Глава 32

Заклеймив несчастного позором, Лира резко развернулась к стене, позабыв про валяющуюся на полу корку. Девушка снова навернулась, на этот раз, приложившись лбом об сундук. С мгновение помолчав, ведьма залилась горькими слезами.

– Лирусик, ну чего ты опять? – в голове промелькнула неприятная мысль: «Только истерики и крупного скандала мне для полного счастья и не хватает! Эльрисс, как всегда, в своём репертуаре. Наломал дров и на больничный слинял, а нам теперь расхлёбывать! Надо её как-то успокоить, но вот как»?

Ведьмочка, обиженно сопя, молчала, беззвучно рыдая. Не говоря ни слова, Дюша осторожно подошёл. Заботливо обнял за плечи и стал ласково гладить по голове, шепча:

– Всё будет хорошо, обещаю. Успокойся, пожалуйста.

Лира чуть расслабилась и зарыдала уже в голос. Молодой человек лишь покрепче прижал её к себе и стал терпеливо ждать, когда она выплачется.

Тут в окно заглянула знакомая рыжая морда:

– Хозяуууйка, а там гадкие элементали землетрясения устраивают. Камнями и песком плюются.

Только тут парень с девушкой обратили внимание, что всё вокруг мелко подрагивает. Валидатор поспешил выглянуть в окно. Посреди двора открылось изумительное зрелище: там клубилось облако пыли, в котором время от времени пробегали небольшие молнии. Что-то глухо крякало и резко трещало.

Все камни в округе собрались в весёлый хоровод и летали вокруг облака песка, со свистом разрезая воздух. На плетнях висели досужие зеваки преимущественно из студентов. Бледный высокий юноша, по всей видимости, маг-первокурсник, что-то важно вещал стайке восхищённых подружек, указующим перстом тыча в сторону тучи.

– Госпожа ведьмочка, можно вас побеспокоить на пару минут?

Девушка, шмыгая носом, подошла и увидела живописную картину. Схватившись за голову, Лира простонала:

– Я же, я же оставляла их на столе в плетении.

– А вы не забыли, сударыня, как увлечённо швыряли в воронежского партизана всем, что под руку попадёт? А ты не ухмыляйся, бесстыжая ты морда, – обратился он к висящему на водосточной трубе рыжему котяре. – Вот оставлю без ночной сметаны, будешь знать! Лира, что делать будем? Надо их на место водворять. Пока нас с тобой не посадили в холодную на хлеб и воду.

Ведьмочка на пару минут задумалась, припоминая нужное заклинание. Потом запустила руки в пышную шевелюру и стала дёргать себя за волосы в разные стороны:

– Вот говорили нам профессора: учите всё наизусть, не ленитесь. В решающий момент бумажки или гримуара может и не оказаться под рукой. Глупая моя башка! – самокритично взвыла она, постучав себя по наморщенному лбу. – Да вспоминай же уже! Ууууу!!! А, вот оно. Ну, наконец-то!

Девушка сложила пальцы левой руки в нечто, крайне напоминавшее Дюше классическую фигу. Потом быстро обернулась вокруг себя на левой ноге. Трижды свистнула, потом столько же плюнула в открытое окно, случайно попав Бандиту на полосатый хвост. После чего произнесла замогильным голосом:

– Ууууу! Земля да песок и грязный носок, кружитесь, танцуйте, но не балуйте! В сеть возвращайтесь, не упирайтесь! – и она снова плюнула в открытое окно.

Теперь пострадал глаз котяры, который, забыв, что висит на трубе, постарался вытереться и с оглушительным мявом полетел вниз.

Гул постепенно стих. Камни и песок резко рухнули наземь. Облачко пыли сгустилось и потянулось к рукам довольно сияющей ведьмочки.

– Фуф, пронесло на этот раз! Вот только теперь я – настоящая ведьма! – и она гордо задрала нос к верху.

– Если бы все колдуньи были бы такие, как ты, вас бы уже давно в детский сад определили… – как можно тише пробормотал Дюша.

К счастью, девушка его не услышала. Ей было не до этого. Она была занята излюбленным делом всех молодых девчонок. Оно подразумевало драние носа к потолку и выращивание за спиной как минимум пары белых крылышек и нимба над головой.

– Великолепное представление, – минут через двадцать напомнил о своём присутствии программист, поняв, что его дражайшая половинка чересчур увлеклась самолюбованием. – А теперь пошли обедать. Нам ещё сегодня с заклинаниями разбираться.

В ответ на магическое слово «обед» с улицы донеслось ожидаемое:

– Подождите меняяяууу! Я голодный котик. Мяууу! – потом раздался скрежет когтей по водосточной трубе, наглый котяра никогда и никого сам не ждал.

Едва они спустились вниз, как заметили в обеденном зале сладкую парочку. За столом сидел Бандит. На скатерти что-то недовольно верещавшая шмыга, вытиравшая пострадавший глаз кота краем полотна. Вид у воронежского партизана был одновременно геройским и очень несчастным. Он то томно вздыхал, то строил возвышенную морду и бил себя правой лапой в грудь, о чём-то негромко рассказывая. До Дюши с Лирой донеслось:

– И вот, когда я, не жалея сил и здоровья, остановил этот чёртов волчок, уже и хозяйка подоспела. Тут мы их и скрутили!

Из этой тирады стало ясно, что главный герой тут Бандит, а ведьмочка так, тапочки приносить да потчевать котлетами, свежими сливками и сметаной.

Эрлей Хмарь, не говоря не слова, сжала кулаки и понеслась сквозь зал гневным метеором. Схватив геройского кота за шкирку, она принялась исступлённо трясти его за шкирку, с присвистом выговаривая сквозь плотно сжатые зубы:

– Тараканы, блохи, вон, трёпку заработал он!

– Мяуууу, – истошно заверещал Бандит в тщетной попытке вырваться, но очень злая ведьмочка лишь сильнее сжала пальцы, и болтанка заметно усилилась.

Как бы невзначай, Лира пару раз легонечко приложила «воронежского партизана» лобастой башкой о столешницу. Её прищуренные глаза метали грозные молнии.

– Люди! Каравул! – пришепётывая прикушенным языком, взвыл страдалец, получавший заслуженную трёпку. – Боевого кота убивают. Мяяаау!!!

Заметив Андрея, хитрец завопил ещё сильнее, не оставляя энергичных попыток вырваться.

– Хозяуинннн, нашу хозяйку бешеная лиса укусила! Она сказилась!

Шмыга, видя, что её товарищ по шалостям попал в оборот, ринулась ему на выручку. Вспрыгнув на плечо к взбешённой ведьмочке, она, коротко пискнув, укусила её за ухо и поспешно отскочила.

– Ой, – вскрикнула Лира и поднесла правую руку к прокушенной мочке.

Бандит, воспользовавшись моментом, сумел вывернуться и молнией метнулся за кухонную занавесь. Ведьмочка обернулась, пытаясь увидеть поддержку в лице программиста, но застыла от огорошившей её картины. Блондин колоритно катался по лавке, трясясь в пароксизмах беззвучного смеха. Рядом, с воинственным выражением на мордочке, сидела шмыга и щерила желтоватые острые зубки, нервно подёргивая пушистой кисточкой на хвосте.

Молодой человек едва успел поймать ринувшуюся в бой суженую и усадить рядом.

– Лирусик, успокойся, – справившись с непокорной половинкой и крепко обняв её, чтобы она не смогла дотянуться до доблестной защитницы воронежского партизана.

Он попытался отдышаться. Увы, у него ничего не вышло. Стоило вспомнить всё подробности происшествия, как гомерический хохот помимо воли начинал снова брать его в оборот.

– Да я вас! Да я вас! – завопила девушка.

– На декокт пустишь? – поинтересовалась наглая рыжая морда, выглянув из-за кухонной занавески. Потом, облизнув левую лапу, Бандит с интонациями ректора Тиона провозгласил. – Согласно Женевской Конвенции жестокое обращение с пленными является военным преступлением.

После этого заявления, котяра набросил себе на плечи край кухонной занавеси. Завернувшись в неё наподобие римского сенатора, начал важно прохаживаться в дверном проёме с важным видом.

– Счас я тебя сварю! – прошипела Лира. – Вот в котле и будешь зачитывать свою Женевскую Конвенцию по всем пунктам. Надеюсь, успеешь огласить полный перечень.

Добитый окончательно выступлением кота, программист скорчился на скамейке, закрывая лицо ладонями. Смеяться он уже был не в силах. Только сипел и время от времени притоптывал левой ногой. Ведьмочка рванулась к Бандиту разъярённой римской фурией. Тот, позабыв о накинутой на плечи тоге, рванулся в кухонный проём. Результат был плачевен: оторвавшаяся дубовая жердь, на которой на металлических кольцах крепилась ткань, рухнула вниз, приложив его концом по по хребтине.

– Маууу, жизни лишают! – и кое-как выбравшись из складок, котяра со всех четырёх лап дёрнул на кухню.

Лира не успела схватить его за хвост, опоздав на долю секунды. Яростно оглядевшись по сторонам, она подхватила упавшую жердь и понеслась вслед удиравшему воронежскому партизану. Прыгая по кухонным столам, кот одним прыжком взлетел на висевший возле жарко горевшего очага свиной окорок и буквально протолкался в небольшое слуховое окошко, к счастью забранное только свиным пузырём.

«Хрясь»! – жердь звонко переломилась пополам, встретившись с каменной стеной и припечатав отломанным концом девушку прямо по макушке. Та ойкнула и потёрла ушибленное место.

– А, чтоб тебе в луже поскользнуться! – Обиженно засопела Лира и поплелась назад, волоча за собой бренные останки орудия ведьминого произвола.

Тут её ждал прощальный подарок Бандита. Рассыпанный по полу сухой горох сделал своё чёрное дело.

Ноги у неё разъехались, и Госпожа Грозная Мстительница рухнула навзничь. При этом она зацепила жердью стоявший на колченогом табурете чан с помоями, которые через пару мгновений водопадом заполнили всё помещение. Это было последнее, что запомнила Лира, перед тем, как покрывало темноты ласково закачало её на своих волнах.

Очнулась ведьмочка от резкого запаха муравьиной кислоты. Чихнув, она опасливо приоткрыла правый глаз. В поле зрения немедленно оказалась знакомая рыжая морда, махавшая у неё перёд носом едко пахнущим полотенцем.

– Кис-кис, котик, – елейным голоском пропела она и попыталась протянуть к нему руку.

Впрочем, ей это не удалось. Тогда она открыла второй глаз и увидела, что её рука перевязана в локте чистым бинтом. Внезапно в висках звонко застучало, и на девушку накатило слабость.

– Лежите, лежите, госпожа эрлей Хмарь, – прозвучал прямо над ухом скрипучий голос. Из-за изголовья кровати выступил невысокий пузатый человечек с закатанными по локоть рукавами, вытиравший тампоном испачканный в крови ланцет. – Кровопускание столь темпераментной юной даме пойдёт только на пользу. Лээр Сорин, позаботьтесь, чтобы вашей невесте давали подогретое красное вино с настоем валэрьяны. Это несколько успокоит её буйную нервную систему.

Аккуратно упаковав сверкающий инструмент в кожаный футляр, он сунул его во внутренний карман жилета. После чего раскланялся и торопливо попрощался. На пороге Дюша сунул в руку лекаря пару золотых монет. Тот с достоинством поклонился и исчез за дверью.

– Ну как ты, искромётная моя? – в голосе парня прозвучала забота.

– Могло быть и лучше, если бы я держала за шею вон того типа.

Рыжий партизан, скорчив выражение «гуляющего ящика» деланно начал прихорашиваться, пропустив мимо ушей заявление хозяйки. Тут на кровать к девушке вспрыгнула шмыга. В лапках она держала исходивший лёгким паром оловянный кубок. Валик взял сосуд и поднёс к губам Лики.

– Пей до дна. И не вздумай спорить. Так надо.

Занемогшая ведьмочка вредничала по полной программе. Позабыв о своём возрасте и статусе якобы взрослой дамы, она жаловалась, что вино слишком горячее, горчит, щиплется за язык и, вообще, она не кошка, чтобы лакать валэрьянку. Программист терпеливо стерпел всё, но ласково настоял на своём. Отдав пустой кубок сидевшей рядом шмыге, он поднялся и сказал:

– Я сейчас схожу к Тиону, а вы стерегите её. Только, умоляю вас, не нужно устраивать в «Ушлом Тритоне» цунами в Японии, – с этими словами парень подхватил со стола комок элементалей и пергаментный свиток и вышел вон.

Полежав некоторое время и всласть напредававшись построением коварных планов «великой ведьминской мсти», девушка не заметила, как уснула.

Выйдя на улицу, Андрей поёжился. Погода начинала откровенно портиться. По улице гулял холодный противный ветер. Изредка пролетали капли начинающего моросить дождя. Зябко передёрнув плечами, он поднял воротник суконной куртки и заторопился. Идти было не так, чтобы очень далеко, но всё же нужно было потратить пятнадцать-двадцать минут, чтобы добраться до дома ректора.

Флигель, в котором жил Тион, находился несколько в стороне от учебного корпуса и был огорожен от него живой изгородью. «Это хорошо, что в Академии дорожки вымощены камнем, – подумал Валидатор.

Вскоре он взбежал на крыльцо двухэтажного флигеля и, взявшись за кольцо, постучал.

Минут через десять дверь отворилась, и в дверном проёме показался невысокий, но плотный детина, облачённый в тёмно-зелёный камзол и заправленные в короткие сапоги штаны. С прищуром оглядев посетителя, он довольно нелюбезно проворчал:

– И чего вам дома не сидится, лээр? Его эльфичество заняты!

И тут Дюша, начавший терять терпение, сказал:

– Слышь, чувырла, передай боссу, что к нему из Гранатовой Стражи гонец прибыл по важному делу. И если ты сейчас не возьмёшь руки в ноги и не телепортируешься к своему господину, то вечером с тобой ласково поговорят заплечных дел мастера.

Поняв сказанное более по интонации, чем по смыслу, привратник захлопнул дверь и, судя по звуку удалявшихся шагов, пошёл докладывать о нахальном госте. Вскоре он вернулся и, пробурчал:

– Его милость ректор ждёт, – и посторонился, освобождая проход.

Указав рукой на ведущую на второй этаж лестницу, детина удалился в свою каморку, полностью потеряв интерес к визитёру.

Программист бодренько потопал по дубовым ступеням. Хозяин шёл ему навстречу по полутёмному коридору. На нем была короткая замшевая куртка и светло-жёлтые лосины, заправленные в мягкие сапожки.

– А, Дюша, проходи, – и сделал приглашающий жест рукой. – Ты уж извини за такой приём, но у Вики сегодня с утра плохое настроение. Слуги уже и не знают, в какую щель забиться. Сам знаешь, какова моя жена в дурном расположении духа, – парень согласно кивнул головой, вспомнив недавнее происшествие с Лирой и от души, посочувствовав Тиону и его челяди. – Ты наверно по делу, раз тебя даже такая скверная погода не испугала? – за окном потемнело и многообещающе громыхнуло, словно пробуя на вкус получившийся звук.

– Да вот с элементалями затык. Моя ведьмочка временно нетрудоспособна, а больше мне обратиться мне, собственно говоря, не к кому.

– И в чём же проблема? – осведомился ректор, приглашающим жестом указывая на глубокое кресло в кабинете.

– Проблема в том, что я не владею магией и совершенно в ней не разбираюсь. Прочитать вот этот талмуд, – парень вытянул из кармана куртки свёрнутый в трубку пергамент, – и правильно понять написанное, я не в состоянии. Поскольку языками не владею. Для меня, что эти руны, что какие-нибудь иные – сплошная филькина грамота. Мне надо, чтобы кто-то на пальцах показал, как на практике всем этим пользоваться, – вслед за пергаментом последовал клубок элементалей, который завис в воздухе, не прикасаясь к столешнице и медленно завращался, недовольно жужжа.

– С чего бы ты хотел начать? – светлый эльф прекрасно понимал, что гость столкнулся со сложной проблемой, справиться с ней без дополнительного образования он точно не сможет.

– Просто объясните мне для начала, как собрать элементалей в единую группу или заставить одного из них делать определённое действие.

Тион развернул пергамент и придавил края специальными грузиками, которые выглядели, как миниатюрные статуэтки в виде фривольно разлёгшихся дровок. Палец ректора сноровисто пробежался по рядам нарисованных значков и остановился на одном, внешне напоминавшем кусочек угля. Ткнув его, эльф заставил отделиться от клубка отдельного элементаля и заблестеть в свете свечей как кусочек антрацита.