадратик.

– Ух ты! – восхитился Дюша. – Настоящий плоттер. Не хватает только Эдоба с Фотошопом для полного счастья, – Тион недоуменно поднял левую бровь.

Молодой человек только отмахнулся в ответ на немой вопрос, пробубнив:

– Не обращайте внимания, это всего лишь местный аборигенский юмор.

Эльф улыбнулся и понимающе качнул головой.

– Правда замечу, молодой человек, что дистанция движения и направление задаются магом. Так что придётся это как-то решать, – сокрушённо поделился своей тревогой ректор.

– Легче мага изловить, измагичить и убить, – пробормотал Валик, цитируя одну сетевую считалку, вызвав приступ безудержного смеха у Тиона.

– Надо будет запомнить. Эльрисса подколоть при очередной встрече и Вики рассмешить, – улыбнулся эльф и надолго задумался, беззвучно шевеля губами.

– А есть у вас что-нибудь этакое? – программист повертел в воздухе кистью руки, изображая замысловатую фигуру, силясь подобрать подходящее определение. – Ну, в общем, такая хреновина, что способна накапливать магическую энергию. Потом порционно отдавать её привязанному заклинанию небольшими частями.

Тион задумчиво повертел в руках серебряное стило. Потом заложил его за ухо и заходил по кабинету кругами, блуждая рассеянным взглядом по сторонам. Подойдя к относительно свободному участку стены между книжными шкафами, он достал заложенное стило и начал что-то рисовать прямо на стене.

Длительный процесс сопровождался короткими эмоциональными высказываниями, в которых без труда угадывалась та самая местная идиоматика. Грубо говоря, грубая площадная брань. Из-под стила в разные стороны летели ошмётки штукатурки. Наконец, ушастый учёный удовлетворённо вздохнул и отошёл на пару шагов, любуясь своим произведением. На многострадальной стене гордо красовался небольшой чертёжик, под которым до самого пола тянулась длинная вереница загадочных расчётов и рун.

Андрей увидел многогранный кристалл правильной формы, забранный тонкой металлической сеткой.

– Я назову это Ведьминым Оком, – самодовольно произнёс ректор. – На Учёном Совете эту штуковину оценят по достоинству. Иначе готов биться об заклад на десять кувшинов Драконьей Крови, что во мне, напрочь, отсутствует магический талант, и я зря занимаю своё место. Через пару дней этот артефакт будет готов. Пока, сделай мне одолжение, сбегай, позови-ка мне Куаргглофа Нлондара. Уверен, этот горький пьяница снова сидит в питейной зале «Ушлого Тритона» за кружечкой «Тёмной Вдовы» и вспоминает о своей бурной молодости.

Старый маг пришёл на удивление быстро.

– Чего тебе неймётся-то, ушастый? – недобро проворчал Куаргглоф, сверля ректора колючим взглядом. – Раньше за тобой такого безобразия не водилось.

Тион ткнул пальцем на стенку позади себя, показывая чертёж и выкладку расчётов. Старик недоверчиво посмотрел на ректора и углубился в формулы. Минут через тридцать он оторвался от этого увлекательного занятия и, гневно тыча пальцем в многострадальную стенку, нервно рявкнул:

– Тебя кто учил расчёты-то так делать, ведьмино ты отродье? Здесь не соблюдён триметаллический баланс! Из твоего изобретения выйдет только кучка тролльего навоза! На что спорим, что Ведьмино Око не сработает как надо? Если я окажусь прав, то ты отдашь ректорскую мантию До`Ируну, вымажешься в меду, обваляешься в перьях и в полночь голым обпрыгаешь на одной ноге по внутреннему периметру всю территорию Академии.

Тион поскрёб подбородок, что-то прошептал про себя и на мгновение задумался.

– А если вы проспорите, досточтимый Куаргглоф, то вы выпьете трёхведёрный жбан молока, а затем поцелуете в голый зад самую страшную городскую шлюху.

Профессор залихватски сдвинул набок свою профессорскую шапочку и намертво вцепился в руку Тиона:

– Пари заключено, провозгласил он. Ваше Ведьмино Око, лээр Тиалас, будет готово к испытаниям уже завтра. Если мне всю ночь будут подносить по кувшинчику виноградной настойки и пришлют сговорчивую служанку.

Договорились встретиться в полдень в «Ушлом Тритоне». На том они и расстались.

Ночь прошла быстро, а с утра Тион был занят бумажными делами. Он готовил список студентов на отчисление. Сверяясь с докладными записками деканов, он быстро заполнил два широких листа. Скрепив их сургучной печатью, эльф встал и с наслаждением потянулся, разминая затёкшие члены. До полудня оставалось всего два деления клепсидры. Лээр Талас накинул на плечи плащ и вышел из кабинета в коридор.

Отдав листы ожидающему его в приёмной Икрасу, ректор легко сбежал по мраморной лестнице. На черепичной крыше «Ушлого Тритона» курился спиральный дымок. «Заодно и поем, – подумал Тион. – Даже позавтракать я сегодня не успел».

В питейном зале трактира он и нашёл Нлондара, который с детской непосредственностью высекал искры из какой-то вещицы, зажатой в кулаке. Похоже, что его очень забавлял предмет, крепко зажатый в кулаке. Внезапно, из странного предмета вырвался целый поток ревущего пламени. Стоявший за барной стойкой трактирщик еле успел пригнуться.

– Умора! – дребезжащим голосом прохихикал старый дроу, заметив Тиона, он быстро бросил вещицу на стойку и сделал вид, «а я тут мимо проходил».

На потемневшем ясеневом брусе лежал кристалл гваякиля, забранный в металлическую сетку, и тихонько мерцал оранжевым светом.

– А вы, уважаемый Куаргглоф, у нас ещё и пироман.

– Молчи, щенок! – брюзгливо заметил старый профессор и, взяв стоящую рядом кружку, сделал добрый глоток.

– Ваши Магичества, ну мало мне гномов! Так ещё и вы затеяли порчу имущества! Как же мне повезло, что не спалили ничего. Мне что к королю Левху идти жалиться? – возопил Минкунс, поднимаясь из-за стойки с решительным видом.

– Полноте, старина, – спокойно бросил Тион. – Это маленькое недоразумение. Мы его уладим самым свойским способом, – с этими словами на стойку легло пять золотых кружочков, которые тут же исчезли в лапе трактирщика.

Выйдя в общую залу, ректор уселся за пустующий стол и подозвал к себе служанку. Заказал себе жирного каплуна с подливкой из красной чечевицы и кувшин яблочного сидра. Эльф откинулся на спинку широкой лавки в ожидании заказанного завтрака. Когда перед ним оказалось деревянное блюдо, на котором исходил жиром цыплёнок в окружении разваренного гарнира, ректор встрепенулся и приступил к трапезе.

«Не важно, что Вики мне жена! Минкунс готовит намного вкуснее, чем стряпня под её руководством. Говядина с маринованными овощами не полезла бы в глотку даже голодному Боррбурраху. Только пришлось слопать всё до последнего кусочка», – от ужасного воспоминания бедного эльфа даже передёрнуло.

Тут к нему подошли Андрей и Лира. Ректор предложил сначала вместе позавтракать, потом обсудить интересующие их детали в его кабинете:

– Архимаг Куаргглоф как раз подтянется. Ведь мои расчёты оказались верны. Так что старина, вечером вам придётся выполнить условия нашего пари. За советом обратимся к Эльриссу. Уж он-то подскажет, где найти нужную по условиям договора особу.

Убелённый сединами дроу сердито посмотрел на оппонента, но уже был что-либо бессилен изменить. Условия пари не выполнить он не имел права.

Завтрак прошёл в полном молчании, а потом небольшая команда отправилась туда, где их гарантированно никто не сможет подслушать.

В голове у Лиры неожиданно вспыхнула идея, что могла оказаться очень полезной. Только полной уверенности у ведьмочки не было. Следовало обсудить эту идею с остальными специалистами.

Когда дубовая дверь кабинета была заперта на все запоры. Ректор Тион тут же активировал все маго-колдовские защитные контуры и даже окна зашторил, от греха подальше.

– Это хорошо, что мне не пришлось посылать Икраса, чтобы созвать вас на планёрку. Так никто и не подумает, что мы в данный момент не занимаемся решением текущих учебных вопросов.

Она скромно кашлянула, привлекая к себе внимание всех присутствующих.

– Что такое, адептка эрлей Хмарь? – довольно нелюбезно проворчал Архимаг Куаргглоф. – Вы, о чудо, подавились собственной вредностью?

– Нет, просто, кажется, я придумала, чем в Раддоре можно заменить монитор для компьютера, что хочет создать для решения слишком сложных проблем Андрей, – больше всего на свете молодая колдунья не любила спесивых мужчин.

Эти ослы считали совершенную ересь истиной в последней инстанции. Место женщины, по их авторитетному мнению, исключительно на кухне или в постели. Там им и полагалось нежно звенеть посудой во время ублажения гастрономических потребностей объекта своего безграничного обожания. Удивительно, как племя дроу с их махровым матриархатом, иногда рождали таких закостенелых и неисправимых самодуров.

– Ну конечно, мы все вместе, включая вашего жениха, не смогли, а тут пришла госпожа всезнайка и решила проблему с наскока! – тёмному эльфу жутко не хотелось выполнять условия пари, но он прекрасно знал, что придётся.

В который раз он пожалел, что по причине вздорного и сварливого характера нажил слишком много врагов. Эльрисс давно точил на него зуб. Теперь он и поганый мальчишка Тион отыграются по полной за все накопившиеся за годы совместной учёбы и работы обиды. В этом блондин не сомневался ни на миг.

– Что у вас за дурная манера вечно перебивать, почтенный Архимаг Куаргглоф? – ректор никогда не понимал, почему дроу так себя ведёт.

Наживать себе врагов среди ведьмочек было слишком накладно даже для Эльрисса. Это с его-то связями и социальным статусом!

Укоризненно посмотрев на бывшего наставника, светлый эльф продолжил:

– Я весь во внимании, госпожа эрлей Хмарь, – перекошенное лицо дроу сильно раздражало мужчину, но он сдержался и не стал выговаривать старому магу при молоденькой адептке.

– Серебряное зеркало плюс специальные управляющие колдовские плетения, – на стол к Тиону легла пачка пергаментов с подробными чертежами и расчётами.

– Посмотрим, посмотрим! – проворчал дроу, но не успел прибрать к рукам плоды чужих трудов.

Руководитель Раддорской Академии попросил не отвлекать его от изучения результатов плодов многодневных размышлений Лиры.

– Вы совершенно правы, госпожа эрлей Хмарь. Удивительно, как вы с господином Сориным научились даже думать в одном направлении. А как вы думаете, чем можно заменить топливо для летающей этажерки? – эльф испытал мстительное удовольствие от выражения досады, которую так и не смог скрыть убелённый сединами Архимаг.

– Воздушный элементаль вполне сможет удержать конструкцию в воздухе. Только для его управления нужна будет продуманная до мелочей магия и комплекс мер по безопасности пилота и пассажира. Корпус можно усилить с помощью колдовства и знаний гномов и эльфов, но, большой грузоподъёмности вы не добьётесь. Кстати, если патрули будут периодически пролетать над столицей и территорией всего Раддора, наши тайные и явные враги будут вести себя тише. К тому же есть порошки, обездвиживающие при попадании на кожу или вдыхании. Так можно будет на корню пресечь любое безобразие не только в столице. Главное, чтобы тот, кто использует колдовское снадобье, мог заставить ветер и дождь на время утихнуть.

Ректор Тион открыл заговорённый от всех бед секретный ящик и убрал туда принесённые Лирой расчёты.

– Мы обсудим ваше техномагическое предложение, госпожа эрлей Хмарь. Теперь же вам пора отправляться на занятия, – довольно доброжелательно проронил светлый эльф, дав понять, что никаких послаблений в учёбе не получить ни за какие заслуги. – Сегодня же магистр дерр Аргонак будет ознакомлен с плодами ваших изысканий.

Он совсем не ожидал увидеть тень лёгкого разочарования на лице девушки. Впрочем, выражение лица вскоре вновь стало отстранённо-вежливое. Как и положено каждой уважающей себя ведьмочке, она умела держать высокую марку при любых обстоятельствах.

Дойти до аудитории по колдовским плетениям она успела задолго до начала лекции. Вела эту дисциплину Хозяйка Чар Дагмара. Пока у Великого Инквизитора не было непрошибаемых доказательств её преступлений или государственной измены, главный враг адептки эрлей Хмарь могла и дальше благоденствовать на чужих несчастьях и бедах.

– Рада видеть, адептка эрлей Хмарь, что вы в полном здравии и даже прилежно учитесь. Похвальное рвение для молодой колдуньи. Если так и дальше дело пойдёт, ректор Тион скоро будет вас ставить в пример остальным студентам.

Только Лира слишком хорошо понимала, что эта страшная женщина попытается избавиться и от неё, и от тех, кто ей дорог, как можно быстрее и не оставив, по возможности, и отголосков ведущих к ней следов. Поэтому открыла гримуар на чистой страничке, взяла в руки стило и приготовилась записывать лекционный материал, сделав вид, что не заметила непрозрачного намёка в обманчиво ласковом голосе преподавательницы.

Писали они в тот раз очень много. На ведьму наскочила вредность, поэтому диктовала она быстро и не повторялась. Только Лира и подруги подготовились заранее. В таких случаях могли помочь быстродействующие записывающие кристаллы. К тому же, на них не накладывалось никаких ограничений, если адепты сами производили их изготовление, а не приобретали в специализированных лавках.

Дагмара была не в курсе, что все украшения адептки эрлей Хмарь теперь были с большим подвохом. Они записывали всё, что творилось вокруг. Вместо обычных камней там были их помнящие аналоги. Такой подход был оправдан, так как после той истории с запрещённым ритуалом и возвращением из другого мира ведьмочка поумнела. Да ещё и с попутчиками. Девушка стала куда осторожнее и предусмотрительнее.

От былой вертихвостки и пустоголовой молодой колдуньи и следа не осталось. Как и в случае с Фирой, Лира была вынуждена очень быстро повзрослеть. Неожиданно понять, что от её выходок страдает не только она, но и те, кто ей дорог.

Какая-то мысль тревожно билась где-то на самом краю её сознания, не давая успокоиться. Всё это было связано с Андреем, Бандитом и Линой. Только сейчас было неподходящее время для размышлений на эту тревожную тему. Подумав, решила посоветоваться при случае с госпожой Викраэ Тиалас по этому вопросу. Она была искушена и в колдовстве, и в некромантии.

Нара сразу учуяла, что эрлей Хмарь явно творится что-то не то, но предпочла отложить вопросы до после уроков. Ещё и там, где их никто и ничто не сможет подслушать. Фира всё ещё ухаживала за Дварином, ожидая, пока буря пройдёт стороной. Поэтому обе адептки старательно фиксировали всё, не желая упустить и малейший нюанс.

Учиться именно у Хозяйки Чар Дагмары было смертельно опасно. Только раньше они с подругами не задумывались об этом важном нюансе. Теперь ведьмочка поумнела. Она стала серьёзно относиться к шепоткам, настойчиво ходящим по Академии.

Ведь многие адептки после отработки у этой ведьмы бесследно исчезали. Тех, кому удалось вернуться, можно было буквально пересчитать по пальцам. Да и были они не слишком разговорчивы. Даже исследование их памяти магическими и колдовскими методами не привели к положительным результатам.

Откладывать визит к Викраэ Тиалас девушка не стала. Дровка прижала палец к пухлым губкам и увела адептку в кабинет мужа. Вскоре туда пришёл и ректор Тион. У него тоже как раз закончились занятия у старшекурсников.